Меняя ход событий

Грубейший перерыв в работе был вызван болезнью автора, нехваткой свободного времени, отпуском и снова нехваткой времени. Спасибо тем, кто еще остается со мной. _______________________________________________________________________________________ Я медленно ступала по мягкой извилистой тропке, сплошь усыпанной зелеными и желтыми иголками сосен. Шла и вдыхала теплый воздух переходящего в осень родного леса, который бережно охранял северные границы страны Огня. Цунадэ поручилась за меня перед советом старейшин и мне милостиво разрешили побродить в отдаленных от Конохи окрестностях и пособирать на благо больницы некоторые травы. Устав видеть мое встревоженное и печальное лицо, она предложила сходить прогуляться далеко за пределы деревни и побыть наедине с собой. «Скажем этим дуракам, что ты хочешь помочь госпиталю. Пусть ты и под следствием, но все же наш ниндзя-ирьенин». И вот, после стремительной пробежки, которая буквально вскипятила мою кровь, я, впав в состояние медлительной улитки, с удовольствием прохаживалась по любимым с детства местам. В голове роем вились неутешительные мысли, к горлу то и дело подкатывал ком слез. «Это пройдет, - старалась держаться я. – Все когда-нибудь забудется. А если не забудется, то уже не будет так болеть». Я шла и шла, рассеянно хватаясь за шершавую кору деревьев, отодвигая густые хвойные ветви и периодически поскальзываясь на опавших шишках. - Мерзкие пауки, - бубнила себе под нос я. – Все залепили тут своей паутиной, ни проехать, ни пройти. Пребывание в знакомом лесу подняло из глубины души десятки ярких воспоминаний детства и подростковых шалостей. Именно здесь мы выслеживали с Саске и Наруто Какаши-сенсея, впервые участвуя в разведывательных учениях. Именно здесь я, возгордившись полученными в академии навыками, решила похвастаться перед отцом и, переоценив себя, сорвалась с дерева и упала на огромный муравейник. Именно здесь я, с особо горячими чувствами, впечатала красивый затылок Ино в смолистый ствол. А потом неделю сидела дома, лишенная прогулок и так любимого мной в детстве шоколада. - Не могу больше. - сама себе сказала я, остановилась, обхватила руками ближайшую сосну и с силой прижалась лбом к твердой, сухой коре. – Я больше никогда этого не увижу.. Никогда.. Губы задрожали, глаза наполнились слезами. - Как мне вырвать это все из сердца? Как? Я сползла на мягкую землю и покрепче вцепилась в шершавое дерево. - Никогда не говори никогда, иначе ты спровоцируешь себе нежелательное будущее. Я вздрогнула и молниеносно обернулась на голос. - Мысли материальны. Всегда помни об этом. - Ты, - я вскочила на ноги и немного скривилась от прошедшего по телу озноба. – Явился. - Ну. – как бы подтвердил он, заправив за ухо прядь волос. - Как ты, как ты.. – горло сдавил спазм, и я уверенно зашагала к нему навстречу. - Что за выражение лица, Сакура? Я думал, ты будешь рада меня видеть. Единственным моим желанием было хорошенько его отколошматить, что я и попыталась предпринять, приблизившись почти вплотную. - Тише-тише, - он принялся ловко парировать мои сумбурные удары. – Я пришел, чтобы все прояснить. - Как ты посмел так обойтись со мной?! – взвыла я. – Ненавижу! - Ну-ну, - Итачи каким-то образом скрутил меня и прижал к груди. – Не надо благодарности, все было продумано с самого начала. - Ах продумано, - затряслась я, порываясь освободиться. – И ЭТО ТЫ НАЗЫВАЕШЬ ПРОДУМАНО?! - Сакура, ну все. – он оторвал меня от себя и ощутимо встряхнул. – Все живы, все позади. - Нет, - я перестала сопротивляться и как-то странно обмякла в его руках. – Они перечеркнут наше будущее. Нам придется бежать. Черные глаза внимательно вгляделись в мое лицо. - И? - Что, и? – вновь начала злиться я. – Ты хоть понимаешь, что это значит? - Что это значит? Я превратила свои губы в нитку. - Мы одни? - У тебя так мало опыта шиноби, что ты не можешь определить присутствие других людей? Мне захотелось пнуть его по лодыжке. - Могу я сказать? - Говори. Внезапно я сдулась словно воздушный шар. - Отпусти меня. Он отпустил. Я отвернулась и прислонилась плечом к дереву. - Меня будут хоронить на глазах родителей и друзей. Итачи встал рядом. - Хокаге берет на себя этот обман? - Да. - Очень великодушно с ее стороны. - Ты меня вообще слушаешь? - я повернулась к нему, гневно сверкая глазами. – Как мне это вынести? - А кто тебя заставляет? Неужели ты не можешь остаться в Конохе? Я закусила губу. - Первое слушание ведь уже состоялось, да? - Да, - я содрогнулась, вспомнив тот кошмар в зале суда. – Они хотят пожизненного для Дейдары и Конан. А меня запереть дома без права выезда на несколько лет. - Для тебя все складывается не так уж и плохо. - О да, - горько усмехнулась я. – Если б ты знал, каких трудов стоило Цунадэ, Джирайе-сенсею и всем бывшим джинчурики убедить их поменять решение. Поначалу они жаждали упечь меня за решетку на десять лет. - Что ж, международный суд оправдывает мои ожидания, ведь никому не хочется, чтобы в Конохе прижились обладающие уникальными способностями бывшие акацки. Всем уже с лихвой хватило и тебя, однако ты, как уроженка страны Огня, имеешь полное право оставаться за стенами Скрытого Листа. Если они, конечно, не сумеют упрятать в тюрьму и тебя. - Теперь это не важно. Смерть избавит нас от приговора. - Ты действительно все обдумала? Я глубоко вздохнула. - Так будет лучше. Ты и сам понимаешь, мое присутствие будет ставить деревню под удар. - Я-то понимаю. Но мне интересно знать, насколько ты сама это осознаешь. - Что ты имеешь в виду? – я почувствовала, как начинаю накаляться. – Считаешь меня влюбленной идиоткой, поспешно принимающей важнейшее решение? Разменивающей привычную жизнь с семьей на сомнительное счастье с преступником? Внезапно его глаза смягчились. - Да будет тебе, Сакура. Перестань злиться. Я очень ценю тебя за жертву, которую ты собираешься принести. - О, - к горлу вновь подкатили рыдания. – Прошу, давай больше не будем об этом. - Как скажешь. Я пристально посмотрела на него. - Зачем ты пришел? - Ответить на твои вопросы. - И только? - И попрощаться. В груди вдруг стало очень больно. - Ты уходишь.. - Мы уходим. - Саске нашел тебя. – грустно улыбнулась я. – Прикончил Данзо и помчался к брату.. Что ж. Я так и предполагала. Итачи ничего не ответил. - Как ты узнал, что я буду сегодня тут гулять? - Никак. Я просто следил за тобой. - Но печать.. - дернулась я. - Посмотри наверх. Я вскинула к небу глаза. Крупная ворона, словно испугавшись моего взора, вспорхнула с верхушки сосны и отлетела в сторону. - Понятно. – пробормотала я. – У тебя всегда все схвачено. Учиха тихонько хмыкнул. - Не без этого. А твоя чистая душа все это время помогала просчитывать необходимые стратегии. - Чего? – я уперлась в него взором бестолковой ученицы. Темная радужка засветилась едва заметными искорками веселья. - Поначалу мне было непросто тебя читать. Но потом я понял твою суть и стал строить планы, опираясь лишь на твою спонтанность. Я вычислил движение твоих мыслей, приноровился к ним, периодически направлял тебя в нужное мне русло и в итоге остался полноценным победителем. Спасибо тебе за это, Сакура. Спасибо за твою чистую душу и помыслы, что так ясно прорисовали основной ход событий. Я уставилась на буйно разросшийся брусничный кустарник, подготовившего целую уйму спелых ягод. Понял мою суть? Направлял в нужное ему русло? Остался победителем? - Хочешь сказать, - я облизнула губы. – Что я была настолько глупа и управляема, что ты воспользовался мной, как простой пешкой? - У нас с тобой была общая цель. Защитить Коноху. И мы ее достигли. Я не пользовался тобой. Я помогал тебе и одновременно воплощал в жизнь свой план. - Погоди, погоди, победитель, - я оторвалась от созерцания земли и устремила на него полные возмущения глаза. – То есть ты у нас великий стратег, а я так, расходный материал? - Перестань все переворачивать. Я же уже все тебе объяснил. Ты не была для меня марионеткой. Ты была моим союзником. Я доверился тебе и не прогадал. - Ага.. – память услужливо развернула картину мертвого Итачи под проливным дождем. – Только ты, сенсей, кое о чем забываешь. Пусть у тебя и были поначалу какие-то идеи касательно моей роли в защите Листа, и ты оказывал существенную поддержку в развитии моих способностей, но стоило только твоему младшему брату замаячить на горизонте, как ты все послал к чертям и бросил меня на произвол судьбы! - Сакура.. - Ты стер мне память, чтобы я не помешала тебе, и оставил меня! – мне вдруг очень захотелось кричать. – Все рухнуло на мои плечи и, переживая кошмар за кошмаром, каждую минуту барахтаясь в ожидании неизбежного краха, я еще собралась с силами и спасла тебя! - Са.. - Ты внушил мне отпустить и не сожалеть о тебе, но я все равно, я.. Даже под влиянием гипноза, я не смогла отказаться от тебя! Дабы хоть немного высвободить разрывавшие меня чувства, я ударила ладонью по дереву. Острая кора расцарапала кожу, ссадины тут же начали гореть. - Чтоб тебя, - ругнулась я. – Руку вот травмировала. - Я это знал. – внезапно произнес Итачи. Я в растерянности подняла на него взгляд. - Что знал? - Что ты не отпустишь меня. Я моргнула. Уголки его рта подались вверх. Улыбается?! - Эээ, - мой мозг стал лихорадочно собирать пазлы минувших дней. - Ты сейчас пытаешься сказать, что.. - Я знал, что ты спасешь меня, Сакура. Поэтому ушел на битву с Саске. Я не бросал тебя. Я просто хорошенько все продумал. От накрывшего меня ошеломления я раскрыла рот и постаралась найти в его лице зацепки призрачного опровержения. - Узнав тебя как следует, я решил рискнуть. Стопроцентной уверенности в выполнении тобой предполагаемых мною действий не было, но другого пути я уже искать не мог. Оставалось слишком мало времени. Бой с Саске был неизбежен, я должен был избавить брата от проклятой печати и пробудить его мангеке. Я также должен был попытаться вернуть его в Скрытый Лист. Конохе угрожала опасность, а в Саске скрыт огромный потенциал. Я сожалею, что тебе пришлось тогда расхлебывать перед Пейном заваренную нами кашу, но я знал, что ты остаешься не одна. Признаться, твое вызволение из заточения при помощи Хидана и Сасори меня удивило, однако я уже давно подметил, как благотворно ты повлияла на некоторых из акацки. Насчет Конан и Дейдары у меня сомнений не было. А уж когда я увидел в твоих воспоминаниях, что вы с ней спасли Джирайю-сенсея, то окончательно убедился в прочно созданном тобой альянсе с напарницей лидера. Воскрешение саннина во многом играло нам на руку, это был огромнейший козырь и я решил не мешкать. Внушив тебе и остальным, что четкого плана нет и лучше нам готовиться к худшему, я стал приводить в действие свою задумку. Я разыскал сенсея неподалеку от границ страны Дождя (как он вам и говорил) и открыл перед ним свои карты. Заручившись друг у друга поддержкой, мы на ходу объединили наши планы. Когда ты погибла от руки Саске и воскресла в Амегакуре, а затем вернула к жизни бывших джинчурики пятихвостого и шестихвостого, я перехватил их по пути домой и внушил им не высовываться до нужного мне момента. Если бы они рассказали, кто их воскресил, Коноха бы узнала, что ты жива и все могло покатиться в пропасть. Ну да это ты уже знаешь. Моей целью была внезапность. Сначала ты, потом Джирайя и, наконец, джинчурики. Тайная встреча и переговоры с ними были задачей саннина, и он превосходно ее выполнил. После краткой беседы с Джирайей я должен был вернуть доверие Пейна и зомбировать его новую, такую строптивую подчиненную. Кстати, у лидера была масса идей касательно того, как можно выгодно использовать бывшую куноичи против ее друзей. И одна из них заключалась в эмоциональной дестабилизации Наруто и впоследствии легкий захват джинчурики девятихвостого. Я не знаю откуда, но он знал, что Узумаки испытывает к тебе особую привязанность. И собирался, в случае твоей капитуляции, на этой привязанности сыграть. Но вернемся к моей первоначальной задумке. Постоянно уводя тебя в дебри страха и отчаяния, я обезопашивал наше будущее и готовил почву для финального удара. Риск, что ты ненароком выдашь Нагато наши планы, заставил меня так жестко обойтись с тобой и бросить в пекло, но как я уже говорил, я умел просчитывать твои шаги. Конечно же, я очень хорошо знал, как работает «семицветная» и какой импульс я должен был для тебя подготовить. Только сильнейшее душевное потрясение могло высвободить технику без сложения печатей, и действовать ты должна была, стоя на безопасном расстоянии от коноховцев. Любое промедление приближало угрозу срыва, я не мог допустить начала настоящей схватки и, выбрав последний подходящий для иллюзии момент, поймал тебя в свой мангеке, перед этим озвучив все нужные инструкции. Он закончил говорить и я, тупо глядя на его бесстрастное лицо, покачнулась и с размаху уселась на обвитый кустистым лишайником ствол поваленного дерева. Итачи подошел ко мне, присел на корточки и, словно извиняясь, погладил по руке. - У меня не было выбора, Сакура. – черные глаза упрямо искали мой взгляд. – Я знаю, что ты испытала. И знаю, что до сих пор страдаешь. Но только таким путем мы могли вырвать у него победу. И мы это сделали. - Зачем ты убил всех? – резко спросила я, отдернув руку, за которую он держал меня. – Зачем убил меня? - Я никого не убивал. Я никем не управлял. Все, кто был в моей реальности, действовали по своей воле. Я не создавал вымысла. Я создал будущее, которое бы наступило, не сделай ты то, что сделала. - Я не понимаю, как это возможно. – потрясла я головой. – Ведь тогда ты должен знать все про каждого. - Нет. То, что я тебе показал – была проекция будущего. Это одна из техник моего мангеке, которая называется «Дзэнто»*. Для активации этого дзюцу мне необходим напарник. Я погружаю его в иллюзорный мир, где ему волей-неволей приходится сражаться с моим или нашим общим противником и таким образом вычисляю стратегию боя, вижу все сильные и слабые места, и, конечно же, получаю практически полную информацию о способностях врага. Эта техника расходует очень много сил, как у носителя шарингана, так и у пойманного в иллюзию напарника. Как и в «Цукуеми», секунды в реальном мире могут равняться несколько дням в реальности «Дзэнто». Поэтому нам с тобой потребовалось лишь пару мгновений глядеть друг другу в глаза, в то время как в моем мираже ты уже успела поучаствовать в нескольких битвах. Я медленно поморгала. - А-то думала, ты погружал меня в «Цукуеми». Итачи покачал головой. - И как часто ты использовал эту технику? - Это был первый раз. Из моей груди вырвался смешок. - Раньше у тебя не было столь хорошего напарника? - Не было столь критической ситуации. Я вздохнула. - Значит, он бы и правда меня убил? Учиха отвел взгляд. - По крайней мере, ты была для него довольно надоедливым противником. - О да, - фыркнула я. – Это стоит принять как комплимент. Пару секунд молчания. Я приложила ладонь ко лбу и зажмурилась. Просто великолепно, Сакура. Ты все это время была марионеткой. - Ты прекрасно выполнила свою работу. Отвела от Конохи смертельный удар и спасла тысячи жизней. Но я должен сказать, напарник ты, в общем-то, так себе. Я распахнула глаза и в немом возмущении впилась взглядом в его посветлевшее лицо. - Твоя детская непосредственность и некая истеричность довольно-таки ощутимо мешали мне все это время. Однако я не могу не сказать, что, несмотря на твой вздорный характер, ты одна из лучших шиноби, которых я знаю и когда-либо знал. Обида, едва не побудившая меня ему надерзить, тут же скрылась за маской смущения и удовольствия, которые доставили его последние слова. Чувствуя, как розовеют щеки, я полувнятно пробурчала: - Долго ты еще так собираешься сидеть передо мной? Учиха переместился на дерево. - Ты что-то хочешь спросить? Я почесала кончик носа. - Каким образом такого шиноби как ты могли запечатать во время боя? - Никто меня не запечатывал. Я лишь сделал вид, что вышел из игры. - Но Дейдара тогда сказал мне.. - Правильно, для Дейдары и остальных меня запечатал Пейн. В действительности же я не мог вмешиваться в ход битвы. Мне надо было, чтобы ты пережила трагедию и высвободила свои силы. И для этого я покинул тебя. - У меня еще есть к тебе кое-какие вопросы. - Я слушаю. - Зачем ты солгал мне, что твоя печать не действует, когда рядом находится Саске? - В тот раз, когда ты встретилась с ним и его отрядом впервые в образе акацки, я должен был увидеть ваше истинное отношение друг к другу и сделать для себя кое-какие выводы. Поэтому я не вмешался в ваш разговор и дал Дейдаре твои координаты, чтобы он вызволил тебя. - Это правда, что если Саске убьют, а мы все еще будем связаны договором, умру и я? - Нет. - Тогда зачем ты сказал так Дейдаре? Итачи примолк. Я с интересом покосилась на выражение его лица. Он едва заметно улыбался. - Понятно, тебе всегда нравилось его злить. - Не без этого, - с усмешкой подтвердил Учиха и подмигнул мне. – К тому же я не переставал надеяться, что ты вернешься к моему брату. Я закатила глаза. - При всех твоих удивительных способностях и остром уме, в вопросах любви ты обыкновенный валенок. - Ну знаешь ли, - он принял вид гордого орла. – Я бы ничего не сделал против твоей воли. Все, к чему я тебя когда-либо склонял, я видел в твоей душе. - Почему ты так уверен, что я лучшая пара для Саске? - Кто? – наигранно изумился бывший наставник. – Ты?! Да ни разу не лучшая! Когда это я тебе такое говорил? - И-т-а-ч-и, - у меня задергалась бровь. – Прекрати издеваться. - Ты ужасно эмоциональная, вздорная маленькая вредина. Жить с тобой под одной крышей.. Я просто преклоняюсь мужеству Дейдары, который собрался терпеть твой взрывной характер. Я треснула кулаком по древесине. - Что ж ты тогда так упорно навязывал меня Саске, если я такая невыносимая?? - Потому что если ты любишь, то растворяешься в человеке. – сверкнул глазами брюнет. - Ты способна простить, способна понять. Ты всегда останешься надежным тылом для выбранного спутника жизни и будешь преданным, лучшим другом для тех, кого когда-то впустила в свое сердце. К моим щекам опять прилила кровь. - Мне было неважно, кем ты станешь для него. Мне было важно сохранить вашу дружбу и ваши узы. Вначале я думал, что покину Саске, и мне надо было найти человека, который бы принял его таким, какой он есть. И таким человеком была ты. Прости, что так много требовал от тебя. Но я не мог оставить его одного. В моей голове тут же пронесся калейдоскоп воспоминаний о трагичном прошлом двух братьев; все поступки, слова Итачи, их горе и обреченность, печать смерти на бледных, измученных лицах. - Но теперь он не один. – пробормотала я. – Теперь я тебе больше не нужна. - Не говори так, - он потрепал меня по щеке. – Ты всегда будешь очень много значить для меня. Ведь ты стала моей опорой и верным другом. - Ох, учиховские вы создания, - я не сдержалась и крепко его обняла. – И почему мне всегда так больно расставаться с вами? - Потому что наш клан стал частью твоей жизни. – Итачи погладил меня по волосам. – Я буду скучать по тебе, маленькая вредина. Мне будет искренно не хватать твоих выходок и такого грозного, внушающего нешуточный страх розовощекого личика. Я никогда не говорил тебе, насколько меня забавляет выражение твоего лица, когда ты злишься? Еще немного и я превращусь во вскипевший чайник. - Вот-вот, - развеселился он. – Ты уже вся раскраснелась и метаешь в глазах гром и молнии. - Да будет тебе, - я отстранилась и отвернулась. – Не хорошо издеваться над младшими. А тем более над девушками. - Что это за браслет у тебя на руке? Это ограничитель силы? Я посмотрела на ненавистный аксессуар. - Да. Суд обязал носить нам эти датчики, чтобы контролировать наши передвижения и понижать уровень чакры. Во время процесса мы не должны делать и шагу из страны Огня, кроме разве что выездов на эти проклятые заседания. Напоминание о неизбежном мигом просверлило в сердце огромную дыру и пустило по венам разряд жгучей ненависти ко всем современным устоям и законам. - Вы обойдетесь малой кровью. – его рука погладила меня по напряженной спине. – Не переживай так. - Мы-то да. А вот мои родители.. - Все познается в сравнении. Вспомни, что сделал со своими родителями я. Я вздрогнула и резко обернулась к нему. Красивое лицо Итачи посерело, в глазах зажегся огонь скорби и тоски. После смерти и воскрешения его ноша не стала легче. Он будет продолжать идти по жизни с наполовину умершей душой. Одна половина будет принадлежать Саске. А другую уже ничто никогда не вернет. Я прижалась головой к его плечу. - Не хочу с тобой прощаться. Твоя печать была бы как раз кстати во время наших похорон. Слова: «Сакура, терпи» или «Сакура, мужайся», помогли бы мне все это вынести. - Ты сильная девочка. Справишься и без меня. Вопрос, мучивший меня со времени разрешенного конфликта у ворот Конохи, вырвался внезапно, с сопроводившим его глухим ударом сердца: - А что Пейн и Тоби? Как нам быть? - Я что-нибудь придумаю. Для этого мы и уходим с Саске. Время у нас есть. - Если тебе понадобится моя помощь.. - Я надеюсь, не понадобится. - Но тогда это означает, что мы расстаемся навсегда. Он посмотрел на меня потеплевшими глазами. - Расставание навсегда означало бы твою тихую, мирную жизнь без горя и невзгод. - Все равно. Мне бы очень хотелось хотя бы изредка, но видеться с тобой. - Только со мной? Я вздохнула. - Твой брат не питает ко мне особо теплых чувств. Итачи вздернул брови: - С чего ты выдумала эту чушь??? - Он всегда так холоден. – пожала плечами я. – Единственное, что он может ко мне чувствовать – это благодарность за то, что я спасла тебя. А от возможной перспективы никогда больше не встретиться со мной, он даже не взгрустнет. Учиха не ответил. Я посмотрела на голубое небо, испещренное верхушками столетних сосен. Все когда-нибудь заканчивается. Лето переходит в осень, отдавая зеленые краски и теплые дни, осень дает старт зиме, которая погружает природу в прохладный сон, а весна ласково будит ее и готовит к очередному лету. Дни сменяются месяцами, месяцы оборачиваются в года. И все участвует в нескончаемом круговороте. А эти сосны стоят тут целые века и все им нипочем. Статные, вечнозеленые, устойчивые к морозам и засушливому лету. Они не меняются снаружи, они претерпевают эту жизнь, адаптируясь к сезонным изменениям и скоротечности времен. И я не изменюсь. Я тоже буду терпеливой, я приучу себя к стойкости и большей выдержке, я покину один привычный мир, но выстрою другой, который впоследствии станет таким же привычным, как и этот. - Если все-таки тебе понадобится моя помощь, - упрямо продолжила я. – То.. - Я тебя найду. – перебил он меня и встал с лесной скамьи. – А теперь мы должны с тобой кое-что сделать. - Ты расторгнешь договор? – я тоже поднялась. - Да. Я сниму с тебя это бремя и верну твою законную свободу. - А возможность не умирать, пока Саске ходит по этой земле не так уж плоха. – хмыкнула я. - Быть может тогда мне лучше его оставить? - Нет, - быстро проговорила я и с ожиданием посмотрела ему в глаза. Его губы тронула легкая улыбка, он отошел на пару метров и сложил замысловатую печать. На мгновение в груди ощутимо зажгло, а потом из нее показалась та самая ворона, которую он впустил в меня во время первого сеанса «Цукуеми» в башне Пейна. Испытывая не самые приятные чувства, я инстинктивно подалась назад, пытаясь поскорей выгнать ее из своего тела. С тихим «кар» она выпорхнула на волю и обернулась черной тенью под ветками могучего леса. - Я свободна, - я часто задышала и собрала рукой на груди комок свободной кофты. – И теперь уж точно изолирована от вас. - Я думаю, тебе не очень-то придется скучать. - Не знаю, - я покачала головой. – Сейчас предстоит столько событий.. И знаешь, наверное, это глупо, но.. - Но что? - Мне бы даже с этими хотелось попрощаться. - С этими? - Пусть они мерзко себя вели в твоем будущем, но все же! Мне кажется, они не до конца.. такие мерзкие. Итачи деликатно кашлянул в кулак. - А Дей еще сказал, что Сасори приготовил противоядие на случай битвы.. Представляешь, этот садист собирался потом лечить своих жертв! - С ума сойти. – подыграл мне Учиха. - И эти, эти.. Даже Зецу-предатель как-то теперь с веселыми эмоциями вспоминается. - Я рад, что твоя служба в акацки принесла тебе интересные знакомства. - А как Хидан-то верещал, - к горлу подкатил смех. – Ты ведь, наверное, не в курсе, но мы недавно наведывались к Нагато.. - В курсе. - Ну кто бы сомневался, мистер Я-за-вами-слежу. Так вот, у него с Какузу такие физиономии были, - я засмеялась вопреки печальной атмосфере. – И я бы еще кучу денег заплатила, для того чтобы увидеть, как вытянулись их лица, когда я прыгнула в рот Мамору. Бывший нукенин слушал меня с терпеливой улыбкой. - И твой напарничек ничего так. Ужином меня кормить пытался, когда мы на Коноху шли. - Кисаме неплохой человек. – серьезно сказал Итачи. – Он очень предан своим идеалам и не побоится пожертвовать жизнью на благо вверенного ему дела. - Мне кажется, вы хорошо ладили. По крайней мере, я всегда слышала очень уважительный тон по отношению к тебе с его стороны. - Да. Он был хорошим напарником. - Даже не верится, что я некоторое время жила под одной крышей с одними из самых отъявленных преступников этого мира! И что самое невероятное, они нередко заставляли меня смеяться или забывать о своих бедах. - Будь уверена, ты тоже внесла неслабое разнообразие в их жизнь. - Я рада, что так все получилось. Рада, что попала туда. Рада, что завоевала твое доверие и.. - А еще больше рада сближению с подрывником. - он не упустил шанса вновь подколоть меня. - Кстати, что за кошка пробежала между вами раньше? – я пропустила мимо ушей его провокацию. - Пусть он сам тебе об этом расскажет. – усмехнулся носитель шарингана и выдернул меня из легкости воспоминаний последующей парой слов: – Пора прощаться. Я с тоской посмотрела ему в глаза. - Пора, так пора. Учиха махнул рукой, и над нами взлетела целая стая ворон. Что? Откуда так много? Они прятались здесь все это время? - Саске здесь неподалеку. – последовал ответ на мой немой вопрос. – Он следил за окрестностями, чтобы нас случайно не потревожил возможный патруль. Я дал ему знак и сейчас он придет сюда. Саске… Душу обуяли совсем непонятные мне чувства. Какой уже раз я буду прощаться с тобой? Он появился спустя две или три минуты. Серьезный, важный, с таким же неулыбающимся лицом, однако не с такими как раньше отчужденными глазами. - Привет. – он встал напротив меня. - Привет. Молчание. - После стольких событий ты так и не можешь поддержать хотя бы иллюзию разговора? – спросила я. - Мне нечего с тобой обсуждать. – резче, чем следовало отреагировал бывший товарищ. – Я просто хотел поблагодарить. Я развела руки в стороны, выпрямила спину, откинула голову назад, закрыла глаза и милостиво разрешила: - Благодари. Послышался то ли вздох, то ли что-то вроде раздраженного «пф». - Перестань паясничать. - Кто паясничает? – «удивилась» я, не поднимая ресниц. – Я жду благодарности. Тишина. Устав ждать, я приоткрыла один глаз. Саске не двигался с места, сердито нахмурив брови и мерившим меня взглядом уставшего от выходок своего чада родителя. Итачи маячил где-то позади, старательно делая вид, что интересуется почвой соснового бора. - Что? – подняла бровь я. – Почему ты ничего не говоришь? - Встань нормально. Я послушалась, хоть и скорчив при этом недовольную рожицу. - Ну? Учиха-младший сделал шаг навстречу. - Спасибо за все. Конец фразы. Я издала полусмешок. - Это ты так благодаришь меня за то, что я для тебя сделала? - Да. Я приоткрыла рот. - Да ладно?? Вот уж благодарность так благодарность. - Чего ты хочешь от меня добиться, Сакура? – он устало повел плечами. – Я благодарен тебе за то, что ты вернула Итачи. Я благодарен тебе за твою самоотверженность и смелость. Я благодарен тебе за твое содействие и неуемное сострадание по отношению ко мне. Ты изменила мою жизнь, перевернула все с ног на голову, подарила новый стимул и указала новый путь, по которому я пойду, направив свои силы в мирное русло. Теперь я тот, каким ты когда-то хотела меня видеть. Пусть и не полностью, но я знаю, что ты рада уже этим переменам. Я благодарен тебе за это все, и говорю спасибо, но я не могу, черт возьми, прыгать тут, светясь от восторга, хлопать в ладоши и строить тупые физиономии, как бы сделал это Наруто, будь он моем месте. Я просто говорю спасибо. И все. Я закусила губу, чтобы не рассмеяться и виновато приподняла брови. Довела… - Этого более, чем достаточно. – ответила я, подавив смех, который ему бы ой как не понравился. – Спасибо, что сказал спасибо. Учиха переступил с ноги на ногу. - Да будет тебе, Саске. Хотя бы раз в жизни не будь ледяным истуканом! – не выдержала я. Тот поднял на меня удивленные глаза. Я развела руки: - Обнимемся? Как старые-добрые друзья? Мы же ведь друзья, да? Мне показалось, ему захотелось попятиться назад. - Саске! – рявкнула я. Секунда и мое тело обвили его руки. Обалдев от таких внезапно быстрых и сильных объятий, я только спустя несколько мгновений обрела способность говорить: - Не так сильно, а то у меня кости захрустят. Он как будто сам опомнился и тут же меня отпустил. - Ты ранен? – воскликнула я, заметив под рубашкой полоску бинта. - Что? – не понял Саске, а потом рассеянно посмотрел на свою грудь. – А, пустяки. - Ты получил ранения в битве с Данзо! Тебя ведь некому было лечить! Сейчас я быстро.. - Сакура, не надо. – он схватил мои руки, которые уже принялись расстегивать пуговицы на его рубашке. – Это несерьезно, все уже почти зажило. - Дай я тебя осмотрю. - упрямилась я. - Эй, братцы, я вижу через ворона двоих разведчиков. Они еще далеко, но двигаются в этом направлении. Закругляйтесь. Мы с младшим прекратили борьбу за рубашку. - Прощай, Сакура. Быть может, еще увидимся. – быстро произнес брюнет. - Тогда говори «пока». – поджала губы я. – Кстати, что теперь станет с твоим отрядом? - Он распался. Карин, Джуго и Суйгецу отныне сами по себе. - И к кому они примкнут? - Понятия не имею. Но я уверен, проблем от них не будет. - И куда вы сейчас? – Итачи подошел к нам, а мне вдруг захотелось отчаянно потянуть время. – Где вы обоснуетесь? - Не важно. – ответил старший. – Главное, что мы живы и сможем еще послужить на благо этому миру. - Девушек себе хоть найдите, - брякнула я. – Клан ведь надо возрождать. Учихи уставились на меня широко раскрытыми глазами. - Что? – смутилась я. – Пока вы там будете вселенские проблемы решать, наступит старость, и вы превратитесь в сморщенных старикашек. - Тонкое замечание, - протянул Итачи. – Саске, ты все слышал? Сначала найдем жен, а войны уж потом. - Как скажешь, - хмыкнул брат и в его взгляде заплясали веселые огоньки. – Ты-то уже просватана. - Угу, - я сразу принялась изучать носки своих сапог. – Как-то вот так получилось нечаянно.. - Ладно, нам надо идти. – старший притянул меня к себе и чмокнул в лоб. – Был рад с тобой повидаться. Удачи тебе и прощай. У меня страшно защипало в носу. - Прощай, сенсей. Если что, ты ведь найдешь меня? - Обязательно. - Пока, Сакура. – Саске похлопал меня по плечу. – Прости за все зло, что я тебе причинил. Береги себя. Я отрешенно поглядела им вслед. Братья остановились на более просторном участке леса и приготовились к телепортации. - Не реви. – предостерег Итачи. – Мы уходим в спокойное будущее. - Ага, - я вытерла рукавом слезы. – Только я не буду говорить прощай. Я скажу - до свидания. Берегите и вы себя. Помахав напоследок, Учихи исчезли, применив пространственно-временное ниндзюцу. А я осталась стоять, лихорадочно соображая, каким образом они узнали про мою помолвку с Деем, пока меня не окликнули двое замеченных Итачи разведчиков. Заверив их, что ничего подозрительного в этой части бора я не обнаружила, я вытащила из кармана мешочек и отправилась собирать травы, за которыми и была сюда послана противными старейшинами Листа. *前途 [ぜんと] [дзэн'то] ==> будущее, перспективы; путь следования