Синектум

— Тоооомаас! — из аэропорта сломя голову бежала смуглая девушка и улыбалась во все тридцать два. Волосы, которые успели немного отрасти за месяц скитаний по Европе, развевались на ветру, придавая Бренде ту самую небрежность, что давно стала её неотъемлемой частью. Девушка откинула чемодан в сторону и кинулась Томасу на шею, отчего тот скорчился. — Эй, Бренда, ты меня сейчас убьёшь! — прохрипел Томас, осторожно отцепляя от себя её цепкие руки. Бренда только улыбнулась, будто её вовсе не волновало, что она чуть не задушила парня. Взяв её за руку, брюнет провернул девушку, внимательно разглядывая все изменения, что произошли с ней. — Бре-е-е-нда! — громко вскрикнула Тереза, уже выбравшаяся из машины, и заключила девушку в объятия. — Я так рада тебя видеть! — Я тоже! Я так скучала по вам, ребята! — брюнетка широко улыбнулась и снова обняла друзей. — А где Минхо? Ваше Высочество не соизволили наведаться ко мне? А Галли? Я надеру задницу этому придурку! — выругалась девушка и нахмуренно оглядела друзей. — Они отходят от вчерашнего вечера, — объяснил Томас. — Ага, оказалось, что они где-то нашли виски и, пока мы все смотрели фильм, опустошили полбутылки, — весело сказала Тереза, вспоминая, как орала на пьяного Минхо, валявшегося на диване Ньюта, и при этом пинала его ногой в бок. — А вы, я вижу, весело живёте без меня. — Это всё новый друг Томаса, — хитро улыбаясь, сказала Тереза и толкнула парня в бок. — Дру-у-у-г? — протянула Бренда, бросив на Томаса заинтересованный взгляд. — Эй, что это вы делаете? — ему не нравился тон, которым разговаривали девушки. — Просто ты, Томас, — Бренда указала длинным синим ногтем прямо на брюнета, — ещё тот отшельник, а тут мне звонит Тереза и говорит, что ты привёл в компанию какого-то красивого блондинчика. — Очень красивого, — поправила её Тереза. — Неужели красивее Мин-Мина? — ухмыльнулась Бренда. — Я не имею желания слушать ваши бабские разговоры, — проворчал Томас, моментально потеряв настроение. Разговор о Ньюте вывел его из себя. — Окей, всё-всё, — Бренда подняла обе руки, показывая, что вопрос закрыт, и села в машину. Тереза последовала её примеру. — О, кстати, Томас, я в аэропорту оставила ещё один чемодан. Забери, пожалуйста, — мило улыбнулась брюнетка, выглядывая из салона. — Ты серьёзно?! — взвыл Томас и, даже не посмотрев на девушек, побежал к зданию. — Там ведь нет чемодана, правда? — удивлённо спросила Тереза. Бренда усмехнулась. — Когда он в последний раз бегал? Наверное, с моим отъездом все утренние пробежки накрылись? — Тереза поджала губы и покачала головой. Сдавать друга она не хотела.

***

Тереза решила собрать всех в самом крутом клубе — всё-таки празднуют возвращение Бренды. Томас сильно удивился, получив от неё смс о том, что они собираются на час раньше, потому что «нужно обсудить кое-что очень важное». Брюнет закатил глаза, уже представляя, что скажет Тереза: «Ребята, мы все знаем, что через два дня (!) Рождество! Так что нужно обсудить, что и как мы будем праздновать». Поскольку было ещё очень рано, Томас решил посмотреть сериал, поедая попкорн. Ну а что может быть лучше? У него же заслуженные каникулы, в конце концов. Парень включил своих любимых «Ходячих мертвецов» и уже настроился на просмотр, как вспомнил, что забыл телефон. Одна странная вещь: Томас всегда писал Ньюту во время «Ходячих». Всё началось с того, что блондин начал издеваться над брюнетом из-за его медлительности. Томас мог смотреть одну серию несколько дней! Ньют же искренне не понимал, как такое может приносить удовольствие, поэтому заставил Томаса писать ему каждый раз, когда тот включает просмотр. Таким образом Ньют будет писать и доставать его, пока тот не досмотрит серию. На удивление брюнета это реально помогало, поэтому сейчас он снова потянулся к телефону и набрал краткое сообщение. От кого: Томас «Смотрю.» От кого: Ньют «Знаешь, кто умрёт в этой серии?» От кого: Томас «Не смей!» От кого: Ньют «Боб. Ему каннибалы ногу отрежут.» От кого: Томас «Твою мать, Ньют! Был бы ты здесь — я бы тебе пальцы оторвал!» Томас со всей силы давил на экран, искренне желая «убить» несносного блондина. Вот только Ньют уже минут пятнадцать не отвечал — что показалось странным. Блондин любил дискуссии. В дверь постучали, и Томас замер от догадки. Нет, это не может быть Ньют! Он бы не добрался так быстро… или был где-то рядом? И вообще, почему это должен быть Ньют? Скорее всего, это Минхо снова пришёл опустошать его холодильник. — Когда ты научишься закрывать дверь? — недовольно спросил Ньют, заходя в комнату. Парень качнул головой, и на пол посыпались маленькие снежинки, отчего Томас поёжился. Войдя в дом, Ньют принёс с собой мороз. — Что ты здесь делаешь? — Томас старался выглядеть угрюмым, но получалось плохо. А вот удивление было полностью искренним. — Ну ты же мне пальцы должен был оторвать, — ухмыльнулся парень и подошёл к Томасу, у которого почему-то пропала вся злость, приготовленная для блондина. Ньют невозмутимо сел на ковёр и нажал кнопку на ноутбуке. Ситуация была странной до предела, но Томасу ничего не оставалось, как устроиться рядом. Смотреть сериал на своей квартире тет-а-тет с Ньютом было необычно. Одно дело — переписываться, и совсем другое — когда рядом сидит Ньют, который время от времени озвучивает действия героев, смеётся или громко фыркает, демонстрируя своё недовольство. Если честно, Томасу даже немного нравилось, что Ньют сейчас здесь. Запах чая с апельсинами присыплял его бдительность, но он стойко продолжал смотреть сериал. При этом от его внимания не ускользали тихие вздохи Ньюта, когда происходило что-то интересное, то, как блондин смахивал непослушные пряди набок, или как наклонялся ближе к экрану, чтобы лучше видеть картинку. Ньют был целиком увлечён происходящим. — Смотри, — прошептал Ньют, цепко хватая Томаса за руку. От неожиданности по коже побежали мурашки. Брюнет посмотрел на тонкие пальцы, всё ещё сжавшие его руку. Наверное, Ньют так увлёкся, что забыл об этом. Интересно, у него всегда такие холодные руки? Томас мельком взглянул на друга. Блондин сидел с приоткрытым ртом, не отрываясь от экрана, и даже не моргал! Почему он в таком восторге? Ведь он уже видел эти серии. Томас снова посмотрел на взлохмаченные волосы, которые в солнечном свете казались золотыми. — Эй, ты смотришь? — Ньют щёлкнул пальцами перед носом Томаса, вырывая его из раздумий. Брюнет кивнул и вернулся к экрану, но через пару минут вновь принялся разглядывать Ньюта. Мысли прыгали одна на другую. О чём он сейчас думает? Наверное, о том парне, которого вот-вот сожрут. С кем Ньют ещё общается? С Терезой? Однозначно — они очень подружились: поначалу Минхо даже ревновал, но потом именно Ньют оказался тем, кто сумел их помирить во время очередной ссоры. С Галли? Да, они часто обсуждают приставки, игры и технологии. Есть кто-то ещё? Люди, о которых Томас не знает? Вряд ли — Ньют никогда никого не упоминал, кроме Хорхе, который, как понял Томас, был ему хорошим другом. Ньют необщительный, хотя с первого взгляда не скажешь. Он всегда умеет поддержать разговор, у него заразительный смех, да и сколько интересного он знает! Но Ньют никогда не рассказывает о себе. Единственное, что они выжали — он из Англии. Всё. Это всё, что Томас знает о парне, с которым проводит кучу времени вот уже несколько недель. Он замер. Они ведь правда часто вместе. Тереза постоянно заставляет их собираться всей бандой, чтобы никому не было скучно. К тому же иногда они с Ньютом переписываются о самых странных вещах. Томас усмехнулся, вспомнив, как спрашивал, знает ли тот, что у кузнечика уши на лапках. Томас не знает, что Ньют, прочитав это, смеялся очень долго. Блондин вопросительно посмотрел на Томаса, будто почувствовал, что тот думает о нём. — Я знаю, что я красивый, Томми, но это не повод не смотреть сериал, — строго сказал Ньют. Он нажал «Стоп» и повернулся к Томасу, усаживаясь «по-турецки». — Спрашивай. Ньют придвинулся ближе, положил подбородок на руки и прикрыл глаза. — Почему ты здесь? — Я же говорил: чтобы ты вырвал мне… — начал было Ньют, но его перебили: — А если серьёзно? Я угрожаю Минхо почти каждый день, но он что-то не спешит ко мне на казнь, — сказал Томас и замолчал. — Чтобы не думать, — слишком серьёзно ответил Ньют, и Томас насторожился. — О чём? — Меньше любопытства, Томми, — отмахнулся Ньют и мило улыбнулся, но Томас этой улыбке не поверил. Блондина явно что-то тревожило. — Спроси лучше то, на что я точно отвечу. — Тебе нравится погода за окном? — Браво, Томас: ляпнул первое, что пришло в голову. Теперь он точно подумает, что ты идиот… Но Ньют воспринял вопрос серьёзно и, недолго подумав, сказал: — Нет, я не люблю зиму. Все эти праздники, подарки, вечеринки… А ещё белый — повсюду белый снег… — Ньют задумчиво уставился вдаль, отчего Томас поёжился. Почему сейчас он выглядит таким… маленьким? — Не любишь этот цвет? — Ньют покачал головой и поджал губы. — А какой тебе нравится? — не удержался Томас. — Фиолетовый, — не задумываясь, ответил Ньют, а через секунду выругался: — Чёрт, это же слишком личное! Томас громко рассмеялся. Ньют умел быть смешным, когда хотел. — Теперь это единственная личная вещь, что я о тебе знаю, — всё ещё улыбаясь, сказал Томас и захлопнул ноутбук. — Пора собираться, иначе Тереза взбесится из-за нашего опоздания. Ты посиди здесь, я скоро вернусь, — он вскочил и умчался в свою комнату, оставив Ньюта одного.

***

— Тереза, один вопрос, — прохрипел Галли, который, кажется, пробежал несколько километров. Щёки пылали, сердце колотилось так, будто ещё секунда — и вырвется из груди. — Какого хрена ты позвала нас на час раньше?! Я же подрабатывал в зале! — Нам нужно кое-что обсудить, — важно сказала Тереза. — Сейчас только Бренда придёт — и начнём. Ньют поёрзал, не уверенный, понравится ли ему Бренда. По рассказам друзей, она гиперактивная — уже тревожный звонок. Плевать, не её же ему убивать. Лучшее, что можно — включить режим Хорхе и расслабиться. Всем, кроме самого Ньюта, к сожалению. В этот момент в комнату впорхнула Бренда — подпрыгивая и лучезарно улыбаясь, едва заметив Ньюта. Девушка подбежала и заключила его в объятия. — Привет, я Бренда! — брюнетка выкрикнула прямо Ньюту в ухо, отчего тот скривился. Да, типичная Бренда. — Какая ты громкая, однако, — парень поджал губы и отступил на шаг. Девушку это ничуть не смутило — она радостно направилась к Терезе. Слишком уж жизнерадостная. Такие люди вообще бывают? Томас устроился на кожаном диване рядом с Ньютом, который нахмуренно строчил что-то в телефоне. — Что-то важное? — Не то слово, — прохрипел Ньют, пряча телефон в карман. — Когда же это всё кончится… Парень склонил голову и тяжело вздохнул. — Что кончится? — нетерпеливо спросил Томас. Неужели у Ньюта проблемы? Личная жизнь блондина всегда была под замком, обмотанным прочной цепью, а сбоку висела табличка «Не открывать, злой Ньют!». Тем интереснее. — Ничего, Томми, — напряжённо улыбнулся Ньют и ненамеренно положил ладонь Томасу на колено, будто успокаивая. Вот только эффект вышел обратный: брюнета будто ударило током, и он резко отдёрнул ногу. — Итак, граждане алкоголики, наркоманы и курильщики — попрошу тишины и внимания, — начала Тереза, строго глядя на парней. — Ребята, мы все знаем, что через два дня Рождество! Так что нужно обсудить, что и как мы будем праздновать. — Да ладно тебе, Тер! Почему ты так переживаешь? — Галли выпустил облако дыма прямо ей под нос, специально раздражая. Тереза замахала руками и закашлялась. Ох уж этот Галли. — Это же Рождество! Праздник, который нужно провести в кругу друзей, пить шампанское, дарить друг другу подааарки, — мечтательно протянула девушка и взяла Минхо за руку, прозрачно намекая, что уже ждёт подарок. — У нас осталось два дня, а ещё ничего не сделано! Томас мельком посмотрел на Ньюта, который всё ещё кому-то писал. Кому он строчит? Брюнет напрягся, пытаясь подглядеть, но Ньют ловко увернулся. — Нью-ю-ю-т, — сладко протянула Бренда и посмотрела на парня щенячьими глазами. Тот будто не слышал — продолжал печатать, и Томасу стало не по себе. Может, что-то случилось? Минхо позвал Ньюта ещё раз, и на этот раз тот отвёл взгляд от экрана. Томас успел заметить на экране контакт «Хорхе». — Вы хотите уничтожить мой дом? Напоминаю, что мы знакомы от силы три недели, не пережили вместе ни одного похорона, а значит, у вас ещё нет права на мою собственность, — Ньют скрестил руки на груди и нахмурился. У него как раз объявился экстренный заказ — только что сообщил Хорхе. И именно сегодня. — Я ещё не была у тебя дома, — Бренда подсунулась ближе и широко улыбнулась. Томас неодобрительно посмотрел на подругу. По Ньюту видно, что он не хочет — зачем давить? Ньют заметил взгляд брюнета и усмехнулся. — Всё хорошо, Томми, — успокаивающе сказал он. Томас нервно закусил губу и отвернулся. Он начал привыкать к такой интерпретации своего имени. Тереза внимательно посмотрела на него, легко толкнула в бок Галли, кивнув в сторону Томаса, и что-то зашептала. — Не хочу ничего слышать, Ньют, — громко сказал Минхо, поправляя идеальные волосы. — Мы идём к тебе, и это не обсуждается. Надеюсь, ты набьёшь холодильник до отвала. — Понимаю, вы всё уже решили без меня, — мысленно проклиная всё существующее, Ньют обречённо вздохнул и слабо улыбнулся друзьям. — Ура! А теперь пошли отрываться, — Бренда вскочила и взяла Томаса за руку. — Тебе нужно развеяться, а то нахмуренный такой. Девушка подтолкнула его к выходу и отвела к барной стойке. Какой-то высокий парень, очевидно бармен, быстро смешал что-то и вскоре подвинул Бренде стакан с зелёным. — Комплимент от заведения, — подмигнул он и отошёл принимать другие заказы. — Как хорошо быть девушкой, — брюнетка потянулась к трубочке и принялась пить, посматривая на Томаса. — Что? — Ничего. — Колись. Я знаю этот взгляд. Бренда неловко поёрзала на стуле, собираясь с мыслями. — Я возвращаюсь в родную страну после долгих скитаний по Европе — с надеждой на встречи с нашими сумасшедшими друзьями и кучу вечеринок, — а встречаю тебя: недовольную буку, страдающую от неизвестно чего. — Я не страдаю! — парень подозвал бармена и попросил «что-нибудь улётное». — Ты сегодня час сидел в раздумьях и почти не говорил! Ты бы видел своё лицо — такое же, как у Минхо, когда ветер уничтожает его укладку, — Бренда снова нахмурилась, глядя на друга, которому уже приготовили напиток. — Выглядит странно. — Улётное, — поправил её Томас и жадно отпил. — Пошли танцевать, — Бренда толкнула его в бок. — Не-а, мне и тут хорошо, — Томас махнул рукой и снова взялся за коктейль. Бренда закатила глаза, пожелала удачи и ушла. В этот момент подошёл Минхо. — Мне одно мохито и пиво, — азиат быстро посмотрел на Терезу, немного подумал и добавил: — Нет, что-то покрепче. — Тереза не убьёт? — ухмыльнулся Томас. — Я взрослый независимый мужик и могу пить, что хочу, — Минхо взглянул на стакан Томаса и удивлённо округлил глаза. Он выхватил стакан и начал рассматривать на свет. — Что за бурду ты пьёшь? — «Голубая лагуна», — ответил бармен и подал Минхо его напитки. — Вставляет не по-детски. — Ты убиться хочешь? — угрюмо спросил Минхо, выливая содержимое в мусорный бак. — Ты же пить не умеешь. — Иди уже к своей Терезе, — Томас повернулся к бармену. — Повтори. — Если потом будешь валяться без сознания где-то в туалете, — повысил голос Минхо, ставя пустой стакан на стойку, — пусть тебя забирает твой Ньют или кто там. — Почему сразу мой? — крикнул Томас в пустоту — Минхо уже ушёл. — Ньют — это твоя любовь? — непринуждённо спросил бармен, наливая ещё. — Нет! — рявкнул тот. — Да чего ты, я просто спросил. — К тому же он парень, — скорей себе, чем бармену, пробурчал Томас. — И что? Всякое бывает, — пожал плечами бармен и повернулся к другим гостям. Томас быстро осушил стакан и снова попросил добавки. — Тооомаас! — издалека заорал Галли и плюхнулся рядом. — Мне то же, что у этого олуха. Что ты пьёшь? — О Боже, хотя бы ты не начинай! «Томас, не пей! Ты же не умеешь!» — уже пьяным голосом начал передразнивать брюнет, размахивая руками. — Я просто спросил, чтобы понять, вставит ли, — немного обиженно оправдывался Галли, оглядываясь. — Определённо, — подтвердил бармен и подал напиток. Галли недовольно покосился на разозлённого Томаса и отошёл подальше, чтобы не попасть под горячую руку. Брюнет вяло посмотрел на танцпол, не понимая, почему всем так весело. Ему хотелось спать. Бармен заметил состояние и улыбнулся: — Первая стадия. Сейчас тебя клонит в сон, но через пару минут пройдёт — будешь как огурчик. И не ошибся: уже через десять минут Томас вовсю матерился, изливая душу новому другу: — Появился вообще ниоткуда! Кто он такой? Этот Ньют… Мне же до него дела нет, но он просто охмурил моих друзей! — Томас со стуком опустил стакан на стойку, требуя ещё. В эту секунду он заметил того самого злосчастного Ньюта — тот танцевал с какой-то девушкой. И как танцевал! Выкручивал бёдрами, обвивался вокруг неё, как змея, прижимал к себе, положив руки на талию, и что-то шептал на ухо — от чего она краснела. Томас прилип взглядом к этой картине и мигом осушил стакан. Его мутило от выпитого, и он, оставив деньги бармену, собрался уходить. — Джек, мне виски, — спокойно сказал чей-то голос прямо над ухом Томаса, но даже при громкой музыке он его узнал. На соседний стул сел почти довольный Ньют. Томас ещё не видел его таким радостным — если к блондину вообще применим этот эпитет. Неужели из-за той полуголой девушки? От алкоголя мозги работали плохо, но до него дошёл смысл: они знакомы с барменом? — Томми? — удивился Ньют и придвинулся ближе. Томас невидящим взглядом уставился на блондина — тот вдруг начал расплываться. Брюнет хихикнул: сначала Ньют уменьшился, превратившись в гнома, а потом у него вытянулись уши. Блондин озабоченно посмотрел на парня. — Эй, что с тобой? — Не думаю, что он в состоянии говорить, Ньют. — Что ты ему подсунул? — Ньют недовольно глянул на бармена, затем на Томаса. — Он сам захотел отключиться, — невозмутимо ответил Джек. Блондин покачал головой и снова посмотрел на Томаса, который пытался что-то сказать, но из-за музыки слов не разобрать. Окинув зал взглядом, он увидел лишь Бренду, заигрывающую с каким-то мужчиной. Да уж, помощи от неё не ждать. — Мы сейчас уйдём, ладно? — Ньют поднял парня под руки. Томас что-то недовольно мычал, но блондин не обращал внимания. Задача — увести его подальше. Смешно будет, если он умрёт от интоксикации на руках у киллера, которому поручено его убить. Каламбур. Они кое-как выбрались из душного клуба и несколько минут стояли на улице, наслаждаясь морозным воздухом, который сейчас был кстати. — Зачем же ты так набухался? — Ньют наклонился к нему, заглядывая в глаза. — Потому что… ты… потому что… я не знаю, — невнятно проговорил Томас, и Ньют понял: толку не будет. — Ладно, давай хотя бы домой провожу — а то ещё машина собьёт, нам это ни к чему, — блондин обхватил Томаса за талию, его руку перекинул себе на плечо. Тот не сопротивлялся, и Ньют повёл его прочь. Это была самая длинная ночь в жизни Ньюта. Он думал, что «долго» — это несколько часов слежки за целью, подготовка, ожидание ночи ради одной маленькой дырочки во лбу, но ошибся. Пьяный Томас был одновременно очень смешным и безумно бесящим. Он то и дело падал, начинал смеяться со своих рук, валялся на трассе — его чуть не сбила машина, и Ньют реально перепугался. Он даже представил угрюмого Хорхе, нависшего над ним — почему-то в костюме Санты, — который орал: «А патроны ты дома не забыл?!», пока сам Ньют оправдывал столь неизысканное убийство тем, что забыл пистолет. Наконец они добрались до дома Томаса, и Ньют облегчённо выдохнул — а потом вспомнил, что лифта нет, и тащить придётся по ступенькам. Он уже не помнил, сколько раз падал Томас; пару раз сам едва не скатился вниз, но вскоре они всё-таки добрались до квартиры. — Где ключи? Томас не ответил. Он сполз к стене, еле держась на ногах, и шептал что-то себе под нос. Ньют вздохнул, подошёл, ловко запустил руку ему за спину и вытащил ключи из кармана. Отпер дверь и втолкнул Томаса внутрь. Брюнет добрёл до спальни; Ньют проследовал следом — убедиться, что всё в порядке. — Живой? Ответа не последовало. Томас сидел на кровати, уставившись в медовые глаза. — Ты в курсе, что у тебя цвет глаз меняется? — буднично сказал он. — Ты в курсе, что пить — не твоё? — и словно в подтверждение слов Томас медленно завалился на кровать и через минуту мирно посапывал. Ньют быстро осмотрел квартиру, выглянул в окно и, не заметив ничего подозрительного, направился к выходу. Закрыть дверь он не забыл. У Ньюта был свой ключ.

***

Ньют и вправду не любит курить. Запах дыма его всегда тошнил. К тому же курение вредно для здоровья. И пальцы желтеют. Но Ньют курил — часто и всё так же без удовольствия. В этот раз было терпимо. Сидеть на краю обрыва — его любимое занятие: отсюда видно целый город, а тебя не видит никто. Он выпустил облако дыма и задумчиво посмотрел на один из многоэтажных домов. В одной из таких же квартир сейчас мирно спит Томас, а из его головы медленно выветриваются все воспоминания о дне. Ньют повернул голову и уставился на окно, в котором ярко горел свет. Он не погаснет до самого утра. Потом придут друзья. Или родственники. Или ещё кто-то. Они найдут труп молодой, довольно привлекательной женщины, у которой был щенок, хорошая работа и любовничек, который всё это и подстроил. Ньюту не было противно от того, что он сделал час назад — это часть его жизни, он привык. Вот только он совсем ничего не чувствовал. Ни малейшей эмоции. Так не должно быть. Ему нравилось убивать; смерть в понимании Ньюта — захватывающее зрелище. Так легко лишить человека жизни: пару секунд — и труп готов. И с Томасом будет так же. Он поднял голову к звёздному небу; ветер растрепал волосы. Поскорее бы убить его. Ему казалось, что убийство Томаса должно быть особенным. Томас, которого заказали. Томас, ставший проводником между кровавым миром киллера и жизнью обычного студента. Томас, который помог Ньюту обзавестись друзьями. Томас, который пишет ему во время сериалов и из-за этого пропускает половину серии. Томас, раздражающий одним своим видом. томас, замечающий все его перепады настроения. Томас, обожающий чёрный чай с двумя ложками сахара. Томас, сказавший, что цвет глаз Ньюта изменчив. Томас, который должен быть убит.