Обитель дьявола

Зелёная листва негромко то шептала, то шумела так, будто поблизости внезапно разбушевался океан. Хотя, спрашивается, какой океан может быть на Великих Восточных Холмах? Светлые стволы высоких деревьев упирались в сияющие чистой лазурью небеса. Лишь одно одинокое светлое облачко зацепилось за вершину не менее одинокой в лиственном лесу, но старой, ровной и непомерно большой сосны. Кроны клёнов и дубов защищали от жара и блеска полуденного солнца. На верхних ветках пели мелкие птицы, направляя в своих мотивах звучащую вдали свирель. Трели мелких и тёплых пушистых телец наполняли сердце радостью, любовью и надеждой, желанием жить и верой в лучшие дни. Недалеко сквозь камни сочилась серебристая вода некогда могучей реки, что сама размыла почву и текла по скалистому скелету холма. Когда-то она была очень похожа на горную, но со временем обмелела, а струи серебра стали целебными. Рядом, по-соседству, издавна стояла эльфийская деревня, что занималась целительством. Не было здесь никогда ни воинов, ни чужих. Иногда с полей боёв приносили к ним раненых, но мало кто знал об этой мелкой деревушке. Часто, если неподалёку проходил бой, эльфы сами узнавали о нём и старались помочь незаметно всем, кто сумел выжить. При подобных вылазках их нередко убивали, в основном за то, что помогать они пытались всем и без разбору, потому как не знали, кто прав, а кто — нет. Войны в Идвиге были явлением частым: в основном сражались люди, эльфы, ведьмаки, ведьмы и помеси этих рас с вампирами, тёмными эльфами, орками, горгонами, гоблинами, ограми и минотаврами. Драконы, в основном, были на стороне Чёрного войска, армии короля, но иногда и защищали Светлые мечи. На стороне Светлых были многие хищные животные: волки, тигры, пантеры, медведи. Чёрное войско располагало лишь гиенами. Воздухом у Мечей правили орлы, соколы и ещё многие благородные птицы, впрочем, драконы с лихвой компенсировали это. Сейчас была одна из не очень долгих, но достаточных по количеству времени для восстановления сил и здоровья передышек. Солдаты зализывали страшные раны, полученные на ожесточённых битвах, и не высовывались дальше полей близ собственной деревни. Город — или нечто подобное — был только один. Столица, где жил король. Ходили легенды, что у него нечеловеческий вид, но настолько чуждый людям, что он никогда не показывался из замка, да и немногие обитатели дворца могли узреть своего короля, по крайней мере, в полный рост. Считалось, что выглядит он даже менее человечно, нежели какой-нибудь орк или гоблин, а их люди и сравнивать с собой не решались, а дело отнюдь не в силе. Все боялись короля, при одном лишь упоминании о нём нередко отступали даже солдаты Чёрного войска, что уж говорить о людях и прочих членах Светлых мечей. Его считали последним из своего рода дьяволом, не рисковали сильно злить, даже приносили жертвы в его честь, тем самым стараясь вымолить пощады за свои действия. Но, честно говоря, вскоре цели Светлых стали куда выше простой победы над Чёрными — они захотели казнить короля. Эта новость потрясла всё королевство, но никто, однако, так и не смог достичь даже изначальных краёв. И вот, сейчас, после затяжного боя, шёл третий день тишины. В лесу пела свирель, рассекая мрак своим тончайшим голоском, пели с ней птицы, мирно сосуществовали звери. Все постепенно забывали о последнем побоище и о войне, делая над собой невероятное усилие. В деревне же у речки никогда не было тех, кто вспоминал бы о этом чаще, чем раз в несколько месяцев. Старейшины не считали нужным участие в войне, они повторяли, что боги изберут победителя, но до одной совершенно отличающейся ото всех девчонки слухи о короле-дьяволе всё же дошли. И кто знает, что бы с ней случилось, если бы однажды полуэльф, пришедший издалека, не уговорил отпустить её с ним и его другом — ведьмаком. Примерно так и появилась их команда «Харом», что означало «три»: лучник-полуэльф — Котори, мечник-ведьмак — Брант и целительница-эльфийка Аезэлу.