3.
18 июля 2017 г., 20:18
Охранник Портер, вероятно, без сознания лежал на спине на полу под самым стеклом. Его глаза были закрыты, лицо бледное, на обеих щеках темнели линии почти хирургически ровных порезов. Форма на груди была разрезана и на коже кровоточили множественные мелкие раны, насколько можно было оценить, весьма поверхностные.
Эвр сидела на полу рядом с ним, с армейским ножом в руках и пятнами крови на одежде. Она рисовала на полу параллельные прямые измазанным в крови лезвием. Нож конечно же принадлежал самому Портеру, и он, вопреки запретам, носил его с собой, как делали многие солдаты, очевидно, в память о службе.
В случае форс-мажорных обстоятельств предписывалось отключать блок от основного питания, и кто-то уже успел это сделать. Майкрофт с раздражением подумал, что персонал пренебрегает не всеми правилами.
Аварийный энергосберегающий режим в первую очередь отключал всё автоматическое управление и во вторую менял параметры освещения на более экономичные. По задумке конструктора аварийное освещение также должно было стать дополнительным фактором подавления для заключённого.
Пока, судя по всему, давило оно только на Майкрофта. В более холодном люминесцентном свете с усиленным синим подтоном кровь казалась почти чёрной. Бледная кожа Эвр в этом цветовом фильтре отдавала нездорово-восковым оттенком, наводя на мысли об утопленниках. Его кожа, должно быть, выглядела так же. У них с Эвр всегда было много общих черт. Понимая, что слишком долго думать об этом не стоит, Майкрофт подошёл к отметке на полу и заговорил:
— И чего ты добиваешься?
— Впечатляет? — сестра отвлеклась от рисования, улыбнулась как ребенок, демонстрирующий взрослому удачный школьный эксперимент.
— Эвр! — рявкнул Майкрофт. Улыбка сползла с её лица, и она по-детски наивно захлопала ресницами. Майкрофт сделал глубокий вдох и перешёл к холодному тону: — Если ты хотела поговорить со мной, можно было обойтись без дешёвого спектакля, — непроизвольно он всё-таки брезгливо поморщился.
— В самом деле? — лицо Эвр тоже сделалось серьёзным. Она встала и подошла к стеклу, провела по нему рукой, размазывая по поверхности кровь. — Разве тогда ты бы понял, что я настроена серьёзно? К тому же, как говорит наш брат — это скучно. Он ведь говорит так?
— Эвр, мы не будем говорить о Шерлоке, — категорично отрезал Майкрофт.
— С тобой — нет. О нем мне расскажет Джим Мориарти.
— Прямо сейчас я могу запустить любой протокол безопасности из десятка, — сжав пальцами переносицу, заметил Майкрофт.
— Ты этого не сделаешь.
Она говорила очень убеждённо. Майкрофт чувствовал, что проиграет в любом случае. Не запустит протокол — Эвр выиграет в открытую, запустит — она увидит систему в действии, а снабжать сестру такими знаниями опасно. Запустить протокол с намерением в дальнейшем полностью перекроить систему безопасности? Другого места, где Эвр можно было бы содержать под необходимым присмотром достаточно долгое время, не существует.
— Не спросишь, почему я уверена в этом?
— Данные, которые ты получишь, будут бесполезны. Вся система безопасности будет реконструирована.
— Нет, Майкрофт. Не это, — Эвр сжала пальцами переносицу, в точности повторив его жест. — Если ты запустишь протокол, я убью охранника, — она подняла нож на уровень глаз. — Повредить крупные сосуды шеи я успею.
— Это смешно, — сквозь зубы процедил Майкрофт. — Это всего лишь охранник.
— Да. Просто охранник. Глупый охранник. А это место всего лишь твоя крепость. Запустишь протокол — придется отчитываться перед начальством. Крепость перестанет быть крепостью.
— Это будет оправданно, — безапелляционным тоном сказал Майкрофт, а в голове стучало: «Это всего лишь глупый охранник».
— Они поймут, что ты не так хорош. Тебе перестанут доверять.
Но охранник Портер неважен. Надёжность Шерринфорда — вот, что действительно важно, это нельзя ставить под угрозу. Майкрофт молчал.
— Я где-то был потерян, иди меня искать, — тихо, едва шевеля губами, пропела Эвр и замолчала сама, внимательно разглядывая брата.
— Чего ты хочешь, Эвр? — на несколько секунд прикрыв глаза, выдохнул Майкрофт.
