Llyfr Du Caerfyrddin

Собравшись с духом, я произнесла: - Я должна уехать. - Что? – Элиза удивленно посмотрела на меня, рука с иголкой замерла над вышиванием, - прости? Я вздохнула и устало опустилась в кресло, нервно побарабанила пальцами по подлокотнику. - Я не понимаю, - протянула принцесса, - почему? Я мрачно посмотрела на нее. Ну а как я хотела? Мне придется дать объяснения, и не только ей. По комнате, освещенной тусклым зимним солнцем, танцевали пылинки, белое платье Элизы переливалось в лучах света, рука с иголкой ловко сновала над пяльцами, на белом полотне появлялся красивый узор из цветных ниток. Я поджала губы. У всех есть занятие. Кроме меня. После победы несколько месяцев Камелот и Англию лихорадило. У всех нас было множество дел. Сначала нужно было решить вопрос с приспешниками и союзниками Вортигерна: кого-то уничтожить, кого-то привлечь на свою сторону, потом мы решали вопрос с викингами, потом начали обустраивать нашу жизнь и жизнь всей Англии. Артур быстро вошел в свою роль. Он был на своем месте. Ему нравилось управлять страной, как нравилось управлять бандами с окраин Лондиниума. И не просто нравилось – у него это получалось. При мудрых советниках, при поддержке друзей в будущем он сумеет сделать еще больше, чем сейчас. Я помню тот день, когда он посвятил ребят в рыцари. Было что-то завораживающее и величественное в этом ритуале, в том, как все они покорно встали на колени и склонили головы перед ним. А потом и сам он стал на колени, показывая, что он такой же, как мы. Первый среди равных. Я стояла, прислонившись, к стене, чуть поодаль, как всегда, не вмешиваясь, не произнося ни слова, завороженная этой картиной, сердце билось быстро-быстро. В этой сцене было величие. То величие, которого так хотел Вортигерн, но так и не сумел достигнуть. Артуру не нужно было стремиться к нему, он уже владел им в полной мере. - Встаньте, мой король, - произнес Билл, теперь сэр Уильям, и у меня перехватило дыхание. - Гвин, - внезапно позвал Артур. Я приподняла бровь, но все же вышла вперед, кончиком меча Артур указал на пол перед собой. Без единого возражения я опустилась на колени, склонила голову. Легкое прикосновение меча к моим плечам, мурашки пробежали по коже. - Миледи, Гвиневра, - Артур подал мне руку, и я оперлась на нее, поднимаясь. Жизнь не скоро вошла в привычную колею, наверное, потому что эта колея вовсе не была нам привычной. Все было так же и не совсем так. В первые дни, когда всех вокруг волновали враги Англии в целом и Артура лично, меня волновало положение Элизы. Все вокруг были настроены против нее и против меня. Сохранение ей жизни все признали глупой затеей, вокруг девочки могли собраться недовольные лорды, которые при Вортигерне имели твердое положение, а теперь рисковали потерять его. Кроме того, сама Элиза, обозленная смертью отца, могла попытаться поднять восстание против Артура. Я помню тот миг, когда после битвы я первым делом побежала к принцессе. Я ожидала слез и истерики. Ничего подобного. Бледное лицо с тонкими чертами, вдруг чем-то неуловимо напомнившее мне Вортигерна, было спокойно, голубые глаза смотрели прямо. Башня рухнула, и принцесса, увидев меня на пороге живую, конечно, уже поняла, что ее отец мертв. Я вошла в комнату, кинула быстрый взгляд на фрейлин, что всхлипывали в углу, на тяжелый комод, который они отодвинули от двери, я не знала, что сказать этой девочке, как утешить ее. Да и не знала я, нужно ли ей мое утешение. Я молча обняла ее, Элиза судорожно вцепилась в меня. - Все будет хорошо, Ваше Высочество, - твердо произнесла я. - Я больше не Высочество, - тихо ответила мне девушка. - Вы все равно остаетесь особой королевской крови, - покачала я головой. - Может быть, - пожала она плечами, - но мне было бы приятно, если бы мы перешли на «ты». В конце концов, ты спасла мне жизнь, Гвиневра. - Я не люблю имя «Гвиневра», - машинально произнесла я. Мне стоило больших трудов настоять на том, чтобы оттянуть немедленную казнь принцессы, которой требовал Бедивер, я добилась того, чтобы ее охраняли в ее же покоях, а не отправили в темницы под замком. - Поговори с ней, Арт, - упрашивала я мужчину, - просто поговори. И сам реши, что с ней делать. - Но ты уже все решила, - мрачно смотрел на меня новоиспеченный король, - ты будешь защищать ее. - Я буду, - твердо произнесла я, - я спасла ей жизнь. И я не считаю, что это было ошибкой. Говорили они долго, за закрытыми дверьми покоев Элизы, а я металась по коридору, как зверь в клетке, вызывая недоуменные взгляды проходящих мимо людей. Наконец, Артур вышел, посмотрел на меня и, махнув рукой, молча ушел. Элиза была освобождена и вольна либо остаться, либо покинуть Камелот. Она осталась. Сначала она чуралась всех и боялась всего. С Артуром предпочитала не сталкиваться. Он же, казалось, не замечал ее. Но став королем, Артур оставался парнем с окраин Лондиниума. Этикет, правила, приемы, бытовая часть жизни замка были ему неведомы. Элиза взяла все это на себя. Она набрала новый штат слуг, следила за тем, чтобы в замке был порядок, она нашла нужных портных и заказала всем подобающую их рангу одежду, она внимательно следила за приготовлением блюд на кухне, она организовывала встречи с лордами по всем правилам, так, чтобы Артур и его рыцари не ударили в грязь лицом. Поначалу Артур лишь морщился, но вскоре был вынужден признать, что в некоторых случаях этикет необходим, что лорды старой закалки и их напыщенные отпрыски не станут воспринимать его королем без этих мелочей, пусть он хоть тысячу раз вытащит меч из камня. Признали это и все остальные. Я ходила с самодовольной улыбкой. Прошло несколько недель, а Элиза сумела стать незаменимой. Прошло несколько недель, и она перестала чураться Артура, а он перестал смотреть на нее, как на пустое место. Она стала его любимой младшей сестренкой, которую он теперь считал своим долгом опекать и защищать, а он стал для нее неразумным старшим братом, которого необходимо было мягко и ненавязчиво направлять по нужному пути. Все постепенно заняли свое место в замке. Бедиверу была пожалована должность канцлера и первого советника при Артуре, Персиваль взял на себя командование армией, Тощий – теперь сэр Тристан – получил должность начальника королевской стражи, Уильям ведал всеми экономическими вопросами. Джорджу Артур обещал место в Камелоте, чтобы тренировать его солдат, но тот отказался. Артур был недоволен, но Джордж разрешил посылать к нему парней в Лондиниум, но только самых лучших парней, а не всех подряд. А Блу просто влюбился в Элизу, он таскался за ней по пятам, став ее верным помощником, верным пажом. И только я осталась не у дел. Нет, я по-прежнему принимала участие во всех советах, присутствовала при решении всех вопросов, но постоянной должности у меня не было. Я могла бы помогать Элизе, но она едва ли нуждалась в моей помощи, да и не смыслила я ничего в хозяйственной части. Я помогала Артуру, но кем я была теперь при нем? Я не понимала. Часто мне было нечем заняться в замке, и я сбегала в Лондиниум: тренировалась у Джорджа, с особенной яростью нападая на солдат короля, лучших, что он посылал сюда, заходила во вновь отстроенный Дом Мадам, пила в тавернах, шлялась по темным улицам города. И когда возвращалась в Камелот под утро, то злобно огрызалась на любые попытки меня воспитывать. Я часто брала лошадь и скакала по долине в одиночестве, пытаясь избавиться от навязчивой мысли о том, что я в Камелоте чужая. Все слова Мэрит о том, что я нужна королю, теперь не имели никакой цены. Я нужна была Артуру, но не Его Величеству Артуру Пендрагону, этот человек справится и без меня. Я завидовала Мэрит, которая после победы просто исчезла куда-то. Что же, у магов свои пути. И все чаще я стала думать о том, что тоже могла бы исчезнуть. Это, конечно, было нечестно по отношению к Артуру и ко всем остальным. Но зерно сомнения было посеяно, а решение вскоре принято. И вот сегодня я решилась, в это солнечное и морозное зимнее утро, я пришла к Элизе, потому что с ней я тоже должна была объясниться. - Если дело только в должности при дворе, - неуверенно произнесла девушка, - то ты ведь можешь попросить у Артура любую, ты же знаешь. - Знаю, - кивнула я, - но дело не только в этом, Элиза. Точнее совсем не в этом. Мне нужно время, наверное, гораздо больше времени, чтобы жить по-новому, мне нужно время, чтобы подумать, чтобы понять…себя. Элиза лишь головой покачала. - Артур расстроится. - Расстроится, - кивнула я. - Возможно, рассердится, - продолжила Элиза. - Возможно, - подтвердила я. -Не понимаю, как можно быть такой слепой! – вдруг раздраженно произнесла Элиза. Я опешила: - Что, прости? Принцесса напряженно посмотрела на меня, а потом отвела взгляд и буркнула: - Ничего. Повисло молчание. Я растеряно глядела на девушку, не понимая, чем вызвана ее вспышка, в комнате стояла тишина, тихо кружились пылинки. Наконец, Элиза нарушила молчание. - Ты ведь все уже решила, верно? – пристально посмотрела на меня принцесса, - ты зашла попрощаться? – она скользнула взглядом по моей дорожной одежде. - Да, - кивнула я. Девушка долго буравила меня мрачным взглядом. - Хорошо, - она легко поднялась, взметнулся вокруг шелк платья, - я надеюсь, что ты знаешь, что делаешь. Если бы я сама была в этом уверена! Я шагнула навстречу принцессе, Элиза крепко обняла меня. - Возвращайся, Гвин, когда будешь готова. Возвращайся. Я прерывисто вздохнула и вышла. Мне предстоял куда более серьезный разговор. Артура я нашла в зале, где проходили советы, он сидел на круглом столе и задумчиво смотрел в окно. Приоткрыв дверь, я легонько постучала по косяку. - Не помешаю? - Гвин! – он легко спрыгнул со стола, - проходи! Мне как раз нужно с тобой посоветоваться. Я покачала головой и решила нырнуть в омут с головой. - Я уезжаю, Арт. - Снова в Лондиниум? – нахмурился король. - Нет, Артур, - мягко произнесла я, - я уезжаю из Камелота. Совсем. Сначала он непонимающе смотрел на меня, потом разом помрачнел, серые глаза потемнели, губы сжались в одну тонкую полоску. - Почему? – резко спросил он меня. Я закусила губу и отвела взгляд. Как объяснить ему, что я не чувствую себя в Камелоте, как дома? Что новая жизнь – не для меня. Пока – не для меня. Что я не могу привыкнуть так быстро, как все они. Что у меня нет обязательств, которые вынудили бы меня привыкнуть быстро. - Посмотри на меня, Гвин! – требовательно произнес он, и я подняла глаза, - почему? - Я не нашла здесь свое место, - просто ответила я, - мне нужно время, Артур. Время, чтобы понять, где мое место. - Твое место здесь! – воскликнул Артур, - рядом со мной! - Возможно, - кивнула я, - возможно, ты прав, но пока я не могу оставаться здесь. Рядом с тобой. Мне нужно уехать, чтобы понять, чего я хочу. Здесь это невозможно. Здесь я сама не своя. Это место не стало моим домом. - Оно им и не станет, если ты уедешь, - мрачно произнес Артур. - Но если я останусь, то вскоре возненавижу его, - просто ответила я. Повисла тишина, Артур отвернулся к окну, я стояла, прислонившись к двери, и следила за каждым его движением. Если он сейчас меня не поймет, то прощения мне не будет. Все это очень смахивает на предательство, сейчас, когда Артур строит новый мир, когда ему нужна моя помощь, я сбегаю, ставя свои интересы выше интересов короля и королевства, эгоистично и подло прячусь, думаю лишь о себе. - Ты вернешься? – наконец, отрывисто спросил Артур. - Как только буду готова, - ответила я. Мужчина стремительно пересек комнату, стиснул меня в объятиях. Я вздрогнула, уткнулась лбом ему в грудь, вдохнула запах свежей ткани и кожи, неровно выдохнула, зная, что буду помнить эти объятия еще долго. - Возвращайся, Гвин. Камелот будет ждать тебя. Я буду ждать тебя. *** Смирная лошадка по имени Брусника косила на меня коричневым глазом в обрамлении пушистых ресниц, я проверяла седельные сумки, стараясь не думать о том, что бросаю Артура и ребят. Ни с кем больше я прощаться не стала, им скажут Элиза и Артур, я просто не в силах объясняться с кем-то еще. - Уезжаешь? – мягкий голос Уильяма заставил меня вздрогнуть. - Да, - я даже не обернулась. И как он ухитряется вот так бесшумно появляться? - Надолго? - Не знаю, - мрачно ответила я. Билл помолчал. - Я знал, что это однажды случится. - Почему? – удивилась я. - Потому что я знаю тебя лучше, чем ты думаешь, - слегка улыбнулся Билл и протянул мне сверток. - Что это? – спросила я, разворачивая плотную ткань, и улыбнулась, увидев перчатки из плотной кожи и краги, - спасибо, - прошептала я и сморгнула непрошеные слезы, - я буду скучать. - Я тоже, - просто ответил Билл. Я посмотрела в сторону замка, нервно сглотнула. - Ты, - мой голос сорвался, я покачала головой, - будешь ли ты… - Достаточно скользким, чтобы Артур не наделал глупостей? Не в силах ответить, я кивнула. - Буду, - спокойно произнес Билл. - Спасибо, - прошептала я, снова занявшись сумками. - Артур любит тебя, - вдруг произнес Билл. - Я тоже его люблю, - машинально ответила я, в ответ раздался тихий смешок. - О Гвиневра, - прошептал Билл и мягко взял меня за подбородок, долго-долго смотрел мне в глаза, а потом внезапно наклонился и нежно поцеловал в губы, - возвращайся, Гвиневра. Камелот будет ждать тебя. Я буду ждать тебя. *** Освещенный утренним солнцем замок издалека производил незабываемое впечатление: величественный и гордый он нависал над городом, раскинувшимся у его подножия. На мгновение кольнуло сердце, я могла вернуться хоть сейчас – никто и слова мне не скажет. Но я знала, что уехать сейчас – правильнее всего. Когда я разберусь в себе, когда пойму, где мое место и какова моя роль, я непременно вернусь. А сейчас меня ждет дальняя и увлекательная дорога. И неважно куда: передо мной открыт весь мир. Я усмехнулась и пустила лошадь в галоп.