Насморк

      Гарри брыкался и не давал себя переместить в больницу Святого Мунго. Он рвался убивать Волдеморта, что выглядело, по меньшей мере, странно. Потом он вспомнил, что Защиту от Темных Искусств преподавали в Хогвартсе весьма посредственно, и приуныл.       — Ничего страшного, мой мальчик, — тихо прошелестел голос Дамблдора, — ЗоТИ прекрасно знают в Мунго. Вот понаблюдаешь за больными, сразу полсотни заклинаний выучишь.       Голоса присутствующих Гарри слышал, как сквозь вату. Видимо, насморк дал осложнение на слух. Только этого не хватало!       — Ради лучшего изучения ЗоТИ я готов лечь в больницу! — проорал Гарри. — Потом встречусь с Волдемортом и убью его!       — Да-да, мистер Поттер, — поддакнула мадам Помфри, — сначала полежите, отдохните, затем беритесь за войну!       Не к чести мадам, она решила, что Гарри немного повредился рассудком, поэтому посчитала больницу необходимым злом. Она помогла Гарри переместиться в больницу и самолично удостоверилась, что Гарри дали все необходимое для пребывания в палате.       В Мунго, как и во всем окружающем мире, царила глубокая ночь. На приемной дремала молоденькая сестричка, некая Анна Слитер. Она мигом проснулась, увидев, кто стал в больнице пациентом.       — Здравствуйте, мадам Помфри, мистер Поттер, — растерянно произнесла медсестра.       — У вас что-то серьезное?       — Угроза нервного срыва и насморк, — сказала мадам Помфри, держа Гарри крепко за руку.       Мистер Поттер был возбужден, а с носа тек водопад, так диагностировала медсестра его состояние.       — Волдеморт возродился! — крикнул Гарри. — Я должен убить его!       Поскольку все знали, что Гарри Поттеру требуется убить Волдеморта рано или поздно, то мисс Слитер и глазом не моргнула.       — У вас насморк? Как давно? — стала спрашивать мисс Слитер.       — Полдня, я побывал на кладбище… — и Гарри закашлялся.       Мисс Слитер коварно улыбнулась.       — Я знаю, к кому вас подселить! — воскликнула она. — У нас пару часов назад поселился пациент со схожими симптомами. Это уникальный случай! Похоже на эпидемию… — и медсестра стала заполнять формуляр больного с лихорадочной скоростью.       Тут выглянула санитарка.       — Миссис Макдональд, примите больного, — распорядилась мисс Слитер.       — Куда его?       — В инфекционное отделение.       — Охохо, — запричитала санитарка, стараясь не касаться больного Поттера. — Идемте, юноша.       — Я не юноша, я Гарри Поттер! — заорал Гарри.       — Я знаю, любезный, следуйте за мной.       Со всеми предосторожностями Гарри был водворен в палату «люкс». В ней стояло только две кровати, и одна была уже занята. На ней спал, зарывшись с головой в одеяло, какой-то мужчина. Он и не шелохнулся, когда Гарри стал судорожно ходить по палате взад-вперед.       — Молодой человек, не мельтешите, — приказала миссис Макдональд, — вы мешаете пациенту спать.       — Я не могу, я хочу убивать, — прошептал Гарри, у него внезапно заболело горло, — мне нужен Волдеморт! Я ему покажу, где раки зимуют!       — Все утром, утром, — успокаивающе произнесла санитарка. — Успокойтесь, прилягте.       Дверь за санитаркой закрылась, и Гарри вскочил. Он тщательнейшим образом продумывал план действий. Если ему суждено бороться с Величайшим Темным Магом, как он посчитал, то нужно хорошо учиться. Он выучится! Он обратится за помощью к Альбусу Дамблдору, и он обязательно Гарри поможет. Черт побери, парень готов был обратиться за дополнительными занятиями к Снейпу, лишь бы найти способ убить Волдеморта! Так прошла вся недолгая ночь, потому что летом ночи короткие. Зашелестели шаги в коридорах, санитарки стали приводить в порядок палаты и коридоры.       Гарри за ночь так и не уснул. Он с нетерпением ожидал визита Дамблдора. Директор обязан был придти! Утро же не торопилось становиться добрым, и Гарри медленно, но уверенно становился вялым и уставшим. Наконец он присел на свою кровать, задумавшись о своем личном. Не успел Гарри опечалиться о том, что умрет девственником, как зашевелился второй пациент палаты, и на Гарри уставились знакомые красные глаза.       — Поттер?! — проскрипел Лорд Волдеморт собственной персоной.       По палате будто пронесся смерч, а Гарри накинулся на Волдеморта. Очнулся парень от того, что тряс сонного Лорда за грудки.       — Доброе утро, Риддл, — усмехнулся Гарри. — Сейчас я тебя убью.       Но тут случилось неожиданное — Волдеморт впился губами в губы Гарри. Поттер ошеломленно замолчал, не зная, как реагировать. Между тем, язык Волдеморта похозяйничал в уютной пещере Гарриного рта, пересчитал все зубы и поиграл с языком Гарри. Язык Риддла был по-человечески теплым, и только его юркость напоминала змеиный язык, не будучи раздвоенным и смертельно опасным.       Поттер задохнулся от недостатка воздуха и, наконец, отпрянул от поцелуя.       — Тихо, — угрожающе зарычал Волдеморт, — ты же не хочешь поднять на уши всю больницу? Знаешь, что тебе будет?       — Ничего, — дерзко ответил Гарри. — Я освобожу мир от зла!       — За пределами больницы находятся мои последователи, — скалясь, произнес Волдеморт, а его красные глаза блеснули, — как и твои друзья. Ты же не хочешь смерти своим близким?       Гарри зарычал и принялся душить за шею Волдеморта. Тот же подключил к борьбе руки и, ловко извернувшись, оказался сверху и подмял Гарри под себя. Чтобы Поттер меньше говорил пафосные речи, Волдеморт снова заткнул его рот поцелуем. Мальчишка жеста не оценил и стал мычать, извиваясь под сильным и гибким телом Лорда. Так и застал их врач Сметвик, принявший дежурство.       — Так-так, молодые люди, — загадочно усмехаясь, произнес врач, — так вы были на одном и том же кладбище?       — Да! — единодушно ответили Риддл и Поттер.       — Это не то, что вы подумали! — яростно стал доказывать свою правоту Поттер. — Я должен его убить!       — Что ты, дорогой Гарри, — поиграл бровями Волдеморт, — мы оказались на кладбище благодаря моему великому замыслу, и Гарри помогал мне в одном ритуале.       — Темномагическом? — полюбопытствовал врач Сметвик.       Риддл скромно опустил ресницы. Черт побери, ресницы у него были пушистые, как у девчонки! Гарри от волнения прикусил язык.       — Это же Волдеморт! Вы не узнали его? — решил сыграть ва-банк неугомонный мальчишка.       — Не похож, — констатировал Сметвик. — Где же его мантия и волшебная палочка?       Гарри растерялся. И вправду, Волдеморт не казался страшным без своей мантии и палочки. Наоборот, сейчас мужчина был похож на обычного человека из толпы. Непримечательные джинсы и кроссовки, черная футболка и серая толстовка. Таких людей тысячи! Только красноватый блеск глаз выдавал темную природу Риддла, но громкое имя Волдеморта этот пациент не заслуживал. К тому же, как ни странно, "Ежедневный Пророк" не писал о возрождении Самого Темного Мага столетия. А Риддла в стоптанных кроссовках и в старой толстовке с насморком никто в здравом уме не идентифицирует с Лордом Волдемортом. Если бы не присутствие самого Поттера на кладбище Риддлов, никто бы не опознал милорда.       Риддл только усмехнулся. Гарри зарычал от бессилия. Никто ему не верит!       — Насчет вас, мистер Поттер, я сомневаюсь в вашем скорейшем выздоровлении. Я понаблюдаю за вами. Мистер Риддл, вам ограничители магии не мешают?       — Нисколько, — улыбнулся Риддл.       — Это разумная предосторожность после проведения темномагических ритуалов. А насморк… простуда или аллергия… мы должны узнать, что это такое… К тому же мистер Поттер, похоже, болен так же, как и вы. Боюсь, что вам двоим придется находиться в одной палате и нужно изолировать вас, чтобы исключить эпидемию в больнице.       — Хорошо. Мы отлично проведем вдвоем время в больнице. Ведь мы с Гарри — любовники…       — Мы не любовники! — заорал Поттер, испепеляя взглядом, полным необузданной ярости, Риддла. — Мы враги до гробовой доски! Я должен убить Риддла!       — Так меня или Волдеморта? — ехидно спросил Риддл.       — Тебя, сволочь! — ярости Гарри не было границ.       — Поттеру выписать успокоительное, — невозмутимо распорядился Сметвик практикующему интерну, — и дать экспериментальное зелье сна-без-сновидений.       — Новое, то, что Тайный отдел изобрел? — спросил будущий врач.       — Да, — кивнул Сметвик, — ну и конечно, зелье от простуды.       — А мне, профессор? — мягко спросил Риддл.       — Попробуем прогрессивную методику лечения простуды. Я зайду через два часа и вы, мистер Риддл, будьте готовы к процедурам.       Как только врачи, настоящий и будущий, ушли, Гарри снова вцепился в шею Волдеморту. Тот с трудом отцепил пальцы Гарри от своей шеи и, в свою очередь, заломил одну руку парня за спину.       — Не шали! — тихим, глубоким голосом прошептал Риддл на ухо Гарри. — Будет хуже.       — Как? — спросил Гарри.       — Вот так, — и лизнул ухо теплым, влажным и юрким языком. У Гарри поползли мурашки по телу, и, кажется, возникло горячее томительное желание в низу живота.       — Пошел прочь! — заявил Гарри и отошел подальше от своего врага. Его уши пылали. Еще и насморк его замучал. В отличие от Гарри, сморкавшегося в полотенце, Риддл культурно извергал сопли с помощью платка с вензелем «Л.М.».       — Убью! — произнес Гарри, когда появился завтрак. Аппетита, ожидаемо, не было. Каша была размазана по тарелке, отварное яйцо было проигнорировано. Гарри даже не заинтересовал завтрак Тома — поджаренный бекон, тосты и копченая лососина. Хотя Лорд ел тоже без аппетита. Болеть в любом случае плохо, чем здоровым быть.       После завтрака Гарри выпил успокоительное, новое зелье для сна-без-сновидений и отрубился до вечера спать. Лорд же, в свою очередь, взялся читать книжку, стащенную у Малфоев. ***       Настал вечер. Гарри только что проснулся от запахов еды. Лорд ел запеченные овощи с телятиной. Желудок забурчал от пропуска пищи.       — Риддл! — громко произнес Гарри. — Не чавкай!       — Я не чавкаю, — надменно ответил Лорд Волдеморт, — это ты виноват, что голодный.       — Ничего, я привыкший, — нехотя сказал Гарри и отвернулся к стенке. Ему стало тоскливо. Никто к нему не пришел, даже Рон с Гермионой не появились, чтобы навестить своего друга. Первый день закончился плачевно. Только во сне Гарри преследовал жаркий поцелуй Лорда. Ведь он был первым в жизни!       Проснулся Гарри под утро с юношеским стояком.       — М-м-м, — произнес Гарри, задавая ритм своим бедрам. Послышалось хихиканье со стороны Риддла. Стояк, как ни странно, от его голоса не упал, а наоборот, воодушевился.       — Черт побери! — громко сказал Гарри, когда понял свою маленькую проблему. Гарри попытался встать и немедленно отправиться в уборную, но запутался в одеяле и упал на пол. Лорд заржал аки конь и наклонился над пахом Гарри. Тот поскорее прикрылся кончиком одеяла.       — Могу помочь с твоей проблемой, — промурлыкал Лорд и уткнулся губами в шею, оставляя на ней засос. Гарри дернулся.       — Ненормальный и озабоченный Волдеморт! — громко заявил парень. — Ты убил моих родителей! Ты — убийца. Психопат! Маньяк!       Лорд только хмыкнул. На шум, производимый Гарри, прибежала медсестра.       — Мистер Поттер, какой вы шумный! — проговорила миссис Макдональд. — Мне придется вам сделать укол. Это прогрессивная методика профессора Сметвика. Еще никто в магической Британии не использовал уколы, только он, наш профессор!       — Вы не понимаете, мэм, — ответил лежащий на полу Гарри, — этот человек — Волдеморт! И он убийца!       — А кто вам оставил засос? — прагматично спросила миссис Макдональд. - Волдеморт? Мистер Риддл, вы чрезвычайно мягкий и терпимый любовник, раз терпите это недоразумение в очках. Вам памятник надо поставить!       — Когда-нибудь поставите, — улыбнулся Риддл.       — Убийца, — кряхтя и поднимаясь с пола, сказал Гарри. Злости в нем уже не было, потому что укол успокоительного взялся действовать. Глаза Гарри закрывались, и юноша вновь уснул.       Так прошел второй день пребывания в больнице. Гарри спал и сквозь сон вытирал хлюпающий нос грязным полотенцем, а чихающий и сморкающийся Риддл ходил на процедуры к врачу Сметвику, чтобы вылечить эту проклятую простуду или аллергию. Кто этих врачей разберет, что они написали в карте лечения больного.       На третий день Гарри проснулся весьма возбужденный и мокрый от пота. Он чувствовал, что его член… Господи, его член! Он был в теплом и влажном рту Волдеморта. Живой юркий язык облизывал член Гарри по всей длине, поласкал уздечку, губы мягко охватили член в приятном давлении, затем Волдеморт облизал мошонку и втянул одно яичко за другим, даруя неописуемое наслаждение.       — Убийца! — только успел прошептать Гарри и кончил в этот восхитительный рот. На этом Волдеморт не остановился и поцеловал Поттера в губы. Такой удивительный вкус собственной спермы! Гарри немедленно возбудился и захныкал, ожидая еще одного раунда.       — Вечером повторим, — прошептал Лорд, — хочешь?       Жутко смущаясь, Гарри кивнул. Личная жизнь налаживалась, хоть и весьма экстравагантным способом. Как теперь Гарри сможет убить своего любовника? Весьма хорошего любовника, как считала вся больница святого Мунго. Они даже заболели одновременно!       Полдня Гарри провел почти спокойно, после безвкусного обеда и многочасового чиханья он был осмотрен Сметвиком. Тот рубанул, как с плеча:       — Теперь можно ставить ограничители магии. Спокойно, Гарри! Это не приведет тебя к потере волшебных способностей. Вот видишь, у твоего любовника браслеты на руках? У тебя будут такие же. Это для вашего же блага, чтобы магия не противостояла лечению. Поттер с некоторым напряжением согласился. Как только защелкнулись замочки на браслетах, Гарри почувствовал, как магия ластится к нему. Она как бы мурлыкала, что все в порядке, она никуда не делась, и придет время, когда она покажет свое величие.       Устроившись на своей постели, Гарри заметил голодный взгляд Волдеморта. Учитывая, что Лорд в это время доедал восхитительно зажаренный бифштекс, Гарри простодушно подумал, что голод Тома направлен на кусок мяса, а не на него.       — Как ты думаешь, сюда больше никто не зайдет? — спросил Темный Лорд.       — Процедуры ты уже прошел, полы вымыты, обед закончен, по коридору гуляют больные, наверное, никто, — ответил Гарри, растягиваясь на постели.       Риддл проверил замок на двери и присел на кончик поттеровской кровати. Одним слитным движением он поцеловал Гарри и лег на него своей немаленькой тушкой. Гарри замычал и вцепился в волосы Риддла. Тяжесть приятно давила, и парень задвигал бедрами, чтобы быть ближе-ближе, черт, совсем рядом, и как приятно чувствовать вставший член другого мужчины. Риддл задвигал бедрами в ответ. Оба приглушенно застонали.       — Быстрее, быстрее… — шептал Гарри, а Волдеморт молча, закусив губу, задавал ритм им обоим. Гарри кончил слишком быстро (молодость!), а мужчина, коим оказался Лорд Волдеморт, еще не мог насытиться близостью и несколько сладких минут продолжал неспешную схватку двух тел. Гарри возбудился по новой, и Риддл, опустившись к паху парня, взял в рот его член и довел до разрядки самым приятным способом.       Гарри тяжело вздохнул. Как любить оказалось энергозатратным действием? Он устал, но губы его тянулись в улыбке. Хотелось смеяться, прыгать от радости и съесть шоколадный торт. И сделать это нужно непременно одновременно.       — Знаешь, я тебя уже не ненавижу, — пробормотал он в подмышку Риддла, пахнувшая терпким взрослым запахом.       — Может тебя трахнуть по-настоящему, и ты меня полюбишь? — ухмыльнулся Волдеморт. — Великая сила любви изменит ход истории.       — Слова Дамблдора, — согласился Гарри, вдыхая запах Тома, — и мне не придется тебя убивать.       — Может, наоборот? — съехидничал Том. — Апчхи!       — Апчхи! — ответил Гарри, и на этом политические дебаты были закончены.       Альбус Дамблдор все просчитал, кроме упрямства Фаджа. Тот в упор не верил фактам, не верил в смерть Седрика Диггори от руки Волдеморта, не верил Гарри Поттеру, не верил собственным словам. Поэтому Дамблдор приказал Гермионе и Рону не появляться пред очи Гарри, а затаиться и подождать, пока Гарри выздоровеет. Гарри тем же временем не скучал, ночами развлекаясь с Лордом Волдемортом в постели. Он уже стал искушенней в ласках, хотя до опыта Волдеморта ему как до луны.       На седьмой день пребывания Гарри учуял запах мяса, тушеного в горшочке с грибами. Он сунул свой нос в остатки еды Риддла и был удостоен величайшей милости, как доесть самые вкусные кусочки. Гарри причмокивал от удовольствия, заряжая Риддла своим проснувшимся аппетитом. Гарри все еще шмыгал от затяжного насморка. Похожего эффекта от лечения получил и Риддл, но благодаря более прогрессивному лечению. К несчастью, аппетит у них был только к мясу, ни каши (Гарри), ни овощи (Риддл) не хотели быть съеденными.       — Мне скучно, — заявил Гарри на восьмой день пребывания в больнице. Персонал отметил, что Гарри уже не пытается оклеветать своего любовника, улыбается и льнет к нему. Профессор Сметвик посчитал прогресс Гарри на свой счет, и теперь в срочном порядке писал диссертацию по поводу лечения нервных болезней своими лекарствами.       — Могу развлечь тебя другим способом, — прошептал на ушко Волдеморт, — только нам нужно добыть оливковое масло.       — Именно оливковое? — огорчился Гарри. — А кукурузное подойдет?       — Подойдет даже подсолнечное, — дуя в ухо, произнес Лорд. Гарри захихикал.       — Сейчас. Двинки! — позвал эльфа Волдеморт.       Немедленно появился домашний эльф Малфоев.       — Что прикажет высокочтимый лорд? — проскрипело ушастое существо.       — Оливковое масло, — распорядился Риддл. — пол-литра.       — Литр, — произнес Гарри. — Короче, Двинки, принеси, сколько сможешь.       Через пять минут Двинки притащил огромную пятилитровую бутыль масла.       — Двинки сколько смог, столько и принес! — гордо заявил домовик.       Гарри засмеялся. Риддл мысленно послал Малфою оплеуху. Столько масла позволить эльфу умыкнуть из дома!