МакКошка
18 сентября 2017 г., 19:45
Северус едва перевёл дух. Выполнить поручение свихнувшегося Риддла оказалось совсем не просто: в чёртовом подвале Хогвартса доктор наткнулся на злую, как суку, суку английского бульдога со щенками. С трудом выманив злобную псину, Северус смог проверить тайник под ковриком, но так и не обнаружил нужную Риддлу вещь. В тот день доктор Снейп ушёл с работы неприлично рано, поэтому не знал о появлении в Хогвартсе беглого Сириуса Блэка. С трудом пристроив свой многострадальный зад, прокушенный собакой, в кресло, доктор Снейп плеснул себе в бокал немного ликёра и вздохнул. Его сокровище было в опасности! Дамблдор вместе с Фламелем изобрели рецепт эффективнейшего лекарства от сифилиса, которое было так необходимо Тёмному Лорду! Но Северус не мог сдать Риддла своему начальнику, поскольку рисковал остаться без своей уникальной коллекции комиксов. Неприятная ситуация, чего уж там…
Едва Северус пригубил свой «Бейлис», в дверь постучали. Обречённо вздохнув, доктор Снейп плотнее закутался в чёрный домашний халат, надетый поверх пижамы, и, прихрамывая на левую ногу, поковылял к двери. Он не боялся визита Риддла — тот, как правило, предпочитал более театральные появления из окон или камина. Не глядя в глазок, Северус открыл дверь и застыл как вкопанный: на пороге, улыбаясь совершенно очаровательными улыбками, стояли Нарцисса Малфой и Андромеда Тонкс.
— Ну здравствуй, Северус! — бесцеремонно оттолкнув хозяина локтем и на ходу бросив ему свой дорогущий, пахнущий дорогими духами, плащ, в жилище доктора Снейпа ворвалась Нарцисса и уютно устроилась в хозяйском кресле, положив ногу на ногу.
— Чем обязан? — хмуро полюбопытствовал Северус, принимая у улыбающейся Андромеды её пальто.
— Речь пойдёт о наших детях, Северус, — заговорила Андромеда. Её низкий грудной голос в любой другой ситуации доктор Снейп счёл бы приятным, но сейчас ничего хорошего предстоящий разговор не сулил.
— Я не имею ни малейшего понятия о том, где сейчас находятся мистер Малфой и мисс Тонкс, — сообщил Северус, доставая из пыльного буфета ещё два бокала и разливая дамам выпивку. — Не представляю, что вам нужно от меня в сложившейся ситуации?
Его гостьи обменялись заговорщицкими взглядами.
— Мой супруг очень лестно отзывался о тебе, Северус, — Нарцисса, поиграв с бокалом, сделала небольшой глоточек и поморщилась. — Позвольте напомнить, что наш Драко находился под вашей ответственностью на момент похищения…
— Я не имею никакого отношения к Беллатрикс и похищению детей! — Северус громко брякнул бокалом о стол.
— Допустим, — примирительно кивнула Нарцисса. — Но Альбус Дамблдор получил записку, в которой упоминалась служба Драко Тёмному Лорду. Ты ведь понимаешь, что мы с Люциусом не можем допустить подобного? Наследник династии Малфоев не может быть преступником!
— Моя единственная дочь сейчас в плену у моей сумасшедшей сестрички, и я даже примерно не знаю, какая участь уготована ей, — Андромеда бросила на Снейпа взгляд из-под тяжёлых век, на мгновенье став ещё более похожей на Беллатрикс. — Я знаю, что вы, как и Лестрейнджи, вхожи в круг знакомых Тома Риддла, поэтому вынуждена просить вас о помощи.
Северус залпом осушил бокал приторного напитка. Нарцисса и Андромеда вновь переглянулись. Миссис Малфой медленно поднялась со своего места и обошла стол, приближаясь к Северусу:
— Мистер Снейп, вы поможете нам вернуть Драко и Нимфадору домой?
— Я постараюсь сделать всё от меня зависящее, — пробормотал Северус. — Я чувствую свою ответственность за пациентов Хогвартса, даже за тех, кто давно покинул стены лечебницы.
— Чудно! — улыбнулась Нарцисса и приблизилась к стоящему в углу книжному шкафу. Её наманикюренные пальцы легко пробежались по стоящим на полке книгам и извлекли одну из них. — Ты готов поклясться нам?
Северус скользнул равнодушным взглядом по Библии в руках Нарциссы и отрицательно мотнул головой:
— Для этого мне потребуется другая священная книга!
Нарцисса и Андромеда выглядели ошарашенными.
— Когда мистер Снейп успел принять ислам? — шёпотом спросила Андромеда у вернувшейся на место Нарциссы. Та неопределённо пожала плечами и вновь отпила ликёра.
Не обращая внимания на шепчущихся женщин, Северус подошёл к книжной полке и извлёк оттуда старый потрёпанный томик комиксов с изображением Бэтмена. Доктор Снейп положил книгу на стол перед изумлёнными женщинами, поднял правую руку в воздух, а левую положил поверх выцветшей обложки комикса.
— Я клянусь, что помогу Драко и Нимфадоре вернуться!
***
Минерва Макгонагалл, крадучись, подошла к девятой палате. Она видела, как Гарри Поттер ушёл в компании доктора Дамблдора, и знала, что Рон Уизли проходит трудотерапию на внутреннем дворе, а Фред Уизли в столовой ругается с Ником за лишнюю порцию пудинга. Ничто не мешало ей заняться лечением своего самого проблемного пациента — Питера Петигрю. Единственный компонент её терапии — рыжий кот Пирр — довольно урчал в её руках. Не утруждая себя стуком в дверь, Минерва вошла в палату. Мальчик-крыса спал, свернувшись калачиком на кровати Рона Уизли. Дверь захлопнулась за спиной доктора Макгонагалл, заставив его проснуться. Сонно потирая глаза, Питер сел в кровати и обратил внимание на вошедших. По мере осознания происходящего, его лицо приобретало всё более испуганное выражение. — Я слышала, что в гостиной Гриффиндора завелись крысы, — сказала Макгонагалл, опуская Пирра на пол. — Если разберёшься с ними, получишь миску вкуснейших сливочек! Пирр неопределённо мяукнул и, обнюхав ковёр, подошёл к кровати, на которой замер побледневший от страха ребёнок. — Ну же, котик, крыса прямо под твоим носом, не медли! Пирр, с которым Джейн общалась преимущественно на ломаном греческом, английскую речь воспринимал плохо, поэтому лишь с утробным урчанием потёрся о ноги Питера и попытался запрыгнуть к нему на колени. Мальчик взвизгнул, стряхивая с себя животное. Пирр выгнулся дугой и зашипел. Питер незамедлительно швырнул в кота подушкой. Не ожидавший такого подвоха кот рыжим смерчем бросился прочь из комнаты, едва не сбив с ног растерянную Макгонагалл. — Бесполезный кусок шерсти! — возмутилась женщина. — Всё приходится делать самой! Минерва сделала несколько шагов к мальчику, угрожающе протягивая к нему руки с заострёнными длинными ногтями. — Хорошая крыса! — К-какая к-к-крыса? — залепетал Питер, сползая с кровати и отступая вглубь комнаты. — Как это какая? Ты — крыса! — улыбнулась Минерва. — Я н-не крыса! — запротестовал мальчик, пятясь к окну. — Я мальчик! Питер Петигрю! — Почему? Ты — крыса, а я — кошка! — вошла в раж Минерва. — И я тебя съем! — Пошла прочь, блохастая! Брысь! — завопил Питер, набросив на профессора покрывало и опрометью бросившись из комнаты. — Помогите! Помощь подоспела в лице Хагрида. Минерва была ловко скручена и доставлена к мадам Помфри, а Питер вернулся в спальню дожидаться друзей.***
Гарри Поттер смотрел в окно, глядя, как его лучший друг подметает внутренний двор Хогвартса в компании Кребба и Гойла. Как объяснили Гарри, Рон Уизли схлопотал отработку за свою несостоявшуюся драку с Малфоем. Гарри сочувствовал приятелю. После вылазки в Хогсмид у него обострился страх улицы. — Гарри? Почему ты не ужинал? — раздался за спиной у Поттера знакомый, чуть дребезжащий голос директора. — Здравствуйте, профессор Дамблдор! Я не голоден. — Как насчёт чая с лимонными дольками? — подмигнул Гарри директор. — Нет, спасибо. — Мальчик мой, — не сдавался Дамблдор, — я хочу тебя кое с кем познакомить… Ты ведь умеешь хранить тайны? Гарри, подумав, кивнул. — Идём за мной, — позвал директор, эффектно взмахнув полами своей расшитой звёздами мантии. Тесные коридоры Хогвартса вывели Гарри и директора к больничному крылу — владениям мадам Помфри на первом этаже. Дамблдор открыл дверь и предложил Гарри войти первым. Мальчик прошёл в просторную комнату, отдалённо напоминающую их с Роном и Форджем спальню. Основным отличием были странные ремни на каждой кровати, одним своим видом заставившие Гарри поёжиться. Мадам Помфри, прибежавшая из смежной комнаты, увидев профессора Дамблдора, удалилась обратно, приказав не задерживаться с визитом и не утомлять её пациента. Только тут Гарри обратил внимание, что одна из четырёх кроватей занята. Самая дальняя, находящаяся возле сестринской подсобки. Именно к ней Дамблдор повёл Гарри. Увидев того, ради кого они сюда явились, Гарри вскрикнул и хотел убежать, но цепкие пальцы Дамблдора впились ему в плечи, заставив остаться на месте. На больничной койке, провисающей пружинами почти до пола, свернувшись клубочком, дремал Сириус Блэк. От вопля Гарри он тут же проснулся и заворочался на кровати. Его тесная рубашка и ремни здорово мешали двигаться. Оглядев мутным взглядом палату, Сириус увидел Гарри Поттера и изменился в лице. — Джеймс?.. — прошептал он, глядя на мальчика. — Нет, Сириус, — мягко ответил больному Дамблдор, — это его сын — Гарри, твой крестник! — Не может быть… — Сириус неверяще глядел на стоящую перед ним миниатюрную копию своего лучшего друга, зверски убитого одиннадцать лет назад. — Может, Сириус. Гарри — единственный Поттер, который смог выжить в ту роковую ночь. — Вы назвали Сириуса Блэка моим крёстным?! — Гарри обернулся на Дамблдора. Тот подмигнул ему из-под очков-половинок. — Гарри… — пробормотал Сириус. — Неужели это правда ты? — Ну я, — чувствуя себя глупо, подтвердил Гарри. — А вы действительно Сириус Блэк? Сириус лающе рассмеялся и закашлялся. Из-за двери показалась недовольная мадам Помфри, но тут же скрылась обратно. — Ты так похож на отца, Гарри, — сказал Сириус, переведя дух. — только твои глаза… — Мамины. Я знаю. — Её, — согласился Сириус. — Знаешь, Гарри, я был паршивым крёстным, но очень хочу исправиться. Я считал, что все Поттеры погибли! Твой отец был моим лучшим другом, Гарри, мне было непросто смириться с потерей. — Я не помню родителей, — пожал плечами Поттер. — Хочешь, я расскажу тебе о них? — оживился Сириус, пытаясь сесть в кровати, но ремни надёжно удерживали его в лежачем положении. — Может, в другой раз? — вымученно улыбнулся Гарри, мечтая скорее покинуть пропахшую лекарствами палату. — Сириус, я полагаю, когда ты исцелишься от последствий длительного общения с дементорами, Гарри сможет составить тебе компанию на Рождество, как ты на это смотришь? «Отрицательно!» — подумал Гарри, скрестив в кармане пальцы. Сириус просиял: — Если бы у меня был хвост, я бы непременно им замахал! — Но сейчас хвоста нет? — с нажимом спросил Дамблдор. — Так точно, док, — ответил Сириус. Альбус нахмурился и поспешил прервать затянувшуюся беседу. — Нам пора идти. Сириус погрустнел, но кивнул. — Конечно, идите. Ты будешь навещать меня, Гарри? — Ага, — буркнул Поттер. Дамблдор ослабил хватку, и Гарри незамедлительно двинулся к выходу. — Выздоравливайте, крёстный! В этот момент в больничное крыло вошёл Хагрид, держащий на руках отчаянно шипящую и царапающуюся женщину. — Профессор Макгонагалл? — удивился Гарри, глядя, как Хагрид, мадам Помфри и профессор Дамблдор пристёгивают её ремнями к пустующей кровати. — Стар-р-рая кошка! — зарычал Сириус, дёрнувшись в постели. — Р-р-разорвать! — Крёстный! — позвал его встревоженный Поттер. Лицо Блэка прояснилось. — Ничего так колбасит старую кошку, — пробормотал Сириус, наблюдая за происходящим, — без «Поцелуя Дементора» не успокоят! — Мистер Блэк, если вы сиюминутно не замолчите, то он и вас поцелует! — мадам Помфри ловко набрала лекарство в шприц и поставила укол Минерве. Дамблдор, шепнув что-то ей на ухо, направился к Поттеру. — Гарри, профессору не здоровится, пошли отсюда, чтобы не мешать. — Ага, небось кошки покусали! — хрипло хохотнул Блэк. — Как бы ещё и от собаки не досталось! — Мистер Блэк, я предупреждала! — Да какое мне дело до старой кошки! Главное, мой крестник жив… — успел пробормотать Сириус, прежде чем укол мадам Помфри отправил его в царство Морфея.***
Тем временем в спальне пуффендуйцев было непривычно шумно — новый постоялец размещал свои многочисленные вещи. Их было столько, что они заняли всё свободное пространство, потеснив к двери пожитки Невилла и Седрика и выселив плотоядное растение на прикроватную тумбочку. Сами Лонгботтом и Диггори обменивались озадаченными взглядами, стоя на пороге. Их новый сосед, мужчина лет тридцати, напевая что-то себе под нос, пытался втиснуть в забитый под завязку шкаф ворох вычурных нарядов и абсолютно не обращал на них внимания, занятый своим гардеробом. На стульчике за письменным столом сидела мадам Спраут и что-то увлечённо записывала в свой блокнот. — Извините, вы кто? — привлёк к себе внимание Седрик, когда деликатное покашливание Невилла осталось без внимания. Мужчина от неожиданности уронил на ногу свой чемодан и, смачно ругнувшись, наконец-то посмотрел в сторону двери. Его лицо, щедро припудренное и ухоженное, как у женщины, изумлённо вытянулось: — Роберт?! Мужчина, как-то странно глядя на мальчиков, сделал несколько шагов вперёд. Лонгботтом трусливо спрятался за спиной Диггори. — Это Седрик Диггори и Невилл Лонгботтом, — решила внести ясность Помона, отвлекаясь от записей. — Будьте добры оставить им тоже немного пространства в комнате! Мужчина пристально вглядывался в лицо Диггори, отчаянно хмуря лоб, но ему это почти не удавалось, выдавая следы инъекций ботокса. — Не может быть! Этого юношу определённо зовут Роберт! — А кто вы? — повторил вопрос Седрик. — Я? — незнакомец моргнул. — Если честно, не помню. Врачи сказали, что моё имя Гилдерой Локхарт. Зато ваше лицо кажется мне ужасно знакомым! Глядя на вас, я начинаю вспоминать! Гилдерой принялся расхаживать по комнате, шустро обходя многочисленные вещи. — Я вас помню! Определённо видел вас на большом экране! Лес, огромный волк, страшная девушка… Точно! Коллега, мы с вами актёры! Порывисто обняв растерянного Седрика, Гилдерой вернулся к своим вещам. Невилл забрал с тумбочки горшок с растением и неодобрительно покосился на их нового соседа по комнате: — Зато я не узнаю вас! — заявил он Локхарту. — Хотя я смотрю все премьеры! — Молодой человек, я и сам себя в зеркале не узнаю! — добродушно воскликнул Гилдерой. — Кстати, почему в гримёрке нет зеркал? Я отказываюсь работать в таких условиях! — Невилл, вы ещё слишком юны, чтобы знать о творчестве мистера Локхарта, — мадам Спраут закрыла свой блокнот и, с трудом протискиваясь через многочисленное барахло, сваленное на пол, кокетливо обратилась к Гилдерою: — Пройдёмте, я провожу вас к нашему лучшему зеркалу! Странная парочка удалилась. Невилл водрузил цветок на своё законное место, а Седрик присел на свою кровать, пытаясь понять, почему каждый встреченный им человек зовёт его Робертом Паттинсоном?***
После визита гостей Северус решил не злоупотреблять добротой своих коллег и приковылял на ночное дежурство. Он боялся, что исчезновение собаки из подвала свяжут с ним и Риддлом, но, к счастью, щенками заинтересовался Сириус Блэк в своей собачьей ипостаси. Теперь, когда обезболивающее наконец-то подействовало, доктор Снейп устроился в своём кабинете и вынашивал новый план по спасению сокровищ. Раздался короткий стук в дверь, и спустя секунду она приоткрылась. Улыбающийся главврач, привычным движением заправив длинную бороду в карман мантии, украшенной звёздами, обратился к одному из своих лучших специалистов: — Северус, не уделишь мне минуточку? Доктор Снейп спешно спрятал в ящик стола книгу об оккультных ритуалах Шотландии, которую он читал весь прошедший вечер, и жестом пригласил начальника присесть. Альбус тут же удобно устроился в кресле для посетителей, сложив ногу на ногу. — Северус, мальчик мой, в последнее время меня крайне беспокоит состояние доктора Макгонагалл. — Меня тоже, — кивнул Северус. Он знал, что вчера Минерва Макгонагалл была доставлена Хагридом во владения мадам Помфри и сейчас спала под действием одного из её лучших транквилизаторов. — Я чувствую себя виноватым в случившемся, — покачал головой Альбус. — Её тяга к валерьянке должна была меня насторожить! — Мы все в какой-то мере виноваты, — Северус сцепил пальцы в замок, напряжённо вглядываясь в лицо главврача, словно пытаясь прочесть его мысли. — Что вы намерены делать? — Я намерен поручить наблюдение за Минервой и её подопечными вам! — лучезарно улыбнулся Альбус. — Не нужно так на меня смотреть, Северус! Все её пациенты почти здоровы. Минни пожертвовала собственным душевным здоровьем ради Питера Петигрю! От вас требуется самая малость: присмотреть за Поттером и младшим Уизли. За Фредом я прослежу сам! — Как скажете, — буркнул Северус, и довольный Дамблдор поспешил откланяться. Если несколько минут назад доктор Снейп сомневался в целесообразности проведения ритуала, то слова главврача лишь упрочили его желание радикально решить свалившиеся на его голову проблемы.
