Я люблю гопника

      — Твою мать, где он? Джин, ты не видел его?       — Да мы его минут сорок ищем, так и не нашли!       — Блять, как можно было потерять собственный диплом, который тебе выдали грёбаный час назад? Намджун, ну вот как?       — Я нашёл его, нашёл! Поехали!       Чимин сидел в кресле и как всегда не понимал, что происходит. Все куда-то бежали, в комнату постоянно забегал злой Тэхён, оравший на всех, что такси как бы ждёт их вот уже битый час. Чонгук, нашедший диплом Намджуна, положил его в стопку к остальным, чтобы наутро их забрать, Юнги как обычно огрызался на всех. Выпускники уже давно успели переодеться, все, кроме Хосока и Намджуна. Пак смотрел на Чона и не мог оторвать взгляда, как всегда. Хоби в белой рубашке и чёрных брюках, в этих лакированных туфлях, с этой небрежной причёской выглядел просто божественно.       — Чимин, не спать! Пошли уже! — Чонгук пихнул его в плечо, и Пак вынырнул из своих мыслей и отправился вслед за парнями.       Хосок уже ждал их в машине вместе с Тэхёном и разозлённым таксистом. Парни, наперебой извиняясь, полезли в машину, но она оказалась не слишком просторной, поэтому все буквально сидели друг у друга на коленях. Чимин чувствовал на своей талии согревающие руки Хосока и готов был продлить этот момент на несколько вечностей вперёд. Юнги, не желая оказываться в голубой толпе на заднем сидении, сел рядом с водителем, улыбаясь вроде и мило, но вообще — убийственно.       Вся компания была в сборе. Чимин сидел на коленях Хосока, утыкаясь макушкой в потолок машины, которую ещё и подбрасывало на каждом метре длинной дороги. Чонгук с хитрой улыбочкой пытался забраться на колени Тэхёна, но тот умастился так, что мелкий сидел между его ног, едва не слезая с сидения. Намджун с Сокджином о чём-то ворковали, причём Джин тоже норовил сползти вниз, но Джун мужественно удерживал его на своих коленях. Все были довольны, таксист был в шоке, Юнги улыбался.       Вообще за эти полтора года многое изменилось. Изменения на первый взгляд были незаметны, но они были. Пак заметил, что отношения Намджуна с Джином стали намного крепче, чем были в самом начале. Напряжение между Тэхёном и Джуном постепенно исчезало, становилось меньше неловкостей, их дружба постепенно возвращалась в прежнее русло — они общались, как в то время, когда могли без остановки подшучивать друг над другом, смеяться вместе над какой-то хернёй, как кони ненормальные. Чимин радовался, глядя на них, Хосок улыбался счастливо.       Пусть Тэхён всё ещё недолюбливал Джина, тот относился к нему вполне дружелюбно. Они могли спокойно переброситься парочкой фраз, и Тэ, пусть и всегда смотрел на Сокджина с каким-то еле скрытым подозрением, всё равно относился к нему лучше, чем той осенью.       Кажется, их компания за это время заметно сблизилась. Сокджин, Чонгук и Юнги уже стали участвовать и в посиделках на крыше того заброшенного здания, постоянно появлялись на каких-нибудь вечеринках и днях рождения, смеялись вместе со всеми и развлекались. Без душещипательных бесед не обходилось, конечно же. Например, Чимин по случайности застал Джина и Тэхёна наедине — в тот день были посиделки по поводу дня рождения Намджуна, и Пак вдруг обнаружил, что эти двое куда-то пропали. Осторожно прошмыгнув в коридор, Чимин услышал голоса за дверью кухни Джуна и приблизился. Он не хотел влезать в чужие тайны, ему просто нужно было проверить, не набьют ли два Кима друг другу морды во время разговора.       Тэхён курил в открытое окно, сидя на подоконнике, Джин стоял, прислонившись к холодильнику, и попивал пиво из банки. Чимин притаился за дверью и прислушался, готовясь если не разнимать, то звать на помощь хотя бы.       — Ты понимаешь, что я всё ещё не доверяю тебе, — Тэхён говорил тем своим жёстким металлическим голосом и был как никогда серьёзен. — Учти, если ты сделаешь ему больно, я разобью тебе лицо.       — Я люблю его, — спокойно проговорил Сокджин, твёрдо уверенный в своих словах. — Так что не волнуйся — я не причиню ему боли. Никогда.       Чимин вздрогнул. Вспомнил то страшное время, когда был зависим от того человека. Когда ещё не мог поверить в то, что всё в прошлом, когда страх возвращения к нему появлялся каждый день и преследовал с утра до вечера. И как тогда Хосок обнимал его и целовал куда ни попадя, держал его за руку.       «Не бойся меня. Я не причиню тебе боли, Чимин. Никогда».       Тёплая волна поднялась откуда-то изнутри и пронеслась по всему телу. Чимин улыбался краешками губ. Тэхён смотрел на Джина, смотрел недоверчиво — его глаза сверкали в свете одной-единственной лампы, стоявшей на кухонном столе.       — Вообще я не думал, что ваши отношения продлятся так долго. Думал, разбежитесь через месяц-другой.       — Как видишь, ты ошибался. У нас с Джуном мир-любовь-радуга, — Джин заметно повеселел. — А как у вас с Чонгуком? В последнее время он какой-то обеспокоенный.       Тэхён отвернулся и выкинул сигарету в открытое окно.       — Сложно, — ответил он.       Да, у Чонгука и Тэхёна действительно были странные отношения. Стоит начать с того, что они начали встречаться вообще ни с того ни с сего. Просто вдруг весь универ имел удовольствие созерцать сию странную пару, идущую по коридору. Чонгук выглядел довольным, но тщательно пытался скрыть улыбку, Тэхён же шёл со своим привычным кирпич-лицом и взглядом из разряда: «Только покосись в мою сторону — останешься без зубов».       У всех был диссонанс. Особенно забавно было видеть лицо Намджуна в этот момент — парни ещё после жалели, что ни до кого не допёрло сфотографировать сей момент. Ещё лучше — заснять на видео. Ким что-то увлечённо втирал Хосоку, кивающему с умным видом. Чимин грелся под рукой своего парня и едва не мурлыкал, не особо прислушиваясь к тому, о чём эти двое говорят. И тут из-за угла выплыли Тэхён с Чонгуком. На них было трудно не обращать внимания, взгляды всех студентов как-то сами собой упали на этих двоих, которым, кажется, всё было побоку. Речь Намджуна, набиравшая обороты, вдруг начала стихать, будто кто-то постепенно убавлял звук. Нижняя челюсть Кима постепенно съезжала вниз, лицо вытягивалось от совершенно искреннего ахуя. Хосок тоже стоял с открытым ртом, да и Джин с Юнги, стоявшие совсем рядом, смотрели на парочку глазами-тарелками.       Чонгук, заметив компашку, помахал им свободной рукой и потащил хмурого Тэхёна к ним. Когда они подошли, то тоже могли созерцать выражение истинного недоумения на лице самого крутого бэд-боя сего универа Ким Намджуна.       — Доброе утро, — поздоровался Чонгук, улыбаясь и светясь как настоящий фонарь. Хосок молчал, Чимин и остальные промямлили что-то невразумительное в ответ. Намджун, видимо, забыл, как нужно разговаривать.       — Э-э-э… Мнеалырп…       — Что, прости?       Намджун прокашлялся. Его брови улетели бы в космос, если бы могли.       — Говорю, у вас типа пари такое? Чего за руки держитесь? — спросил он более спокойно. Остальные заинтересовались ситуацией. Тэхён посмотрел на их с Чонгуком сцепленные пальцы и, кажется, сжал руку Чона в своей ещё крепче.       — А мы встречаемся, — сказал он довольно дерзко и внезапно поцеловал Чонгука куда-то в уголок губ. Лицо последнего успело отсветить всеми оттенками красного прежде, чем парочка гордо удалилась.       В коридоре стояла тишина. Студенты были в шоке.       Дальше всё становилось только страннее. Чимин замечал, что Тэхён с Чонгуком будто бы присматриваются друг к другу, ходят кругами, не смея подойти ближе. Хосоку Тэ рассказал лишь то, что они пытаются кое в чём разобраться. Чон вынес такой вердикт: «Лучше к ним не лезть», и затискал его в своих объятиях. Чимин решил прислушаться к его совету, но вся компания всё равно присматривалась к парочке, может быть, таким образом пытаясь контролировать ситуацию — чтобы опять не вышло мордобоя, и чтобы никто не ушёл проливать слёзы из-за разбитого сердца.       В общем, всё было спокойно. Юнги постоянно отпускал какие-то гейские шуточки, без которых не обходилась ни одна встреча. Их можно было записывать и составлять несколько подборок по типу: «самые смешные», «самые похабные», «те, из-за которых у всех пригорает» и так далее.       Итак, до клуба, который тщательно выбирал Хосок — как профессионал в таком деле и любитель подолгу задерживаться в таких местах, — ехать было довольно долго. Чимин раздумывал над тем, кто будет везти их пьяные тела обратно в квартиру. Они же все потеряются по дороге. Впрочем, он решил откреститься от этих мыслей. Главное, чтобы всю пьяную ватагу тащил не он.       Парни о чём-то отвлечённо болтали, Чимин буквально таял в руках Хосока — опять они были «на своей волне». Чон дышал ему в шею и затылок, а у парня мурашки бежали по телу. Таксист обеспокоенно косился в сторону сидевших сзади, видимо, поняв, что попал туда, где за версту разит гейством. Переводил взгляды на спокойного Юнги, словно ища в нём спасения.       — Я хотел бы вам сказать кое-что, — начал Намджун, и тут по салону автомобиля пронеслась мелодия звонка. Джин, извиняясь и чертыхаясь, достал телефон из кармана джинсов.       — Мама звонит, — проговорил он и поднял взгляд на ехидно лыбящихся парней. — Только попробуйте что-нибудь пикнуть. Да, мам? Привет. Да, всё хорошо, все живы.       — М-м-м-м, дорогой, ты был так прекрасен этой ночью, — томно произнёс Намджун, и Джин шлёпнул его по бедру, залившись краской. Хосок заржал, как ненормальный, Юнги стал издавать какие-то звуки, бывшие чем-то между пошлыми стонами и вскриками.       — Джин, ты потерял свои штаны, как не стыдно! — воскликнул Чонгук.       — Пошли групповуху устроим! — подключился Хосок, и все громко рассмеялись под убийственный взгляд Сокджина. Таксист сидел смирно; было слышно, как на том конце провода мать Джина уже икает от смеха. Попрощавшись с ней, Ким едва не запустил телефон Юнги в ухо.       — Вот почему вы постоянно несёте херню, когда она мне звонит?       — Ты просто охренительно мило краснеешь, когда мы это делаем, — проговорил Намджун, и Юнги громко цокнул, закатив глаза.       — Ещё бы засосались тут!       — Или потрахались, — присоединился Тэхён.       — Вообще бессовестные. Извращенцы, — пробурчал Хосок куда-то в спину Чимина.       — Развратники.       На бедном таксисте лица не было. *       Доехали они минут через десять. Матерясь и кряхтя, парни выбирались из машины. Юнги, расплатившись с таксистом, вышел на улицу.       — Выпивать буду за ваш счёт, сволочи!       — Размечтался, — ответил ему Джин, и они направились к клубу. Чимин посмотрел на вывеску и даже замер на пару мгновений. Это был тот клуб, где они с Хосоком познакомились, тот клуб, в котором так много всего происходило, что он был уже эдаким памятным местом.       Чон обнял его за плечи и притиснул к себе, глядя на клуб с улыбкой на лице.       — Знакомое местечко?       — Да мы тут года три не были, — проговорил Чимин, а в голове сразу вспыли все самые «интересные» моменты, которые случались здесь с ним и с Хоби. Казалось, всё это было буквально вчера.       — Посмотри на ту стену. Помнишь, как мы обжимались рядом с ней и спугнули какого-то мужика? Он ещё в этот фонарь врезался, когда улепётывал.       Чимин залился краской, парни заинтересованно повернулись в их сторону.       — Так-так, что ещё интересного было? — ехидно ухмыльнулся Юнги.       — Да вот, в туалете однажды я его так жахн…       — Блять, Чон Хосок!       Хосок рассмеялся, когда Чимин, красный как помидор, толкнул его в бок. Иногда Чону некого было подъёбывать, вот он и принимался за Пака, будто людей кроме него в округе больше не было.       Вообще, Чимин и правда помнил и того мужика, которого они спугнули своими страстными поцелуями, и тот раз в туалете, когда адреналин заставлял бурлить кровь и закусывать губы почти до крови, лишь бы не застонать в голос. Невольно заулыбался, вспоминая.       Хосок поцеловал его в висок, когда дверь за их спинами закрылась. Музыка ударила по ушам, но Чимин всё равно расслышал, как Чон сказал ему:       — Вообще, я выбрал этот клуб, потому что именно в нём происходили самые страстные моменты наших с тобой отношений. Самые горячие, — и задышал прямо в ухо так, что у Чимина живот свело. В приятном смысле, конечно.       — И странные, — добавил Пак, проходя в сторону удобных диванчиков, где уже собралась вся пёстрая компания одногруппников и их приглашённых друзей и подруг. Половина из них уже были поддатыми. Впрочем, никто этому не удивился.       — Наши гомики пожаловали, — радостно прокричала староста их группы — с виду скромная и добрая девушка, но на самом деле дьявол тот ещё. Кто-то из парней, громко смеясь и спотыкаясь друг об друга, уже потащился на танцпол. Что-то подсказывало Чимину, что до этого самого танцпола они не дойдут.       Чимин старался не пить много, да и Хосок не особо налегал на алкоголь. Чонгук светился как начищенная монетка — ему лишь дай повод, чтобы нахерачиться. Тэхён сидел со своим обычным выражением лица и что-то изредка отвечал парням, которые были как раз в той кондиции, чтобы только и делать, что стебать всех окружающих.       Намджун с Сокджином так вообще решили, видимо, сыграть в игру «кто кого перепьёт». Уже через час-полтора они оба были навеселе.       — Джун хотел нам что-то рассказать, — вдруг вспомнил Юнги с уже привычной хитрой улыбочкой. Вся компания заинтересованно посмотрела в сторону Намджуна, который забавно икнул и — о господи-боже! — покраснел. Зрелище было то ещё. Интересно, как Джин в этот момент ещё не умер от умиления.       — В общем, недавно я ходил на прослушивание, — пробормотал Намджун смущённо, прикрываясь бокалом.       — Ого! Серьёзно?       — И что? Тебя приняли?       Джун рассмеялся, хотя было видно, что он расстроен.       — Мне сказали, что с моими данными музыкант из меня никакой.       — Да ничего они не понимают, — махнул рукой Юнги. — На этих придурках свет клином не сошёлся. В Сеуле куча компаний — кто-то да примет тебя. Особенно с твоим-то талантом.       Про талант Юнги не шутил. Намджун стал намного более открытым, даже стал показывать друзьям свои песни, исполнять их под гитару иногда. Им и вправду все восхищались, и та компания, в которую он ходил на прослушивание, явно будет жалеть в будущем, что проморгала такого артиста.       — Забей на них. Ты обязательно пройдёшь, только в другую компанию, — ласково произнёс Джин, кладя руку Намджуну на колено. Тот улыбнулся.       — Я слышал, что набирают молодых артистов в Биг-Хит. Может быть, попытать счастье там?       — Биг-Хит? — переспросил один из одногруппников. — Ты знаешь, что это за компания? Туда абы кого не берут.       — Пусть попытается, — подал голос Хосок, отпивая из бокала. — Мне кажется, всё у него получится. Дерзай, Намджун. Главное, не опускай руки.       — Ну, а если уж ничего не получится, иди работать программистом, — фыркнул Юнги.       — Спасибо, друг, я знал, что ты всегда меня поддержишь!       Парни дружно рассмеялись. Чимин улыбался, глядя на них. Намджуну и впрямь нужно раскрыться; Пак прямо-таки чувствовал, что ему дадут такой шанс. Киму нельзя закапывать свои таланты, как он делал много лет до этого. Хорошо, что Сокджин благотворно на него влияет — до этого Джун даже свои тексты никому и никогда не показывал.       Кажется, жизнь становится ещё лучше, чем раньше. *       — Мне, ик, надо в туалет, — пробормотал Чонгук, поднимаясь с диванчика и пошатываясь. Тэхён, проводив его мрачным взглядом, встал и пошёл следом некоторое время спустя.       Компания уже давно потеряла счёт времени — все были пьяны и веселы. Чимин расслабленно откинулся Хосоку на плечо, тот о чём-то болтал с теми парнями, которые ещё были в состоянии болтать. Намджун с Сокджином куда-то испарились, Юнги отпускал шутеечки по поводу всех и каждого, рассказывал какие-то охренительные истории невесть откуда появившемуся левому парнишке. Тот слушал Мина с лицом ученика, уважающего и почитающего своего учителя.       — Откуда он тут взялся вообще? — пробормотал Чимин на ухо Хосоку. Тот пожал плечами.       — Чёрт его знает. Но кажется, Юнги не против его общества. Кстати, а где Намджун с Джином?       И правда что-то давно не появлялись. Чимин попытался вспомнить, при каких обстоятельствах они вообще пропали с поля зрения. Кажется, они на тот момент были не просто пьяны — они были пьяны в хлам. Сокджин вдруг вскричал: «Да тут же есть караоке!», и парочка сломя голову побежала в сторону небольшой сцены. Больше их никто не видел.       Чимин повернулся, прилагая для этого немало усилий. Парни повернулись вслед за ним. На сцене два Кима усиленно и увлечённо горланили в микрофон песню за песней, путаясь в словах. Зато хоть в ноты попадали — за это не стыдно.       Зал плясал под их общие завывания — высокий голос Джина с голосом Намджуна звучали довольно гармонично, к слову, — и всем было пофиг на то, что парочка занимает сцену уже довольно долгое время.       Кажется, клуб вот-вот обвалится, а эти двое не заметят. Им было совершенно наплевать на весь остальной мир.       — Мне кажется, они в дрова, — предположил Хосок, пялясь на Кимов со странным выражением на лице.       — Да не, — Юнги махнул рукой. — Бред какой-то. Пусть горланят.       Парни просто молча согласились и отвернулись от сцены. Затихла музыка, толпа начала выкрикивать нечто вроде: «Спойте что-нибудь ещё!» Кажется, все были довольны.       — Пусть дуэт создадут, — произнёс Хосок, ухмыляясь довольно. — Мне кажется, фанатская база у них уже есть. Дальше нужно будет только продюсера найти.       — Думается мне, ты нашёл нашему Цветочку работу, — ответил Юнги и продолжил втирать что-то незнакомому пареньку, который всё ещё слушал его с открытым ртом.       Чимин вдруг заметил, что Чонгук с Тэхёном тоже куда-то пропали. На танцполе их не было, рядом не сидели. Где же они? Оба выглядели немного угрюмыми перед тем, как уйти. Судя по всему, у кого-то наконец состоялся Очень Серьёзный Разговор. Оставалось надеяться, что состоялся он без пресловутого мордобития.       Когда парочка не появилась даже спустя полчаса, Чимин начал беспокоиться.       — Да не переживай за них. Они предаются любовным утехам, удовлетворяют друг друга где-нибудь неподалёку. Я гарантирую это, — произнесла староста, тоже далеко не трезвая. Странно, что в таком состоянии она смогла выговорить целое предложение, ни разу не запнувшись. Но Чимин всё равно ничего не понял. Увидев его озадаченно-удивлённое лицо, девушка закатила глаза. — Да трахаются они. Понял? Не мешай воссоединению.       Чимину всё равно было не по себе. Он постоянно за всех беспокоился. Ему обязательно нужно было знать, что Чонгук с Тэхёном друг друга не убили и не кинули. Прямо жизненно необходимо было узнать, что за чертовщина между ними происходит. Любопытство, пожалуй, было одним из главных недостатков Чимина.       Когда он поднялся с места, Хосок окинул его настороженным взглядом.       — Тебе нехорошо?       — Всё нормально, я просто в туалет, — пробормотал парень и направился в названное место.       Там, естественно, никого не было. Почти.       Увиденное заставило Чимина замереть в ступоре. Он настолько растерялся (пусть и ожидал увидеть то, что увидел), что не мог даже слова вымолвить, не то что пошевелиться.       Не каждый день увидишь, как обычно мрачный и безучастный ко всему Тэхён прижимает к стеночке Чонгука и довольно-таки страстно выцеловывает его шею. Нет, серьёзно, Тэхён так распалился, что облапал Чона вдоль и поперёк. Тот вцепился руками в своего парня и, кажется, стонал. Из-за музыки и голосов Намджуна с Сокджином не было особо слышно. Возможно, Пака просто одолели галлюцинации.       Тэхён оторвался от шеи парня и поцеловал его. Чимину вдруг стало как-то немного стыдно. Он стоял прямо на виду, если бы кто-то из них открыл глаза, заметил бы его. Чонгук бы точно его увидел — Тэхён же стоял к нему спиной. Казалось, эти двое пробегающую мимо годзиллу не заметят, не то что охуевающего в край Чимина.       — Люблю, — донеслось до ушей парня, пока он стоял с открытым ртом и смотрел на сие непотребство. Говорил Тэхён, покрывая торопливыми поцелуями лицо Чонгука. — Люблю тебя, мелкий ты говнюк. Ты-таки добился своего.       — А как же Намджун? — спросил Чонгук, который, кажется, конкретно поплыл.       — Да нахуй его.       Звучало вполне по-Тэхёновски. Ким опять принялся «атаковать» шею Чонгука своими губами, и тот открыл глаза. Чимин отшатнулся, боясь, что нарушил идиллию, но Чон, в отличие от него, не растерялся. Притиснул Тэхёна ближе, закинул ногу ему на бедро. Замахал руками за спиной Кима, мол, вали отсюда. Чимин намёк понял.       Пак вышел в зал с довольной улыбкой на лице. Приблизился к диванам. Сидевшие там, глядя на него, всё поняли.       — Ну и что? Порно жёсткое или не очень? — спросил Юнги, а тот парень, которому он что-то втирал, покраснел до кончиков ушей. Чимин тоже почувствовал, что щёки горят.       — Я пропустил разбор полётов, но до порно дело пока не дошло, — ответил он, не прекращая улыбаться. Теперь и у этих двоих всё хорошо. Можно быть спокойным. *       Уже начинало светать, когда все начали разбредаться. Кого-то доставляли домой, Намджуна с Сокджином Юнги стаскивал со сцены минут двадцать под неодобрительные крики толпы. Чимин поёжился от утреннего холода, и Хосок накинул свой пиджак ему на плечи, тут же поцеловав его. На улице почти никого не было, только машины проезжали мимо. Огни города начинали гаснуть.       Пока Чимин таял под прикосновениями своего парня, Юнги, матерясь на Кимов, вызывал такси. Джин, облокотившись на Намджуна, еле стоял на ногах и блаженно улыбался.       — Чтоб у вас головы с утра болели. Специально все обезболивающие запрячу, — проворчал Юнги. Из клуба вышел тот неизвестный парень и подошёл к Мину, смущённо улыбаясь.       — Хён, я хотел бы сказать тебе спасибо, — все заинтересованно уставились на открывшуюся глазам сцену, даже Хосок с Чимином оторвались друг от друга. Юнги молчал, глядя на паренька во все глаза. — Если бы не ты, я бы так и провёл этот день в одиночестве. Может быть, как-нибудь ещё встретимся или хотя бы созвонимся?..       Кажется, стена натуральности Юнги начинала потихоньку покрываться трещинами. Чимин впервые увидел, как тот смутился. Мин, мать его, Юнги, смутился. Что за чудеса?       Парень смотрел щенячьими глазками и словно боялся услышать отрицательный ответ.       — Да. Конечно. Естественно, — Мин прокашлялся и почесал затылок, глядя куда-то в сторону. — Только после того, как я хорошенько высплюсь, идёт? Дай мне свой номер.       Пока они обменивались номерами, стояла гробовая тишина. Все стояли на своих местах, словно какие-то декорации. Наконец парнишка помахал рукой лыбящемуся Юнги и удалился в рассвет, поблагодарив его ещё раз.       Когда он скрылся с поля зрения, Мин медленно повернулся к друзьям. На пороге клуба объявились Тэхён с Чонгуком, стоявшие в обнимочку и наблюдавшие за действом с открытыми ртами.       — Э, — подал голос Сокджин, но Юнги прервал его жестом руки.       — Только. Попробуйте. Пошутить. По этому. Поводу.       Тэхён громко фыркнул, и относительная тишина улицы нарушилась смехом парней. Юнги был красный как рак. У него, казалось, вот-вот пойдёт пар из ушей.       — Совет да любовь, короче, — протянул Сокджин, улыбаясь ещё блаженнее, чем до этого.       — Ещё слово, и я тебе врежу. Такси приехало, пойдёмте.       В машине было заметно теплее, чем на улице. Рассветное солнце уже освещало улицы Сеула, немного слепило глаза. Чимину до одури хотелось спать, но он держался буквально из последних сил. Чонгук и впрямь вздремнул на коленях Тэхёна, который положил голову ему на плечо и о чём-то думал. Юнги, как Чимин успел заметить, поставил себе напоминание в телефоне: «Не забыть позвонить тому парню из клуба». Сокджин смотрел в окно с улыбкой на лице, Намджун, кажется, был где-то между сном и явью.       Чимину было хорошо и так спокойно, что он даже не заметил, как всё-таки уснул. Очнулся он, когда Хосок нёс его на руках в спальню в их общей квартире.       — Деточка проснулась, — донёсся ехидный голос Юнги.       — Может ему колыбельную спеть? — не менее ехидно спросил Намджун.       — Нет уж, дорогие мои, напелись уже, — ответил Хосок, и Чимин, приоткрыв глаза, успел заметить его улыбку. — Давайте, валите спать. Туалет, если что, в конце коридора, справа.       — Может быть, всё-таки убаюкаем дитятко? — Чимин заметил, что Тэхён уложил полусонного Чонгука на диван.       — Да нет уж, я сам с этим прекрасно справлюсь.       — Ты только убаюкивай его потише. Мне не очень хочется слышать ваши стоны, - послышалось пьяное бормотание Джина.       - Да, травму на всю жизнь никто не хочет, - поддержал его Юнги.       — Да ну вас, дебилы, — пробормотал Чимин, вновь проваливаясь в сон. Они действительно дебилы. Но именно с этими дебилами он чувствовал себя самым счастливым человеком на свете. Или и впрямь им был. *       Конец!       Фууух. Как же всё-таки трудно писать концовки.       Итак, пару слов в завершение.       Вот честно, не верится, что работа закончена. Я же только вчера её начинала, не особо веря, что она кого-то заинтересует. Какого чёрта уже конец?       Вообще, этот фик задумывался как забавный мини без какого-то сюжета. Я просто представила гопника-Намджуна, которому чем-то насолил пай-мальчик Сокджин, и меня понесло. В итоге получилась голубая эпопея на сто с лишним страниц с треугольниками, страдашками и эпилогом. Чудеса да и только.       Я уже привыкла к этим идиотам, если честно. Прикипела прям всей душой. И к этой работе привязалась так, что теперь не отдерёшь. Несмотря на все недостатки фика, я всё равно люблю его. Наверное, именно поэтому главы выходили так часто, и именно поэтому мне удалось едва ли не впервые в жизни довести макси до конца. Хотя, может быть, я в будущем буду перечитывать его и думать "о господи, зачем я это писал вообще", но я правда обожаю этот фик.       Были моменты, когда я, выложив главу, сидела перед ноутом и такая: "И что писать дальше? Куда двигать сюжет? Чё делать-то?", но благодаря вашей поддержке мне удалось закончить эту историю. Надеюсь, вы, как и я, будете перечитывать её с ностальгической улыбкой.       Отдельная благодарность моему бро Маэда Юи, которая иногда подкидывала идейки и делилась впечатлениями от фика в личке. Если бы не твоя помощь, я бы вряд ли смогла довести фик даже до середины. :3       Спасибо всем читателям, которые писали отзывы, которые ставили лайки и ждали продолжения. Ваши отзывы были дополнительным стимулом к тому, чтобы я писала проду поскорее.       (так разгулялась, что аж не влезло в комментарий к части, лол)       Короче, не буду писать слишком много. Просто спасибо всем огромное за тёплые слова в комментариях. Спасибище даже. Я пошёл перечитывать фик с самого начала и вытирать слёзки платочком.       Саранхэ <3