Sanitarium

       –Ты когда-нибудь видела то, что я сделал, мисс Псих?       Конечно, видела, они должны были быть уверены, что ты хорошо проинформирована и подготовлена, прежде чем позволить вам встретиться. Ты посмотрела несколько видео, естественно, со статусом «строго секретно», и та, слабая часть тебя пожалела о том, что ты увидела это. Тэхён – воплощение беспощадности. Ты ни разу не видела, что его руки дрожат от неуверенности или сожаления, ни разу, даже при убийстве или пытках детей, лишь дьявольское хихиканье в глубине его глаз.       – Да, я видела, – отвечаешь ты, сфокусировавшись на написании заметок: получает удовольствие, рассказывая о своих действиях?       – На самом деле? Но это не так! – напевает он, покачивая головой из стороны в сторону.       – Почему ты говоришь так, Тэхён?       Он улыбается, положив голову на скрещенные руки, наблюдая за тобой из-под прикрытых век. Ты пытаешься игнорировать то, как прекрасно гармонирует его оттенок кожи с оранжевой тканью комбинезона.       – Потому что ты не напугана, – он усмехнулся, – так, может быть, псих тут не я, как думаешь?       Почему-то его слова заставляют твои щёки покрыться глубоким оттенком розового, ты не должна быть такой обидчивой, но откладываешь ручку в сторону, поднимая бровь, прежде чем возразить.       – Мы находимся в пустой комнате, Тэхён, с кучей камер и более двадцати обученных солдат, готовых вмешаться, если хоть один твой палец коснется меня. Так скажи мне, почему я должна бояться тебя?       Ты всегда бросаешь ему вызов, хотя и сама не знаешь, почему делаешь это, может, потому что он это делает; раньше ты провоцировала его каждый раз,и каждый раз конкурентоспособность и веселье виднелось в его глазах, а на губах появлялось что-то среднее между ухмылкой и победной улыбкой. Тэхён быстро прикрывает ладонью растянутый рот, слегка раскрыв пальцы, так, чтобы ты могла увидеть его белые зубы между ними.       – Ох, мой, мой, мой. Ты действительно. – он издает удивленной звук, – ты действительно думаешь, что я не смогу отломать одну из этих ножек у стола и не использовать её, чтобы проткнуть твою хорошенькую глотку, до того как наши друзья будут достаточно близко, даже для того,чтобы открыть эту дверь? Ох, ты такая, такая смешная.       Он серьезно, он убийственно серьезно, ты можешь увидеть этот жестокий отблеск во взгляде, в глубоком тоне голоса, который ласкает его горло так, как будто бы это был твой собственный.       И вдруг до тебя доходит, почему совершенно пустая комната наполняется запахом дизенфицирующего средства: это ни для пациентов, ни для врачей, это единственный способ, который они нашли, чтобы скрыть въевшийся металлический запах крови. На мгновение тебе интересно, сколько людей должны были погибнуть здесь, чтобы запах был настолько сильным и стойким. На мгновение задумываешься, насколько это возможно для него — убить кого-то голыми руками, когда почти вся армия стоит за дверью.       На мгновение задумываешься: ты хочешь быть следующей?       Вероятно, он даже может увидеть твои мысли, где-то в самой глубине твоих глаз, потому-что неожиданно он закидывает голову назад, громко смеясь. Он снова откидывается на сиденье, пока руки хаотично бегают по белокурым локонам волос.       – Просто шутка, милая, я бы никогда не сделал этого, по крайней мере, – он бросает на тебя ехидный взгляд, – пока я не найду что-то веселее разговоров с тобой.       Ты уверена, он не шутит.

Тебе нравится это?