Я люблю гопника

      На этой помойке среди каких-то непонятных гаражей Джин еле-еле отыскал Юнги, который смотрел на него исподлобья и молчал. Его лицо было в крови, костяшки пальцев сбиты, и ладонь на левой руке даже опухла немного. Сокджин едва на колени перед ним не упал. Намджун подбежал и остановился чуть позади. Чонгука парень заставил остаться в его квартире.       — Добрый вечер, — этот засранец ещё и курил. Сокджин еле сдержался от порыва надавать ему по роже вдобавок ко всему, что имеется сейчас. Вместо этого он решил, что наподдаст ему потом, когда выяснит, что произошло. — Я уж думал, ты так обиделся на меня, что решил оставить помирать.       Джин даже не мог представить, какие сильные молнии метали его глаза.       — Ты, — прошипел он злобно, почти свистяще и наклонился к Юнги, который только улыбался так же как и обычно. — Да ты… ты, блять…       — Я знаю, кто я, — резковато ответил Мин, выбрасывая сигарету. Джин осмотрел его на наличие серьёзных травм, пока Намджун позади охуевал. — Отвезите меня домой.       — Кто это был? — прервал его Сокджин, стараясь унять волнение и панику. А вдруг этому дебилу что-то сломали? Или же у него тоже сотрясение? — Юнги, отвечай, иначе я тебя ушатаю.       Парень откашлялся.       — Хер его знает. Не беспокойся, эти пидорасы тоже получили как следует, — Джин помог ему подняться с земли и закинул руку себе на плечо, ведя в сторону мотоцикла. — Чёрт, надо было внимательнее смотреть по сторонам. Они ударили меня по башке и отвезли сюда. Думали, что я отпор не дам, ха.       — Какой же ты придурок, — выдохнул Джин, когда Джун помог парню взгромоздиться на мотоцикл. Слава богам, они более-менее помещались втроём.       — Не больший придурок, чем они. Они думали, на слабака напали. Думали, что отпиздят тихо за углом и бросят. Наивные ребята, наивные.       Судя по всему, Юнги был зол не меньше, чем Сокджин и Чонгук вместе взятые. Его руки подрагивали, а голос заметно ожесточился — верный признак того, что Мин сейчас просто в ярости. Редко когда он становился таким злым, и в такие моменты к нему страшно было подходить. Его обычное состояние в сравнении с этим можно было назвать состоянием плюшевого мишки или ласкового котика.       Казалось, дай повод — и его разорвёт. Джину и самому хотелось рвать и метать, почти во второй раз в жизни ему вдруг захотелось набить кому-нибудь морду.       — Ты уверен, что не знаешь этих уёбков? — он даже в выражениях не сдерживался. Намджун сел впереди и завёл мотор.       — Нет. Если бы знал, от них мокрого места не осталось.       — Ты дал им уйти?       — Пока что. Одного, клянусь, встречал в универе. Ну я с ним, сука, поквитаюсь ещё. Пусть только на глаза попадётся.       Доехали они в полнейшей тишине. Юнги постоянно норовил сползти с сидения, поэтому Джин держал его так крепко, как только мог, а Намджуну постоянно приходилось сбавлять скорость. Когда входная дверь открылась перед их носами и показался Чонгук, Джину казалось, что вот-вот наступит пиздец неебических масштабов. Он даже отступил сначала, но потом замер, потому что взгляд Чона напоминал дуло пистолета.       — Привет, Чонгук-и, — Мин помахал опухшей рукой, и, сука, лучше бы он вообще молчал.       — Ты охерел, да? Совсем больной? — Чон толкнул его так, что тот отлетел бы к стене, если бы Джин с Намджуном не придерживали его. Юнги улыбался как настоящий дебил. — Думаешь, раз умеешь кулаками махать, значит всё, неприкасаемый? А если бы они тебя убили нахер? Ты об этом подумал? Что бы мы без тебя делали, пидор ты конченный?       Он остановился, немного отдышавшись, и Джин имел удовольствие созерцать, как покраснели его глаза. Юнги молчал, в кои-то веки, и пока тянулась эта тишина, Джин и Намджун потащили раненого в зал.       — Нужно было в больницу везти, — негромко проговорил Джун, но Юнги его услышал и приподнял голову. Он распластался на диване и впрямь как умирающий.       — Сам себя отвези, я в порядке.       — Ты себя в зеркало видел? Если нет, могу принести, посмотришь, как они твою рожу украсили.       — Иди на хер, чувак. Засунь это зеркало себе…       — Хватит, — прервал начинавшуюся перепалку Сокджин и позвал Чонгука. — Принеси аптечку, сейчас будем обрабатывать.       Юнги напрягся заметно, но ничего не сказал. Намджун неловко огляделся по сторонам, и тут в голову Джину пришло, что он ни разу не был у него в гостях. Что ж, он пригласил его домой не при лучших обстоятельствах.       Лицо Мина немного припухло, но в основном не пострадало — лишь скулы были все в синяках, да нижняя губа разбита. Под футболкой красовались следы от ударов, а на руке расцветал неглубокий порез. Значит, в дело пошёл и нож…       — Больно, сука, — проговорил Юнги и прикрыл глаза. Джин посмотрел на него потерянно, а в голове крутились сотни вариантов — кто это мог быть? Кого не устроил Юнги до такой степени, что он послал целую банду? Ким бросил короткий взгляд на Намджуна — лицо у него было задумчивым и каким-то обеспокоенным, но явно не из-за Мина. Пока Чонгук перевязывал руку другу, Сокджин окликнул Джуна и кивком головы указал в сторону кухни.       — Ты выглядишь так, будто знаешь, кто это был, — проговорил он, надеясь, что Джун знает. Тот посмотрел на него немного мрачно и потёр шею, тяжко выдыхая.       — Возможно знаю, — уклончиво ответил он, нахмурившись. — Но пока не уверен. Нужно разобраться.       — Это был кто-то из твоих?       По взгляду Намджуна было видно, что он не ошибся.       — Наверное. И я начинаю понимать, кто. Есть парочка подозреваемых, — Джун провёл рукой по волосам и посмотрел на Сокджина. — Если я вычислю того, кто сделал это, сообщу тебе.       У Кима немного отлегло. Он облокотился спиной на холодильник и только сейчас понял, что дрожит. От такой реакции на всё происходящее даже смешно немного стало. Надо же, его друг пострадал из-за того, что сам Сокджин — несчастный недо-натурал с голубоватыми наклонностями. Намджун смотрел на него внимательно и серьёзно, а потом чуть приблизился.       — Не переживай, с ним всё будет хорошо, — он неловко потрепал Джина по голове, и у того немного сердце в пятки ушло. Он глядел на Джуна во все глаза, пока тот не собирался убирать ладонь с его макушки.       — Спасибо за помощь. И прости, что так получилось.       — Тебе не за что извиняться. Я всегда к твоим услугам, — он провёл рукой по чёлке, делая её ещё более лохматой чем до этого, и отстранился, выходя в коридор. Джин, сам не зная почему, бросился ему вслед.       — Может быть, останешься?       Намджун посмотрел на него с неслабым удивлением, Джин и сам от себя немного охренел. Его лицо покраснело, как по заказу, голос разума мерзко посмеивался над чем-то.       — Я зайду к тебе чуть позже, ладно? — Джун улыбнулся, а внутри парня что-то резко рухнуло вниз. Сокджин только кивнул и, когда Намджун вышел на лестничную клетку, бросив «пока» на прощание, закрыл дверь, прижимаясь к ней ладонями и лбом.       Чонгук сидел на полу рядом с задремавшим Юнги и смотрел на Джина сочувствующим взглядом. Ким предложил ему поесть, и Чон с радостью согласился.       — Ты попал, чувак, — сказал он, когда они уплетали ужин за обе щёки и посматривали в экран ноутбука, по которому шёл какой-то сериальчик.       — Я знаю, — мрачно ответил Джин, прислушиваясь к громкому сопению Юнги за стенкой.       — Нужно поскорее вычислить тех гомофобов и сделать так, чтобы в универе их больше не было. Намджун имеет представление, кто это может быть?       — Да, говорит, что возможно, это кто-то из его шайки, — Чонгук посмотрел на него ошарашенными глазами. — Только у меня один вопрос — кто?