(Не)удачное утро и Однозначно удачное утро

Стайлз и Дерек жили вместе уже четыре года, и все четыре года Дерек – Стайлз точно знал – терпеть не мог его любимый тройной эспрессо, разъедающий сонливость и стенки желудка, но делал вид, что теперь его утренний кофе тот, что любит он – Стайлз. Стайлз выпивал половину кружки атомной смеси, а Дерек потом втихую щедро сдабривал оставшиеся полкружки сливками и сахаром и допивал. Разделить кружку кофе на двоих – что может быть романтичнее! Но Стайлз решил, что они уже давно вместе, любят друг друга, а значит, пришло время для новой романтики. Запланировал он всё на выходной. Дерек всегда вставал рано, а значит, для всего задуманного Стайлзу придётся проснуться раньше него. В несусветную для выходного рань, на самом деле. Накануне он исключил себя из списка тревоги, чтобы его не дёрнули на работу, подкупив Киру пакетом мармеладных медведей, по-тихому завёл будильник и поставил телефон на вибро-режим. Стайлз опасался, что даже вибрация из-под подушки разбудит чуткого Дерека, а его самого наоборот не проймёт, но, волнуясь и предвкушая, проснулся раньше сигнала, ещё даже не начало светать. Кажется, удача благоволила Стайлзу, и они не сплелись в свой обычный клубок, как мишки панды. Стайлз вообще во сне постоянно ёрзал, и Дерек объятиями пытался его угомонить, а сегодня, видимо, не понадобилось – волнение напрочь сковало движения. И хорошо: Дерек точно бы проснулся, начни он выбираться из кольца его рук. Прохладный душ освежил всё ещё сонное тело, а пара глотков любимого крепкого эспрессо помогла собраться. Так, две трети кружки кофе, четыре ложки сахара, треть кружки сливок, романтичный ингредиент, размешать не до конца. Стайлз не знал, почему именно так, но предполагал, что сначала Дерек любил пить несладкий кофе, оставляя напоследок самое вкусное - сливочно-кофейные остатки нерастворённого сахара. И в этот раз должно получиться слаще всего. По крайней мере, у Стайлза в груди от предвкушения разливалось что-то тёплое и сладкое. Кофе Дерека Хейла, не иначе. Тихонько присев около лица Дерека, Стайлз поставил кружку на прикроватную тумбочку и махнул пар в его сторону, как делали в рекламе. Дерек даже не подумал открыть глаза. – Дерек, – позвал Стайлз, нежно погладив мягкую щетину на его щеке. Тот завозился, дёрнул носом и отвернулся, развалившись на спине. – Прости, спящая красавица, но я тебя всё-таки разбужу, – Стайлз с хитрой улыбкой стянул с голого по пояс Дерека одеяло и аккуратно распустил завязки его тонких домашних штанов. Теперь доступ к крепко стоящему – как и каждое утро – члену открыт. Дерек давно намекал, что не прочь проснуться от минета, но соня-Стайлз, к своему стыду, так ни разу и не смог проснуться раньше жаворонка-Дерека. Хотя очень любил, когда Дерек чего-то хотел, а у него получалось это исполнить. Что же, сегодня он сделает всё, чтобы этот день запомнился Дереку. Одним широким мазком Стайлз провёл языком от яиц до головки, забирая её в рот и утыкаясь носом в мягкую дорожку волос на тёплом животе. Дерек едва уловимо пах коричным гелем для душа, кондиционером для белья и совершенно охрененным запахом нагретой со сна кожи. Уютно и так по-родному. И Стайлз не удержался, проведя кончиками пальцев по рельефному прессу к грудным мышцам и ключицам. Дерек выдохнул, немного повозил по простыне плечами, но не проснулся. Стайлз обхватил его член ладонью и принялся отсасывать, помогая рукой. Он облизывал головку и насаживался ртом насколько мог, мокро скользил кольцом пальцев по стволу, размазывая слюну, смакуя чужое удовольствие. Дерек сначала часто задышал, а когда Стайлз забрал в горсть мошонку, тихонько застонал. Боже, как же Стайлз обожал его стоны. До мурашек по коже, до болезненно ноющего стояка. В его волосы вплелась ладонь Дерека, большой палец скользнул к виску, приласкал щеку, спустился к уголку губ, растянутых вокруг его члена, погладил, надавил, проталкивая его в рот. И Стайлз застонал сам, вторя Дереку, подавшемуся бёдрами вперёд. Надолго Дерека не хватило: зажав в горсти волосы Стайлза и выгнувшись на постели, он с горловым стоном кончил. А после нескольких фрикций дёрнул его на себя, и Стайлз, понятливо выпутавшись из своей пижамы, упёрся рукой в прикроватную спинку и встал коленями по обеим сторонам от головы Дерека. Дурея от желания, он подразнил себя, поводив головкой по губам Дерека и толкнулся внутрь. – Бля-а-а-адь, – выдохнул Стайлз, запрокидывая голову и обхватывая ладонью крепкую шею Дерека. Он уже близко подошёл к грани оргазма, но так хотел продлить момент сладких плавных погружений в горячий рот. Дерек имел на этот счёт свои мысли, потому что пришлёпнул Стайлза по заднице, подгоняя, и завибрировал горлом, срывая последние тормоза. Кончал Стайлз долго и ярко, будто не трахался месяц. Удовольствие искрами бежало по венам, наполняя тело лёгкостью и сонливостью. – Я принёс тебе кофе, – отдышавшись на груди поглаживающего его по голове Дерека, сказал Стайлз. – Четыре утра, Стайлз, какой кофе? – Что? Вот чёрт, – рассмеялся он. – Но ты же уже не спишь. Дерек смерил его подозрительным взглядом, приподнимаясь и опираясь спиной на подушки. – Давай. Стайлз подскочил, вручая ему уже подостывшую кружку. Дерек закрыл глаза, вздохнул и отхлебнул, тут же блаженно застонав. Если бы Стайлз не кончил минуту назад, у него бы снова встал. – Как давно ты знаешь? – с улыбкой, не открывая глаз, спросил Дерек. – Со второй встречи. – И поддерживал мой обман столько времени? – Тебе так было комфортнее, – пожал плечами Стайлз. – И мне нравилась мысль о выпитой на двоих чашке кофе. – Мне тоже. А ещё, выпивая всего половину, ты меньше гробил свой желудок. Ну, и тот первый раз... – Я люблю тебя, и тот чёртов кофе дал мне повод. Всё остальное не важно. Дерек отставил кружку обратно на тумбочку и медленно и нежно поцеловал его. – Ты будешь допивать? – немного нервничая спросил Стайлз, когда Дерек отстранился. На этот раз тот смерил его насмешливым взглядом и вместо того, чтобы пить, сунул в кружку пальцы. О керамические края звякнуло что-то металлическое, и Дерек извлёк простое серебристое кольцо. Платина, на самом деле. – Да, Стайлз, – улыбаясь сказал он. Стайлз выдохнул, будто действительно боялся услышать другой ответ, зацеловал Дерека, а затем, зевая, предложил поспать ещё пару часов. Тот хохотал так долго, что Стайлз мог бы и обидеться, но это утро однозначно удачное, поэтому пусть Дерек смеётся. Стайлзу нравился его грудной смех не меньше стонов.