Море тоже умеет плакать

Закройте глаза Окунитесь в темноту Почувствуйте ее Слейтесь с ней Живите ею, Будьте тьмой. Вы черны Пусты и одновременно бесконечны Вас бояться Не все Но многие Не очень весело Верно? Ощутите весь страх Пропустите его сквозь себя Вы не можете кричать Не можете сказать, что нет ни чего страшного Не можете улыбаться Вас нет Вы тень Черная Мрачная Отталкивающая и пугающая Тьма…

***

Прошел месяц с того как Криса выписали из роддома. Его встречали Исак и Эвен. Старший плакал как ребенок от счастья, а младший старался не расплакаться от вида своего парня. Он был таким милым, невинным и безоружным. Когда Шитстад отдал ему одного ребенка его начало трясти, он даже не хотел, нет, боялся брать малышку на руки. Дети были на столь прекрасны, что Эвен стразу дал имя той, что держал на руках — Аврора. Девочка —самый настоящий ангел, с шикарными большими, добрыми и невозможно голубыми глазами. Про себя он называл ее принцессой. И пусть вторая была точной копией, для Эвена это было не так. Они разные, но это не значит что он не любит их одинаково. Он любит их больше жизни и готов сделать все что угодно для их счастья и прекрасной жизни. Имя второй малышке дал Исак, потому что так попросил его Крис, зачем не понимал ни кто, но точно знал шатен. И Вальтерсен дал — Лисия. Для него она была похожа на лисенка, маленького, беззащитного и хрупкого лисенка. Ее глазки щурились от солнца, которое выглянуло специально для них, что бы осветить путь и начало новой жизни для замечательных детишек. За этот месяц Крис приезжал очень часто в гости к двум парням с коляской и дочерьми. Эвен всегда несказанно рад видеть всех троих и даже просил переехать Шистада, что бы чаще видеть девочек, но Крис отказался так ни чего и не объяснив. Исак уже и сам не на шутку привязался к девочкам, потому что они стали все больше и больше походить на Эвена. Вот только Аврора была светленькой и ее волосы были и идеального белого цвета, а Лисия начала стремительно темнеть и пожалуй только это было их главным отличием. Младший забил на Криса, потому что понял, что Найсшема вообще не тянет к тому, он тянется только к дочкам. Глаза Эвена всегда горят любовью, когда он держит малышек и кормит с бутылочки. Потом носит на ручках до отрыжки и меняет памперсы. Переодевает и кутает в пеленки. Он уже мечтает как будет покупать им платьица и держать за маленькие ручонки уча ходить. Такие светлые и добрые мечты, в которых он видит как Исака так и Криса, ведь он все же отец или все-таки мать? Этот день не стал исключением. Сегодня они празднуют месяц девочек. Пусть это не день рождения, но это их первый месяц жизни и Эвен решил устроить мини-праздник. Крис уже пришел и теперь они все вместе накрывают стол. — Блин, Исак, я забыл купить хлеб, сходи пожалуйста в магазин, — просит Эвен и строит глазки. — Не делай так, иначе будет беда, — задорно улыбается Исак и оставляет легкий поцелуй на щеке, — я схожу. — Можно я тоже пойду? — раздается голос с кухни. — Да тут дорогу перейти… — Я хочу воздухом подышать, — перебивает Крис и уже натягивает куртку, — идем? — Ну идем, — вздыхает Исак и они выходят из дома. Эвен слышит как одна из девочек плачет и идет в комнату-гостиную, где стоит коляска. Поправляет одеялко и возвращает упавшую соску на место. Лисия миленько чмокает ею и снова засыпает. Найсшем подходит к окну и видит как парни зашли в магазин. Он выходит на балкон, от куда его почти год назад просил уйти младший, пока крупные хлопья засыпали пол, смотрит на дверь и видит как Крис выходит первым, а следом и его маленький принц. На улице Ноябрь месяц и почти все время льют дожди, собственно как и сегодня. Парни о чем-то спорят или просто активно жестикулируют и совсем не следят за дорогой. На улице горят фонари и теплый желтый свет отражается в лужах на асфальте. Исак выходит первым на проезжую часть и проходит половину, он не слышит громкого крика Эвена, что бы тот остановился, продолжая что-то доказывать Крису и лишь сильный толчок и падение с острой болью в голове возвращает его в реальность, он успевает лишь заметить как мимо пролетает грузовик и сбивает Шистада. Как скрипят колеса скользя по мокрой дороге. Он даже слышал как ломаются кости шатена и как тот улыбался. Чему? Исаку даже показалось, что он смеется. Спустя пару секунд рядом оказывается Эвен. Он помогает встать младшему. В его глазах пустота, дрожащими пальцами он набирает номер скорой и полиции, как на автомате, словно робот произносит адрес и больше не говорит ни чего. Он не слышит Исака, он не слышит людей, он даже не видит, как около тела молодого человека скопилось множество людей. Как приехала скорая и полиция. Ему светили фонариком, махали руками перед глазами, а он стоял как вкопанный в землю. Без движения, без жизни, он стал тенью самого себя. Когда врачи хотели отвезти его в больницу и сдвинули с места, он просто упал, как будто в его теле не было костей и потерял сознание. Исак видел это, он был рядом. Он наорал на весь персонал и прогнал всех прочь. Сам, на своих плечах, он отнес Найсшема в дом и уложил в кровать накрывая одеялом и целуя в лоб. Он вернулся на улицу и попросил что бы с Крисом пока ни чего не делали, сказал, что позвонит завтра в морг и обо всем договорится. Исак вернулся в дом и горько заплакал, волна осознания ударила ножом прямо между ребер выбивая весь воздух и тут… Детский плач разорвал всю тишину дома. Исак собрался и вытер слезы, в комнате две маленькие малышки проснулись и выронили свои соски. Он смотрел на них и понимал, что должен теперь сделать для них все что может только сделать в этой жизни. Их отец-мать спас ему жизнь и теперь и он спасет их жизнь, всеми возможными способами. А пока… Пока он сделает молочную кашу. Разольет по бутылочкам и покормит каждую. Возьмет на руки и дождется отрыжки. Поменяет памперсы и ляжет рядом, укрывая их на ночь и тихо покачивая, напевая колыбельную, которую помнит с девства уснет вместе с ними. Уснет и проснется уже другим человеком, но это будет только утром.