Невеста поневоле

      Передо мной на полу, облокотившись на стену, сидел вампир. Его глаза были закрыты, и казалось, он спал. Видимо, именно об него я споткнулась, но как же я могла быть так слепа и невнимательна, чтобы не заметить?!       Он притянул меня и усадил себе на колени, по-прежнему не открывая глаз. У него были светлые волосы, я не помнила, чтобы видела его в зале вместе с остальными. Может быть он всегда так незаметен, а потом набрасывается из засады. Ужасная и коварная тактика!       Вампир не обращал на меня внимания, просидев на нем несколько минут, я решила, что он заснул, и попыталась встать.       — Куда собралась? — спросил он, не открывая глаз.       — В свою комнату, — ответила я, пытаясь освободиться.       — Какая-то ты шумная, — раздраженно произнес парень, открыл глаза и уставился на меня. Взглянув в его глаза, я застыла и, что стыдно, приоткрыла рот. Могу поклясться, таких красивых синих глаз я еще не видела! — я шел, чтобы подкрепиться, но слишком устал…       Его руки, до этого державшие меня за ноги, скользнули под платье и поползли вверх. Оторвавшись от чарующих глаз, я схватилась за край платья, пытаясь опустить его ниже.       Вампир прищурился и захватил одной рукой оба моих запястья. Он сжал пальцы так сильно, что я не могла освободиться, как не кривилась в болезненных и тщетных попытках. Другая его рука все еще медленно тянулась вверх. Холод неторопливо поднимался по коже, и это начинало сводить с ума. Я старалась думать о том, как освободиться, что сказать, чтобы он отпустил меня, но его пристальный взгляд мешал, словно контролируя мои мысли и действия. Не позволяя мне сделать то, чего я хочу.       — Очень мило с твоей стороны прийти и угостить меня, — усталым голосом произнес вампир. Он говорил спокойно, не выделяя никаких слов или звуков. Голос зачаровывал не меньше, чем красивые, ничего не выражающие глаза. Будто передо мной что-то… он больше всех походил на неживого. Ощущалось, что в нем и вправду умерло все человеческое. От этого вампир казался еще страшнее — ведь это означало, что он не испытывает ни жалости, ни сострадания.       Рука исчезла, оставив от себя покалывающее ощущение прохлады, и я почувствовала, как он убрал волосы с моей шеи. Сама я до сих пор не могла оторваться от его глаз.       На его спокойном лице отразилась тень разочарования. Видимо, заметил ужасные раны, которые успели оставить его братья. Он отпустил мои руки, и я тут же принялась растирать онемевшие запястья.       — Тебя уже использовали, — скучающе произнес он.       Его слова неприятно отозвались у меня в голове. Использовали? Я не вещь и не игрушка, чтобы так говорить обо мне!..       — Я не…       Только я собиралась ответить, как его рука оказалась в моих волосах и дернула назад. Я вскрикнула от неожиданности. Глядя в потолок, чувствовала боль и напряжение, настолько сильно он тянул за волосы. Другой рукой он провел по шее, оставляя холодные следы и зуд на ранах. Он спустил воротник платья и дотронулся до плеча.       — Аято, — задумчиво произнес он, — и Райто…       Надо же, он по одним укусам понял, кто именно их оставил. Поразительно! Его рука легла на затылок, нежно погладила по волосам, и он притянул меня к себе так, что я оказалась в неприличной близости от его лица. Снова глядела в чарующие глаза.       И вдруг на спокойном лице появилась ухмылка, которая испугала тем, как внезапно она сменила пустое безразличие.       — Тебе понравилось? — пошло ухмыльнувшись, спросил он меня. В его глазах что-то промелькнуло, но у меня не было возможности сообразить, что именно. — Понравилось, когда их клыки были в тебе?       Я удивленно открыла рот, изумившись от такого бестактного вопроса. Конечно, мне не понравилось! Это было больно и отвратительно! Я бы сказала об этом, если бы не глаза, которые лишали меня дара речи…       — Почему ты покраснела? — спросил вампир, все еще поглаживая по голове. — Значит, тебе понравилось, развратница. Не правда ли это приятно, когда они оказываются внутри, терзая тебя?       Он говорил томным шепотом, словно пытался меня соблазнить.       — Я тоже хочу принести тебе удовольствие, — шепнул вампир, и, кажется, от его слов я снова покраснела. Свободными руками я прикрыла шею в надежде, что вампир не станет кусать меня, ведь, как бы соблазнительно его глаза не смотрели, мне не хотелось вновь ощущать клыки вампира.       Вампир усмехнулся и обхватил мои запястья.       — Кровь течет не только в твоей шее, — шепнул он и резким движением, совсем не свойственным его спокойствию, впился клыками в запястье. Тонкая кожа порвалась, и я вскрикнула. Свободной рукой прикрыла рот и всхлипнула. Слезы покатились по щекам — укус в запястье оказался больнее, чем в шею. Если этот вампир схватит меня еще раз, я тут же подставлю ее, только бы он не трогал руки.       Нет! У меня возникают такие мысли, будто я уже стала жертвой. Нет, нет, я не жертва! Я не буду сдаваться, не буду…       — О, стараешься не шуметь, — вампир оторвался от меня и посмотрел в мои полные слёз глаза. Он взял другую руку и укусил за запястье, — ну же, покричи для меня…       Без возможности закрыть рот, я завопила от боли. Уже прокусанное запястье вампир сжимал, задевая свежие раны и доставляя еще больше острых ощущений.       — Горячо, — с удовольствием протянул вампир, оторвавшись от моей руки, — ты очень красивая, когда по твоему лицу текут слезы…       Он склонился надо мной, и я почувствовала на своих губах его холодные губы, которые едва коснулись меня.       Сердце замерло, Боже, вампир целует меня! Руки задрожали, я ничего не могла поделать, даже слезы на несколько секунд остановились. Но потом он в особом вампирском поцелуе прокусил нижнюю губу. Дикая боль, но закричать я не могла, он прижимался слишком сильно, придерживая мой затылок руками. Я ощутила, как по подбородку и шее течет в самом деле горячая кровь. Оторвавшись, вампир с особым удовлетворением посмотрел на мое лицо, где слезы смешались с кровью.       — Прекрасное выражение лица, — оценил вампир. Его глаза смотрели на меня, по-прежнему не отпуская, словно приказывая испытывать удовольствие и просить его сделать это еще раз.       Он встал, придерживая меня одной рукой, ведь я все еще сидела на нем, а затем поставил меня на пол. Я, едва удержавшись на ногах, облокотилась о ближайшую стену, чтобы не упасть.       Вампир посмотрел на меня, вновь обретя равнодушный и спокойный взгляд. Снова вид голубоглазого ангела, внутри которого спит злой и развратный дьявол.       И ушел, оставив меня одну.       Мне хотелось сползти по стене и остаться здесь, но я понимала, что должна дойти до комнаты и хотя бы умыться. Смыть невидимые следы, оставленные вампиром. Губы саднили, напоминая о безжалостном поцелуе. Я дотронулась до них пальцами, вспоминая, как все было, и зашипела от боли.       По ладоням стекали капли крови, капая на пол.       Вначале этот вампир показался очаровательным, его спокойствие предвещало что-то светлое и хорошее. Только от взгляда почему-то казалось, что я теряю всю силу воли, подчиняясь любому его желанию. Наверное, так и было, поэтому я не смогла сопротивляться. Но теперь, больше не находясь под влиянием этих глаз, я чувствовала отвращение к самой себе за то, что поддалась на вампирские чары, не сказав ни слова в собственную защиту.       Его слова… Когда он кусал меня, я, ощущая страшную боль, точно могла сказать, что… мне и вправду нравилось. Это не относилось к тем двум, которые кусали меня вчера. Он странным образом очаровал, внушил будто мне нравятся укусы.       Сейчас я понимала, насколько все было страшно и ужасно. И заплакала, запутавшись в собственных ощущениях и боли. Цепляясь руками за стену, направилась к своей комнате, чтобы умыться, переодеться и побыть одной.       Как можно остаться в одиночестве в доме, полном голодных вампиров? Их, наверное, ни один замок не остановит.       И внезапно передо мной кто-то появился. Снова…       — Вижу, ты уже познакомилась с Шу, — уточнил уже знакомый мне голос. Я подняла голову и увидела очередного вампира.       Они не оставят меня в покое…