Преследователь.

На улице была давка - все-таки сегодня выходной. Прохожие как всегда спешили, толкались и рявкали друг на друга при первой же возможности, делая это бессознательно,скорее всего по привычке. Такое часто можно встретить на шумных улочках города. Когда, например, подросток, заткнув уши любимой музыкой, спешит в назначенное место, не обращая внимания на окружающих, или когда напыщенная дама, вышагивая, словно она модель на именитом показе, скалится на любого, кто преграждает ей путь и когда молодой мужчина после пьяной ночи тащится домой усталый и разбитый. Все они сталкиваются, выливают на встречного тонны грязи и брани и преспокойно идут дальше своей дорогой. Да, наверное, такое было у всех. Хибари направлялся домой, не петлял, не обходил мелькавших мимо людей, а четко следовал своему пути. Одного взгляда в его сторону хватало, чтобы понять, что этот человек не уступит дороги никому и никогда, даже если поставить перед ним стену, он упрется в нее, попробует пробиться, но обходить не станет, нет, куда уж там. Он брел непонятным темпом - то ускоряя шаг, почти начиная бежать, то замедляясь, в желании развернуться. Это походило на то, когда, выйдя из дома и отдалившись довольно далеко, мы вдруг не можем вспомнить: закрыта ли дверь, выключен ли утюг или плита, но возвращаться обратно не хотим - плохая примета. Хотя, с ним действительно происходило то же самое, только место утюга занимал Мукуро. Кёя чувствовал себя паршиво, из-за того что забыл «выключить» того разноглазого. Какая-то особая неприязнь или даже опаска терзала его душу. Он пару раз порывался вернуться, но останавливался со словами: «И как это теперь будет выглядеть? Просто так подойду и ударю? Вот же бред какой-то». Он снова отложил драку, так же, как и с Луссурией, до следующего раза, надеясь больше не встретить эту насмехающуюся рожу. Дома Кёя бросил на тумбу, стоявшую в прихожей, смятый пакет, с лежавшей в нем только что купленной рубашкой, и благополучно забыл о ее существовании до назначенного часа. А пока, до того момента, когда блестящая тряпка понадобится, нужно было морально подготовиться. На трезвую голову пойти в «Прицел» Хибари не решился. Он открыл холодильник, достал запотевшую бутылочку Jeck Daniel's, лед из морозилки и уселся за стол, который был слишком большим для одного человека. Какое-то смутное, до боли обжигающее, мучительное чувство пустоты и одиночества охватило Кёю. Осушив несколько бокалов, прокурор охватил голову руками, запустив пальцы в волосы и слегка оттягивая пряди, и безжизненно, спрятавшись от реальности, смотрел на блестящую поверхность столешницы. Ему хотелось поговорить с кем-нибудь, рассказать о предстоящей прогулке, о деле, в которое по собственной воле впутался, и о вчерашних идиотах, хотя об этом он, наверное, желал бы умолчать. Острая нехватка общения последнее время часто терзала Хибари. «Надо какое-нибудь животное прикупить, хоть кто-то дома ждать будет, правда, придется приходить пораньше»,-вставая из-за стола, подумал черноглазый. На личную жизнь у него не было времени. С семи утра до десяти, а иногда и до двенадцати вечера он торчал в своем захламленном бумагами кабинете, перебирая листочки или проверяя чужую работу, хотя никто не требовал от него таких жертв. Возможно, если бы в его жизни был важный человек, Кёя стал бы примерным семьянином. Возвращался к шести, целовал встречающую его любимую, садился за накрытый стол, а, находясь вне дома, мечтал поскорее обнять ненаглядную. Но…это слишком хлопотно. Раздражение из-за частых звонков, отрывающих от работы, ссоры, обиды, подарки в знак примирения, страсть, эйфория – и все опять с начала,превращая все события в замкнутый круг. Снова и снова переживать эти моменты, окунаться в них с головой и еле всплывать на поверхность - это не слишком-то и радовало Хибари. Гораздо проще набрать номер в «нужное» время, перекинуться парой фраз, и одетая в сексуальный костюмчик девица появится на пороге. Проститутка? Нет, что вы. Эти девчонки - фанатки, поклонницы, готовые на все, ради случайно повстречавшегося прекрасного парня. Одну он спас от нападающих гопников( просто потому, что чесались кулаки и хотелось кого-нибудь избить), другую высвободил на волю из-под стражи, найдя настоящего преступника, а у остальных причины для столь ярой преданности молодому прокурору начинались от одолженных денег в супермаркете, до пропуска вперед в дверях набитого кафе. Вот такие ни к чему не обязывающие отношения казались лучшим вариантом для вечного одиночки. Ну, как говорится, делу время... Приближалась полночь. Спросите, чем Хибари все это время занимался? Ответ очевиден – дрых, сопя словно ежик. Он завалился, как только опустошил бутылку, оставив немного для финального глотка перед уходом. Сон его был недолгим, но бредовым. Все лица, которые Кёя видел хоть раз в жизни, мелькали, образуя некое слайдшоу с музыкой и анимацией. Каждый из них хвалил парня, а после своеобразных дифирамб принимался целовать в щеки. Прервал лестные песни будильник, зазвеневший без пятнадцати двенадцать. Хибари не хотелось подниматься с постели, он был все еще пьян, удручен тишиной в доме и расстроен. Глаза, привыкшие к темноте, еле разглядели экран светящегося телефона, обнаружив там несколько пропущенных вызовов от начальства. Да, начальники они такие, всегда знают, когда звонить подчиненным. Наверное, у каждого высокопоставленного человека есть особая чуйка( уж не знаю, где она находится, но работает безотказно и без перебоев) на веселье, гулянки или неприятности служащих. Кёя, как образцовый работник, просто не мог показаться в столь неподобающем свете, поэтому аппарат «совершенно случайно» выключился, объявив этим начало сбора в клуб. Паренек, преодолев такую напасть, как особое притяжение тела к кровати, пошел в ванную по уплывающему из-под ног полу, опираясь о стены. В комнате, отделанной бежевыми и темно-коричневыми полосками кафеля, Хибари отчаянно ополаскивал лицо ледяной водой, желая протрезветь, но это никакого эффекта не давало. Тогда он, в порыве недовольства, убрал руки за спину, а голову целиком сунул под кран. - Вот…другое дело,- глядя в зеркало, восторженно проговорил брюнет. Холодные капли стекали по обнаженному до пояса телу, заставляя временами вздрагивать. Кёя насухо вытерся и стал одеваться. К переливающейся серебром темно-синей рубахе он напялил зауженные к низу джинсы, на тон темнее верха, и черные кожаные туфли. Вальяжно расстегнул три пуговицы, открывая горло, вставил ремень с блестящей бляхой (и откуда только он у него взялся) и, расчесав волосы, уложив их в своеобразную прическу, отправился в очередной раз искать приключения. До «Прицела» пешком не добраться, ну, если только беспрерывно идти часа два. Поэтому Хибари поймал проезжающую мимо машину и уже через пятнадцать минут стоял у распахнутых железных дверей в «другой мир». На здании красовалась неоновая вывеска с названием клуба, но никаких намеков на то, что это место создано исключительно для геев, не было. «Да их конспирация гениальна»,- саркастически подумал парень и шагнул внутрь здания без окон. К удивлению Хибари, охранников на входе не было, да и посетителей не видать, также как и самого танцпола. Кёя двигался вдоль петляющего зеркального коридора, увешанного камерами, отчего, до конца не отрезвев, разболелись глаза. Он три раза повернул налево и, наконец-то, добрался до настоящего входа. Широкий дверной проем, ведущий в битком набитый зал, был украшен похожей неоновой нитью, что висела на здании, только более нарядной, более сверкающей. Огромные и массивные двери, из-за которых доносилась громкая музыка, пугали своей неприступностью. Перед ними находилась упирающаяся в стену будка, похожая на больничную регистратуру или на уличный киоск. Из этой маленькой "квартирки" вышел высокий коротко стриженный черноволосый мужчина лет тридцати пяти с легкой щетиной на лице. Его пронзительные карие глаза сочетались с коричневой рубашкой, торчавшей из-под белого пиджака. На груди висел, удерживаемый голубой лентой, бейджик с надписью «Security». Мужчина, медленно подойдя к гостю, вежливо заговорил: - Здравствуйте. Меня зовут Шамал и я охранник этого заведения. Не могли бы вы поднять руки? Я обыщу вас металлоискателем. - Да ради бога,- кивнул Кёя, а в голове пронеслось: «Хм…А здесь ничего, довольно приличное место и охранник учтивый». - Ну, я закончил, можете идти. Мужчина проводил прокурора к двери, и, открыв ее, шлепнул Хибари по заднице, затолкнув тем самым растерявшегося паренька в зал. - Эй, красавчик, имя мое ты теперь знаешь, если что - зови, а лучше забери меня с собой на обратном пути,- с этими словами, не дождавшись ответа, Шамал отрезал путь к отступлению. Кёя стоял с отвисшим до пола ртом и широко раскрытыми глазами. Наверное, остававшийся в крови алкоголь мгновенно выветрился, как только он вошел в этот ад (лишь бы седина не появилась). Как он там сказал... «довольно приличное место»? Ну-ну… Громадный зал с высоченными потолками делился на несколько секторов. Наверху находились барные стойки и небольшие ресторанчики с колоссальным количеством народа внутри, но некоторые из них практически пустовали, видимо, они были то ли забронированы, то ли существовали специально для особенных гостей. Обрамляя весь верхний этаж, на далеких друг от друга расстояниях возвышались кованые клетки. В каждой из них крутились, выгибая спины под музыку, раскрашенные мужчины, одетые в одни лишь стринги. Их тела блестели в отражении висящего по середине клуба зеркального шара и грациозно двигались, задавая другим ритм. Других было немало. Здоровенная площадка на первом этаже была заполнена людьми. Хибари конечно понимал, что все они мужчины, но некоторых не отличишь от девчонки, если не проверишь наличие одного «предмета» в области паха. Над головами танцующих высилась своеобразная сцена с пятью шестами, облепленные кем? Парнями! Молоденькие и накаченные они зависали в воздухе, ухватившись за полированную трубу, переходя с одной позы на другую, постепенно раздеваясь. Справа от входа тянулся, уводя глубоко внутрь здания, увешенный красной и легкой струящейся тканью, коридор. Свет внутри был приглушенным, а лучи, отскакивая от полотна, создавали нежно розовый оттенок. Несложно было догадаться, куда уводила эта тропа. Именно там и находились те самые VIP комнаты, за посещение которых назначалась цена при входе в заветный багряный тоннель. Кёя все еще стоял на месте, боясь пошевелиться. Идти вперед, спутываясь со стаей оголодавших голубых волков, становилось страшней с каждой секундой. Но вдруг, сзади полился под ноги яркий свет, растекаясь все сильнее и сильнее. Хибари, обернувшись, увидел до жути знакомую фигуру. Лицо скрывало слепящее глаза сияние, но, когда железные ставни захлопнулись, забрав с собой ядовитые лучи, вошедшего человека с легкостью можно было разглядеть. Кёя прищурился, вновь привыкая к темноте, и увидел перед собой так же вглядывающиеся в него человека. - ТЫ????!!!!!- убийственный вопль раздался из двух глоток одновременно и растворился в шуме оглушающей музыки.