Мы (не)будем...

***Восемь месяцев спустя*** Дерек не знал куда деваться, он пробежал по этому коридору уже раз двадцать и всё равно останавливался у палаты какого-то мистера Финни. Хейл ненавидел больницы, не за то, что там дают ужасную еду или что там умирают люди, а за то, что ты быстрее сдохнешь, чем найдёшь в пятиэтажном здании свою рожающую сестру. Хейл как раз был на работе, лёжа под каким-то Опелем, когда его телефон зазвонил. Из всего того шума, что Дерек сумел разобрать было всего три слова: «Лора», «Больно», «Отъебись». Дерек сначала недоумевал, но посмотрев на дисплей телефона, понял, что ему звонят с номера Джордана. Либо Пэрриш – идиот, либо Лора – сумасшедшая. Хейл поднял бровь и, когда звонок оборвался, просто пожал плечами, засунув телефон в задний карман своих джинсов. Через 10 минут звонок повторился. – Что? – рыча, спросил Дерек. – Лора… рожает… я… – на том конце что-то громко упало, а в следующую секунду в трубке раздался спокойный голос старшей Хейл. – Дерек, я рожаю, а Джордан упал в обморок. Ты не мог бы привести мне шоколадное мороженное? Хейл ударился головой о машину и дважды упал, прежде чем вылететь из здания мастерской и бросить своему боссу «Лора в больнице». Генри всегда был понимающим малым, поэтому просто кивнул и продолжил дальше пускать слюни в диванную подушку. И вот сейчас Дерек стоит и ждёт лифт, чтобы снова спустится к стойке регистрации и уточнить где именно в этом «Замке Забвения» тире «Больнице Бикон Хиллс» находится его рожающая сестра. Хейл стал нервно притопывать ногой, прожигая взглядом двери лифта, которые никак не открывались. Он уже хотел пробежаться по лестнице, когда лифт наконец-то звякнул и открылся. Дерек на секунду замер и откашлялся. *** Лора позвонила ровно в 8:00 утра, Стайлз даже глаза не смогла продрать, когда в трубке нервная Хейл начала орать. – Бегом в больницу, мать твою, я рожаю! На заднем плане было много шума и нервного бурчания по поводу того, что всё в порядке (скорее всего, это был Джордан, который за последние полгода потерял больше нервных клеток, чем за последние шесть лет в полиции Бикон Хиллс). Старшая Хейл говорила что-то ещё и явно пыталась вытащить Стилински из её тёплой и мягкой кроватки. На стороне Лоры были серьёзные аргументы: «Я рожаю, чёрт возьми». На стороне Стайлз были не столь серьёзные аргументы: «Я умираю, потому что не спала уже дней пять из-за этой дурацкой работы. Может, ты подождёшь ещё недельку другую». После громкого крика и успокоительных шепотков с той стороны, Стайлз кивнула и положила трубку. Ей потребовалась минута ора в подушку и самобичевания, чтобы вылезти из своей кровати и поплестись на другой конец города. У стойки регистрации Стайлз подробно объяснили куда следует идти и указали пальцем на лифт. Стайлз кинула взгляд в отражающие стены лифта и чуток нахмурилась, хорошо, что у неё была своя машина, а то люди в метро стали бы от неё шарахаться. Стилински потёрла лицо руками, пощипала щеки для естественного румянца, убрала с уголков глаз все свои сонные следы и даже успела улыбнуться, когда металлические двери разошлись в стороны. *** Эмоции на лице Дерека сменяли друг друга со скоростью света, они то становились негативными, то позитивными, и всё это за одну (!!) секунду. В конце эмоциональный фон Хейла пришёл к единственно подходящему варианту: poker face. Дерек мысленно кивнул чему-то своему и зашёл в кабину лифта. Он бы простоял так ещё пару минут, но где-то в этом здании рожала его сестра и плевать, что он обязан будет провести со Стайлз Стилински пару долгих секунд в тесном пространстве пассажирского лифта больницы Бикон Хиллс. Наконец двери лифта закрылись, и Стилински нажала на кнопку пятого этажа. Отлично, Дерек не добежал всего два этажа. – Кхм, как дела? – спросила Стайлз пряча руки в карманы. – Хорошо, – грубо ответил Хейл. – Супер, – кивнула Стайлз. Несмотря на то, что Стайлз была болтушкой и могла разговаривать по 30 часов в сутки (плевать, что их всего 24), сейчас нужные слова не желали вылетать из её проклятого рта. За последние 8 месяцев Стайлз не сильно изменилась, только волосы чуток отросли, да задница стала подтянутой от вечной беготни на работе. Она купила себе машину в кредит, новый телефон, положила новую плитку в ванной и даже купила себе платье. Последнее скорее заслуга Лидии поругавшейся с Джексоном и сломавшей в процессе нос Питеру, но это уже не важно. Дерек тоже не знал что сказать, он не думал, что встретит Стайлз вот так… в лифте. Хейл кинул взгляд на стену лифта, которая была хорошим зеркалом, и осмотрел себя внимательным взглядом, мало ли, может у него масленые следы где-то остались. Закончив с инспекцией, Дерек посмотрел на Стилински, та часто моргала и облизывала губы, нервничала. – Я… – сказали они одновременно. – Давай ты… – снова на два голоса. – Окей, – хмыкнула Стайлз. – Я… Стилински не успела закончить свою речь, так как створки лифта открылись. Медсестры бегали туда-сюда, дальше по коридору плакал ребёнок, а Джордан Пэрриш брал себе крепкий чёрный кофе в автомате. Стайлз уже хотела крикнуть, что этим пойлом можно прожечь себе дыру в желудке, но остановилась, так как пускай… может в себя придёт. Дерек быстрым шагом направился в сторону Пэрриша, но тот заметил его раньше. Джордан замер с пластиковым стаканчиком у самого рта. Выглядел Пэрриш фигово. Подошедшая следом Стайлз похлопала его по плечу и, осторожно взяв под локоть, повела его в сторону кресел для посетителей. – Как ты? – спросила девушка. Джордан посмотрел на неё как на дуру и ответил. – Моя жена рожает. Как я по-твоему? – Отстойно, – покивала Стайлз. Пэрриш кивнул ей в ответ и присосался к стаканчику с кофе. Стилински всё ждала, когда же Пэрриш блеванёт прямо здесь, посередине родильного отделения, но тот просто продолжал пить свой напиток маленькими глоточками. «Походу, – подумала Стайлз, – это не первая его доза.» В соседнюю палату зашла молоденькая медсестричка, и Стайлз проводив её взглядом уже хотела поинтересоваться где Лора, но та самая медсестра вылетела из палаты подгоняемая громкими криками. – Да идите вы все, я, блин, рожаю! «А вот и Лора нашлась», – подумала Стайлз и направилась в сторону той самой палаты. Старшая Хейл ходила по комнате туда-сюда, как заведённая, держась руками за поясницу. Стилински тихо хмыкнула на утиную походку подруги и сказала: – Лора? Хейл быстро обернулась к двери и начала прожигать Стилински взглядом, Стайлз посмотрела по сторонам и подумала уже бежать, но у Лоры были на неё свои планы. – Какого черта? – шипя как кошка спросила Хейл. – Что? – непонимающе спросила Стилински. – Ты почему так долго?! – Я? – И где этот кусок мудака, которого я на протяжении тридцати последних лет называю братом? – Он… – показывая пальцем назад, начала Стайлз. – Отлично, – кивнула Лора, – позови его. Хейл опять продолжила свою ходьбу, а Стайлз медленно вышла спиной вперёд из палаты. Когда Джордан звонил ей посреди ночи и спрашивал, что ему делать в той или иной ситуации, Стайлз не надеялась увидеть что-то подобное воочию. – Д… кхм… Дерек, – подойдя к Хейлу, сказала Стайлз, – роженица просит тебя пройти в её обитель. Дерек лишь закатил на это глаза и направился к своей сестре. Последующие десять минут из палаты доносились крики Лоры и спокойный голос Дерека, и когда всё стихло – откуда-то прибежал врач, а через четыре часа на свет появилась маленькая копия Джордана Пэрриша. Всё это время Дерек и Стайлз сидели за пределами комнаты, где кричала рожающая Лора и держащий её за руку Джордан. Стилински успела прочитать плакат о гигиене раз сто, когда голос Хейла её отвлёк. – Она сказал, что если умрёт, то хочет, чтобы мы позаботились о её ребёнке. Все всегда думали, что Дерек Хейл не умеет шутить, ох, как же они ошибались. – Смешно, – улыбнулась Стайлз. – Она и вправду так сказала, – нахмурился Дерек. – Знаю, это же Лора. За последние полгода миссис Пэрриш успела достать Стайлз до такой степени, что этому ещё не придумали названия. Радовало одно: всех остальных она доставала не меньше. В семье Хейлов было бессчётное количество детей, и Лора, как вторая по старшинству, иногда заменяла самым младшеньким мамочку, но для неё самой этот ребёнок был первым, естественно она волновалась. Лора чего только не напридумывала и даже пол ребёнка не захотела знать, где-то вычитав что это плохая примета. Стайлз стала официальной крестной где-то месяц назад, ровно в 5:01 утра, когда у Лоры случились первые ложные схватки. И с тех пор, чего она только не наслушалась. Заявление Дерека было самым вменяемым из всего возможного. Пока Лора отдыхала и спокойненько посапывала, Стайлз хотела врезать Джордану, её останавливало только то, что он держит на руках своего новорождённого ребёнка. Стилински всегда бесила эта умилительно-щенячья мордочка на лице Пэрриша, так что её бы даже не осудили за хороший хук правой. – Она такая милая, – прошептал Пэрриш. Стилински закатила глаза и улыбнулась. Лора проснулась спустя час, и Стайлз тут же захотела её расцеловать. – Убери это омерзительное выражение со своего лица Пэрриш, – было первым, что сказала Лора, – а то я встану и ударю тебя. Джордан на это улыбнулся и тут же передал малышку мамочке. В оправдание своего умилительного пищания Лора готова заявить, что она только что родила и ей всё можно. Пэрриш отправился за шоколадным мороженным, которое Дерек не купил, а сам Хейл пошёл на поиски чего-нибудь алкогольного и обещал вернуться через пару минут или часов, это как пойдёт. Стайлз тоже уже хотела уйти, но Лора её остановила. – Эй, – выдохнула Хейл, – я уже сказала это Дереку и теперь хочу сказать это тебе. – Я не стану опекуном твоего только что рождённого ребёнка. – Стайлз, – закатила глаза Лора, – даже не мечтай об этом. И не потому что ты какой-то плохой человек, а потому что у тебя даже рыбка сдохла. Доверять тебе живого ребёнка, это всё равно, что запускать фейерверки в метро. Глупое занятие, которое может привести к парочке человеческих кончин. – Спасибо, что ты настолько мне доверяешь. – Стайлз… ты моя лучшая подруга, а ещё ты невероятная дура, – получив от Стилински обиженный взгляд, Лора решила продолжить: – Я не знаю, что произошло между тобой и Дереком, но я вижу, что ему это радости не принесло, да и ты выглядишь как плохая версия Джокера. – Не тронь Бэтмена, – пригрозила пальцем Стилински. – Это святое. – Просто поговори с ним. Знаю, слова «Дерек» и «поговори» в одном предложении встречаются редко, но просто попробуй. Это ведь несложно. Лора снова перевела всё своё внимание на малыша и, когда Стилински уже собиралась закрыть дверь, Хейл не смотря в её сторону, произнесла: – Джейми Александра Пэрриш. – Что? – не веря своим ушам, спросила Стайлз. – Это её имя, – улыбнулась Лора. Стилински была польщена. Хейл на это только хмыкнула и покачала головой, когда дверь палаты закрылась. *** Дерек нашёлся в магазине, стоя около алкогольного отдела. Судя по сведённым бровям, Стилински предположила, что он выбирает между хорошим вином или хорошим виски, коих найти в этом супермаркете просто невозможно. Стайлз встала рядом с Хейлом и сделала вид, что тоже ищет что-то по душе. – Джейми Александра Пэрриш, – произнесла Стайлз. Хейл нахмурился и перевёл на неё взгляд. – Что? – Твоя племяшка. Джейми Александра Пэрриш. Дерек не понимал к чему ведёт Стайлз, но спустя долгих три минуты раздумий наконец-то всё понял. – В твою честь. – Ага. – Ты польщена? – Очень. Завидно? – Немного. Стайлз весело хмыкнула и уже открыла рот, чтобы кое-что прояснить, но Дерек её опередил. – Я не хотел тебя обижать или… обижать. – Что? – Тогда… предлагая тебе встречаться, ты наверное подумала, что я шучу, но… – Хейл, – остановила Дерека Стайлз, – я ничего не подумала, просто это показалось странным вот и всё. – Странным? – Хейл, ты… непроходимый идиот. Дерек от такого заявления чуть отшатнулся назад, и его брови сделали что-то очень смахивающее на глубокую обиду. Пока Хейл мысленно приходил в себя, Стайлз решила пояснить. – Ты самый невероятный парень, которого я когда-либо встречала, – Стилински провела руками по лицу и попыталась понять, почему в её голове эти слова звучали намного лучше. – Я не знаю чем ты руководствовался, когда предлагал мне встречаться, но позволь задать тебе один вопрос? – Ты уже его задала, – ухмыльнулся Хейл, но увидев нахмурившуюся Стайлз, кивнул. – Почему я? – Что? – Почему ты предложил мне встречаться? В смысле, именно сейчас. У тебя было три года, ты жил у меня и ел мою еду, мылся в моей ванной и прочее и прочее. Но только сейчас, когда я уже привыкла и пришла к каким-то личным выводам ты… – Каким выводам? – Каким выводам? – Стайлз? – грозно спросил Дерек. – Ладно-ладно, не надо так напирать, – примирительно подняв руки, пробурчала Стилински. – Тогда, в твоей машине, мы занимались сексом… – Я помню. –… я подумала «А почему бы и нет?». Я даже пробовала и говорила, что ты мне нравишься, но ты всё спускал на тормоза и смеялся, приговаривая, что это очень смешная шутка. Потом появилась Дженнифер, Кора и ещё куча разных людей. А сейчас ты пытаешься начать всё сначала… это обидно… немного… – Я не понимаю о чём ты говоришь, – нахмурился Дерек. На самом деле Хейл не понимал примерно восемьдесят процентов всего, что говорила Стилински, но сейчас можно сказать была критическая ситуация, которая требовала очень серьёзного разговора. Стайлз, по мнению Дерека, не умела вести серьёзные разговоры, от слова «совсем», но когда-то надо начинать. – Я тебе нравлюсь? – спросил мужчина после минутного молчания. – А ты не знал? Стайлз открыла рот и осмотрела по сторонам, скорее всего, ища камеры или Эштана Кутчера со всей съёмочной группой «Подставы». Вокруг таких не наблюдалось, ну, если только бывший Деми Мур не переоделся в старушку, внимательно разглядывающую банку кильки в томате. – Нет. – Я думала вся наша дружба, – показывая то на Дерека, то на себя, начала девушка, – основывается на твоём понимании и моем игнорировании. – Чего? – Ты знаешь, что нравишься мне, а я делаю вид, что не понимаю о чём ты. И мы оба об этом не говорим. Хейл опустил глаза в пол и решил вспомнить, когда это Стилински заявляла что влюблена в него. Много времени не потребовалось. Сначала она сказала, что он ей нравится и хотелось бы повторить, после секса в машине. Потом, кажется, она влюбилась в него без памяти, когда Дерек сделал ей огромную стопку блинов и сказал, что это всё только для неё. Потом был… его День Рождения… Рождество… пьяная вечеринка… когда он тащил её пять кварталов на своём горбу… когда… «Блин, неужели их было так много?», – подумал Дерек. По его мнению их было очень много. Стилински редко говорила «Я тебя люблю», она даже это переиначивала и выдавала в своей манере, но как… КАК?... Дерек мог пропустить, что он ей нравится. Если так подумать, то Хейл всегда оборачивал всё в шутку даже несмотря на то, что Лора постоянно заявляла что он не умеет шутить, или просто не верил, так как пьяную Стайлз пускающую тебе слюни на плечо и бурчащую «что жить без тебя не может, так сильно она тебя обожает» сложно принимать за чистую монету. Чёрт, кажется Дерек шёл к этому отказу долгих три с половиной года. «Так тебе и надо, придурок», – сказал внутренний голос. – Извини. – За что? – За то, что я такой идиот. – Да, это так, – кивнула Стайлз. – Эй! – Ты заслуживаешь больше, чем я смогу тебе дать. Ты очень умный и красивый, у тебя есть крутая тачка и большая квартира. Помани пальцем, и половина города бросится к тебе в постель. Думаю, ты слишком хорош для меня. Стайлз грустно улыбнулась и решила просто уйти, плакать ей не хотелось, а вот напиться это да. Она как раз вышла из магазина, думая о том, что Джексон задолжал ей одну сопливую речь, когда Дерек её окликнул. – Стайлз!! Девушка опустила голову, громко выдохнула и повернулась к Хейлу. – Ты самая непроходимая дура, которую я встречал. – Это мои слова, – буркнула Стилински. – Почему ты не сказала? – Я говорила. – Недостаточно, это… – Ты точно идиот. У тебя была Дженнифер, а я… просто Стайлз, – она пару раз взмахнула руками и продолжила, – я не умею… как она… и никогда не буду ею. Я не умею… этого… всего… мои отношения полный отстой, они ни разу не длились больше месяца. – Ты встречалась с Корой два месяца и тот парень… Люк, или как там его… – Это другое! Кора была клёвой, а Люк был придурком, с котором было интересно проводить время. – Разве это ни одно и тоже. – Нет. – Тогда я ничего не смыслю в отношениях. – Да, мы с тобой оба в отношениях сосём. – Мило. – Сорри, за мой французский. Стайлз отвернулась в сторону и пыталась продумать план отступления. Глупо было размышлять об этом, ведь Дерек знает где она живёт, но не это важно. На свадьбе Лоры Стайлз подумала, что этот странный чувак очень даже горяч и сразу стало интересно, а есть ли в церквях пожарные сигнализации. Потом она узнала, что этот парень брат Лоры и поняла, что готова захлебнуться в собственной слюне и слезах, ведь в этом мире нет ничего более несправедливого чем правило что с родственниками лучших друзей трахаться нельзя. Слово за слово, пара бокалов шампанского, свистнутая бутылка водки, и они уже занимаются сексом на заднем сидении ужасно красивой машины. На следующий день Стайлз чувствовала себя как использованный презерватив, причём не один раз использованный, а потом пережила самый странный разговор в своей жизни. Она приказала себе не думать об этом, Дерек просто один из многих, но как только узнала его получше, поняла, что не думать так же сложно как смотреть на Джима Керри и не смеяться. Дерек был невероятным, даже тот факт, что он был неразговорчивым и умел убивать только одним движение брови, не делал его ужасным. Он знал много интересного, прочитал больше миллиона книг, занимался любимым делом и всегда помогал, когда его просили. Его внешний угрожающий вид был лишь фасадом, как броня, прячущая за собой маленького чёрного волчонка, которого изгнали из стаи. Стилински впервые поняла, что чего-то хочет, на крыльце особняка Хейлов, когда Дерек поинтересовался всё ли с ней в порядке. Стайлз тогда подумала, что у Дерека невероятно пронзительные глаза и большие горячие ладони. Он смотрел обеспокоенно, и Стайлз нужно было только руку протянуть схватить его за воротник и утащить подальше в лес, чтобы целоваться всю ночь напролёт. Но она этого не сделала, потому что Дерек был уже занят. Дженнифер была милой, красивой и доброй, она могла цитировать Шекспира и Байрона, она любила французскую литературу и свободно говорила на трёх языках. Она носила каблуки и женственные платья, умела печь вкусные пироги и слушала Моцарта с открытым ртом. Она смеялась, прикрывая рот ладошкой, и смущаясь, отводила глаза в сторону. Стайлз была Стайлз, она не носила платьица и по большей части могла взорвать дом чаще чем получить идеальный яблочный пирог, она умела готовить только мясо и картошку, ну, ещё макароны, веря что хорошая порция сыра может залечить любые трещины. Стайлз могла процитировать «Звёздные войны», все семь частей, и истинно верила, что Бэтмен уложит Супермена на лопатки. Она материлась и танцевала победные танцы Вуду, когда Метс забивали мячи. Дерек слишком хорош для неё, даже если бы что-то получилось – Хейлу бы она быстро надоела и в итоге Стайлз бы осталась одна со своими безразмерными майками и любовью к горячим гамбургерам. Дженнифер никогда не ела бургеры и вообще, кажется, была вегетарианкой. Стайлз соврёт, если скажет что не хотела бы поменяться с Блейк местами хотя бы на один день, почувствовать какого это когда Дерек обнимает тебя и целует по утрам, когда даёт тебе свою футболку и причитает, что какой-то урод с верхних этажей опять занял его парковочное место. Стайлз жалкая и то, что Дерек этого ещё не понял, делает её ещё более жалкой. – Стайлз? Стилински отвернулась и попыталась стереть руками дорожки слез бегущих по щёкам, но те всё капали и капали, не желая останавливаться. Дерек ошарашенно смотрел на Стилински и не мог поверить, что она плачет, он никогда не видел как она плакала. Стайлз была самым сильным и стойким человеком на Земле. У Хейла дыхание перехватило, когда он понял что это из-за него. Он заставил Стайлз плакать. «Хуевый ты… друг», – сказал внутренний голос, чуть замирая на последнем слове. – Стайлз. – Отвали, – сказал девушка и вытерла глаза рукавом куртки. – Прости. Хейл сказал это тихо почти не слышно, и Стайлз уже хотела открыть рот или хорошенько треснуть по его тупой башке, когда тот резко повернул её и обнял. Дерек положил ей подбородок на голову и чуть распахнул куртку, будто бы пытаясь спрятать её от всего мира. Он не гладил её по голове как маленькую девочку и не говорил, что до свадьбы заживёт, он просто стоял и, кажется, пытался задушить её в объятьях. – Ты меня задушишь, – чуть приукрашивая, сказала Стайлз. – Ты преувеличиваешь, – ответил Дерек, так и не ослабляя хватку. От Дерека пахло апельсинами и свежими кексами, он был тёплым и большим, как батарея, в которую можно завернуться. Стайлз просто стояла и дышала им, пытаясь привести в порядок частящий пульс, но тот никак не хотел успокаиваться и даже чуть подскакивал от каждого глубокого вдоха. Она ненавидела себя за то, что радуется даже такой поганой ситуации. – Успокоилась? – Я спокойна как целлофановый пакетик, который подхватил тёплый южный ветерок. Ситуация ситуацией, а сарказм по расписанию. Дерек провёл рукой по волосам Стайлз и чуть улыбнулся, не зря Лора наорала на него по поводу того что Стайлз игнорирует её. Старшая сестра была в ужасе, когда размахивала руками и причитала о том, что это всё из-за Дерека и она может потерять лучшую подруга, потому что её младший брат полный идиот. Дерек ни разу не видел Лору такой страшной, она была в гневе и если бы её взгляд мог убивать – от Дерека бы и мокрого места не осталось. Слава всем богам, что его племяшка решила, что пора бы уже показать себя миру и отвлекла Лору от возможного братоубийства. – Ты мне тоже нравишься, – улыбнулся Хейл и накрутил прядь волос Стайлз на палец. Стилински что-то пробурчала, горестно вздохнула и, выбравшись из этого розового озера, влепила Хейлу пощёчину. Нет, а вы что думали, что Стайлз кинется ему на шею и оближет его с ног до головы. Стилински конечно не против, но этот придурок довёл её до слез и не заслужил поцелуев и облизывании, по крайней мере до того как сводит её на премьеру «Лиги Справедливости», а она будет только через четыре месяца. Хрен ему, а не объятия. Девушка гневно прищурилась и решила повторить прекрасное отступление в стиле Лидии Мартин. Она чуть взмахнула волосами и, повернувшись на пятках, пошла в сторону больницы. Дерек на это представление только хмыкнул и, покачав головой, направился следом. *** На заднем дворе дома Хейлов творилось что-то невообразимое: вокруг бегали дети, шериф Стилински пускал слюни на мясо, которое жарилось на гриле, Лора пыталась успокоить плачущую Джейми, Кора и Айзек миловались за большим дубом, Джордан сидел на ступенях небольшой веранды, с видом что «в домике никто не живёт», а все остальные просто… были кто-где. Дерек вышел из ванной, почёсывая щетину, и тут же зарылся в сумку с вещами, надеясь откопать в ней хоть одну нормальную футболку. В комнату забежала Эллисон и, осмотревшись быстрым взглядом, скрылась в ванной. – Я не знаю, что мне делать! – закричала Арджент, и через секунду в кране полилась вода, чтобы заглушить её шёпот. Дерек проводил Элли взглядом и тут же прокричал: – Стайлз, где моя белая футболка?! В ванной на секунду наступила тишина, и голос Стилински ответил: – На самом дне. Вода снова вернулась, и Дерек зарылся в сумку с головой. Спустившись по ступенькам Дерек осмотрел двор и решил выбрать меньшее из всех возможных зол, а именно пошёл к матери, лежащей на шезлонге с книгой на лице. Дерек тихонечко лёг на соседнее место, надевая свои солнцезащитные очки, и чуть не упал, когда голос мамы, приглушенный «Грозовым перевалом» спросил: – Всё хорошо? – Да. Через секунду с кухни раздалось шипение и крик Лидии, что Джексон безрукий идиот, с верхнего этажа Стайлз крикнула, что она поддерживает данный момент, Скотт громко засмеялся, а Джон Стилински и Роберт Хейл просто покачали головами, одними губами произнося «Дети». Дерек только на секунду прикрыл глаза и открыл их только через час, когда на него сверху кто-то лёг. Тонкие пальчики сняли очки, поводили по его бровям, разглаживая складочку на переносице, потом спустились и потыкали в щеку, а потом неизвестный укусил его за нос и громко чихнул прямо в ухо. – Что? – прорычал Хейл. – Ничего, – хмыкнула Стилински, поудобнее укладываясь на Дереке и мотая ногами в воздухе. – Тебе не тяжело? Вряд ли Стайлз было интересно испытывает ли Дерек дискомфорт от того что на нём лежат, это можно было назвать лишь этикетом. Хотя вряд ли Стайлз согласится с этим. – Нет, – ответил Дерек и положил Стайлз руки на талию, чтобы она не упала, – ты как котёнок, весишь граммов сто. И это было правдой, даже несмотря на то, что у Стайлз было хорошо тренированное и упругое тело, она весила килограммов двадцать от силы. Дереку конечно сложно судить, он может штангу в двести кило поднять и не надорваться, но это правда. – Ха-ха-ха, – громко засмеялась Стилински, садясь на него верхом, – ну ты и сказанул. От души, как говорится. – Но это правда, – нахмурился Дерек. Стайлз возвышалась над ним как Богиня. Её длинные волосы развивал ветер, а лучики солнца забавно отражались в карих глазах делая их медовыми. Она широко улыбалась и водила пальчиком по его лицу. – Что? – спросил Дерек, когда Стайлз задумчиво поджала губы. – Я… Девушка в нерешительности отвела глаза и осмотрелась вокруг. Кора и Айзек заговорщицки хихикали, Джордан и Лора смотрели друг на друга влюблёнными глазами, и Стайлз была готова поспорить, что вокруг них воздух стал сахарным и липким, как сладкая вата, Роберт Хейл и шериф Стилински говорили о мясе, кажется споря о том кто готовит его лучше, миссис Хейл чуть слышно посапывала так и не подняв книгу со своего лица, вокруг бегала куча детей, кажется тысяча, потому что Хейлы это огромная семья, у которой дети рождаются как у волков – целым выводком (Лора похоже стала приятным исключением, ведь не зря Пэрриш так нервничал), а под Стайлз, как бы смешно это не звучало, лежал самый охрененный мужчина на Земле. Дерек положил ей руку на бедро, успокаивая сходящие с ума винтики в её голове и улыбнулся, не как обычно – хищно, а по тёплому как улыбается только ей. Стайлз готова поспорить на всю свою коллекцию Марвел, что Дженнифер он так никогда не улыбался. – Меня пугает твоё молчание, – всё ещё улыбаясь, сказал Дерек, притягивая её ближе, чтобы она снова легла на него. – Привыкай, – только и ответила Стилински, подчиняясь. Какой бы Стайлз не была по своему характеру она нравилась Дереку. Кто знает, может ему хватит смелости подарить Стайлз то колечко, которое он прячет в ящике с носками, и которое Стайлз нашла ещё месяц назад.