Мы (не)будем...

Дерек даже представить себе не мог, как с ним могло такое произойти. Ещё час назад, он сидел в кафе, где его уже бывшая девушка сказала что-то вроде: «Прости, но дело не в тебе, а во мне». Да, может быть. А сейчас, он сидит на диване в квартире лучшей подруги своей старшей сестры и спокойно попивает пиво. Дерек и рад выпить что-нибудь покрепче, они с Дженнифер встречались два года (самые длинные отношения в его жизни, если не считать родственников и кролика Стива, которого ему подарили на пять лет), но у Стайлз не оказалось ничего крепче пива и кефира, так что из двух зол он выбрал первое. Отношения Дерека и Стайлз начались странным образом. Начать с того, что Дерек всегда говорил: «На свадьбе Лоры обязательно должно что-то произойти». Хейл ждал этого момента каждую секунду всего торжества и чуть не сплясал победный танец прямо перед всеми гостями (без малого, 40 человек), когда в церковь ворвался какой-то парень и сказал, что он против этого брака. Напоминает дешёвую мыльную оперу, но этот парень, как потом оказалось Ленни, оказался парнем не невесты, а подружки невесты. Отгадайте, кто был подружкой невесты. Именно. Стайлз! Ленни сначала слёзно просил прервать церемонию, но поняв, что его девушка сидит в первом ряду, а не стоит у алтаря – немного поубавил свой пыл. Как потом узнал Дерек – Ленни и Стайлз расстались за пару дней до этого события, и парень ни с того ни с сего выдумал, что его бросили ради другой особи мужского пола. Это всё Дерек узнал позже, сидя в своей машине с бутылкой виски в руках, от Стайлз, которая сидела рядом. Через час пьяных причитаний, они переспали в его машине, а на следующий день, слава всем богам, что Лора уехала в свадебное путешествие, пережили самый неловкий в мире разговор. Сейчас Стайлз сидела рядом с ним на диване и попивала пиво. Стилински его не трогала, и Хейл был ей очень благодарен за это. С Дженнифер они познакомились самым глупым из всех возможных способов. В магазине. Потянувшись за одним лимоном. Их пальцы встретились и… на этом моменте Лора всегда делает вид, что её сейчас стошнит. Блейк была милой, умной и доброй девушкой, Дерек испытывал к ней противоречивые чувства, но одно он знал точно – она ему нравится. В любовь Хейл перестал верить ещё в третьем классе, когда умер его хомячок, так что симпатия – это самое высокое из чувств, которые мог вырабатывать его мозг, ну, или что там отвечает за эту фигню. – Отстой, – выдохнула Стайлз и сделала большой глоток из своей бутылки. – Заткнись, Стайлз, – ответил Дерек и тоже отпил из своей бутылки. Стайлз никогда не умела молчать больше трёх секунд, так что с небольшой заминкой сразу же добавила: – Мы с тобой – отстой. Вопросительно поднятая правая бровь должна была говорить сама за себя, но, так и не дождавшись пояснений, Дерек решил влезть в это словесное болото: – Почему? Дерек уже приготовился к пулемётной очереди, вылетающей изо рта Стайлз каждый раз, когда она его открывает, но Стилински лишь горестно вздохнула, сделала ещё один глоток из бутылки и сказала: – Отношения сосут. К правой брови добавилась левая, Дерек даже голову наклонил и пробежался быстрым взглядом по Стилински. Не может быть такого, он просто не мог в это поверить, ущипните его кто-нибудь. – Что? – спросила Стайлз, когда увидела ошарашенный взгляд Хейла. – Офигеть, – только и сказал Дерек, прежде чем откинуть голову на спинку дивана и неверяще уставиться в потолок. Мысль никак не хотела умещаться в его голове. Стайлз Стилински потеряла веру в любовь. Ладно, она сказала не так, но чтобы понять, что говорит Стайлз, даже когда это только 2 слова, нужна целая библиотека словарей и огромное терпение. Большая часть разговоров Стилински – это сарказм и сомнения в умственных способностях окружающих. Дерек не помнит ни дня, чтобы Стайлз была одна. И не в смысле одна, а ОДНА. Её всегда окружали парни и девушки, большая часть из которых была не по зубам даже Дереку, и не в плане внешности, а в плане характера. За три года их знакомства Стайлз с кем только не встречалась, кажется, что она должна быть одной из тех, кто вечно стоит в стороне и ноет о том, что до семидесяти будет ходить в девственницах, но, нет. Стайлз – 25 лет, она работает в секс-шопе, и однажды Дерек видел, как она целовалась с бородатым байкером. На самом деле Рэд не самый странный из её парней. Стоит вспомнить Джима из магазина приколов или офисного планктона Ройса, или Билла, парня косящего под гота, или Карла, странного парня, который всегда улыбается, или чернокожего Уайта, или небезызвестного Ленни, или... всех не перечислишь, но Стайлз не только по парням, но и по девушкам. Она билюбопытна, как пояснила сама Стилински. Девушек в жизни Стайлз было не так много как парней, всего 4, каждая из которых просто сошедшая с небес богиня. Хейл помнит как даже Питер, его дядя, одобрительно присвистнул, когда однажды Стайлз пришла на День рождения Лоры в компании девушки. Насколько Дерек знает, первой была Хизер – милая блондинка с вечно красными от смущения щеками, поначалу кажется, что никакая она не королева, но по глазам видно, что это только фасад и кулаком в рожу ты получишь всегда. Второй, но не по важности, была Малия, на этом моменте Дерек всегда начинает кашлять, ведь Тейт его кузина. Обычная девушка, всегда говорит то, что думает, сильная, смелая и серьёзная. Третьей была Лидия, Дерек считает, что статус богини она заслужила по праву, и не только внешнему, глаза Мартин метали молнии и смотрели с некоторым снисхождением, её внешний вид был идеален от самых корней волос до кончиков её всегда высоких каблучков. Дерек не знает, что Стайлз нашла в этой девчонке (или что эта девчонка нашла в Стайлз), но готов признать, что его, Лидия смогла бы раздавить одним только словом. Про последнюю девушку Стилински, Хейл предпочитает не вспоминать, но тут дело скорее в самом Дереке, а не в Стайлз или… Коре… его младшей сестре. Да, Стайлз трахалась с его младшей сестрой. Его мало волнует тот факт, что его младшая сестра встречалась с девушкой, но то, что она занимается сексом – его немного беспокоит. Нет, Дерек знал, что когда-то это произойдёт, но… блин, лучше об этом не думать. Дерек размышляет секунд двадцать, когда голос Стайлз разрезает оборвавшуюся тишину: – А может порнушку замутим? Стайлз всегда умела так делать: когда человек находятся на дне своего эмоционального каньона – Стилински всего парочкой слов бросит ему верёвку и начнёт кричать о спасении его глупой жизни. Хейл медленно повернул голову в сторону девушки и встретился с её задумчивым взглядом. «Пиздец», – подумал Дерек, ведь за этим взглядом всегда следовала… – А что? Найдём какихнибудь лошков, снимем склад и возьмём камеру напрокат. Поставим в центр огромную кровать и накроем её красным одеялом. Или чёрным. Шёлковым. Только представь. Девушка, блондинка, лежит в красивом кружевном белье и задумчиво смотрит в потолок. Начинает мечтать и, типа, её фантазия вдруг оживает. В кадре появляется большой чернокожий парень с огромными мускулами, кубиками на животе, все дела… проходится пальцами по её ногам, потом по животу, повторяя их путь губами. Девушка медленно возбуждается и начинает тихо постанывать. Парень сжимает рукой её левую грудь, а на правой оставляет засос, медленно обводя его языком. Облизывает шею, осторожно покусывая. Девушка уже изнывает от желания. Она только хочет прикоснуться и глубоко поцеловать этого парня, почувствовать его, но как назло, тот перехватывает её руки и заводит их ей за голову. Его губы медленно растягиваются, превращаясь в ухмылку. И он одним рывком разрывает на ней белье. Девушка изгибается в спине, быстро облизывая губы, а он просто прикипает взглядом к этому движению. Он секунду раздумывает с чего бы начать и, резко подавшись вперёд, сминает её губы своими. Поцелуй глубокий, жаркий, с языком. Девушка перестаёт чтолибо понимать, а парень берет её под коленями и… …длинная тирада. – И откуда в твоей голове столько дерьма? – ошарашено спрашивает Дерек. Стайлз как-то пьяно улыбается и даже пару раз хихикает, прежде чем ответить. – Ну, что тут сказать. Я просто мастер порно-бизнеса. – И кто бы мог подумать. Стайлз пожимает плечами, кажется, считая свои глупые идеи очень даже реализуемыми. Интересно, где она собралась искать этих «лошков». На EBay? Дерек нихрена не понимает, что крутится в голове у этой идиотины Стилински. – Мы не будем снимать порно, – говорит Хейл и встаёт с дивана, чтобы обновить свою пустую бутылку, он видел у Стайлз ещё как минимум пять таких же в холодильнике. – Ладно, – поднимает руки Стилински и идёт следом за Дереком, – мы не будем снимать видеоролики эротического характера. Откроем магазин игрушек? Заделаемся киллерами? Будет батрачить дорогим коньяком? Кокаин? Марихуана? Произведения искусства? О, – застывает Стайлз, чтобы выдать самую гениальную по её мнению мысль: – Детективное агентство! В голосе девушки столько энтузиазма, что его хватило бы на небольшую африканскую страну. Глаза Стилински горят ярким огнём, и Дерек сдерживает себя из последних сил, чтобы не ударить её лбом о кухонную столешницу. В прошлый раз это очень помогло, может и сейчас что-нибудь, да получится. – Мы не будем… – начинает Дерек. – Но у тебя есть лицензия на ношение оружия, я могу пробраться куда угодно, Дэнни – великолепный хакер, мой отец – шериф, Лора – крутой адвокат, твой отец – врач, Талия – невероятный директор главного банка города. Да если мы захотим – мы можем весь Бикон Хиллс взять за яйца и хорошенько его встряхнуть. – Стайлз… – потирая переносицу, пытается остановить девушку Дерек. – К черту порно, нужно метить в верхи. Сначала Бикон, до Сан-Франциско всего два часа езды, а там и до Лос-Анджелеса рукой подать. Годик другой, и сам Дональд Трамп упадёт нам в ноги, и даже Питер пустит скупую мужскую слезу, когда мне вручат ключи от Нью-Йорка. Смогу купить себе небольшой дом со встроенной ванной и… – Встроенной ванной? – спрашивает Дерек. Что ж, хорошо, похоже, Стайлз Стилински ещё не покинула орбиту Земли. – Я рад, что тебя всё ещё волнуют такие моменты, как встроенная ванна. – Конечно, волнуют, – возмущается Стайлз, – ты видел мою ванную? – показывая пальцем на дверь позади, спрашивает Стилински. Дерек видел ванну Стайлз и ничего ужасного в ней не нашёл. Не то чтобы Дерек уж больно искал, но пару раз ему было лень ехать с работы через весь город, поэтому он садился в автобус, проезжал пять остановок и выходил прямо у дома Стилински. Самой Стайлз это надоело уже на десятый раз, поэтому она и сделала ему дубликаты своих ключей. Хейл официально жил у неё целый месяц. Почему официально? Каждое утро Стайлз вытаскивала у него из штанов десять баксов со словами «На коммунальные услуги». То, что за целый месяц их набралось триста, Дерека не волновало. Стайлз вкусно готовила, болела за Метс и её диван был странным образом идеален для сна. Хейлу было плевать на ванну, потому что у него каждый день был кусок мяса на ужин и огромный пушистый плед, в который Стилински обернула его, когда поняла что в её квартире только одно одеяло. Дерек не видел никаких ужасных вещей в её квартире. Она была меленькой, всего с двумя комнатами, одновременно напоминающая студию и квартирку где-то в центре. Хейлу она нравилась, а Стайлз постоянно на неё жаловалась. Что именно не так, Дерек не понимал, но в своё оправдание готов сказать, что он не понимает большую часть того, что делает или говорит эта девушка. – О чём думаешь? – спросила Стилински, когда Дерек странно замер с бутылкой пива в руках. – Давай встречаться? Стайлз резко отпрыгнула от барной стойки, разделяющей гостиную и кухню, и ошарашенно уставилась на Хейла. Дерек вообще-то тоже был слегка удивлён. – Что? – спросила Стайлз. – Что? Стилински подняла брови, как бы спрашивая «Ты издеваешься надо мной?», а Дерек просто стоял как истукан и не знал, что на это ответить. Нет, у него, конечно, бывали моменты, когда он пересматривал всю свою жизнь заново, но чтобы так… никогда. Эта мысль, встречаться со Стилински, зародилась в его голове внезапно. Не вчера и не неделю назад. Это скорее произошло на то Рождество, когда Стайлз пришла без своего очередного ухажёра или ухажёрки, а просто, в компании отца. Стайлз выглядела расстроенной и за весь вечер произнесла только слов пять или шесть. Лора тогда больше отвлекалась на Джордана, а Дерек внимательным взглядом наблюдал за Стилински, пытаясь понять, что с ней такое. В таком темпе прошло около трёх часов и примерно в два ночи его терпение лопнуло. Он подгадал момент, когда Стайлз вышла на улицу с бокалом шампанского, и пошёл за ней следом. – С тобой всё в порядке? – спросил Дерек. – Ага, – сказала Стайлз и выпила целый бокал залпом. Они простояли так ещё минут пять, и когда Стилински собралась идти обратно – Дерек схватил её за руку. Девушка обернулась к нему, и Дерек только тогда смог нормально её рассмотреть. До этого момента Хейл редко рассматривал Стилински как девушку, да, у них был секс, но это сейчас не причём. Стайлз всегда вела себя по-пацански, она не парилась о мелочах, могла ругаться как сапожник и поднимала руки выше всех, когда Метс обыграли Доджерс 9:5. Дерек тогда чуть не оглох, когда Стайлз завизжала и начала скакать по квартире как заведённая. Он привык считать Стилински сестрой, но только тогда, держа её за руку и смотря ей прямо в глаза, Дерек заметил то, что не сумел рассмотреть в их первую встречу. Стайлз была высокой, с немного выпирающими костями и тонкими запястьями, у неё были длинные ноги, тонкая талия, куча родинок создающих невероятные узоры по всему её телу. Волосы Стилински всегда лежали лёгкими волнами, а глаза так сильно выделялись на лице, что это было даже комично. Её кожа всегда была чуть загорелой и то, как она контрастировала с чётко очерченными губами и лёгким румянцем на щеках, было не передать словами. Дерек тогда подумал, каково это когда Стайлз готовит тебе завтраки каждое утро или носит твои футболки, потому что ненавидит спать в штанах, когда закидывает на тебя ногу во сне или начинает размахивать руками, когда ты опять забыл закрутить колпачок от зубной пасты. Стайлз была ненавязчивой, но в тот же момент она заполняла всё окружающее пространство только собой, не давая человеку ни единого шанса куда-то сбежать или не думать о ней. Хейл тогда покачал головой и отпустил её руку, потому что знал, что через три дня в город вернётся Дженнифер, встречающая Рождество со своими родителями в Чикаго, а Стайлз не из тех, кто будет разрушать чужие отношения. Стилински улыбнулась уголком губ и ушла обратно в дом, прикрывая за собой дверь, а Дерек так и стоял, смотря ей в след, сжимаю руку в кулак, ведь рука Стайлз, даже несмотря на минусовую температуру, была ужасно горячей. Через пару недель после этого Стайлз начала встречаться с Корой, и Дерек как-то забыл о своих странных открытиях. Их отношения незаметно перетекли в дружбу и вот, они уже ни о чём не парятся и могут говорить на любые темы и жить друг у друга, чтобы сэкономить деньги на дорогу и потраченные на метро нервы. Хейл так и стоял с бутылкой в руках, смотря на ошарашенную Стилински. У него не было ответов на свои собственные вопросы, как по-вашему, он будет отвечать на её. У Стайлз было много вопросов, так много, что они могли закопать Дерека живьём прямо на этой чёртовой кухне. – Что? – ещё раз повторила Стайлз. Стилински быстро осмотрела окружающее пространство, чтобы удостовериться, что это не её больная фантазия. Она, вроде как, в секс-шопе работает, её мозг и не такое мог нафантазировать. – Ничего, – пробурчал Хейл и уткнулся взглядом в горлышко своей пивной бутылки. – Ха-ха, – как-то истерично усмехнулась девушка, – хорошо, а то мне показалось, что Дерек Хейл только что предложил мне встречаться. Смешно, правда? – Обхохочешься, – всё ещё опустив взгляд, произнёс Дерек. Стайлз допила своё пиво, поставила пустую бутылку на стол и, развернувшись на 180 градусов, пошла в сторону дивана. Через пару минут начнётся новый сезон «Секретных материалов», и Стилински просто не имеет права это пропустить. Дерек допил бутылку и, выдохнув ещё раз для проформы, повернулся в сторону Стайлз. Стилински, изредка моргая, пялилась в телевизор, хрустя, непонятно откуда взявшимися, чипсами. Хейл подозревал, что она вытащила эту пачку из-под дивана, он однажды нашёл там целый склад еды, среди которого было шесть шоколадок. Серьёзно. ШЕСТЬ! И куда в неё только влезает? Хейл опустился рядом на диван и наблюдал, как Малдер говорит с девушкой, которую похищали инопланетяне. Стилински молчала, серия заканчивалась через 15 минут, Дерек мысленно перебирал варианты отступления. Хейл хотел просто встать и уйти, когда Стайлз шумно выдохнула прямо с началом титров. – Давай. Дерек непонимающе нахмурился и спросил: – Что давать? – Что крутится в твоей голове, – кивнула Стайлз и, нагнувшись, вытащила из-под дивана коробку изюма в шоколаде. В голове Дерека много чего крутилось: что такое «бытие»; почему трава зелёная; заплатил ли он за воду в этом месяце; рассказать ли Пэрришу, что Лора беременна или подождать, когда она сама ему расскажет; Скотт и вправду такой идиот или притворяется; Айзек и Кора встречаются или просто очень крепко дружат; почему Харрис такой мудак; Финсток – псих или у него просто такой яркий эмоциональный диапазон; Эрика правда училась на секретаря или просто прикалывается; Питер серьёзно тогда говорил про Лидию или просто пытался вызвать ревность у Джексона. У Дерека в башке был вагон и маленькая тележка разнообразных мыслей, и «Я нравлюсь Стайлз?» стояла, увы, на первом месте. Ему плевать на Лору и её муженька, плевать, что Скотт такой Баран, хотя по знаку зодиака он Весы, плевать, что Питер хочет замутить тройничок с семейством Уиттморов, плевать, что у Эрики новый парень, и уж тем более, что его сестра встречается с самым странным типом, которого только встречал Дерек в свой жизни (не считая Стайлз и Бойда; эта троица могла бы захватить мир, если бы пожелала). Хейл уже открыл рот, чтобы что-то сказать и не подтверждать слова Лоры о его низком уровне коммуникабельности, но Стайлз его опередила. – Да лааадно, – протянула Стилински и громко проглотила целую горсть изюма в шоколаде. Дерек ненавидит изюм, и тот факт, что он обожает шоколад – этого не изменит. – Что? – Хейл подумал, что пришла и его очередь немного потупить. – Ты, – показал пальцем на Дерека, сказала Стайлз, – и я, – переведя палец на себя, продолжила девушка, – офигеть. Стайлз, как говорилось раньше, мастер словесного боя, и то, что сейчас она говорит короткими словами-фразами, не есть хорошо. Стилински перевела взгляд на телевизор, где показывали рекламу и, пожав плечами, поднялась с дивана. Что было самым странным – это то, что несмотря на свою говорливость Стайлз всегда делала, а потом говорила или наоборот, или одновременно. Действие – её четвёртое имя, сразу после «Тот-Кого-Нельзя-Называть», «Сарказм» и «Болтовня». Дерек поморгал пару раз, проследил взглядом за Стилински, орудующей на кухне, и моргнул ещё раз для проформы. – Чёрт, – выдохнула Стайлз. Дерек бы этого даже не заметил, если бы в этот момент Стилински не повернулась в его сторону и не посмотрела как-то понимающе. Самое смешное – это то, что Стайлз никогда на него так не смотрела. Стилински просто стояла на кухне, опираясь руками на край барной стойки и, то смотря Хейлу прямо в глаза, то поглядывая в окно будто бы что-то просчитывая. Стайлз ещё раз громко выдохнула и, потерев лицо руками, сказала: – Прости. Взгляд Стайлз стал извиняющимся, а на губах появилась тёплая улыбка. – Я не могу. Извини. Стилински покачала головой и отвернулась к раковине. Дерек был понимающим парнем, он просто поднялся с дивана, надел куртку и вышел из квартиры. Хейл не обернулся, но краем глаза заметил, что Стайлз не повернулась, а так и продолжала стоять к нему спиной.