Неизбежность

POV Кенсу. Время неумолимо летело, весна принимала свои бразды правления, что меня очень радовало. На улице становилось тепло, и мы всё чаще выбирались с Чонином погулять во двор или выезжали в парк. Я начинал стоять на ногах, правда всего несколько секунд, которые позже перерастали в минуты, но ходить боялся. Наверное, я боялся упасть, хотя Чонин говорит, что без падений не бывает взлетов, да и он всегда меня поймает. Наши отношения становились всё приятнее. Он стал мне хорошей опорой в трудной жизненной ситуации. Я начинал питать к этому человеку определенную нежность, которую он принимал с лихвой. — Давай, Кенсу, врач сказал больше вставать с коляски, — Чонин потянул меня на себя, аккуратно поддерживая за плечо. — А теперь я встану перед тобой, а ты дашь мне свои ладони. Не делай резких движений, спокойно. И вот я иду навстречу мужу, страхуемый его руками. Я сделал около восьми мелких шагов, после чего ноги начали подкашиваться, и я упал прямо в руки Кима. Наши губы оказались слишком близко. Чонин несколько секунд смотрел на меня, после чего просто взял и поцеловал, прикладывая ладонь с плеча на щеку, притягивая к себе ближе за талию. Он целовал мягко и нежно, вкладывая всего себя. Я не смог не ответить. Руки запутались в его волосах, а мы, кажется, растворились в какой-то прострации. — Чонин, — прошептал я, когда он оторвался от моих губ. — Извини, ничего не могу с собой поделать, когда ты так близко. Я чувствую, что это взаимно. — Я не понимаю, что чувствую, но ты… нужен мне. Я хочу постоянно видеть тебя, чувствовать прикосновения, разговаривать, гулять с тобой, — Чонин ярко улыбнулся, усаживая меня в кресло и нагибаясь сзади, чтобы прошептать. — Дай своим чувствам шанс.

***

В школе тем временем творился полный хаос, потому что началась подготовка к выпускному и экзаменам, но хуже всего то, что между Беком и Чанелем выросла огромная стена. Всем от этого было не по себе. На перемену все теперь выходили на улицу, особенно на обеденную. Альфы носились с мячом, а омеги вообщем-то обсуждали вышеназванных. Сегодня ничего не предвещало беды, мальчики играли в баскетбол, омеги смотрели фотографии, сделанные на утренних соревнованиях по плаванью между школами, где, между прочим, Чанель взял первое место и обошел парня из спортивной школы. По территории еще слонялись ребята из других школ, я никого из них не знал особо, поэтому меня они не беспокоили, хотя многие омежки уже успели раздать свои телефоны чуть ли не всем участникам команд. Оказалось, кое-кого, я все-таки знал. Это я понял, когда на площадке нарисовалась команда спортивной школы Хонде. Их капитаном оказался бывший парень моего брата, которого мы оба до сих вспоминаем с тихим ужасом. Чхве Шивон, был самым настоящим нарциссом, любящим только себя и красивых омежек. Этим его Бекхен и зацепил, а еще своим нравом. Они встречались всего несколько месяцев, прежде чем на одной из вечеринок, Шивон попытался затащить его в постель. И хорошо, что рядом был Сехун, который вовремя зашел в комнату, услышав, проходя мимо, сквозь музыку крики. Он еще долго надоедал брату, и мы думали, что никогда от него не избавимся, потому что его дружки начали лезть и ко мне. — Бек, сколько же мы не виделись, — запел он, заприметив моего брата. — И еще столько же бы не виделись. — Да ладно тебе, — он положил руку ему на плечо, и я заметил, как на поле напрягся Пак. — Столько времени прошло. Ты даже замуж успел выйти за Пака, которого вроде ненавидел. — Он куда лучше тебя, поверь, — брат говорил короткими фразами, а значит, был раздражен до предела. — Помнится, ты всегда говорил об обратном. Человек не может так быстро измениться. Неужели бизнес твоих родителей пошел ко дну? Ты даже метку ему дал поставить… — Отойди от него, — послышалось позади. Пак неожиданно решил вмешаться в разговор. — Пак, будь честным, это расчет. Продолжай играть в баскетбол, а я поболтаю со своим старым другом, — он приобнял Бека, и того передернуло, у него в голове до сих пор хранились воспоминания того дня. — Руки убрал, — зарычал Пак, и пешки Шивона отступили на шаг назад, но не он. Вообще не очень понимаю таких людей, которые на чужой территории устраивают подобные сцены, учитывая еще, что и по физическим данным Пак его явно превосходит. Шивон, как мне кажется, и добивался этих эмоций от Чанеля. Он словно энергетический вампир. Не выдержав, Чанёль ринулся на Чхве и просто отшвырнул того в сторону, отталкивая Бека поближе к омегам. Ну, а дальше картина маслом. Шивон вскакивает, кидается на Пака, начинается потасовка. Наши парни встают стеной перед друзьями бывшего парня Бека, чтобы те не мешали. Начинается просто невообразимая толкучка, из которой я только понимаю то, что Пака оттаскивают, и между ними встает Бек, который понимает, что Чанель может избить другого до полусмерти, ибо тормозов у него не было отродясь. — Убирайся отсюда, — закричал Бек бывшему парню. — Не знаю, зачем ты вообще все это затеял. — Да чтобы вывести вас на чистую воду. Вы смешные. Дети буржуев, — после этих слов Чхве пошел прочь, смеясь и прихрамывая. Я же говорил, он просто вампир, который не остановится, пока не доберется до сути и не вычерпает все эмоции. — Всё, расходимся, господа, — тихо сказал брат. — А ты, Пак, следуй за мной, — он кивнул в сторону школы, и муж молча поплелся за ним, стирая кровь с губы.

***

POV Бекхен. Я завел Пака в медицинский кабинет и усадил на кушетку. Медсестры как обычно не было. Ее больше волновал учитель корейского, нежели здоровье учеников, поэтому она частенько даже забывала закрыть кабинет, убегая с ним отобедать. Найдя перекись и пластыри, я начал обрабатывать боевые ранения мужа, который сначала шипел от боли, но увидев мой убийственный взгляд, заткнулся и решил перетерпеть. — Ну и зачем ты вмешался? Ему только это и нужно было. — Нужно было, вот и вмешался. Я прекрасно помню этого кретина, когда он еще встречал тебя после школы. Еще тогда он показался мне недалеким. Но я так и не понял, почему вы расстались. В любом случае, он пытался испортить репутацию моей семьи, членом которой ты являешься. — Я встречался с Шивоном год назад. Тогда он чуть не изнасиловал меня. Его родители долго уговаривали моих не подавать заявление в полицию. Но, как вижу, он совсем не изменился. — Урод. Если кто-то будет так себя вести по отношению к тебе, сразу говори мне, — Чанель посмотрел мне в глаза. — А, зачем? Зачем тебе заступаться за меня и тратить свои ресурсы. Ты не любишь меня, не дорожишь мной, зачем тогда, Пак? Я сам смогу разобраться со своими проблемами. За сегодня, конечно, спасибо, но я не хочу, чтобы потом ты тыкал мне этим и пытался прибавить плюсик к своей карме. — Бек… — Что «Бек»? Ты же меня как личность не воспринимаешь. И я не знаю, зачем я обрабатываю тебе сейчас раны. Ведь ты прикрывал задницу своей семьи, но не мою, — на этих словах я встал и направился к двери, Чанель бросился за мной и, перехватив за талию, прижал к ней спиной. — Ты, что делаешь? — Воскликнул я, а дальше меня поцеловали. Чувственно и нежно, заставляя землю уходить из-под ног. Я оттолкнул его, но он примкнул вновь, прижимая к себе с силой, которую мне не побороть. — Я не хочу быть в твоих глазах такой свиньей, — оторвавшись, прошептал муж в мои губы. — Тогда постарайся измениться, хоть чуть-чуть, — тем же тоном сказал я, открывая дверь и выпутываясь из объятий, которые он молча разомкнул. Что творится с этим человеком? Почему он заставляет мое сердце биться, лицо краснеть, а мысли испаряться.

***

POV Кенсу. Я чувствовал себя все увереннее. Труды Чонина и врачей давали огромные плоды. Муж радовался моим победам больше меня, а я понимал, что не смогу развестись с ним. Ведь он стал моим миром, тем, кого я вижу просыпаясь рано утром, за чьими танцами я наблюдаю с неподдельным восхищением. Он тот, у кого постоянно пригорает яичница, но прекрасно получается шарлотка. Он тот, кто постоянно учит меня чему-то новому, а главное он учит меня чувствовать себя и делать только то, что приносит удовольствие. Погода разгулялась, и на улице стало совсем тепло. Чонин решил устроить барбекю на заднем дворе. Позвали друзей, закупили кучу продуктов. Муж занимался мясом, пока остальные резали нарезку в доме и ждали оставшихся гостей. Я просто сидел возле него, наблюдая за манипуляциями. Все-таки есть в Чонине определенная виртуозность и плавность. Даже в том, как он переворачивает мясо. Он заставлял любоваться собой изо дня в день. Запах стоял просто обалденный. Слюноотделение было на пределе. — Хочешь попробовать пожарить? — Не отказался бы, но коляска не позволит, — понуро опустил голову я. — Так, вставай. Дай мышцам напрячься, врач и так нас ругает, что ты редко встаешь. И больше из-за неуверенности. Я поддержу тебя. Я попробовал встать, муж тут же подхватил меня за талию и тихонько подвел к мангалу, не отпуская. Краем глаза я заметил, как округлились глаза брата и Лухана, которые как раз собирались войти на задний двор, но притормозили. Мы не рассказывали никому о том, что я прихожу в норму. — Смотри, чтобы мясо хорошо прожарилось, — тихо сказал Чонин мне на ухо, и я был рад, что большинство ребят сейчас в доме, ведь Ким даже не пытался скрыть своих чувств. — Чонин, на нас уже смотрят, — вздохнул я, переворачивая мясо. — И что? Я твой муж и страхую тебя. — Твои прикосновения… — Тебе приятно, — улыбнулся он, — но ты стесняешься. — Да, — в ответ улыбнулся я. — Я хотел бы обнимать тебя у всех на глазах. Не хочу думать о чужих взглядах и разговорах. Они не имеют значения. Я знаю, что тебя все это смущает и пугает, и это как барьер для меня. Я не хочу верить в то, что после выздоровления мы разведемся. Я очень надеюсь, что ты передумаешь… мясо можно доставать. Оно готово. — Мы вместе убрали мясо на тарелку, и он посадил меня в кресло, потому что ноги устали, и нужно было отдохнуть. Вечер был очень теплым и домашним. Были только самые близкие друзья, мы много разговаривали, смеялись, обсуждали ближайшие планы. Даже Чанель и Бек, которые в последнее время как-то отдалились друг от друга и ушли в затишье, сегодня много улыбались и шумели, как в старые добрые времена. Ребята ушли за полночь, хоть мы и предлагали остаться в гостевых, но нет, они понимали, что мы оба устали, поэтому даже помогли помыть посуду и убрать все со двора, за что я им был неимоверно благодарен. Спать не хотелось, и мы вышли к уличным качелям. Чонин тихо отталкивался от земли ногами, сжимая мою ладонь в своей. — Порой, мне кажется, что ты упорхнешь в один ужасный момент, — неожиданно сказал Ким, повернув голову ко мне. — Не хочу. Мне хорошо, когда ты рядом. — Почему? — Ты стал моей семьей, взял на себя груз жизни с больным человеком, стал опорой. Я никогда не чувствовал такой прилив нежности к кому-либо. Я никогда не испытывал подобного. — Ты влюблен. Все просто, — на этих словах он чмокнул меня в губы, задержавшись на секунду, но я перехватил его губы, превращая сие действие в полноценный поцелуй. Чонин придвинулся чуть ближе, беря мое лицо в свои ладони. Я погружался в него, как в самую глубокую пучину моря, теряясь в теплых волнах этих новых чувств. Да, я влюблен, это однозначно. — Кенсу, не знаю, получится у нас или нет, но давай попробуем стать настоящей семьей, — прошептал Чонин, потирая свой нос об мой. Я кивнул, улыбаясь и радуясь тому, что между нами наконец все прояснилось. Наверное, так и должна выглядеть первая влюбленность, которую мы, надеюсь, сможем пронести через все преграды.