Звёздное "D" на запястье.

Прозрачный зонтик, с контурным рисунком города по краям, облеплен хлопьями белоснежного снега, искрящегося на неожиданно выглянувшем солнце. Девушка под ним бредёт по улочке дневного Лондона и держит свободную руку вытянутой вперёд, ловя снежных мух кончиками пальцев. Рукав бежевого пальто приоткрывает тонкое запястье, на котором белыми звёздами очерчена латинская "D". Спешить некуда, дела давно решены, а погода на улице прекрасная, как раз рождественская, можно кутаться в ярко-жёлтый вязанный шарф и ловить белоснежных балерин. - Мисс, подождите! Голос доносится откуда-то сверху, поэтому Тайлер задирает голову и опускает зонт, чтобы очистить себе обзор. Из окна на втором этаже практически полностью вылезла молодая девушка с удлинённым каре. Незнакомка помахала, пробормотала что-то вроде "сейчас спущусь" и исчезла. Блондинка ещё удивлённо смотрит вверх, не успевая понять что происходит, когда рядом оказывается "оконная" девушка. - Меня зовут Клара, я многое о Вас знаю. Это от старинного друга. Она почти пихает ей в руки старый потёртый конверт и, убедившись что его крепко держат, неожиданно растворяется в воздухе, оставляя Роуз в недоумении вертеть бумагу. *** Доктор крутился вокруг консоли, когда дверь в Тардис распахнулась впустив ворох снежных хлопьев, морозный ветер и счастливую Клару. - Сегодня у нас ужин! Ты не имеешь права отказаться! - Освальд улыбалась как никогда радостно, она будто изнутри светилась. - В том кафе, где, по твоим словам, лучшая картошка Лондона. В семь, не опаздывай. И она вновь исчезла, оставив галлифрейца недовольно сводить густые брови и менять выстроенные ранее координаты. Ругался он сквозь зубы уже по инерции. *** Канун Рождества, все забегаловки, кафе и рестораны забиты, столики заказаны заранее даже в низкосортных общепитах. Поэтому, когда Роуз зашла в очень знакомое кафе и обнаружила его полностью пустым, сомнения в сути происходящего у неё поубавились. Пространство было маленькое и обставлено довольно скудно: барная стойка с высокими стульями вдоль огромного окна и шесть круглых столов, у каждого из которых вразнобой пристроились старые потертые кресла. Над стойкой приёма и выдачи заказа висит деревянная табличка "fish&chips", а небольшое меню включает в себя с дюжину позиций, в плюс к тридцати сортам чая и пива. - Мисс Тайлер? Из-за двери подсобки вылез молодой парнишка в форме местных сотрудников. - Да, мне сказали подойти к семи часам. Блондинка смущённо улыбнулась, продолжая оглядывать некогда забытое заведение. Она была здесь, кажется, вечность назад, ела вкуснейшую в Лондоне картошку и улыбалась невероятному мужчине, надеясь, что так будет всегда. Роуз всё ещё помнит, как они с Доктором сидели напротив окна и обсуждали проходящих мимо людей, поток которых не прерывался ни на миг. - Да, конечно, присаживайтесь куда хотите, сейчас принесу заказ. Его уже оплатили. Он закрыл дверь подсобки на ключ и блондинка разглядела красноватую "К" на запястье. Параллельная реальность, в которой девушка, мягко говоря, застряла несколько лет назад, имела удивительное отличие от её прежнего дома: в определенный момент на одном запястье, там где виднеется тонкая венка, проступали очертания буквы, с которой начиналось имя родственной души. Клеймо у пары одинаковое по стилю, расположению, размеру, лишь иногда различается цветом. У Джеки с Питом просматривались розоватые контуры латинских "Р" и "J", у японца, работающего в Торчвуде, блистал золотом иероглиф, значащий по его словам слог "на". Тайлер же обзавелась английской "D", складывающейся из двадцати двух звёзд-снежинок, которые нежно светились серебром в темноте. - Вот Ваш яблочно-мятный чай. Официант ставит на стойку, за которую села Роуз, огромную белую чашку на пол-литра, ещё раз показав алую "К" на руке. Буква нацарапана сотней коротких линий, про такие говорили, что любовь будет страстной, бурлящей, неистовой. - Спасибо. Очередная улыбка и печальный взгляд на своё левое запястье. Девушка столько раз пыталась свести, содрать, вырезать, свою букву, чтобы не видеть злосчастные звёзды, но всё было тщетно. Что-то неизвестное сохраняло целостность знака. *** Тардис трясло, шатало в разные стороны, так что Доктор мотался по консоли как пушинка, не успевая ухватиться за что-то устойчивое. Координаты были верные, ничего необычного в них не было, но он не мог приземлиться уже минут двадцать, не понимая что происходит. А ещё левое запястье неприятно щипало, будто на свежую царапину вылили самый крепки алкоголь, и проверить, что не так, не было ни какой возможности. *** - Может что-то ещё хотите? Меня предупредили, что ваш друг может задержаться. Парнишка учтиво улыбался и по третьему кругу натирал бокалы, когда часы показывали без пятнадцати восемь, а Роуз допивала вторую чашку чая. - Нет, спасибо, я наверное... Договорить она не успевает, потому что чувствует легкую силовую волну, а потом слышит отдаленный звук инопланетного мотора. Тайлер так и застыла с чашкой у рта, когда напротив её стула материализовалась синяя телефонная будка, а через мгновение из неё выскочил седовласый старик. Он выхватывает у девушки из рук сосуд и осушает его залпом, бешено смотря по сторонам. - Где я? - выдохнул мужчина, смотря по сторонам, очевидно не обращая внимания на блондинку, которой протянул опустевшую чашку. Избавив руки от постороннего предмета, мужчина расстегнул пуговицу рубашки на левой руке и поднёс запястье к глазам, дабы разобрать, что там появилось. - Лондон, 2016 год. - выдыхает Роуз, не отводя от седовласого взгляда и разжав ладони, стискивающие чашку. Грохот, от раскалывающейся на сотни осколков керамики, отрезвляет всех присутствующих: парнишка официант скрывается за дверью кухни, появившийся из пустоты мужчина поворачивается к Роуз, а та наконец моргает. - Роуз... - сказанное на выдохе, шёпотом, но бьющее наотмашь, как приговор. - Доктор... - хриплым, севшим голосом, будто уставший крик о помощи. - Как? - с таким недоверием в глазах, будто перед ним все одиннадцать его воплощений, а не одна девушка. - У меня два сердца. - необдуманно, тихим писком, еле слышно, потому что сделать вдох с его появления не удаётся. - Что? - Доктора будто отбрасывает, он делает шаг назад, выбрасывая в перёд обе руки, запуская через мгновения пальцы в жесткие волосы. - Джон мертв. - сделать вдох всё-таки удаётся, а веры в то, что галлифреец не исчезнет через минуту, не прибавляется, поэтому хочется успеть сказать самое важное. - Что?! - он почти орёт, столько информации за несколько секунд, да ещё блондинка, сидящая напротив, сбивающая с толку одним своим запахом (свежие яблоки, щепотка корицы и мяты). Его мозг не выдерживает.