Подкидыш

      Альфред Джонс знал, что все в этой жизни можно легко получить. Главное знать как: деньгами или связями.       А ещё Альфред Джонс знал, что в достижении его новой цели, ему не обойтись без помощи одного своего старого знакомого, который к сожалению не был рад приезду юноши и с первой секунды пытался ему показать, что в новом доме и на новом месте Альфреду ни разу не рады.       Завидев пикап Джонса ещё на противоположной стороне улицы, Артур Керкленд поспешил спрятаться в глубине своего дома, зашторив все окна и исключив малейшие проявления жизни в доме. Не то чтобы Артур так уж не любил этого человека, но он доставил ему в своё время немало проблем, которые Керкленд до сих пор разгребал. Да что уж там говорить, Артур собственноручно создал себе проблему в лице Альфреда, но признавать это мужчина до сих пор отказывался.       — Неужели ты настолько не рад меня видеть?       Улыбающееся лицо Альфреда вызывало у Керкленда только рвотные позывы, которые тот упорно подавлял, так как костюм был новым, да и паркет он только недавно начистил и отполировал, чтобы теперь вот так вот бездумно его пачкать. Однако если бы потребовалось, Артур смог бы нарушить идеальную чистоту своего дома, которая могла соперничать разве что с моргом. Да и по атмосфере дом Керкленда недалёко ушёл от этого учреждения.       Спрятавшись в самом дальнем углу своей библиотеки, Артур Керкленда решил, что вполне сможет отсидеться там какое-то время, пока Джонсу не надоест стучать ему в дверь или пока кто-нибудь из соседей не прогонит надоедливого американца. Однако заслышав в коридоре медленные и до боли знакомые шаги Артур осознал, что сделал практически самую большую ошибку в своей жизни: в спешке он забыл запереть дверь, а Альфред все же умел ею пользоваться по назначению, что в начале их знакомства практически шокировало усомнившегося в его способностях Артура.       Альфред Джонс же был по-настоящему самой большой ошибкой (которая стояла даже перед тем, что Артур забыл сейчас закрыть дверь, в списке «Величайших ошибок сэра Артура Керкленда») в жизни Артура. Артур до сих пор проклинал тот день, когда судьба столкнула его с Альфредом в лесу при не самых радостных для Керкленда обстоятельствах. Альфред Джонс был начинающим охотником, а Артур, по иронии злой судьбы, его несостоявшейся жертвой.       — Смею тебе напомнить, что после последнего твоего визита, мне пришлось переезжать в другой город, другую страну и начинать все с полного нуля. — Лицо Керкленда было до боли в зубах невозмутимым, а сам мужчина неторопливо помешивал чай в чашке, закинув ногу на ногу и прожигая Альфреда взглядом своих зелёных глаз.       Джонс, кажется, совершенно проигнорировал этот выпад в свою сторону. Юноша лишь по-детски выпятил нижнюю губу и смотрел на Артура своим фирменным взглядом, от которого все девушки были готовы приютить бедного охотника у себя дома (что они впрочем и делали), а Артур даже на мгновение забывал о том, что он ненавидит этого человека. Керкленд даже не мог точно сказать, что его так раздражало в Альфреде и отталкивало. Он просто не переносил таких людей и все. А ещё больше он не переносил людей, которым был должен в той или иной степени и которым был обязан своей жизнью. Благо, таких в жизни Артура людей практически не было, а если они и появлялись, что мужчина довольно быстро от них избавлялся. Нужно было только выбрать нужный момент. А вот Альфред все время путал ему все карты.       — Да ладно тебе! Смена обстановки ещё никому не мешала! — Джонс не прекращал улыбаться ни на секунду, а потом его лицо как-то странно перекосилось, напряглось, и он громко чихнул, подняв своим действием волны пыли со стороны старых книг, из-за чего последовало ещё несколько довольно громких чихов, пока вся комната уже не была в пыли.       Артур же продолжал сидеть с каменным выражением лица, потягивая свой чай и лишь изредка взмахивая рукой, чтобы отогнать от себя пыль. Помогать Альфреду с решением данной трудности он не спешил и наслаждался моментом маленького возмездия. А ещё ждал, когда нервы Альфреда не выдержат и он первый сдастся в этой негласной игре, правила которой диктовал Артур. Ну, как тому казалось.       Джонс же, наконец избавившись от пыли, протер очки и, мельком оглянувшись вокруг, понял, что же его все это время напрягало. Здесь было слишком душно, темно и пахло плесенью, отчего у Альфреда появлялось чувство, будто он сейчас задохнётся. Он даже вспомнил, что у него была аллергия на плесень. Когда это было нужно. И, кажется, сейчас был самый подходящий момент для внезапного приступа аллергической реакции. Дыхание Альфреда стало прерывистым, а сам он напрягся, приложив руку к горлу, как будто это могло ему помочь. Лицо юноши покраснело, на лбу проступили вены, а взгляд стал рассеянным. Он начал задыхаться.       — Артур… Артур… — прохрипел Альфред, с надеждой обтягивая в сторону Керкленда руку.       Мужчина же отпил чай из чашки и смерил Альфреда надменным взглядом. Одним из тех, что можно наблюдать в английских сериалах о высшем обществе: такой взгляд практически мгновенно говорил тебе, кто ты и где твоё место в обществе.       — Похвально, — Артур бы похлопал ему, если бы не чашка с блюдцем в руке. — Где ты этому научился?       Приступ Альфреда прошёл так же быстро, как и начался, и юноша закатил глаза, сложив на груди руки.       — Как ты догадался? — Альфред надулся, как маленький ребёнок и прищурил глаза, буравя Артура взглядом.       — Ты уже пытался меня этим подкупить год назад в Джорджии. Попытайся придумать что-нибудь новое, — в ответ пожал плечами Артур.       Джон фыркнул, вспомнив, что он и правда уже пытался провести это фокус с Керклендом год назад, и даже тогда этот надменный англичашка раскусил его ещё на первых секундах «приступа». Эх, придётся действовать напрямую, а там можно и пару обходных путей использовать.       — Мне нужна твоя помощь. — Альфред хлопнул себя по коленям, поднялся вперёд и, оперевшись локтями о колени, сцепил руки перед собой в замок.       Артур, до этого после неудачного розыгрыша Джонса с интересом рассматривавший названия собственных книг, половину из которых он даже никогда в своей жизни не читал, повернул голову к Альфреду и смерил его немного заинтересованным взглядом, который мог сулить охотнику то, что его по крайней мере выслушают. А что будет дальше, уже не так уж и важно для этого юноши. Правда Джонс не совсем был готов к такой реакции со стороны Артура, поэтому он замешкался. Руки Альфреда вспотели, из-за чего юноша тут же вытер их об свои потёртые джинсы, вызвав тем самым смех Керкленда. От голоса Артура щеки Альфреда запылали румянцем, и охотник вскочил на ноги, до глубины души оскорбленный такой реакцией своего друга, коим он считал Артура. Вот только Артур видеть Джонса своим другом не хотел. Он вообще не переносил людей и Альфреду каким-то чудом удалось подобраться к нему столько близко.       — Чего ты хочешь?       Артур выглядел по-настоящему заинтересованным, поэтому Альфред не приминул этим воспользоваться. Правда прежде чем рассказать все мужчине Джонс решил потянуть время и для этого нарочито медленно направился к чуть приоткрытому окну. Подойдя к нему, Альфред осторожно двумя пальцами отодвинул краешек шторы и выглянул в окно, обведя раскинувшуюся под домом улицу оценивающим и опытным взглядом.       — Мне нужно, чтобы ты составил список всех существ, что населяют этот город, — просто выпалил Альфред, все также продолжая смотреть в окно. Голос юноши звучал до невозможности довольным и уверенным, так что Артур от такой наглости даже чуть было чаем не подавился.       — Всего лишь? — в интонации Керкленла сквозил неприкрытый сарказм и раздражение, а сам мужчина настолько сильно и быстро опустил чашку с блюдцем на стол, что чуть их не разбил. — Может тебе ещё и портал в загробный мир открыть? Чтоб уж наверняка? Не будет там душ, не появятся существа здесь!       После этих слов Джонс обернулся к Артуру с горящим не сулящим ничего хорошего взглядом.       — А можно? — с надеждой в голосе и ветром в голове спросил охотник.       Артур мученически что-то простонал и развалился в кресле, положив руки на подлокотники и прикрыв лицо одной ладонью. Он начал что-то бормотать на латыни, и хоть Альфред не был силён в этом мертвом языке, юноша все же смог разобрать пару слов в данном и на первый взгляд бессвязном потоке речи от Артура.       — Сам ты безмозглый имбецил! — вспыхнул Альфред, его уши загорелись, а на щеках появился румянец.       Керклен тяжело вздохнул, а затем поднял на Альфреда взгляд, как-то непонятно махнув рукой в сторону.       — Альфред, ты не понимаешь, чего просишь, — устало протянул Артур.       Джонс всегда был трудным человеком и Артур с самого начала подозревал, что и этот разговор зайдёт в тупик. И именно это служило ещё одной причиной, по которой Керкленд не хотел видеться с этим охотником. Идеи Альфреда всегда сквозили тем, что нормальному человеку не придут и в голову, и это парень всегда просил слишком многого, не думая о том, что потребоваться может цена большая, чем просто пара сотен долларов. К слову, то, откуда у безработного юноши, работающего за идею, столько денег, оставалось для Артура чем-то вроде загадки человечества.       Альфред сорвался с места и в пару шагов пересёк комнату, оказавшись у кресла в котором сидел Артур. Охотник наклонился вперёд, оперевшись руками о ручки кресла, и приблизился к Керкленлу так, что их лица разделяли пара дюймов. В ярких голубых глазах Альфреда плескался недобрый огонь, обычно столь несвойственный этому юноше и от того пугающий даже видавшего многое в своей жизни Артура.       — Нет, это ты не понимаешь. Я не уеду отсюда, пока не уберусь, — холодно, практически по слогам процедил Альфред.       Он всегда называл свою работу «уборкой». Правда после него убирать приходилось ещё и Артуру или другим охотникам, так как за столько лет работы, Джонс так и не научился быть осторожным. Он мог запросто оставить на месте что-то личное, что-то, что могло легко вывести на юношу. И все было бы не так плохо, если бы часто эти вещи не находила полиция, у которой Альфред не вылезал из раздела «Розыск». Иногда у Артура даже возникали мысли сдать Джонса и жить себе спокойно.       — К тому же, — губы Альфреда исказила уродливая улыбка, — думаю, мне не стоит напоминать, что за тобой должок. Считай, что пришло время его отдавать. Тут работы много.       Артур почувствовал, как по позвоночнику прошла ледяная дрожь, а волоски на шее встали дыбом. Он уже надеялся, что Альфред забыл об этом, однако этот простодушный на вид охотник был не так уж и прост. Керкленд вжался в мягкую спинку кресла под взглядом Альфреда, но не отвёл глаз. Он не настолько безвольный и не умеющий постоять за себя, чтобы вот так вот просто сдаться сейчас этому охотнику.       — Не стоит, — едко выплюнул Артур в лицо Джонсу. — Однако ты все же не представляешь, чего от меня просишь. Здесь слишком опасные противники. Они не похожи на всех тех, кого ты встречал до этого. Пойми, я… Я не пытаюсь отговорить тебя. Я просто пытаюсь донести до тебя, что лучше не лезть в этот город. Уезжай, пока ещё есть возможность. По-хорошему прошу, — сквозь зубы процедил англичанин.       Ноздри Артура опасно раздувались, свидетельствуя о готовности Керкленда к любому развитию событий, а руки с силой, до побелевших костяшек сжали бархатные подлокотники. Замершие напротив его лица голубые льдинки Альфреда пылали изнутри нешуточным огнём. Эти глаза были совершенно непохожи на все глаза, что видел до этого Артур. Сейчас это был взгляд охотника, который, увы, исчез через пару мгновений.       — Так ты поможешь? — на губах Альфреда снова была его привычная улыбка, вызывающая у Керкленда приступы зубной боли, а в глазах радость от отсутствия хоть каких-либо складочек на поверхности мозга.       Артур закатил глаза и еле заметно кивнул. Сложившаяся ситуация начинала его порядком утомлять, поэтому в данный момент было гораздо выгодней согласиться с этим американцем и подумать обо всем позже.       — Вот и отлично! — Альфред распрямился и хлопнул в ладоши, чуть ли не подпрыгивая на месте.       Керкленд устало выдохнул и потёр переносицу. У него начинала болеть голова, и это было плохим знаком. Нужно было побыстрей спровадить его отсюда и дело с концом. В любом случае, сейчас бы Артур ему никак не помог: у него не было нужной юноше информации, а у юноши впрочем планы менялись со скоростью, приближающейся к скорости света, так как за то время, что Керкленд продумывал план по избавлению от американца, тот уже успел надеть на себя свою, кажется, вечную куртку с меховым воротником (в некоторых местах которого были видны следы от моли), и начать искать выход. Однако, найти выход из библиотеки Керкленда было ещё труднее, чем найти сюда вход. Поэтому Артуру все же пришлось оторвать от мягкого кресла свою не менее мягкую тушку и сопроводить Альфреда до выхода. Джонс ещё что-то продолжал болтать, добрую половину чего Артур благоразумно пропускал мимо ушей, и через каждые три секунды взмахивать руками.       —…бар?       — Что? — рассеянно пробормотал Артур, взглянул снизу вверх на Альфреда.       — Где тут ближайший хороший бар? — повторил свой вопрос Джонс, ловким движением поправив съехавшие на нос очки.       Керкленд понадобилось несколько секунд, чтобы понять смысл вопроса охотника, а затем он, проморгавшись, все же ответил ему, активно закивав зачем-то головой:       — А, бар, — Артур приложил ладонь ко лбу и потёр его, зажмурившись, будто пытаясь вспомнить важную информацию. — Да, тут есть один. В паре кварталов отсюда. Выедешь к парку, повернёшь налево. Затем два квартала прямо и направо на первом повороте. Там ещё вывеска «Аптека» будет. А дальше сам увидишь. Это самое заметное здание в том квартале.       Керкленд открыл дверь и замер, так как на улице уже стемнело и вовсю горели фонари. Он не помнил, во сколько к нему приехал Альфред, но мог поклясться, что тогда ещё вовсю светило солнце и был ясный день. По позвоночнику Артура прошёлся холодок, а на голове зашевелились волосы. Что-то нехорошее витало в воздухе, но он не мог понять, что именно. Воздух на улице был тяжёлый, сдавленный и его даже можно было увидеть. Как показалось Артуру. Воздух даже в темноте будто бы колебался, как в жаре от костра. Керкленд замотал головой, а Альфред похлопал его по плечу, так как мужчина открыл дверь и замер в проеме, не давая Джонсу выйти. Артур спешно пробормотал извинения и с радостью выпроводил Альфреда за дверь. Он даже не попрощался, лишь громко хлопнул входной дверью, так что даже коврик сдвинулся и съехал по ступеням вниз. Джонс удивлённо поднял бровь, глядя на дверь, а затем передернул плечами и направился к своей машине.       Альфред Франклин Джонс не был поклонником здорового образа жизни, однако и не был завсегдатаем заведений, в которых продавали что-либо покрепче колы. Поэтому охотник даже немного удивился тому, что Артур не стал спрашивать у него, почему ему нужен именно бар, а не очередная фаст-фуд забегаловка, так как Керкленд за столько лет знакомства знал Альфреда как никто другой и был осведомлён об особенных вкусах юноши. Впрочем особо усердствовать и размышлять над странным поведением Артура Джонс не стал, так как его и без того напряженные извилины за день выполнили слишком него работы, и теперь нужно было расслабиться, а сделать это можно было только заявив о себе жителям города.       Бар было не так трудно отыскать, учитывая то, что по мере его приближения число веселых и жизнерадостных людей возрастало, а огромная яркая неоновая вывеска была видна чуть ли не от самого дома Артура, что значительно облегчало Альфреду поиск.       Дверь приветливо открылась, впуская Джонса внутрь. Спертый воздух, наполненный вонью тел, выпивки и чего-то ещё, тут же ударил в нос Альфреда, и охотник громко чихнул. Впрочем за шумом ревущей в помещении музыки его никто не услышал. Поняв, что на него никто не обращает внимания и можно спокойно расслабиться, Альфред гордо вскинул голову и прошествовал к барной стойке; по дороге, однако, он все же попытался упасть, но сделал вид, что так и было задумано.       — Что будете заказывать? — бармен приветливо улыбнулся Альфреду.       Джонс ещё даже не успел сесть на стул, а ему уже что-то предлагают. Охотник вскинул голову, встретившись взглядом с зелёными глазами бармена. Эти глаза не были похожи на глаза Артура, они были более темные и сияющие. Как два огромных изумруда, что оттеняли смуглую кожу юноши, которому на вид было не больше двадцати лет.       — Чего-нибудь покрепче, — Альфред кашлянул в кулак и оглянулся, окинув оценивающим взглядом помещение.       Бармен довольно хлопнул ладонями по поверхности стойки и крикнул что-то на незнакомом для Джонса языке. Кажется, это был испанский. Увы, прогуливать занятия в школе Альфред любил, так что об испанском он знал ровно столько, сколько смотрел мексиканские сериалы. То есть, ничего.       Стул рядом с Джонсом медленно отодвинулся, и на него опустилась миловидная девушка, которая, заметив взгляд Альфреда, приветливо улыбнулась ему и махнула рукой бармену.       — Тони, за мой счёт, пожалуйста. — Начало фразы Альфред пропустил, но догадался, что речь идёт о заказе (что было настолько очевидно, что Альфред сам поразился своей гениальной догадке), который бармен тут же принялся с повышенной резвостью выполнять.       Девушка искоса поглядывала на Джонса, и хотя тот делал вид, что смотрит куда угодно, но только не на неё, охотник все же заметил столь ярое к себе внимание со стороны посетительницы бара. Девушка немного помедлила, а когда бармен поставил на стойку два бокала, украшенных маленькими зонтиками, осторожно придвинулась ближе к Альфреду.       На охотника повеяло холодом, и он обернулся, столкнувшись лицом к лицу с девушкой. Та мило улыбнулась, продемонстрировав ровные белые зубы, а затем предложила один из бокалов Альфреду.       — Миа, — она протянула Джонсу руку. — Не против, если составлю вам компанию?       Альфред перевёл взгляд с лица девушки на ее руку и обратно, а затем крепко пожал ее руку, отчего Миа немного недовольно поджала губы и сморщила носик. Джонс постарался улыбнуться ей самой блестящей своей улыбкой, однако чувствовал, что выглядит сейчас не самым лучшим образом. Девушка смотрела ему в глаза, что несказанно напрягало парня, однако он старался отгонять от себя такие мысли. Взяв бокал, Альфред с невозмутимым видом дотронулся губами до его края, а когда жидкость коснулась его языка, то громко закашлялся, чуть не уронив бокал на пол — до того крепкий был напиток.       От уничтожения частной собственности Альфреда спасла поддержавшая стакан аккуратная рука Мии. Девушка снова мило ему улыбнулась, а Джонс чуть не отпрыгнул от неё: ее руки были холодными, как будто она побывала на морозе, а ведь ещё даже не закончился сентябрь!       — Осторожней, так и разбить его недолго, — мягко протянула девушка, чуть приблизившись к Джонсу.       Миа сидела непозволительно близко к Альфреду, а затем подалась вперёд практически вплотную приблизившись своим лицом к лицу Джонса. Это были самые быстро развивающиеся отношения Альфреда в его жизни. Даже Артур дольше ломался, прежде чем согласиться на что-то. Девушка пристально смотрела в глаза Альфреду, даже не мигая, а ее пальцы нежно гладили юношу по коже, будто бы успокаивая, убаюкивая и отправляя в объятия этих сияющих карих глаз.       — Одну минутку, — Альфред аккуратным движением руки отодвинул девушку за плечо. — Я сегодня был в мексиканской забегаловке. А там вся эта острая еда. — Альфред полез в карман и извлёк на свет упаковку жвачки, откуда тут же кинул несколько пластинок себе в рот, тщательно их разжевывая. — Ну что, так лучше?       В лицо девушке пахнуло крепким ароматом перечной мяты, от которого даже у Альфреда заслезились глаза, а Миа зашлась громким кашлем, прикрыв лицо ладонями. Джонс тут же подскочил со своего места и как истинный джентльмен принялся помогать прекрасной даме не забывая обдавать ее с периодичностью мятным перегаром.       — Вам нужно на свежий воздух! И срочно! — приговаривал Альфред, за плечи выводя девушку из бара.       Никто из посетителей даже не заметил ухода этой парочки, кроме разве что бармена, который вернувшись из подсобки заметил оставленные на стойке два полных бокала.       Тугая дверь все же поддалась усилиям Альфреда, и он успешно вывел Мию на свежий воздух, где девушке практически мгновенно начало становиться лучше. Выход, через которые они вышли, вывел их не на главную улицу, а в какой-то переулок, в котором единственными обитателями был огромный мусорный бак, явно предназначавшийся для отходов бара, да пара старых поломанных деревянных стульев, каких в этом баре было полным полно. Джонс прислонил Мию к стене, а сам отошёл на пару шагов назад. Теперь в темноте ночного переулка стало заметно, как еле заметно светится кожа девушки, отражая долетевший до этого дальнего уголка свет от уличного фонаря.       — А у тебя ведь практически получилось, — дразняще протянул Альфред, улыбнувшись.       Юноша потянулся, все продолжая жевать жвачку, а затем достал ее пальцами и приблизился к девушке. Вся фигура Мии напрягалась, а сама девушка будто перестала дышать, исподлобья глядя на приближающегося к ней Альфреда. Она стала похожа не загнанного в угол зверя, который все же не собирался так просто сдаваться и планировал дать бой своему преследователю.       — Ну-ну, — будто бы успокаивающе сказал Джонс. — Не будешь сопротивляться, будет совсем не больно.       Альфред не успел сделать и одного шага, так как девушка сорвалась с места и кинулась на юношу. Спасла Джонса только его реакция, отработанная за столько лет и никогда его не подводившая. Ну, почти никогда. Если не считать тех нескольких раз, когда Артуру приходилось вытаскивать задницу Альфреда из не самых удачных ситуаций, и затем Джонс был вынужден отрабатывать Керкленду то, что тому пришлось выходить из дома. Иногда Артур мог быть действительно типичной английской занозой в заднице.       Одной рукой Альфред ловко перехватил руку девушки, заломив ей ее за спину, а другой обхватил за шею, прижав к себе так, что его мятная жвачка оказалось в нескольких дюймах ото рта девушки, обдавая ту своим ароматом.       — Ну вот, а я ведь предупреждал, — даже немного раздосадованно протянул Альфред, пресекая попытку Мии укусить его за руку.       Миа продолжала вырываться, причём с удвоенной силой, так что Альфреду с трудом удалось удержать ее и каким-то образом запихнуть жвачку ей в рот. Реакция девушки оставила Джонса в более чем удовлетворённом состоянии, так как она тут же прекратила брыкаться и как-то обмякла в его руках, согнувшись пополам. Альфред отпустил Мию, и она рухнула на землю. Из ее рта показалась белая пена, и девушка зашлась громким хриплым кашлем. Показались тонкие струйки крови, которые тут же окрасили пену в алый цвет и устремились вниз по быстро бледнеющей коже девушки, оставляя после себя яркие дорожки, будто весенние ручейки на снегу. Миа предприняла слабую попытку подняться, однако тело перестало ее слушаться: ее руки дрожали, практически перестав двигаться, ноги двумя безвольными плетьми лежали на земле, а по коже пошли длинные алые трещины, светившие еле уловимым светом, что был практически невидим для обычного человеческого глаза. Но не для Альфреда.       Джонс довольно хлопнул в ладоши, а затем заозирался, тут же приметив валяющуюся неподалеку ножку стула. Быстро подняв ее и оценив состояние, охотник тут же вернулся к Мии, которая уже с трудом походила на живого человека — это был скорее живой труп. Ее кожа стала практически прозрачной, так что сквозь неё были видны слабо пульсирующие сосуды, и покрылась тонким слоем инея. Волосы поседели, иссушились и походили теперь скорее на солому.       Альфред на всякий случай пнул девушку в живот, чтобы удостовериться, что она не будет сопротивляться, и перевернул ее на спину. Шея и подбородок девушки были залиты кровью, которая все ещё продолжала тонкой струйкой вытекать из уголков ее рта, когда Миа выдыхала воздух со слабым кашлем. И все же несмотря на свое состояние девушка оставалась довольно красивой. Возможно, если бы Альфред встретил ее в другом месте, при других обстоятельствах и в другом состоянии, он бы даже восхитился ею и вероятно провёл с ней какое-то время, но, увы, все обернулось иначе и не в пользу Мии.       Поудобней перехватит в руке ножку стула, Альфред склонился над еле дышащей девушкой, занёс руку над своей головой, готовясь нанести удар, и победно улыбнувшись, уловив во взгляде девушки страх.       — Спокойной ночи, куколка.