Я не сдамся!

— Мы невероятно рискуем, — прошипел недовольно Ястреб, тихо ступая за матерью. Вылазка в лагерь племени Ветра казалась ему настоящим безумием. Он даже не хотел думать о том, что будет, если их поймают: сыну Коршуна ничего страшного не будет, но вот Искра… Кот поёжился, пригибаясь ещё ниже к земле, пока сердце болезненно сжалось. Если с Искрой что-то случится, он себе этого не простит. — Я знаю, сынок, — также тихо ответила кошка, слегка повернув голову к нему. — Никто не просил тебя идти за мной. — Я ни за что бы не отпустил тебя одну! Мордочку воительницы тронула искренняя улыбка, она снова перевела взгляд на пустошь, следя за приближением хоть кого-нибудь. Глубокой ночью вряд ли здесь разгуливали патрули, а тяжёлые тёмные тучи на небе лишь помогали их «путешествию», но всё равно: кто знает, Остролап довольно труслив в этом плане. — Мы как-то ходили с Голубкой, будучи ученицами, на территорию племени Ветра, — вдруг заговорила Искра, продолжая внимательно оглядываться по сторонам. — Ты, наверное, слышал о той жуткой засухе, был отправлен отряд из разноплеменных, в чей состав вошла моя сестра. Я тогда так завидовала её славе, — она тихо усмехнулась, а потом горько прошептала. — О, звёзды, как же я жалею обо всём этом. Если бы я знала тогда… — мать тяжело замолчала, и воин, тщательно внимая, не решался перебивать или поторапливать её в момент откровенности и оживления. — Но не будем об этом… Так вот. У них в отряде была ветровая кошка Осока, с которой Голубка, тогда ещё Голубичка, подружилась. Когда же они уже вернулись обратно и разошлись по племенам, моя сестра благодаря своим способностям увидела нападение собаки на их территорию. Она перепугалась за Осоку, ну и я была вынуждена пойти с этой недотёпой. — И как? — спросил Ястреб после довольно продолжительного молчания собеседницы, которая, видимо, исчерпала всю свою разговорчивость. — Вот так, — хмыкнула она немного жёстко. — С Осокой всё было хорошо, а вот нас поймали, не успели мы дойти до лагеря. Отвели уже в наш лагерь, ну, а там дальше понятно всё. Ястреб кивнул, снова осматриваясь и принюхиваясь. Было, на удивление, тихо и спокойно, лишь немного шелестел под крылом ветра вереск, да чирикала какая-нибудь птаха. Воздух был приятным и свежим, и кот вдыхал его полной грудью, ощущая простор и волю, ощущая свободу. «Неужели это было у племён до Сумрачного леса? — подумал он печально.  — Спокойствие, безопасность, своеволие и разгул… Сколько всего забрали у них. Искра ощущает это, как будто прошлую жизнь?» — А Осока… — неожиданно даже для себя спросил он. — Она жива сейчас? — Искра задумалась, что-то прикидывая в уме. — Наверное, — наконец ответила она. — Я не слышала о её смерти, и по-моему, видела на последнем турнире, — и потом тише добавила. — Если, конечно, с ней не случилось что-нибудь, — кошка внезапно задрала голову, нюхая воздух и ведя ушами, и на полной готовности и серьёзности обратилась к сыну. — Мы приближаемся к лагерю, следуй за мной и ни в коем случае не шуми. Ястреб наклонился ниже, внимательно наблюдая за спящим лагерем. Вереск рядом внезапно зашелестел, и у кота сердце ухнуло в лапы. Показался поджарый кот, и Грозовой воин по запаху сразу понял — обитатель Сумрачного леса. Тот успел только открыть пасть и выпустить когти, как Ястреб сбил его с лап и вцепился в горло. Когда тело растворилось под его лапами, кот перевёл взгляд на Искру. Она одобрительно и благодарно кивнула и подала сигнал двигаться дальше. — Две палатки охраняются, — тихо прошептала кошка ему на ухо, когда они подобрались совсем близко. — Та, что сбоку, скорее всего целительская. Но как нам добраться… Серебристо-белая воительница быстро окинула внимательным взором всё вокруг палатки и, пару секунд что-то обдумав, снова посмотрела на сына. — Надо спуститься к задней стенке. Я попробую привлечь внимание Пустельги, а ты жди меня здесь. Если увидишь, что кто-то заметил тебя и это сумрачная тварь, убей, если он не один или это племенной — беги как можно быстрее обратно. — А ты? — Обо мне не беспокойся. — Мам… — Это приказ. Ястреб тяжело сглотнул, хрипло выдохнув и покачав головой. Великие Звёзды, откуда у его матери было столько упрямства и силы? Больше всего кот боялся, что резерв её несломленности закончится, когда Ястреба не будет рядом, и оставлять мать одну он очень не хотел. Но противиться повелительному тону и уверенному взгляду не мог. Искры не было достаточно долгое время. Достаточно, чтобы страх медленно начал разрастаться внутри, оплетая колючими стеблями внутренности. Ястреб пару раз глубоко, но неслышно вздохнул, продолжая наблюдать за окрестностями. Конечно, он не убежал бы в случае какой-либо опасности, бросив маму одну. Ей стоило бы подумать об этом. Однако тихо прошуршала трава, и перед котом показалась привычная фигура матери. Грозовая воительница коротко кивнула и указала хвостом в сторону границы. Они бесшумно крались обратно и лишь когда достигли ручья, Ястреб спросил: — Получилось? — Да, — кивнула Искра. — Пустельга согласился, — она раздражённо повела ушами. — А теперь давай пойдём к озеру и наконец-то смоем этот отвратительный лисий запах с наших шкур. Вскоре, отряхиваясь и отфыркиваясь от озёрной воды, Ястреб усердно вылизывался, когда внезапный ветки треск за спиной чуть не лишил его жизни от страха. Моментально ощетинившись и заслонив Искру собой, он повернулся к источнику звука, молясь, чтобы это был не Коршун и не Звездоцап. — Искра? Ястреб? — раздался тихий голос. Листвичка осторожно вышла из кустов, настороженно глядя на них. Воин длинно выдохнул, расслабляя каменно-напряжённые мышцы, но всё ещё оставаясь начеку. — Листвичка! — раздался голос сбоку, и Ястреб с недовольством отметил, что, похоже, Искра встала рядом с ним в момент «опасности», а не осталась за спиной. Тем не менее, мама подошла к целительнице и ласково коснулась с ней лбами. — Что вы тут делали? Мне казалось, я учуяла запах лисы, — светло-бурая кошка внимательно посмотрела сначала на Искру, а затем и на Ястреба. — Вы не ранены? — Вообще-то, — протянул он, — нет. Он не хотел говорить правду о том, что лисой фактически были они, специально извалявшись в лисьей норе, чтобы скрыть свои запахи, потому что у него не было никакой уверенности в безопасности околоводной Грозовой территории для таких разговоров. А за горизонтом уже появлялась светлая полоса, и некоторые могли проснуться. Листвичка, кажется, поняла его без слов и кивнула. — А что ты здесь делаешь? — вернула вопрос Искра. — Травы, — Листвичка махнула хвостом в сторону кустов. — Что ж, вам стоит вернуться в лагерь. Если хотите, я могу взять вас к себе в палатку под предлогом помощи, пока вы полностью не высохнете. — Да, это было бы очень кстати, спасибо, — кивнула серебристо-белая воительница. — Нас никто не хватился? — Нет, все спят. — А..? — Он тоже. Искра снова кивнула, тяжело выдохнув и опустив взгляд. Ястреб успел заметить, как странная вина, тревога и горечь мелькнули в её глазах. Неужели ей стыдно… перед Коршуном? Кот наклонил голову, пытаясь поймать её взор, но мать лишь покачала головой и отвернулась, шерсть на её загривке поднялась. Раздражение вспыхнуло внутри кота, подпитываемое жгучей обидой. Что ж, хорошо. Если его родители не могут разобраться, он сам это сделает. Войдя в сонный лагерь, коты неслышно направились к целительской палатке, когда Ястреб заметил выходящего из палатки воинов Златосвета. Серый густой мех его пушился, воин потянулся, разминая затёкшие мышцы, перекатывающиеся под шкурой. На миг два янтарных глаза столкнулись с ним, и Ястреб отвёл взгляд, нервное волнение зашевелилось огромным червём у него в животе. — Ястреб? — позвала его Искра, стоя у входа в палатку целителей и вопросительно глядя на него. — Да, я… — растерянно проговорил было он. — Ястреб, — раздался голос сзади, и кот стремительно обернулся. Златосвет стоял прямо перед ним. — Ты не занят? Внезапная тревога задушила Ястреба, и он как-то даже испуганно попытался составить ответ, но вышло только: — Я, э-э… — Я просто подумал, ты мог бы помочь с охотой для королев. — Ну, я… — Он может, — сказала Искра, подталкивая его. — Мы справимся вдвоём, Ястреб, не беспокойся. Иди. Ястреб судорожно вздохнул, быстро кивнув и отправился на выход за Златосветом. Все знали, что один из новых законов гласил: каждый сам добывает себе пропитание. «Подкормка» каралась как для охотника, так и для того, кого кормили. Что ж, это правило успешно игнорировалось — Ястреб сам был частенько одним из тех, кто нарушал его. — Тебе неловко в моём присутствии, — скорее утвердил, чем спросил Златосвет, украдкой взглянув на него, когда они вышли в лес. — Странно, что знание этого не помешало тебе выбрать себе компанию в виде меня, — пробормотал Ястреб, смотря куда угодно, кроме собеседника. — Почему? Ястреб остановился, мрачно выдохнув, а затем посмотрел на серого воина. — Мне казалось, я тебе не нравлюсь, Златосвет. Во всяком случае, в ученичестве не нравился точно. — Было дело. Это тебя смущает? — Это не главная причина. — Эй, вы двое! — послышался грубый голос сбоку, и взору котов предстала одна из сумрачных обитательниц, имени которой он даже не запомнил. — Куда направляетесь? Ястреб надменно посмотрел на неё сверху вниз и холодно проговорил: — Втяни когти, вояка. Всего лишь обычная тренировка. Жевалки заходили на морде кошки, но она лишь одарила их злобным взглядом и скрылась за деревьями. Вероятно, подобное бы не сошло Ястребу с лап, не будь он сыном одно из Сумрачных вождей и внуком предводителя Беззвёздного края. Воины продолжили путь вглубь Грозовой территории, но вопросы о поведении Златосвета закрутились у бурого кота в голове, как надоедливые встревоженные мухи. — Почему ты спрашиваешь меня о таком? — наконец озвучил он один из них. — После того, как ты рассказал мне о планируемом восстании, и я понял, что ты поддерживаешь это, несмотря на Коршуна и Звездоцапа, я решил, что ошибся в тебе. Ты не такой, как они. Я думал, ты вырастешь таким же кровожадным убийцей. — Многие так думали, — пожал плечами Ястреб, вглядываясь в крепкие стволы деревьев. — Наверное, стоит поблагодарить Искру, что я таким не стал. — Да… — неловкость проскользнула в голосе Златосвета, и полосатый воитель вопросительно посмотрел на него. — Так что… Мне жаль, что так всё было. — Брось. В конце концов, мне пришлось расплачиваться за деяния моего отца. Многие, в том числе и ты, потеряли родных из-за Коршуна. Мне всегда было стыдно за это. — В этом нет твоей вины. — Как будто это делает вещи проще. Некоторые всё ещё видят во мне Коршуна. Шуршание дичи отвлекло воителей от разговора. Разделившись, оба занялись охотой, следя, чтобы не попасться на глаза сумрачным обитателям. Через некоторое время, держа в зубах крупного голубя, Ястреб кивнул появившемуся собеседнику с двумя полёвками. Путь домой они провели, к счастью, в тишине. Осторожно пробравшись в палатку королев, они оставили тушки Шиповнице и Вишне. Кошки благодарно кивнули им. Они выглядели измученными — беременность протекала тяжело в нынешних условиях. — Ты совсем не как он, — вдруг сказал Златосвет, когда они вышли. — Но не похоже, что ты ненавидишь его. И похлопав Ястреба по спине пушистым хвостом, исчез в воинской палатке. Полосатый воин ещё достаточно долго стоял, глядя в сторону ушедшего. Голубые глаза кота сузились в размышлении, слова соплеменника на повторе крутились в голове. Но не похоже, что ты ненавидишь его. Нет, совсем не похоже. Ястреб точно не испытывал ненависти к Коршуну. Он просто не знал, как к нему подобраться, потому что что-то в отце не давало ему покоя.