Hell is loose

Кэролайн стояла в подвале Локвудов, не зная, что с собой делать. Все рушилось вокруг нее. Казалось, что мир повернулся к ней спиной, и она осталась одна в темноте. Она думала о дне выпуска, дне, c которого все это началось. Они одолели Сайласа, превратили его в камень. Они выпустились вместе, событие, в достижении которого Кэролайн сомневалась. Деймон выжил и, несмотря на то, что Кэролайн была против этого, сделал Елену счастливой. Джереми воскрес, и Тайлеру было позволено вернуться домой. На короткий миг Кэролайн позволила себе чувствовать обманчивое счастье, ощущавшееся ею, когда Клаус сказал ей, что Тайлер свободен. И потом он пообещал, что будет ждать ее. Вечно. На долю секунды, когда Клаус поцеловал ее в щеку, ее колени подогнулись и сердце затрепетало. После ухода с футбольного поля, Клаус попрощался и исчез на ее глазах с последними словами «Береги себя, love» Кэролайн ждала час, прежде чем позвонить Тайлеру из-за странного желания не нарушать то, что только что произошло между ней и Клаусом. Она села на кровать, как только набрала его номер и записала сообщение на его сотовый. «Тайлер, это я. Все закончилось. Его больше нет, Сайласа больше нет. Клаус тоже уехал. Он сказал, ты можешь вернуться домой, он больше не будет охотиться за тобой. Ты можешь вернуться ко мне, Тайлер. Что-то вроде подарка на выпускной, но это не важно. Возвращайся домой, Тайлер. Я люблю тебя. Скоро увидимся» Тайлер был на пороге ее дома на следующее утро, и Кэролайн бросилась на него. Их губы встречались снова и снова, и Кэролайн не хотела отпускать его. Они провели день преимущественно обнаженными, «наверстывая упущенное» и остановились только чтобы рассказать остальным о его возвращении. Кэролайн совсем забыла о «чистке», которую им надо было провести. Кэтрин была человеком без воспоминаний о своей вампирской жизни. Джереми вернулся из мертвых, и Бонни совершенно точно уехала на лето. Стефан также исчез и, хотя Кэролайн и было жутко обидно, что он не попрощался с ней, она его понимала. Кэролайн также нужно было уехать отсюда, так что она упаковала чемоданы и сказала Тайлеру сделать то же самое. Они доехали до ближайшего аэропорта на следующее утро внезапно начали путь к Буэнос-Айресу. Кэролайн никогда не покидала Мистик-Фоллс и первые пару дней она не могла перестать улыбаться. Все было таким новым и волнительным. Как Клаус и сказал, перед ней был открыт целый мир* и, если бы не Тайлер, она бы путешествовала до самого первого дня в колледже. Но реальность звала их назад в Мистик-Фоллс и когда летние каникулы подошли к концу, все медленно развалилось. Стефан вернулся в город, и Кэролайн пыталась подбодрить его, насколько это было возможно, зная, что для него было сложно видеть его брата и любовь его жизни вместе. Оглядываясь назад, Кэролайн должна была знать, что что-то не так, но она жила в том обманчивом счастье с ее парнем, друзьями и будущее только и ждало, чтобы забрать все это. За день до отъезда в колледж, они до сих пор получили ни весточки от Бонни, но Джереми общался с ней, поэтому, хоть Кэролайн и было обидно, что та не попрощалась, девушка не волновалась. Бонни использовала каждый дюйм своей силы, чтобы остановить Сайласа, так что Кэролайн думала, что она восстанавливалась где-то в месте, которое не было так населено сверхъестественными существами, как Мистик-Фоллс. Но потом он сказал ей. Сайлас раскрылся ей и показал ей все, как оно было на самом деле. Бонни была мертва. Стефана больше не было. Ад спускался. И ее мир разбился на тысячу кусочков. Кэролайн так и не испытала свой первый день в колледже. Тайлер и ее мама пытались убедить ее поехать, убраться из города и быть в безопасности. Но Кэролайн знала, что она не может оставить своих друзей и семью так и, конечно, она не уедет без Тайлера. Ей удалось получить ее заявление назад с небольшим принуждением, потому что она не знала, вернется ли назад. Что-то внутри нее перевернулось после с их с Тайлером поездки в Южную Америку. После посещения Буэнос-Айреса, Рио-де-Жанейро и Сантьяго-де-Чилле, которые полностью были заполнены противными туристами, Кэролайн хотела большего. Она хотела увидеть реальную красоту мира и насладиться тем, что этот мир может предложить. Но была темная дыра в ее животе, которая продолжала говорить, что она никогда не сделает этих вещей. Сайлас был где-то там, и у них не было ни одной идеи о том, чего он хотел. Было такое ощущение, что он проснулся только для того, чтобы охотиться на Мистик-Фоллс, предположительно как и другие сверхъестественные злодеи, думала Кэролайн. Кэролайн медленно повернулась в подвале, рассматривая малейшие трещины в стене своим вампирским зрением. Это место, где она и Тайлер впервые увиделись после его первого обращения. Это место, где Тайлер перед ней превратился не просто в волка, но в человека, которого она любила. Ее глаза стали влажными, как только она подумала, что может потерять его снова. Она очень ясно помнила их прощание в этом самом подвале, когда она думала, что Тайлер умрет из-за смерти Клауса. И ее сердце разбилось, когда она видела, как он бежал от Клауса. Она ведь даже не знала, увидит ли его снова. Но в этот раз все было по-другому. Он больше не хотел быть с ней. Он не доверял ей. И из всех вещей, из всего, через что они прошли, это было самое худшее. Они всегда находили пути друг к другу, несмотря на все те вещи через которые, в частности Клаус, их проводил. Казалось, Клаус был корнем всех ее проблем. Сны о нем начались через неделю после того, как они вернулись из Южной Америки. И, из-за своей привычки разговаривать во сне, Тайлер знал, что Клаус появляется в ее снах. Он умчался в ночь, не утруждая себя кричать на нее, и она ждала всю ночь, ждала его возвращения, чтобы объяснить. Обычно ее сны о Клаусе были далеки от белых простыней и той ужасной наготы, которая иногда ей снилась. Там были ужас и страх, и, когда она говорила «Клаус»… Обычно это была мольба прекратить делать какие-либо ужасные вещи с ней или другими. Сначала были только такие сны, но недавно это изменилось. Кэролайн упала на колени, не заботясь о том, насколько пол, должно быть, грязный. Она опустилась ниже так, что теперь сидела на пятках, не чувствуя боли, которую чувствовал бы человек, сидя в такой позе на каменном полу. Закрыв рот руками, она пыталась предотвратить всхлипы, вырывающиеся из нее и отдающие эхом по стенам подвала. — Кэролайн, love. Что случилось? — Кэролайн застыла, как только услышала его голос позади, понимая, что это на самом деле Сайлас, а не Клаус стоял позади нее. Она глубоко вздохнула, прекращая плакать и быстро вытерла лицо рукавом. Потом она поднялась и повернулась, зная, что не увидит лицо Стефана. — Чего ты хочешь? — спросила Кэролайн слабым голосом, ее руки были опущены. — Это интересно и тебе, и мне, — произнес Сайлас, используя тот жутко очаровательный британский акцент. Он ухмылялся, и искра в его зелено-голубых глазах показывал его легкое удовольствие и любопытство. — Ты мог убить меня. Почему не сделал этого? — спросила она, ищя ответ на то, что ее интересовало с того момента, как она поняла, что он не вырвал ее сердце. — А должен был? Ты так хочешь умереть, love? — спросил Сайлас, делая шаг к ней. Между ними все еще было больше шести шагов, и Кэролайн собрала все силу воли, чтобы не сделать шаг назад. Сайлас удерживал взгляд Клауса на ней в попытке вытянуть это из нее и тихо засмеялся, когда ему этого не удалось. Эта девушка перед нм была чем-то другим. Она была такой сильной и все еще слабой, стоя там перед ним с красными глазами и лицом, которое говорило, что она сдается. Он был очарован ею. Сайлас начал понимать, какую власть она имела над первородным гибридом. У него точно были планы на нее, но пока он не мог рассказать ей о них, еще нет. Кэролайн чувствовала себя не комфортно, когда Сайлас изучал ее с головы до ног, но не чувствовала острой потребности убираться оттуда. Сайлас, скорее всего, просто свернет ей шею, если она попытается, и она еще не отошла от предыдущего раза. Кроме того, она хотела знать, что он задумал и почему он так заинтересован в ней. — Вообще, мне очень нравится быть собой, и ты бы здорово помог, если бы спрыгнул в Атлантику и утопился, — глумилась Кэролайн, чувствуя, как ее борцовские инстинкты вновь появляются, — А сейчас, если ты извинишь, мне нужно спланировать твою смерть, — продолжила Кэролайн, делая шаги к лестнице, зная, что он остановит ее. — Притормози, love, — сказал Сайлас, а рука Клауса схватила ее и заставила остановиться прямо около него. Кэролайн посмотрела прямо ему в глаза и сделала шаг назад, освобождая руку от его хватки. — Где факела? Не похоже, что Тайлер ждет тебя, не так ли? — спросил он с гордой улыбкой, тем самым показывая Кэролайн, насколько он был в ее голове. Там было что-то про его явную беспечность, заставляющую Кэролайн ежиться. Она сделала еще шаг назад, на этот раз, скрестив руки на груди, борясь, чтобы не показать, что он добрался до нее. — Почему Клаус? Почему ты думаешь, что он имеет какое-то влияние на меня? — ей нужно было знать. Первый раз, когда он показался в облике Клауса, не считая моментов до того, как все пошло по наклонной, был пару месяцев назад. Он удивил Кэролайн настолько, что она почти вскрикнула, когда он неожиданно появился позади нее, как и настоящий Клаус любил делать. Но Кэролайн не видела Сайласовскую версию Клауса с тех пор, и она не могла не поинтересоваться, почему он продолжает появляться в облике гибрида сейчас. — О, милая Кэролайн. Не забывай, я был в твоей голове. Я знаю все о притягательности тьмы**, — сказал Сайлас, выделяя последние два слова. Он начал идти вдоль стен подвала, тем самым делая круг вокруг нее. Кэролайн продолжала смотреть в ту же точку, несмотря на то, как уязвимо она себя чувствовала, когда не могла видеть его позади нее. — Серьезно?! Нет. Никакой. Притягательности. Тьмы! — Кэролайн закричала, размахивая руками. — Она оглянулась, чтобы посмотреть на него и обнаружила его прямо перед собой. Прежде чем она сделала шаг назад, он схватил ее за талию одной рукой, вжимая в себя. Дрожь прошла по телу Кэролайн. Слишком близко. Она повернула голову в сторону от него. Он взял ее за подбородок и заставил посмотреть в эти голубые глаза. — Ты уверена, Кэролайн? Ты точно уверена? — эти слова он произнес голосом Клауса, смотря прямо ей в глаза. Медленно он поднял свободную руку, кладя ее на ее шею, большим пальцем поглаживая щеку. Когда Сайлас увидел, что ее зрачки расширились, он не мог не улыбнуться, а потом испарился. Кэролайн в шоке упала на землю и, не имея возможности остановить себя, снова начала плакать.