Yours sincerely, Т.

Когда кто-то западает нам в душу, он остается там навсегда… Гийом Мюссо

      Стояла глубокая ночь. Мы с Джошем лежали на нашей общей кровати, обнявшись, и парень, уткнувшись носом в мои волосы, мирно спал. Я же, напротив, мучилась бессонницей, ворочаясь и ерзая. Рука парня лежала на моем боку, и сам он был рядом, но не в плотную от меня, а на небольшом расстоянии, боясь нарушить ту грань, тот барьер, что все еще был между нами.       Когда я переехала к нему, мы как-то сразу решили, что будем спать вместе: так вышло, я просто уснула в его постели при просмотре очередной серии сериала «Как я встретил вашу маму», который мы оба очень любили. После этого случая я уже никуда не перебиралась. Все было как-то само собой, все шло своим чередом, но в то же время было жутко неловко, будто бы мы сами ставили себя в определенные обстоятельства, которые заставляли нас идти к чему-то большему.       Между нами на самом деле почти ничего не было, кроме поцелуев, и нам обоим было ужасно стыдно перейти эту линию, преодолеть эти рамки. Возможно, Джош не был готов к этому, или возможно, он просто настолько тонко чувствовал меня, понимая, что больше не готова я, чем он, за что я была несказанно ему благодарна, если это было правдой, поэтому пока все стояло где-то между… То ли отношения, то ли дружба, то ли что-то еще…       Но я знала одно: он помогал мне, хотел поддержать во всем, что бы не взбрело мне в голову и тем самым вытащить меня из ямы, в которую я попала…       Мы обсуждали все на свете, но главное, чаще всего мы говорили о том, что будет дальше. Я металась, не понимая, как мне быть и что мне делать. Я должна была скоро стать матерью, я — недавняя школьница, сама почти ребенок, должна была родить своего собственного ребенка, и на фоне всего этого, всех этих страхов, переживаний, ужасов предстоящей жизни, которые рисовались мне в жутких красках, — бессонные ночи, подгузники, пеленки, молокоотсосы, отвратительное настроение, потасканный внешний вид, отсюда нервы, седина и раннее старение, — я носилась из крайности в крайность. В какой-то момент я даже хотела отдать ребенка в чужую семью, понимая, что не справлюсь с воспитанием, но тут Джош просто взбесился и сказал, что настоящие христиане так не поступают, что это мой ребенок, и он нуждается только в родной матери. В тот день мы сильно поругались, и я неуверенно согласилась, проревела пол вечера, но сдалась. В итоге мы, конечно, помирились, и вот снова лежали в одной постели, обнявшись. Только Джош спал, а я нет, нервно ерзая.       Я не знала, сколько прошло времени в моих внутренних терзаниях, но все же мои глаза начали слипаться. Я почувствовала усталость, пригрелась и погрузилась во что-то, отдаленно напоминающее тревожный, беспокойный сон…       Это был предпоследний школьный год, лето перед выпускным классом. Каникулы только-только начались, и мы, соблюдая лучшие школьные традиции, отправились в поход. Нас было человек пятнадцать. Да, целая толпа веселой беззаботной молодежи. — Зря я согласилась на эту твою дурацкую затею, — ворчала я, таща свой огромный, набитый доверху рюкзак, и бросала раздраженные взгляды в сторону Тайлера, который бодро шагал рядом, когда мы всей компанией пробирались сквозь заросли в сторону того места, где должны были разбить лагерь. — Вечно ведусь… — Да брось, кис-кис, будет весело, — отмахнулся от меня парень.       На самом деле, стояла прекрасная погода. Солнце, утомленное летней жарой, опускалось в горизонту, и мы уже битый час тащились по лесу в поисках удобной для остановки поляны. Я устала, вспотела, меня бесило абсолютно всё, что происходило вокруг, и все, кто находился рядом. — Чего тут веселого… — пробубнила я, пыхтя и вытирая тыльной стороной ладони пот со лба, который уже вовсю заливал мне глаза. — Не бурчи, Лив, — отрезал Тайлер. — Сколько можно было киснуть дома? — Вот и шел бы один, — бросила я. — Зачем меня-то было тащить? — я остановилась, отдуваясь, и поправила лямки своего рюкзака, потому что мне начало казаться, что еще несколько шагов, и я просто рухну от его тяжести. — Мог бы и помочь… — Донесешь, — хмыкнул парень. — Ну и пожалуйста… — фыркнула я, прибавляя ходу и присоединяясь к группке девчонок из класса по литературе. Мне не было с ними круто или интересно, вовсе нет, я просто сделала так, чтобы не идти рядом с Таем, настолько он меня напрягал в ту минуту.       Пока мы шли, я почти все время мысленно корила себя за то, что я такая слабохарактерная. Сколько раз я обещала себе не ввязываться в авантюры, которые выдумывал Тайлер… А их он, поверьте, выдумал много… Так вот каждый раз после очередной шалости я клялась себе, что этого больше не повторится, но как по мановению волшебной палочки, и так было всегда, я вновь подчинялась его воле, делая так, как хотел он: будь то прогул уроков или лазанье по деревьям, с которых я обязательно падала и разбивала себе колени, нос, локти да все, что угодно, или фокус с подкладыванием училке по биологии дохлых жуков на стол или сумочку, или распитие коллекционного отцовского бренди и раскуривание его же кубинских сигар, что лежали в ящике стола… В общем, все эти выдумки всегда заканчивались для меня плачевно — вызовом родителей в школу или домашними арестами, но это никак не меняло ситуации, в очередной раз я шла за ним, подчиняясь.       Он, что, черт возьми, волшебник или гипнотизер? Тогда я еще ни фига не понимала. Не понимала того, что за ним я иду не просто так…

…I need somebody to heal Somebody to know Somebody to have Somebody to hold It's easy to say But it's never the same I guess I kinda liked the way you numbed all the pain… Lewis Capaldi — Someone You Loved.

      Так вот, за день до того, как нам отправиться в этот злосчастный поход, Тайлер, сидя в моей комнате на кровати и сложив ноги по-турецки, заговорщически говорил, вручая мне небольшой лазерный фонарик, ну такой, который оставляет проекцию там, куда бы его не направили: — Вот, держи, — он сунул мне его в руку и сжал его пальцами в моем кулаке. — Что бы ни случилось, держи его при себе, поняла? — я, закатив глаза, кивнула, а он добавил. — У меня будет такой же, и, если вдруг, ты вздумаешь потеряться, я всегда тебя найду, когда ты направишь луч в небо. Его все равно будет видно, даже в темноте…       И вот, тащась по лесу, я на всякий случай, проверила свой карман, в который положила фонарик утром: он был на месте, и мне почему-то стало немного спокойнее, даже несмотря на то, что вся эта ситуация меня напрягала.       Наконец, спустя еще некоторое время, те ребята, что шли впереди, подали нам знак, что место все-таки нашлось, и мы можем располагаться. Облегченно выдохнув, я скинула рюкзак с плеч… Да неужели?       Вечер незаметно спускался на наш лагерь, сумерки окутывали все вокруг, становилось прохладнее, легче дышалось, и, казалось, жизнь потихоньку идет на лад. Палатки были поставлены, легкое потрескивание веток в костре, что парни развели в самом центре, несказанно успокаивало. Мы с девочками сидели возле огня, и пламя ласкало кожу, вырисовывая на ней всевозможные узоры. Костер бросал на палатки и деревья вокруг причудливые блики. Я отвлеклась, и уже почти простила Тайлера за то, что он вытащил меня из дома на эту прогулку, и даже, в какой-то степени была ему благодарна.       Часы шли незаметно за болтовней, распитием пива, играми и прочей ерундой, как вдруг до моих ушей донесся голос Билли Томпсона, который негромко спрашивал у кого-то: — Эй, а где Тайлер? Вы не видели Тайлера? — ответов я не расслышала, поэтому просто обвела взглядом территорию лагеря, ища своего друга, но его нигде не было. — Лив! — Билли позвал меня, и я резко обернулась. — Ты не видела Тайлера? — Нет… — я отрицательно мотнула головой. — А что? — Его уже часа два нет, — ответил мне парень. — Странно как-то… темнеет…       Мои глаза испуганно расширились: — Как два часа? — пробормотала я, еле-еле шевеля языком. — Но где он? — Вот если бы я знал, я бы тебя не спрашивал, — отозвался одноклассник. — Куда он пошел? — мои руки начали трястись от волнения и испуга: он обычно не был любителем такого рода розыгрышей, все, что угодно, но только не это. Это на него не похоже. И, если бы он собирался куда-то уйти, то точно сказал бы мне и позвал с собой… — Куда-то туда, — махнул рукой парень в сторону леса. — Он хотел набрать еще сухого хвороста для костра… — Билли пожал плечами. — Может, сейчас придет?.. — Два часа он ищет хворост? — я недоверчиво нахмурилась, вставая, понимая, что точно тут что-то не так, и достала из кармана телефон, чтобы набрать номер Тайлера. — Черт… — прошипела я, увидев, что сеть здесь не ловила. — Черт… — я начала трясти гаджет, думая, что от этого что-то изменится, потом залезла на ближайший ствол упавшего дерева и подняла телефон над головой: бесполезно, сети не было. — Твою мать! — выругалась я. — Камон! — но ничего не помогало. — Да ладно, расслабься, — попытался успокоить меня Билли. — Скоро явится. Вот увидишь! — Нет! — я упрямо качнула головой. — Тут явно что-то не то… — и крикнула, обращаясь ко всем ребятам в лагере. — У кого есть сеть? Мне срочно нужно позвонить!       Но когда все, поискав свои телефоны, ответили, что ни у кого не ловит, в моем сердце что-то заскребло. Я почувствовала, как желудок сводит от волнения, и сразу в голове всплыли слова Келли: «Присматривай за ним, Лив, отпускаю его под твою ответственность», — конечно, все это было в шутку, но мне почему-то сделалось не по себе. — Его нужно найти! — на выдохе произнесла я. — Что-то случилось! Он бы давно пришел… — мои глаза испуганно бегали по округе, а сердце бешено колотилось в груди. Мне было страшно. Страшно за Тайлера, потому что я понимала — это точно не в его духе.       Я вскочила на ноги, спрашивая Билли: — Куда он пошел? — Вроде туда… — неуверенно отозвался парень, показывая мне рукой в направление темного леса, и я решительно двинулась в ту сторону.       После чего Билли догнал меня, сказав: — Эй, ты что одна собралась? Еще не хватало, чтобы ты потерялась, — он добавил. — Я пойду с тобой, только недалеко. Темно, как в заднице.       Вдвоем мы двинулись вперед, освещая себе путь фонариком Билли. Как вдруг телефон в моем кармане резко завибрировал, и я достала гаджет, чтобы проверить, что там.

«кис-кис, ответь!» «Лив, я кажется, повредил ногу… дойти не смогу…» «я не знаю, где я…» «подзарядка садится, больше не смогу тебе написать…»

      Несколько сообщений от Тайлера и еще куча пропущенных. На этом участке леса сеть ловила вполне неплохо, и мой телефон, наконец-то ожил. Холодея от ужаса, я вдруг осознала, что все эти сообщения и звонки были так давно, что подзарядка на телефоне Тайлера скорее всего уже села, и я не смогу до него дозвониться в ближайшее время, а значит, не смогу его найти в этой темноте, а у него что-то с ногой, и он очень нуждается в моей помощи… Мое сердце ухнуло куда-то вниз от ужасного испуга за него, ведь могло произойти все, что угодно.       Но все же в надежде я стала набирать его номер… И, конечно, абонент уже был недоступен.       На глаза накатились слезы. Заломив руки, я почти застонала от страха. — Что случилось? — испуганно спросил Билли, увидев мою реакцию. — Тайлер повредил ногу, — ответила я, всхлипывая, но стараясь говорить как можно более твердо. — Нам необходимо его найти, Билли…

Now the day bleeds Into nightfall And you're not here To get me through it all I let my guard down And then you pulled the rug I was getting kinda used to being someone you loved… Lewis Capaldi — Someone You Loved.

— Ты ему звонила, да? — хмурясь, спросил он. — Да, но его телефон выключен… — я ахнула, зажимая рот рукой. — Нужно что-то делать…       Парень задумался, после чего отозвался: — Сейчас ночь, Лив, мы потеряемся, — он облизал губы. — Сама подумай, нужно дождаться утра… — но я перебила его: — Ты, что, не слышал?! — я почти прокричала. — У него проблемы, Билли, ему необходима моя… — я на миг замолчала, после чего исправилась. — То есть наша помощь…       Но одноклассник лишь покачал головой: — Слушай, я… — начал он. — Я — пас, Лив… Я уже и так почти дорогу обратно не помню… Не хватало еще застрять здесь на всю ночь… — То есть ты не пойдешь? — прервала его я. — И тебе не советую, — ответил он, на что я только махнула рукой и рьяно двинулась в заросли, прочищая себе путь руками и раздвигая нависшие ветки. — Лив! — крикнул мне вслед Билли. — Лив! Стой! — но я не ответила, яростно сопя и бормоча себе под нос: — Ну пошел ты, трус… Сама справлюсь… — и зашагала дальше.       Идя по темному лесу и слушая ночные шорохи, я то и дело пыталась набирать номер Тайлера, но телефон был отключен, и я окончательно убедилась в том, что он разрядился. Чем дальше я уходила, тем скорее моя уверенность и смелость куда-то девались. С каждым осторожным шагом идти становилось все страшнее… И я, наконец, подала голос: — Тай… — позвала я. — Тай, ты слышишь меня? Тайлер! Ответь! Тай! — под конец я уже орала так громко, как только могла, но в ответ мне была лишь тишина.       Становилось все холоднее, и я, насупившись, засунула руки в карманы, как вдруг что-то холодное и маленькое коснулось моей кожи… Вспышка, и в моей голове сразу всплыли слова моего лучшего друга: «Что бы ни случилось, держи его при себе, поняла? У меня будет такой же, и, если вдруг, ты вздумаешь потеряться, я всегда тебя найду, когда ты направишь луч в небо…»       Трясущимися от волнения, страха и холода пальцами я вытащила лазер из кармана и направила луч в ночное темное небо. Кроны деревьев шелестели над моей головой, но проекция на удивление получилась четкой и яркой. — Давай, Тай… Камон… — бормотала я, задрав голову кверху и скользя взглядом по звездному небосклону. — Давай…       Моя шея уже затекла, и я не знаю, сколько я так простояла, как вдруг где-то слева от меня, не знаю, как далеко, зажегся такой же яркий красный луч… — Господи! — вскрикнула я, чувствуя, как слезы ручьями полились из глаз. — Тай! — заорала я еще громче, почти бегом направляясь туда, откуда шел поток света. — Тай! Тайлер!       Я шла и шла, запрокинув голову, чтобы не потерять направление, и тут я услышала: — Лив! Лив, я здесь! — он звал меня по имени, и был еще где-то очень далеко, но я уже могла его слышать. — Тай! — отозвалась я. — Тай! — Лив! — прокричал он. — Осторожно, здесь овраг! Смотри под ноги! — Поняла! — орала я в ответ. — Я уже иду!       И вот, наконец, я достигла края оврага. Он не был глубоким, примерно в высоту моего роста, но если не заметить и оступиться, легко можно подвернуть лодыжку или еще хуже что-нибудь сломать. — Тай, ты где? — позвала я уже не так громко. — Здесь, — ответил он. — Черт, Лив, я, кажется, сломал ногу… — он чиркнул лучиком фонаря по моему лицу, и я поняла, где он находится. — Ничего, все нормально, я уже тут, ты не один, все будет хорошо, — бубнила я, осторожно слезая вниз: еще не хватало и мне как-то переломаться, тогда уж я точно буду бесполезна.       Я подошла ближе и наконец смогла рассмотреть все, что там происходило. Я поняла, что Тайлер сидел, прислонившись спиной к старому трухлявому пню, и штанина на его правой ноге была порвана и запачкана кровью и грязью. — Черт… — прошипела я, падая на колени перед ним. — Дай… осмотреть… — Там месиво, Лив, смотреть не советую, — на выдохе произнес он, мотнув головой. — Как ты так умудрился? — хмурясь, спросила я. — Не заметил эту чертову яму… — проворчал парень и попытался поменять положение, но, сморщившись, зашипел от боли. — Ты вечно витаешь в облаках, — буркнула я в ответ и добавила через мгновение. — Ну, ничего, переночуем здесь, а утром я вызову 911… Лагерь при свете найти будет проще… — я говорила и говорила, пока не заметила, что Тайлер просто сидит и молча смотрит на меня. Я отвела взгляд и смущенно прочистила горло, сказав: — Что? Что-то не так?       Но Тайлер только откинул голову назад, не сводя с меня пристального взгляда, а когда луна отбросила яркий луч на его глаза, они сверкнули в темноте, и парень сказал: — Ты нашла меня, кис-кис, моя смелая кис-кис, ты меня нашла…»       Дернувшись, я проснулась и, резко распахнув глаза, шумно выдохнула…       Этот сон-воспоминание был таким ярким, таким явственным, таким реальным… Я вдруг вспомнила тот самый случай, когда я и правда нашла его в лесу, когда мы провели ночь под кроной раскидистого дерева, когда мы были близки, словно одно целое, мы были рядом и друг за друга, как никогда прежде…       Аккуратно убрав руку Джоша со своей талии, я, стараясь быть как можно тише, осторожно встала и подошла к окну, вглядываясь в ночную темноту. Небосвод был почти таким же ясным, как и в ту самую ночь… «если вдруг, ты вздумаешь потеряться, я всегда тебя найду, когда ты направишь луч в небо…»       А вдруг ты тоже смотришь сейчас на это небо, Тай, в эту самую минуту? Ведь оно одно для всех нас, где бы мы ни были… Тогда просто направь луч света в небеса, и я всегда тебя найду…       И тут я что-то почувствовала… Легкое, почти невесомое ощущение в самом низу живота… Такое, словно бы малюсенькая рыбка проплыла и задела меня своим хвостиком… Легонько-легонько… И вот еще, и еще раз…       Мои глаза в этот миг резко расширились, когда я поняла, наконец, что происходит…       Положив ладони на свой живот, я, чувствуя, как слезы снова жгут мои глаза, ощутила вдруг такой прилив спокойствия и радости… В эту самую секунду я перестала чувствовать себя так одиноко, как прежде… В это мгновение я была впервые за долгое время абсолютно счастлива.       Откинув голову назад и захлебываясь такими горячими бурными слезами, я, прикасаясь к своей коже и сама не до конца понимая, к кому обращаюсь, едва слышно прошептала: — Я никому тебя не отдам… Никогда, слышишь, никогда.