Пятнадцать лет

- Да ты не должен этого делать! Что за тупость. Попробуюсь в другое агентство, да и всё… - Чонгук был недоволен. Почти в бешенстве. Так, что Тэхен и Суншим заныкались где-то в своей комнате, чтобы не попасть под раздачу. И плевать на разницу в возрасте и комплекции, потому что младший в гневе становился устрашающе сильным. - Гук-а, ты же понимаешь, что вряд ли юридически прием будет сильно отличаться. – Джин уже устал убеждать, что фиктивный брак ни на что не влияет. – Мне, в общем-то, нечего терять. - Мало тебе двое детей, еще и разведенкой хочешь прослыть? - Ну и что в этом такого? - Па-а-ап, ты что! – Подлетев к Сокджину, Чонгук обнял его и запыхтел раздраженно. – У меня такое чувство, будто своим появлением я тебе жизнь испортил. Серьезно… - Вот же балбесина дурная! Даже думать забудь, - Джин раздраженно пошлепал сына по задним карманам джинсов. - Ну а что? - Ну а то! – Сев на диван, Сокджин притянул к себе паренька, снова заключая в объятия. – Куда же я без вас? Это тебе сейчас кажется, что я поступил странно, решив вырастить ребенка в пятнадцать лет, хотя все были против. На самом деле… у меня было почти всё, миллион возможностей. Деньги, внешность, образ легкомысленного блондина тоже в счет. Он тихо засмеялся, тиская притихшего подростка в объятиях. Неожиданно, захотелось объяснить чуть подробнее, потому что Чонгук поймет. - ...Но я ничего не хотел. Меня ничего не интересовало, я предпочитал не думать, чем буду заниматься в жизни. Я не влюблялся, встречался только потому, что так положено, даже с твоим биологическим отцом переспал из любопытства, по факту. Так что… когда я узнал о беременности, то меня как ударило – я хочу этого ребенка! Плохо понимая, что вообще значит быть родителем, но хотел! Это было так необычно. В итоге, я понял уже с возрастом, что не у всех в этой жизни есть высокое предназначение. И понятно, почему я не желал быть звездой, хорошим бизнесменом или в целом приобщаться к высшему свету. Потому что, возможно, а я склоняюсь именно к этому, мое предназначение было таким банальным и скучным по мнению большинства. Вырастить замечательных талантливых детей и любить их всем сердцем, так просто и сложно одновременно… Я еще ни разу не пожалел об этом. И возможно не слишком хорош. Но я не вижу ничего зазорного, чтобы помогать им всем, чем только смогу. Самое главное и важное ты сделал сам, ты победил столько не менее талантливых и красивых ребят. Позволь и мне сделать то немногое, что я могу, для твоей мечты. Чонгук стиснул его крепче, Джин почти чувствовал, как тот грозно хмурится. - Я все еще против, чтобы ты выходил замуж за кого попало просто ради документов. Но вот приедет Юнги и мы обсудим это всем семейным советом. Надеюсь Хоби и Чимин-и справятся к этому моменту. Джин едва не фыркнул, но задумчиво кивнул. - Не забывай об уважении, балбесина. К выходным может и управятся. – Он таки не удержался и хихикнул. - Юнги приедет на выходных? – Тэхен ввалился в комнату и поспешно сделал вид, что не подслушивал. Упав на диван рядом, он обнял Сокджина с другой стороны. – Па-а-п. - М? - Мы тебя очень любим. Сокджин умиротворенно улыбнулся и покосился на Тэ с подозрением. - Что? - А что сразу что? – Он вскинулся и хихикнул. – А вообще, я хочу сделать новую прическу и покраситься, можно? - Только не что-то сумасшедшее! - Это мы еще посмотрим! – фразу Чонгук и Тэхен закончили одновременно, хрюкнули, заливаясь смехом, и Джин приложил ладонь ко лбу. - Балбесины, - ласково проговорил он.

***

Волосы Тэхена в самом деле русые, но отливают почему-то серебром. - Ты же еще подстригаться собирался? – Джин трогает волнистую прядь и улыбается. – Так здорово! - Мне тоже нравится, - Чонгук подтверждает кивком и Тэ облегченно вздыхает. - Мы с мастером решили подрезать только челку, потому что мне идут длинные, вот… - Все они знали, почему он прихорашивается в самом-то деле. Главное, чтобы причина заметила старания. – Пап? - М? – Джин уже отвернулся, продолжая разгадывать кроссворд в приложении телефона. Сегодня он опять сбился с ног, но безуспешно. Осталось не так много времени, а дела застопорились, требуя его внимания. Но Сокджин избрал путь меньшего сопротивления, весь вечер провалявшись на диване. - Я чувствую… – Тэхен немного помялся, смущаясь. Он вздохнул, едва ли не давясь словами. – Нет. Не сейчас, ладно. Он махнул рукой, отступая в сторону кухни и выпалил: - Если он откажет мне, я в самом деле не знаю, что буду делать. Джин проводил взглядом торопящегося скрыться сына и тяжело вздохнул. - Может мне стоит пригрозить Юнги, что если он откажет моему сыну, я его вздерну? – Он сказал это как будто бы себе, но Чонгук не сдержал смешка. - У Тэхена гон скоро. Я уже чувствую. Джин приложил ладонь ко лбу, страдальчески застонав. - Мой сынок стал большим, - пропел он, подражая какой-то дурацкой рекламе. – Окей, больше поводов серьезно поговорить с Юнги. - Не дави на него, а то точно сбежит. Юнги может. – С какой-то недетской прозорливостью пробормотал Чонгук и Джин запустил в него диванную подушку, которая все равно мешалась ему устроиться удобно. - Ладно. Они должны разобраться сами. – Он с неохотой признал. Но серьезно! Это слишком затянулось. В самом деле Тэхен признался в любви Юнги еще в… двенадцать? Тогда его, конечно, не восприняли всерьез, но он не оставлял попыток, продолжая регулярно, лет до шестнадцати. Тогда Юнги достаточно аккуратно для своего характера объяснил Тэ, что не может принять его чувства, потому что альфа еще слишком мал, вот, мол, когда он повзрослеет, тогда поговорим. На какое-то время он даже забыл об этом, ведь Тэхен отлип на достаточно большое время. Даже успел обрадоваться (обрадоваться ли?), что про него забыли. Разумеется, и Джин, и Хосок, и тем более Чонгук видели, что маленький альфа с упорством трактора с отказанными тормозами продолжает завоевывать цель разными мелочами. Но Юнги не замечал небольшие знаки внимания, что оказывал ему Тэхен, как тот хорошеет день ото дня, становясь мужчиной. Джин готов был поклясться, что у них ничего не было до совершеннолетия альфы, но в свой день рождения маленький засранец у всех на виду поцеловал омегу. Да еще как! Джин был почти уверен, что видел, как у Юнги коленки дрожали. Юнги, к слову, тогда устроил слишком сильную истерику в комнате Джина для человека, которому, как он хотел сделать вид, не понравилось. К счастью, никому в голову не приходило, что Юнги мог отказать парню из-за физического недостатка, ведь именно он был один из тех, кто его любил и баловал в то время. В детстве именно он внушил, какой Тэхен красивый (Джину не поверил, он же папа, что только не скажет!), помогал функционировать наравне со всеми. На все вопросы и упреки Тэхен пожимал плечами, мол, я вырос, и теперь мне ничего не мешает ухаживать по-настоящему. Джин, как человек наблюдательный, видел, что Юнги парился около месяца, избегая «своего» альфу, но ведь держал обещание, данное давно – конкурентов у Тэхена не было. То есть Юнги всерьез не встречался ни с кем, потому что «ждал взросления» Тэ, как всем, кто был в курсе происходящего, казалось. Хотя Джин бы не удивился, если настоящая причина была в том, что омеге просто лень заводить отношения. Постепенно сердце Юнги таяло, это невозможно скрыть, тем более для друзей, но кто же знал, что они дотянут до самого гона. Теперь, если он откажет альфе, Тэхен воспримет это как окончательный от ворот поворот. И пусть Джин никогда не поймет выбора сына (они с Юнги знают друг друга слишком давно, серьезно, Юнги слишком сварлив для его солнышка), видеть ребенка с разбитым сердцем ему совсем не хотелось. - В прошлый раз они вроде даже на свидание сходили… - он произнес с сомнением, чувствуя, как начинает болеть голова. - Ага. Но их максимум это поцелуи. Слишком рано. - Эй, ты не слишком мал, чтобы думать о таких вещах? – Джин возмущенно приподнялся, допуская попутно две ошибки в слове «ацтек». - Вообще-то ты родил меня в моем возрасте. – Так же невозмутимо отозвался Чонгук, щелкая пультом от телевизора. Джин надулся, бормоча под нос «никто в этом доме не уважает меня, дожили. Так глядишь и в старости воды не подадут. Вырастил на свою голову…», наконец, они оба не выдержали и расхохотались.