Тучи сгущаются

— Так вы значит, сводные братья? — в дороге спросил Паша. — Да, — ответил ему Итачи. Он сидел ближе всех к Павлу и, в отличие от остальных, его не отвлекало нытьё и жалобы о неудобстве Хидана. — То-то я смотрю, не похожи совсем, — комичным тоном сказал водитель, смотря по сторонам на светофоре. Несмотря на добродушный тон, Учиха вслушивался в содержание фраз кузена Смирновых. — У нас всех разные матери, — отозвался черноволосый. — Вот оно как… — почесывая подбородок, протянул мужчина, — это, наверное, так ужасно, в одно мгновение потерять дом… А где ваши родители? — Мы с ними разделились, — продолжал отвечать Итачи, поддерживая их легенду. Потом где-то метров 40 ехали в тишине, под недовольное ворчание Дейдары и угрозы о расправе Хидана. Судя по ним, Какузу, перед которым и сжался оккультист, намеренно наступал на седовласого. Остановившись у очередного светофора, из соседнего автобуса послышался Лепс с исполнением «Она не твоя». — А почему такие взрослые мужчины живут в одном доме, да ещё и с родителями? — заинтересовался Павел, выезжая со светофора. Тут Итачи на несколько секунд задумался. — А действительно, почему я до сих пор живу с такими увольнями в одном доме?! — возмущался Хидан. — Просто сейчас проблемы с финансами чтоб переехать, да ещё и старшие из семьи не могут обзавестись девушками, — наконец ответил Учиха. — О… Знакомо… Ну, с девчатами у меня проблем, конечно, никогда не было, но деньги да. Сейчас, как говорят, «без бумажки ты букашка», — подъезжая к дому, сказал Паша. Он припарковался в тени большого красно-белого здания. — Вот и прибыли, — добродушно улыбнулся он компании, открывая дверь и покидая водительское место. Пока парни вылазили из салона, Паша проведал Сасори. — Ну ты как, герой? — протягивая руку кукловоду, спросил Павел. Тот что-то буркнул в ответ и, воспользовавшись помощью, вылез из багажника. Когда все уже вышли и ехавшие в машине «нелегально» размялись, Павел повёл компанию к себе в квартиру. В отличие от предыдущей, эта была уже на 10 из 12 этажей. Поднявшись на лифте (в этом доме их было два, так что все поднялись одновременно, хотя и с попутчиками) Павел проводил нукенинов в свою квартиру. С самой входной двери она отличалась от квартиры Смирновых. Зайдя внутрь парни отметили что в этой намного больше свежего воздуха и естественного света. Первое что видишь, как заходишь — огромное окно в пол у противоположной стены. Во всю правую часть прихожей идёт длинная стена, а слева несколько арок. Одна ведёт в зал, другая на кухню. Зал был настолько велик, что с лёгкостью вместил бы в себя компании три, таких как Акацки. Но сама квартира, несмотря на свои габариты, была однокомнатной и почти незахламлённой. В спальне была только кровать и прикроватная тумба. (Вся одежда Паши хранилась на стульях, возле входа из комнаты) В зале большой, потрёпанный диван и несколько книжных полок. Одна из них действительно была заполнена книгами, другая же дисками с музыкой и фильмами. Больше в квартире личных вещей Паши не было. — Я не люблю вещами обживаться, — сразу сказал он, — зато когда здесь жили мои бывшие жёны, все свободное пространство было заставлено либо цветами, либо косметикой. Женщины… — усмехнулся он, прислоняясь к стене, — в вентиляторах я не нуждаюсь, — продолжал рассказывать он пока мужчины осматривали хоромы, — в квартире и так прохладно. Кстати, в связи с этим у меня имеется штуки три тёплых, толстых зимних одеял. Сегодня ночью постелем из на полу в зале и вы там ляжете. Годится же? Особого выбора не было и нукенинам пришлось согласиться. Минут 40 спустя, позвонили Александры: — У вас там всё хорошо? — немного взволнованно поинтересовалась девушка. — Конечно, — ласково отозвался кузен, — они тихие лапочки. Сейчас пуляются попкорном друг в друга, — наблюдая за нукенинами, рассказывал мужчина, — Мы смотрим «Пилу 3». Они прям в восторге. У вас там как дела? — Да нормально, — отозвался Саня, — папа немного удивился валявшейся на полу двери от уборной, но мы объяснили что там «слабое крепление» и прямо сейчас её чинят мастера, — повествовал парень. — Паш, ты там осторожней с ними. Они иногда бывают…странными, — боязливо предупредила Александра. — Да чего ты, не переживай! Я уверен, мы отлично поладим! Они, кстати хотят пойти сегодня в Цирк. Не составите им компанию? Я ещё в детстве находился по этим шатрам… — Эмм. — замялись Александры, — если ты не идёшь то придётся нам… — промямлил Саня. — А то вдруг ещё заблудятся, — дополнила Саша, — они ведь не запомнили расположения твоего дома. — Тоже верно. Ну ладно, вернёте их тогда сами после представления, лады? — как бы даже не «спросил», а «утвердительно сказал» Паша и положил трубку. Вечером того же дня Сани повели семерых Акацук в Цирк. Подойдя к большому полосатому шатру, Дейдара восторженно воскликликнул. Купив билеты на оставшиеся места, Саша удручённо обнаружил что места и ряды на билетах совершенно разные. Стараясь не думать о плохом, раздал каждому по билету и компания направилась внутрь. Прежде, чем попасть в основной шатёр, ребятам пришлось пройти мимо разнообразных сладостей и шариков, предлагаемых продавцами для детей. Купив всем кто питается по сладкой вате, Александра стала подгонять компанию идти занимать места, хотя предвкушение представления её пугало. Оказавшись между рядами у сцены, компания разошлась кто куда и заняла свои места. На одном ряду с Саней сидел Какузу, только двумя ступенями выше. Хидан занял место справа, а через одно место от него сидел Кисаме. Итачи, Пейн и Александра попали на один ряд, прямо противоположный тому, где сидел Саня. А Дейдара и Сасори, хоть и сидели на одном ряду, но в разных углах. Итак, раздалась громкая музыка, свет приглушился и включили разноцветные софиты. Началось представление. Чаще всего на сцене появлялся клоун. Это был полненький мужчина в очках, отвлекавший публику, пока готовится следующий номер. Но Саня, не мог в полную меру наслаждаться представлением. Он то и дело переводил взгляды на нукенинов и следил за их реакцией. Хидан, к примеру, сначала не знал чему смеются остальные зрители, но потом, кажется влился в обстановку и тоже стал посмеиваться. Дейдара на некоторых моментах даже приподнимался с места, чтоб увидеть поближе и лучше. Остальные же держались довольно холодно не только на выступлениях клоуна, но и вообще. В представление вошли номера с животными, некоторые из которых действительно пугали и настораживали. Например тигры, скалившие зубы, но выполнявшие приказания дрессировщика. Это зрелище завораживало не только простых зрителей, но и Акуцук. Бывали моменты, что даже в глазах Итачи загорелся огонёк, но совсем скоро он затухал. Так же были классические номера, входящие в любое представление, вроде ходьбы по битому стеклу или гвоздям, поглощение или изрыгание огня… Вот на этих выступлениях Саня отчётливо слышал смешки и выкрики Хидана мол «Этим никого не убедишь» или " Я видел и покруче». Под конец программы были канатоходцы. Они прыгали и выполняли разнообразные трюки без страховки. Когда выступление начало подходить к концу, и зрители уже начали расходиться, Саня вздохнул с облегчением. Оказалось зря. В момент выхода артистов на сцену, к ним присоединился Хидан. Он громко хлопал в ладоши, привлекая внимание зрителей. — А теперь я предлагаю вам посмотреть на настоящие «фокусы», — маниакально улыбаясь, воскликнул мужчина. В шатре раздались непонятливое и смущённое шушуканье. — Фокус номер один, — разнесся по всему шатру голос синекожего мечника. Он быстро соединил пальцы в разных позициях и из его рта полилась чистая вода. Те, кто стоял ближе всего к синекожему воскликнули и стали пятиться назад, подальше от больших водных шаров, образовывавшихся в воздухе. Внутри них плавали кровожадные акулы. — Фокус номер два, — Хидан вновь привлёк к себе внимание и его кожа в считанные секунды приобрела чёрный оттенок с длинными белыми линиями. Секунда, и он уже проткнул себя насквозь своей же косой. Стоявшая рядом дрессировщица выплюнула капли крови и, схватившись за живот, упала замертво. Началась ужасная суматоха. Женщины хватали детей и бежали к выходу, а те редкие мужчины, имевшиеся в шатре, двинулись к упавшей женщине и оккультисту. Саня тоже поднялся и услышал зов сестры. Не думав больше ни секунды, парень двинулся к ней и их подхватила волна выбегавших людей. Уже снаружи они увидели Сасори сдерживающего рвущегося показать истинное «искусство» Дейдарой; и Итачи, холодно глядевшего на Кисаме. Александры двинулись к ним. Спустя ещё пару минут из шатра вылетел Хидан, и «вылетел» здесь вовсе не в переносном смысле. За ним вышли Пейн и Какузу. Не говоря ни слова, компания рванула от шатра как можно дальше. Отдалившись на достаточное расстояние, Акацки и их сопровождающие остановились отдышаться. — Что вы там устроили?! — немного отдохнув, начала верещать Саша, — у нас люди так не могут! Вы понимаете что, пострадавшие могут дать показания о вашей внешности и вас будут разыскивать! — Но то что они там показывали было полнейшим дерьмом! — возразил Кисаме. — Вот именно! — горячо поддержал Хидан, — Они совсем зазнались из-за того что, видите ли, могут ходить по стеклу! Да кто не может! Сасори, вон, к примеру, запросто… Да вообще любой из нас это может! Ну и хуйня этот ваш Цирк… — А я сразу предупреждал, что вам не понравится, — напомнил Саня. — Тц, надо было ещё во время выступления тигра выпустить моих малышек, — говоря об акулах, размышлял Кисаме, — посмотрел бы я как эти четвероногие будут сражаться с акулами в их же среде… — Мастер Сасори, почему это им можно было веселиться, а мне нельзя, м? — недовольно воскликнул Дейдара. — Всем было нельзя, — сказал Пейн, идущий позади разглагольствовавшей кучки впереди, — и Сасори правильно сделал, что поймал тебя. Если бы ты разошёлся, погибли бы даже сопровождающие. — Ну хотя бы маленький бы взрыв сделал, — недовольно бурчал блондин, — я должен был явить миру искусство, хм! — Ой, заткнись Дейдара, а? Заебал со своим искусством, — ворчал оккультист. — Что?! Да ты-то вообще ничего в этом не смыслишь! Не смей говорить об искусстве, хм! И не вздумай затыкать мне рот! — вспылил подрывник, кладя руки в карманы, — вот уж у кого самая неэстетичная способность, так это у тебя! — Дзясин-сама даровал мне бессмертие за верную службу и непоколебимую веру! А ты кроме взрывов ничего не умеешь, грёбаный подрывничек. — За то твой дурацкий ритуал слишком долгий! Ты бы ни за что не справился с сильным противником в одиночку! Без отвлекающего момента ты ничто! — Нарваться хочешь? — завопил седовласый, — Считай что уже, — направляя косу на блондина, завёлся оккультист. — Прекратите, — послышался голос лидера, после чего спорящие парни отлетели друг от друга с такой силой, что свалившись с ног, покатились по земле. — Дзясин тебя подери, Пейн! Хватит уже меня швырять! Я тебе не вещь какая! — отряхиваясь от грязи, вопил седовласый. — Ведите нас к вашему родственнику, — рассудительно приказал «Бог» Сашам. Вскоре Смирновы вернули Акацук «в руки нового владельца» и отправились домой. Полторы недели Акацке кантовались у Паши. За это время Сани по 2 раза в день звонили кузену, проверяя, всё ли в порядке. Как ни странно, Паша на удивление хорошо относился к нукенином. Особенно его отношения были теплы с Хиданом и Дейдарой. Создавалось впечатление, что он обрёл родственную душу. Иногда он даже позволял Дею сбрасывать небольшие бомбы из окна, но только при условии что они будут взрываться до того, как коснуться земли. Парня не смущали необычные склонности и способности мужчин, по крайней мере, лишних вопросов он никогда не задавал. Вообще, из-за того что Паша был вынужден кормить не 1 рот, а 8, Смирновы влезли в крупные долги кузену. Юрист скрупулёзно подсчитывал стоимость съеденных нукенинами продуктов и каждые 3 дня предъявлял «чеки» Сашам. Но бывали дни, когда Павел просил Саш «посидеть» с Акацками, поскольку его работа не всегда позволяла приглядывать за ними. В один из таких вечеров, компания прогуливалась по морскому причалу. Погода была нагнетающая, тёмные тучи клубились над головами нукенинов. — Пахнет дождём, — предупредил Саша. — Пора возвращаться, — смотря в пугающее чёрное небо, сказал Пейн. — Сегодняшняя прогулка чёт очень короткая, — возмутился Хидан. — А ты на небо взгляни, хочется бродить под холодным дождём? — усмехнулся Кисаме, — щас как польёт — первый вопить начнёшь что надо было раньше домой идти. — Заткнись! Я никогда не ору по таким мелочам, — недовольно отозвался Хидан. Возвращалась компания проходя мимо статуи с матерью и ребёнком, ждущим возвращения отца и мужа с моря. — А небо-то вообще чёрное, — заметил Какузу, — не нравится мне это. Через пару секунд неподалёку от компании, прямо в море, ударила молния и за ней последовал гром. — Ну вооот, — проныл Хидан, — опять эта херь начинается. — Заткнись Хидан, может мы сейчас вернёмся… — с надеждой сказал зеленоглазый. -…а разве для этого не нужно новолуние.? — как бы даже нехотя расстроить нукенинов, промямлил Саня сестре. Та хмыкнула и стала, как и остальные, смотреть в небо. Компания остановилась на месте и выжидательно глядела в небо. Вспышка за вспышкой летали вокруг, но ничего, кроме шума, остывавшего после удара молнии, воздуха, не происходило. — Наверное мы зря ждём, — озвучил наконец мысли остальных Итачи. — Похоже на то, — разочарованно провыл оккультист. Компания поочерёдно начала опускать головы и кучка двинулась дальше. В этот момент что-то сверкнуло совсем близко от них и он вновь замерли, приковав взгляды к чёрному, выжженному следу на камнях тротуара от удара молнии. Чёт я сцу… А если такая молния прибьёт нас? — смотря на сестру, думал Саня, - Этим то небось ничего не будет, а нам кирдык. Парень уже схватил сестру за руку и хотел отойти от нукенинов, как тут глаза затмила яркая жёлто-белая пелена и ему стало казаться, что ноги больше не касаются земли.