Подвал №13

Установив камеру перед собой на книжной полке, Алиса последний раз взглянула в зеркало, поправив выбившиеся из прически прядки волос. Нажав на кнопку записи, она опустилась на кровать и слегка улыбнулась. «Привет! Сегодня 12 июня, и я, Оз, сестренка Шерон и безмозглая водоросль собрались на речку. Сама я ума не приложу, почему моему слуге взбрендило взять этого оболтуса с собой, - она замолчала, рассматривая полустертый лак на ногтях ног, прикидывая, сколько всего нужно сделать перед выходом. - Ах, да, наш не по годам развитый Безариус вчера ночью проиграл мне в карты, и теперь до конца лета он - мой персональный слуга. Сестренка как-то не очень радостно рассказывала, что ее не отпустят в такую даль в одиночку, - девушка посмотрела в сторону и подтерла пальцами подтаявший карандаш на глазах, - потому она возможно придет не одна. Мы собираемся остаться на речке до вечера, часов до 10, потому я взяла с собой теплую одежду, – в подтверждение она раскрыла рюкзак, показывая камере его шерстяное и трикотажное содержимое. - Оз пообещал, что выучит побольше страшных историй и расскажет их нам перед пылающим костром. Я уже говорила ему, что если будет скучно, я его покусаю – пусть готовится. Лично я ничего не боюсь, а вот сестренке ближе романтические бредни. Ну, ладно, - она вздохнула, складывая руки на коленях, - я начну собираться – нужно взять с собой побольше сосисок. Пока!» Алиса помахала камере ручкой и нажала на стоп. В детстве она вела письменные дневники, но с приходом в ее жизнь одного из шедевров Джеймса Кэмерона (1), в ней разгорелась страсть к видеодневникам. Но его девушка вела лишь пару раз в неделю. Чаще, лишь когда события были невероятно красочными и сменялись, словно в калейдоскопе, когда было, что сказать черному объективу и маленькой красной лампочке. Она не сошла с ума, и не мается дурью, просто думает, что весело будет пересмотреть свои дневники, когда вырастет. Проследовав на кухню, она вынула из морозилки пакет толстеньких сосисочек и нежно завернула его в десяток полиэтиленовых пакетов. Вернувшись в комнату, она встала перед зеркалом. Стянув через голову цветастую майку, начала рассматривать уже в двенадцатый раз свой новый купальник, а заодно проверять, не подросла ли грудь за прошедшие полчаса. Несколько раз переодевшись, она взяла в руки верный дневник и включила компьютер. Пойдя через множество различных папок с самыми странными названиями, она наконец открыла свою святыню. Более полусотни роликов с прошлого года пестрели разнообразием скриншотов. Алиса снимала не только себя, но и школьные поездки, субботники, соревнования. Только вот на речку девушка камеру нести не хотела – утопит еще случайно. Пока она медитировала, пересматривая все записи, по квартире прокатились громкие трели входного звонка. Быстро выключив технику на аварийную кнопку, Алиса подхватила рюкзак, пакет с сосисками и бросилась к двери. Друзья решили не ждать Шерон, ибо она предупредила за ранее, что придет сразу на речку. Немного потрясшись в автобусе, они побрели к неширокой речушке. По пути нужно было пройти через редкий лесок и скатиться с каменистой горки. Молча идти было скучно, потому Оз первым завел разговор: - А, Алиса, где твоя камера? - Дома оставила, - односложно бросила девушка, возглавлявшая троицу. - Оно и правильно, в твоих жирных после сосисок ручонках она долго не пролежит, - бесстрастно сказал Гилберт, задрав голову к небу. - Слушай, водоросль ходячая, я тебе советую не начинать, - для верности Алиса пригрозила ему кулаком, но парень словно и не замечал. - Да ладно вам, ребята, хоть сегодня побудьте друзьями. Притом, что Шерон не одна придет, - печально вздыхая, произнес Безариус. – Не красиво перед незнакомым человеком получится. - Ничего страшного, - махнула рукой девушка, - будет выступать, я на него кошку бродячую кину. - Какую еще кошку? – спокойно вопросил брюнет. - Вон ту! – Алиса, резко повернувшись, указала Найтрею под ноги. Эффект был не так ярок, как в прошлый раз, но Гилберта передернуло от неожиданности. После такой неудачной попытки разговорить друзей, Оз шел очень тихо, изредка шипя, когда наступал на острый камешек голой ступней. Общее напряжение спало, когда на горизонте показалась мерцающая солнечными переливами водная гладь. Ребята прибавили шаг, Алисе уже не терпелось скорее окунуться в прохладу речной воды. После дождя прошло достаточно времени, и мутная жижа вновь сделалась совершенно прозрачной. Девушка заворожено глядела на каменистое дно, по которому прокатывались пучки изумрудных водорослей да прошмыгивали мелкие рыбешки. Недалеко находился высокий камень. С его плоской вершины любили сигать детишки, а вот взрослые грозились отбить себе что-либо, спрыгнув с него. Еще дальше, у скалы лежала пара громадных камней. Алиса не знала, что это были за камни, но их пористость позволяла спокойно разгуливать по ним, без страха неожиданно поскользнуться. На них и решено было расположиться. Пока парни отправились раскладываться, заодно избавив девушку от груза рюкзака и пакета, брюнетка решила сплавать на противоположный берег – к камышам. Там, где начиналась растительность можно было принимать настоящие грязевые ванны, ну, или закидывать глиной проплывающих, по настроению. Там, в старой водопроводной трубе, не использующейся с 90-ых годов, находился сквозной проход через холм. Дальше пешком через родник и можно выйти к старому карьеру. На его берегах произрастали самые странные растения. Их красные, желтые и фиолетовые листья касались багровой на закате воды. На дне карьера – залежи красного песчаника, хотя Алиса в детстве думала, что по дну рассыпано множество рубинов, из-за них вода и алеет. В обход холма дорога до озера длиннее раз в пять, да и по лесу придется прилично поплутать. А лес тот защищен давней легендой, мол, люди, заходящие в него, уже не могут найти дороги назад. Оттого на озеро то только детишки маленькие и ходят. Сейчас Алиса даже не могла и прикинуть, сможет ли она туда дойти. Пролезет ли ее пятнадцатилетняя туша в узкую трубу. Течение усилилось. Струи холодной воды несли Алису все дальше от стоянки. Вовремя спохватившись, она подплыла ближе к берегу. Камышовые заросли постепенно отдалялись, их тихий шепот на легком ветерке совсем смолк. Алиса перевернулась на спину, глядя в лазурное небо. И ни облачка. Только в голове гремел тяжелый гром. Она заметила, что голоса у стоянки усилились, к голосам парней добавился тоненький перелив. Шерон, облаченная в легкое лиловое платье, сдержанно улыбалась, представляя парням стоящего поодаль мужчину, державшего на плече большую тканевую сумку, усыпанную огромными южными цветами. Со спины сопровождающий мисс Рейнсворт смотрелся довольно-таки внушительно. Единственное, что она приметила про себя – зря он одел белые бриджи, ибо с этого пляжа даже хаки более-менее чистым не уходит... Подумав, что плавать, пока остальные разгребают сумки, некрасиво, Алиса еще «пару минуточек» решила поболтаться в воде и выходить. Ее уже звали друзья, размахивая руками. Девушка помахала им в ответ, мол, скоро приду. Мелкая галька на дне реки приятно проскальзывала между пальцами ног. Вода огибала тело встречными несильными потоками. Алиса расслабилась, прикрыла веки, забывая о рутинном наблюдении за плоским голубым квадратом неба. Камыши зашуршали. Алисе вспомнилась давняя страшилка, которую она услышала еще в детстве. Точнее, ее звали гордым словом «легенда». Да только все в ней было, как и в обыкновенных страшилках. Сидит себе чудовище в камышах у речки да маленьких детей ворует (видимо, ее рассказывали, чтобы дети не заплывали слишком далеко или не ходили на речку в одиночку). Такими историями только малышей пугать. Камыши зашуршали вновь. Настойчиво, явно не от легкого сквознячка. Что-то коснулось алисиного бедра, оплетая его кольцом. Девушка резко распахнула глаза, всплеснув руками по воде. Мохнатая дрянь все сильнее сжимала ее ногу. В попытках отцепить ее от себя, брюнетка не раз уходила с головой под воду. Существо словно разрасталось; от одного прикосновения к цепким ворсинкам коробило. Алиса снова вдохнула воду и начала просто барахтаться, пытаясь откашляться от помутневшей, вследствие ее интенсивных движений, жижи. В один миг все остановилось. Легкие сковала давящая боль, даже своих рук девушка не видела сквозь поднявшийся со дна ил. Пару секунд она безвольно глядела на черную дрянь, оплетавшую ее ногу. После, ее резко выбросило на поверхность. Холодная вода прокатилась по трахее в носоглотку и брызнула изо рта и ноздрей. Голова смертно кружилась, в горле словно кошки скреблись, не давая оборваться удушающему кашлю. Только сладкий привкус на губах как-то странно разбавлял картину. Словно едкое розовое пятно на мутном сером фоне. Только Алиса приоткрыла глаза, как ее взору предстало темно-зеленое мохнатое чудовище – пучок речных водорослей. Она дрожащей рукой отмахнулась от него и замерла, взглянув на своего спасителя. Он ехидно ухмылялся, запустив пальцы в мокрые пепельно-белые волосы. Нечто жуткое почудилось Алисе в этой натянутой улыбке, что все ее существо словно сжалось изнутри, но наваждение спало, только ее уши, забитые мутной водой, вновь начали слышать окружающие звуки. Тут же Шерон обернула ее широким полотенцем. Она с улыбкой поблагодарила Брейка, и сразу же изменилась в лице, начиная уговаривать Алису бросить этот чертов пикник, и сходить к врачу. Девушка отмахивалась от любых мыслей о белых стерильных палатах городской поликлиники. Она раз за разом вгрызалась взглядом в стебли камышей, мирно покачивающихся на ветру. Трясясь, Алиса дошла до остановки, с головой закутавшись в мягкое алое полотенце. Легкий ветерок обдавал оголенную кожу потоками, казавшегося одной лишь ей ледяным, воздуха. Шерон заботливо поглаживала ее по голове, отпаивая горячим чаем из термоса. Алисе все казалось, что где-то далеко гремит гром, не предвещая ничего хорошего. Уже ближе к вечеру, когда хворост для костра был собран, пакет сосисок вытащен из речки – который положили туда для сохранности – а Алиса вновь стала вести себя по-прежнему мерзко, все приготовились слушать выученные Озом истории. Шерон, так и не зашедшая за весь день в речку дальше чем по колено, расстелила на камне полотенце и попивала любимый черный чай. В легком лиловом платьице ей стало прохладно, и она накинула на плечи серую шаль, выуженную из холщевой сумки. Рядом с ней, опершись спиной о скалу и нацепив шляпку своей подопечной, сидел Брейк, языком гоняя во рту конфетку от одной щеки к другой. Ближе к огню, на старом обломке дерева, частенько пихая друг друга локтями, расположились Гилберт и Алиса, спаливая в жарком пламени кусочки белоснежного зефира и детские сардельки. Оз встал у самого края камня, прокашлялся, привлекая всеобщее внимание, и начал вещать: - Было это давно. Одна молодая семья с ребенком пыталась найти в городе, в который переводили работать мужа, жилье. Разные квартиры им попадались. Но вот они нашли идеальный дом. И соседи тихие, и просторно в ней, и комнат достаточно. Но сказал им риелтор, что наложено на эту квартиру проклятие... - И имя тому проклятию – ипотека. - Брейк! – одернула его Шерон, - Дай Озу нормально рассказать. - А, по-моему, смешно, - облизывая пальцы, проговорила Алиса. - Польщен, - расплываясь в улыбке, ответил Зарксис. - Итак, - вновь начал Безариус вещать, - наложено было на нее проклятие. Но семье так приглянулась эта квартира, что они решили остаться в ней. Въехали, распаковались, устроили все как надо. Все комнаты проверили, кроме чулана. Он был закрыт, а риелтор им ключа не дал, - он прочистил горло, заодно определяя общий процент заинтересованности в рассказе. - Поздно уже было, решила семья, что завтра ему позвонит и спросит про чулан. Легли спать. Уже темень стояла за окном, и не слышно не было ни звука, только скребся кто-то в коридоре. Родители думали дочка еще спать не легла. Мать пошла ее укладывать. Смотрит – а она спит себе преспокойненько. Оборачивается, - он понизил голос, - и тут... - На нее прыгает бабайка! - Брейк! – девушка с укором взглянула на мужчину. - Все, молчу, - сдался он, примирительно подняв руку, и принялся за очередную конфету. - Так вот... Она поворачивается, а на нее из под копны спутанных волос смотрят два глаза, черных как смола. Схватило оно ее за горло, шипит, обвиняет, что это она его убила. Тут муж сзади чудовище стулом ударил, оно упало и растворилось. Утром они позвонили риелтору, а тот им рассказал, мол, в чулане том девушка повесилась, - блондин отвлекся на широко зевнувшую Алису, которая раз за разом сонно клала голову на плечо Найтрею, но тот без конца стряхивал ее с себя, презрительно фыркая. – Вот, когда пришли ее оттуда снимать, он заперт оказался и никто не знал где ключ искать. Посоветовал он им съехать... - А монтировкой? – внезапно вопросила Алиса. – Бензопилой? Да просто дверь чем-нибудь вынести? - Не знаю, - отмахнулся Оз. – Там так написано было. Так вот, посоветовал съехать... - Заглохни, парень, это провал, - меланхолично произнес альбинос, пожевывая палочку от леденца. - Я надеялась страшилку послушать, - пробурчала Алиса, - а не сказку на ночь. - Тогда ты сам расскажи, Брейк, - Шерон горделиво улыбнулась, надеясь задеть его, но ни тут-то было. Не вставая с места, а лишь сильнее натянув на глаза дамскую шляпку, Брейк завел руки за голову и взглянул на звездное небо, прячущееся за листвой раскидистого дерева: - Недалеко от железной дороги, если идти прямиком через чащу березовую, через треть часа можно отыскать мост, ведущий в «руинный город». Рассказывают, что улицы там, словно бомбежку пережили, но война туда с самого основания не ступала. От зданий тамошних только каркасы железные пооставались. По гравийным дорогам ходить нужно осторожно, гвозди и битое стекло любую подошву пробивают. Если идти по главной дороге мимо заброшенных магазинчиков, разобранных складов да контор всевозможных, можно увидать тамошнюю гостиницу. Заметно, как далеко от нее расположены жилые кварталы, только дома из сферы услуг ее обступают. Стоит она, если ориентироваться по примерной карте, прямо в центре размытого креста городских построек. Названия у той гостиницы нет, да и не особо приглядна она, но есть в ней нечто странное. Номера комнат в ней начинаются с единицы и заканчиваются тридцаткой. Только вот номеров 30, а дверей всего 29. Комнаты №13 словно и не существовало никогда. Ни ключа от нее не нашли, ни ее саму. Хотя, кое-кто все же нашел. Один из исследователей вместе с маленькой дочкой приехали на исследование Безымянного, как его условно звали. Девочке семь лет от роду. Для нее это - чистой воды приключение. Отец отпустил ее до обеда поиграть. Да только ни в обед, ни вечером девочка не вернулась. Отправились исследователи прочесывать гостиницу всей группой. А девочку все не найдут. Далеко за полночь было, когда молодой парень где-то услышал тихий плач. Ходили они кругами, да все казалось им, что плач из-под земли идет. Пол – доски на голом фундаменте, ни подвала, ни пролези. Тогда смутила их стена в дальнем коридоре. Везде разруха, а на стене той картина нетронутая висит. Холст – белоснежный, только серые очертания расплывчатые на нем. Стену сломали, а за стеной девочку увидали. Стоит плачет. Отец к ней – а она отбивается, кричит. Так никто и не понял, как она за стену попала, может, пробралась через один из номеров. Всем тогда не по себе стало. На утро же покинули они тот город. Да только с девочкой что-то странное начало происходить. С того момента, только видела она собаку – сразу же в истерику бросалась. А психиатр, к которому ее отвела безутешная мать, сказал, что девочка без конца лепетала о белой двери и тайном знании, которое откроется вслед за дверью. Тогда и сделали вывод, что девочка нашла ту самую комнату с числом 13. Много кто вновь возвращался в тот город, в Безымянную гостиницу, но не нашли даже обломков старой стены. Все было как прежде. Комнату никто так и не смог найти. С минуту все сидели молча. Алиса представляла, как она маленькой девочкой вприпрыжку бежит по длинному темному коридору и внезапно видит перед собой белую дверь. На двери той черной краской криво вырисованы цифры 1 и 3. Она тянет за ручку и перед ней открывается тайное знание... Какое? Очнулась она, почувствовав, как явно запахло подгоревшим зефиром. Гилберт рядом с ней палил в огне сардельки, уставившись немигающим взглядом на пламя. Шерон сжимала в руках остывший чай. Оз забыл обиду, с приоткрытым ртом уставившись на мужчину. - Да врешь ты все! – скептически бросила Алиса, счищая с шампура черный липкий зефир. - А ты жаждешь проверить? – он приподнял шляпу, без тени насмешки глядя на брюнетку. Алису передернуло: - И зачем мне это? - А, - Брейк махнул на нее рукой, отворачиваясь, - ты у нас, значит, трусливый кролик. - Кто тут кролик?! – она направила на альбиноса шампур, верно вообразив на его месте шпагу. - Так давай сходим. - Этот город существует? – удивленно выпучил глаза Оз. - Ну, да, - бросил Зарксис, вставая, и направляясь к пакету с зефиром. – Стал бы я вам рассказывать, если б его не было. - Ладно! – раздраженно рявкнула Алиса, опуская оружие. – Завтра же и пойдем, - ее глаза горели искрой азарта, она докажет этому показушнику, что нет никакого города. - Может, не стоит? – подала голос Шерон. - Почему нет? Отличное летнее приключение... Будет, что вспомнить, - понизив тон, добавил он. _________________________________________ 1 - если кто помнит, в фильме "Аватар" главного героя заставляли вести видеодневник.