Меня к нему манило

— Нет! — Громко закричал я, но осмотревшись, понял, что все так же сижу на заднем сиденье шевроле, а рядом за рулем сидит Дэвид. — Ты чего? — Видно было, что я ошарашил его своим криком. — Оу…прости… Дурной сон… Сердце бешено билось. Руки тряслись. Меня бросало в жар. Мне было очень сложно сдерживать того, кто на протяжении почти 18 лет был там, внутри меня, буквально раздирал меня на части… Еще этот сон. Все это очень давило. — Что снилось? — Неожиданно спросил Дэвид, мило улыбаясь. — Да так, ничего особенного… — Ты беспокойно спал, кошмар? — Ну…типо того. — Я опустил голову, пытаясь не вспоминать сон и стараясь не показывать своего внутреннего состояния. — Нам долго еще ехать? — Пару часов, где-то два-три. — Понятно… Слушай, Дэвид. Мы знакомы уже больше суток, а до сих пор ничего не знаем друг о друге. Чем ты увлекаешься? Что любишь? Есть ли кто-нибудь? — Последнее я произнес весьма смущенно. — Хах, да, действительно, ну особо то никаких занятий нет, в нашем захолустье нечем заняться, иногда с братом выезжаем куда-нибудь развлечься, но в основном сидим дома, играем в настольные игры, ухаживаем за домом и друг за другом. — А личная жизнь? Там девушка…или еще кто? — Нет, в личной жизни у меня никогда ничего не складывалось. — Усмехнулся парень. — Понятно, та же херня. — Хм… — Что? — Ну это, как минимум, странно. — Почему странно? — Странно, что у такого как ты нет девушки. Высокий, красивый…сексуальный… Я был немного ошарашен, и единственное, что я смог придумать в ответ — это какая-то странная искаженная улыбка. — Еще где-то час и мы на месте. — Оу, это потрясающе. Это круто, что мы будем жить по-соседству. — Да. — Мы обменялись улыбками. Эти ямочки сводили с ума, а его слова, словно волчок, крутились у меня в голове: «…красивый…сексуальный» «…сексуальный…» Оставшуюся дорогу Дэвид показывал мне что есть что, он показал мне их маленький банк, на котором обвалилась в некоторых местах штукатурка, магазин одежды, с яркой, режущей глаз, вывеской, даже было одно маленькое кафе… Я молча смотрел на все, что показывал мне парень. Он с таким воодушевлением делал это, что я не хотел говорить ему, что здесь вырос и, в принципе, все это знаю. Хотя тут многое изменилось. Но город был все таким же красивым: хорошо подстриженные кустарники, чистые тропинки, городок благоухал. — А ты давно здесь живешь? — спросил я у Дэвида. — Хмм…где-то полгода-год, а что? — Просто — Мы почти приехали, вон дом Оливии… Дэвид показал мне на милый белый домик в конце улицы, он был двухэтажный, а вокруг него было посажено очень много цветов. Но, честно говоря, он мог бы и не указывать мне на него, ведь дом, где я вырос я узнал сразу. Мы медленно въехали во двор, в нем пахло розами. — Вот мы и на месте, я живу вон в том доме, напротив. Ну, я пошел домой. Удачи. Дэвид улыбнулся и направился к такому же белому домику, только одноэтажному. Там не было столько цветов, как у моей бабушки, но пару кустиков все же виднелось. Я забежал в дом, глазами искал бабушку. Внутри пахло пряностями. Мягкий, теплый свет струился из окошек гостиной, дверь в которую была открыта. Я услышал шорох на кухне и направился в комнату. Зайдя, я увидел все тот же маленький квадратный столик у окошка, пару стульев, у крайней стены, на дальней стене висели шкафчики, а под ними пристроились небольшие бежевые тумбочки. Дверца холодильника была открыта, немножко пройдя в комнату, я увидел за ней свою бабушку. — Привет, — я улыбнулся, увидев ее, — а тебе разве можно вставать? — Бог ты мой! Люк! Как ты здесь очутился? — Приехал, мне позвонили, сказали, что у тебя был инфаркт. — А, это, да, ну, как видишь, я хорошо себя чувствую, при нашей особенности это не страшно, годы конечно не те, но я восстановилась. — Бабушка мило мне улыбнулась и залезла обратно в холодильник. — Что ты делаешь? — Да вот решила какао сделать, с корицей, как ты любишь, тебе сделать? — Ну можно. — Я улыбнулся бабушке и сел на стул у окошка. У нее дома всегда была своя атмосфера, такая теплая, родная. Когда родители узнали о моей «особенности», начали таскать меня по врачам, те ничего не могли сказать, родителей это пугало, вскоре мной заинтересовались ученые. Но приехала бабушка и забрала меня к себе, она всегда заботилась обо мне, не хотела что я стал подопытным кроликом. Сам я точно не знаю, когда это началось. Родители не были против того, чтобы меня забрала бабушка, видимо, они мечтали от меня избавиться. Мне было лет 5, когда это случилось. Через пару недель, родители погибли в автокатастрофе. Шумиха по поводу меня вскоре утихла, и мы спокойно жили с бабушкой в Бринг-Тауне. Она вырастила меня. Я ходил в местную школу, а в 16 лет уехал доучиваться и подрабатывать в Бостон. Год назад я приезжал к бабушке, проведать. За все эти годы ничего не изменилось. От бабушки, как и от дома, веяло теплом и любовью. — Люк, милый. Ты голоден? Не ел наверное ничего. — Да, действительно, я перекусывал, но желудок сходит с ума. Бабушка накрыла на стол, и мы сели обедать. На обед у нас было картофельное пюре с мясной подливкой. — Ба, слушай, а кто живет в доме напротив? — Напротив? А, там живут двое ребят, братья, Дэвид и Пол, кажется. А почему ты спрашиваешь? — Просто… Интересно. Давно здесь не был. Там же вроде жила какая-то пара? — Ну… Переехали наверное… — Понятно. — Я собрал кусочком хлеба подливку с тарелки. — Спасибо за обед. Я наверное пойду отдохну. Устал с дороги. — Да, хорошо, милый. Иди. — Бабушка улыбнулась мне и продолжила трапезу. Я вышел из комнаты и поднялся на второй этаж. Зайдя в комнату, в которой я жил почти всю свою жизнь, я сразу же плюхнулся на кровать. Рядом стоял до боли родной комод, за которым я прятал дневник от бабушки, на полу были видны царапины от ножек постоянно двигающегося комода, напротив стоял письменный стол с стулом, который скрипел сколько я себя помню. Нахлынули воспоминания, но усталость дала о себе знать и я вырубился, укутавшись в одеяло и лениво скинув с ног кеды. Я проснулся поздно ночью, взглянув на часы, я увидел, что сейчас 2:36. — Ничего себе вздремнул. Я сел на кровать, осмотрел комнату и пошел к двери. Выйдя из комнаты, я заметил, что в гостиной включен свет, спустившись, я увидел, что на кресле спит бабушка. — Ба. — Я тихо подошел и попытался ее разбудить. — Баб. — А? Что? Ох, я заснула. Что-то видно устала сегодня. А ты что не спишь, Люк? — Да я проснулся, увидел, что свет горит, вот и спустился. Пойдем я тебя провожу в комнату. — Давай… Я помог бабушке подняться и отвел ее в комнату. Посреди комнаты стояла двуспальная кровать, у окна, занавески на котором немного волновал сквозняк, стоял небольшой комод. — О, чуть не забыла, нам нужно будет завтра поговорить, напомни… — Да, хорошо, доброй ночи. — С этими словами я вышел из бабушкиной комнаты и пошел к себе. Я вновь лег на кровать, но не спал, думал. Думал о том, что хочет сказать мне бабушка, о Бостоне и, конечно, о Дэвиде. Но вскоре я вновь уснул.

***

Утро было, как обычно, солнечное. Через открытое кухонное окно тянуло теплым весенним ветерком. Бабушка поставила на стол кружки с свежезаваренным чаем и две тарелки с яичницей с беконом. — Ты что-то хотела сказать вчера. — Промямлил я, запихивая в рот бекон. — В смысле? — Ну ты говорила напомнить… — О, да, конечно. В общем, Люк, ты главное выслушай меня и не перебивай. Я напрягся, но согласился. Выглядело это наверное смешно: хмурящий брови парень, с полными щеками бекона. — Ты, возможно, заметил, что у нас красивый и процветающий городок, хоть он и небольшой. — Улыбнулась бабушка. — И…В это полнолуние должно кое-что произойти… А сделать это, должен будешь ты… — Что? Я? Что я должен буду сделать? — Дорогой, полнолуние уже завтра. Но это будет необычное полнолуние. Это будет полное лунное затмение. На небе будет кровавая луна. И в это время нужно провести обряд. — Какой обряд? Кому нужно будет провести? — Я просила не перебивать. Каждое лунное затмение нужно принести кровавой луне жертву. Она даст силу городу. — Что? — Наш город, один из центров силы. Наш дает силу таким как мы. Наша семья удостоилась чести приносить жертву. Раньше это делала я, но после инфаркта, это может стоить мне жизни, мне итак еле хватило сил исцелиться, так что это должен будешь сделать ты. — Бабушка… Какая жертва? Я…не понимаю… — Люк, от тебя зависят оборотни всего города, в том числе и я… — Мне… Нужно подумать… — Люк! Я выбежал из дома, у меня в голове не укладывалось то, что бабушка только что мне сказала. «Не понимаю. Столько лет… Бабушка мне ни о чем не говорила… Так вот куда она уходила, когда я был маленький…» Неожиданно я в кого-то врезался. Это был Дэвид. — Привет. — Улыбнулся он. — Все в порядке? На тебе лица нет. — Нет… Все хорошо. — Я натянул улыбку, но его это, видимо, не убедило. — Не хочешь прогуляться? Мне кажется, тебе нужно развеяться. Мы провели вместе весь оставшийся день. Он рассказал мне о себе, что раньше он с братом жил у родителей в Глазго, в Великобритании, но после смерти родителей переехали сюда. Мы разговаривали обо всем подряд. И с каждой минутой… Я понимал… Что влюблен в него. И с каждой минутой… Все больше влюблялся. Меня привлекало в нем абсолютно все: Его растрепанные волосы, глубокие серые глаза, каждый изгиб его тела… Я вернулся домой поздно. Бабушка уже спала. Я зашел в свою комнату и плюхнулся на кровать. В мыслях было только Дэвид. Я долго не мог заснуть. На языке был сладковатый привкус прошедшего дня. В присутствии Дэвида, мне было легко, когда мы с ним разговаривали, я даже иногда забывал кто я, а накаты жара уходили так же быстро, как и приходили. Но полнолуние уже завтра…