Испанские будни баскетболистов

Но что за блеск я вижу на балконе? Там брезжит свет. Джульетта, ты как день! Стань у окна. Убей луну соседством; Она и так от зависти больна, Что ты ее затмила белизною… Меня перенесла сюда любовь, Ее не останавливают стены. В нужде она решается на все. И потому — что мне твои родные?

"Ромео и Джульетта" Уильям Шекспир ©

— Ди-и-иего-о-о! Тебе же всего семнадцать! Как ты мог позволить это сделать? Ты же понимаешь, что это навсегда! — негодовал за ужином отец. Точнее сказать, закатил истерику из-за того, что Хорхе оставил свою метку на Диего. Хотя папа, когда почуял ее при встрече, только улыбнулся. Отец считает, метку нужно ставить только после свадьбы. М-да-а-а. В школе столько помеченных уже омег и ничего, а он так взбунтовался. — Григорио, ты вообще-то мне метку в пятнадцать поставил. — Вот именно! И что из этого вышло, Пабло? — Он показал на Диего. — Вот это. — Григорио! — с некой злостью воскликнул папа. — Диего ни в чем не виноват. — В том, что он родился, не виноват, а вот в том, что у него метка появилась до свадьбы… А что потом? Ребенок? Хочешь, как папа твой, в шестнадцать родить… Загубить все свои мечты… Кем ты там хочешь быть… А, да, баскетболистом. Так вот хочешь вместо того, чтобы играть в баскетбол, заботиться о малыше? Да? И чтобы твой альфа получил от меня? И чтобы он потом горбатился на трех работах? Да? — Григорио-о-о! Прекрати. Мы же справились. И Антонио нам с домом смог помочь. — Благослови Господи Антонио, а то ютились бы с твоими родителями! — В принципе не так уж и тесно у них. Это вам с отцом только так казалось. Ваши эго в одном доме не помещались. — Диего еле сдержал смешок. Противостояние дедушки и отца — это нечто просто. — Что-о-о?! Что ты такое говоришь… Да как ты…. Да как ты… — У отца, кажется, пар из ушей пошел. — Разговор окончен, — завершил папа. — Я уверен, что Хорхе — хороший мальчик. — Подожди, а с чего ты взял, что это Хорхе? — скрестив руки на груди, поинтересовался Домингес-младший. — По-моему, что вы будете истинными, было понятно еще с яселек. Я помню, как в детском саду, — Диего и Хорхе ходили в один детский садик, — вы вместе спали [кровати впритык стояли друг к другу], ты его за ушко во сне дергал. Это было так мило. И в школе ты же ради него баскетболом стал заниматься. А еще ты его кофту у себя под матрасом прячешь. Да и заметно, как на тебя Хорхе смотрит. Он же тебя с детства защищает. Помнишь, как он мальчика из детского сада побил за то, что тот тебя за щеку укусил. А, и еще я подслушал как-то на собрании, что Хорхе оставили после занятий, потому что он подрался с каким-то Питером. Не этот ли старшеклассник к тебе приставал? М-м-м? — Щеки Диего покраснели. — Ч-ч-что-о-о-о??? Вместе спали… смотрит… приставал… пятнадцать было? Где мой корвалол?! — Ох, Григорио… — Я наелся, спасибо. — Диего вышел из-за стола и быстренько свалил в свою комнату. — Юноша! Мы с вами не закончили! Куда это ты пошел! — Но этот самый «юноша» уже убежал. Невыносимо. И так течка бесит, еще и этот пристал. Подумаешь, метка. Некоторые омеги вон трахаются в четырнадцать со всякими старшеклассниками… А у Диего даже свидания ни с кем не было. А вот, если так подумать, походы в кино с Хорхе считаются свиданиями? Или посиделки и игра в баскетбол? Вряд ли… Ну, да ладно. Диего принял душ. Домашнее задание делать он не будет… Завтра выполнит, сегодня лень. В школу он все равно не пойдет из-за течки. А с одной стороны хорошо, что раньше она началась, тогда с матчем не совпадет. Надо будет написать тренеру и сообщить об этом, как собственно Диего и сделал. Спать после такого насыщенного дня не было желания. Удовлетворять себя не хотелось из-за слов Хорхе, что, видите ли, омега будет о нем фантазировать, вот фиг ему. Хотя влага в заднице говорила об обратном. Ничего, посмотрим матчи баскетбольные. Пройдут пошлые желания. Наверное. К черту. Спустя минут Диего удовлетворял себя по полной и, как назло, воображал Бланко! Как хорошо, что родители сейчас слушают аранжировки своих учеников, поэтому вряд ли помешают. Об окошко что-то стукнулось. Это заставило омегу надеть опущенные трусы, подойти к окну и, открыв его, выглянуть наружу. — Кхм-кхм. — Бланко собственной персоной стоит на территории дома Домингесов, а Диего глядит на него со второго этажа. — Но что за свет я вижу на балконе? — Чего-о-о… — Ты зачем сюда приперся? Что ты вообще несешь? — начал задавать вопросы омега, оглядываясь и прислушиваясь, закончили ли родители прослушивать аранжеровки. — Там брезжит блеск. Джульетта, ты как пень! — Диего стукнул себя по лбу ладонью. — Ой, что-то не то… Ты как тень? Лень? Что? Я забыл… А-а-а! Точно! Как день. Кхм. Ой, перепутал немного. Не важно. Короче, я продолжаю. — Не надо! — Встань у окна. Убей луну своим ты действом (это я сам придумал, круто, да?). — Диего плюхнулся лбом о подоконник. — Она и так от зависти больна. Что ты ее затмил белизною. — Боже, убейте меня кто-нибудь… — пробубнил Диего, а потом поднялся и воскликнул: — Вали отсюда! Мне и так из-за метки досталось. Потом поговорим. — Меня телепортировала сюда любовь. Ее не останавливают стены. — Видимо, альфа омегу не слышал, да и вообще остальные слова забыл и стал читать, глядя на свой телефон: — В нужде она решается на все. И потому — что мне твои родные? — Они тебя увидят и убьют! К чертям собачим! — Ого-о-о! Ты чего по тексту пошел? Ты знаешь, что ли, «Ромео и Капулетти»… Ой, «Ромео и Джульетту»… Наизусть? — Да я угадал просто. Уходи немедленно. — Рапунцель, Рапунцель, спусти свои косоньки. — Я щас спущусь и въебу тебе. — Окей, давай. — Блин, Хорхе, я серьезно. Иди домой. Отец и так сегодня злился из-за метки. — Ну, можно я хотя бы поднимусь и поцелую тебя? — Как мило и романтично. Сердце Диего пропустило удар, ему самому очень хотелось, чтобы он коснулся его губ. — И как же ты поднимешься? У меня отец дома, он тебя точно не пустит. — А вот почему у твоего окна дерево не растет? Я бы залез по нему. В фильмах же так бывает. Посади дерево. Буду к тебе лазить. — И мило улыбнулся. — Если и посажу, оно пока дорастет, мы уже поженимся. — Бланко перестал оглядываться в поисках того, по чему можно залезть, а просто тупо уставился на Диего, а тот, хоть и не видел, но был уверен, что альфа улыбается. — Я образно, — омега себя подправил. — Ладно, я сам спущусь. Скажу, что мусор иду выбрасывать. У меня все равно бумажки накопились в ведре. — Салфеточки, да? — Альфа сжал ладонь, сделав кольцо, и начал двигать ею по невидимому стволу. — Я передумал. Вали домой. На улице холодно. — Диего закрыл окно и ушел. Но все же омега покинул свою комнату и под предлогом того, что ему нужно взять кое-что из гаража, направился во двор. Альфы там не оказалось. Видимо, домой пошел. Нет уж, без поцелуя не уйдет. Диего покинул территория своего дома и вышел на дорогу, по которой грустно так плелся Бланко. Со всех ног Домингес побежал к нему. Альфа на этот топот обернулся, учуяв запах своего омеги, и вытянул руки для объятий. Диего же практически запрыгнул на Хорхе, обняв его бедра ногами, но ничего, он его поймал, прижав к своей груди и усмехнувшись. Это любовь, ребята.