Клетка

От автора: не разбираюсь в рейтингах...возможно, здесь он чуть-чуть повысился. Как только дверь за Голдом захлопнулась, Дэвид, не раздумывая ни секунды, направился к выходу. Перед глазами все еще стояло лицо Регины, скованное от боли, плотно сжатые губы, не позволяющие стону сорваться. Он просто не мог допустить, чтобы с ней что-то случилось, а, вспомнив реакцию Голда на танец с Джефферсоном, который, как оказалось, был другом семьи уже несколько лет и не должен был вызывать таких последствий в виде синяков, Дэвид был точно уверен, что обед с ним, да еще и в компании их дочери, будет ей дорогого стоить. Дэвид уже открыл дверь и, заметив только, как Регина, не оборачиваясь, села в машину, почувствовал, как его кто-то схватил за руку, затягивая обратно в кафе. Тут же с другой стороны его потянула Руби. - Дэвид, ты не можешь этого сделать, - сказала она, все еще придерживая его за рукав. - Черта с два я позволю ему так с ней обращаться! Ты ведь знаешь, о чем я говорю! Отпусти, Руби! – прокричал он, освобождаясь от ее хватки. Но тут же был остановлен стоящей прямо поперек двери Бабушкой. - Сейчас ты ничем не можешь помочь, Дэвид, ты только ухудшишь ситуацию, - хотела убедить она его, но мужчина лишь намеренно зашагал к дверям. - Вы не можете меня остановить, - сказал он. – Я должен ей помочь. Я обещал… - в голосе чувствовалось какое-то отчаяние и грусть. Да, он обещал защитить ее, но теперь им двигал не столько внутренний долг, сколько сильное желание просто прижать ее к груди и никогда не отпускать. Бабушка сочувствующе похлопала его по плечу. - Ты должен понять, Голд ее муж, а ты ей никто, что бы вы там друг к другу не испытывали, - сказала она. - Испытывали? Нет, мы ….друзья, - перебил он. Бабушка лишь усмехнулась. Друзья? Ну конечно, ведь ты испытываешь к ней «только» дружеские чувства, Дэвид, пронеслось у него в голове. Руби, все время стоящая рядом, как-то грустно улыбнулась. - Дэвид, мы все понимаем, но ты должен понять, у Регины все будет хорошо. Голд никогда ей плохого не сделает, - она старалась убедить его, хотя голос звучал неуверенно. - Никогда? Ты, наверное, забыла о тех следах, что он оставил, - возмутился он. - Но… дальше этого никогда не заходило… - как-то тихо произнесла она. - Дальше этого? – брови Дэвида взметнулись вверх, - Я должен немедленно увидеть ее! Что, если… - Все обойдется, - прервала его Бабушка, - Сейчас с ними Меган, а она всегда умела постоять и за себя и за маму. Смелая девчонка, даже отца не боится, - пояснила старушка. - Ей 17! Вы вообще в своем уме?! – поражался Дэвид. Казалось, все в Сторибруке знали про сложившуюся ситуацию, но никто не хотел и пальцем пошевелить для ее разрешения. Все просто считали это естественным. Почему? Не понимал он. - Вы ведь не позволите мне сейчас к ним пойти, не так ли? – спросил он, уже как-то мысленно сдавшись. Если что он и понял, за ту неделю, пока жил здесь, так это, что с Бабушкой лучше не спорить. - Дождись завтра, Дэвид, - ответила она и ушла в подсобку, поняв, что сегодня шериф уже никуда не пойдет. Дэвид со всей силы ударил кулаком по столу и, взъерошив свободной рукой волосы, вышел из кафе, бросив на прощанье только: - Если завтра я ее не увижу, то в дом мэра я пойду уже на правах шерифа. *** Сидя в машине и смотря в окно, Регина мысленно проклинала тот день, когда она связала свою судьбу с Голдом, хотя, казалось, вместе они были всегда. Только вот эта сжирающая его изнутри ревность никогда не проявлялась так сильно. Особенно сегодня. И причиной всему был Дэвид. Неужели он и правда думал, что она что-то чувствовала к нему, а чувствовала ли? Регина даже сама себе не могла ответить на этот вопрос. Только одно было ясно, с Дэвидом ей было комфортно, она вела себя свободно и раскованно. И ей это нравилось. Регина почувствовала, как чья-то теплая ладонь накрывает ее собственную и, отвернувшись от окна, поняла, что это Меган. Она как котенок подтянула под себя ноги и, положив голову ей на плечо, взяла за руку. Регина крепко ее сжала в ответ и, поворачиваясь к ней лицом, поцеловала ее в лоб. - Спасибо, милая, - прошептала она. *** Всю ночь Дэвид плохо спал, он так и не смог сомкнуть глаз после вчерашнего вечера и его собственной безвыходности. Но сегодня был уже другой день, и, проводив жену на работу, он первым делом отправился в конюшни. Ему было просто необходимо ее увидеть. Но, войдя в стойла, Дэвид никого не обнаружил, то же самое было и на стадионе. Уже начиная волноваться, он неожиданно услышал шум с задней площадки и быстро пошел в том направлении. Но не успел он дойти до нее, как столкнулся с Джефферсоном. - О, прости, не видел тебя, - извинился он. - Порядок. Регина там? – сразу перешел к делу Дэвид. - Нет, ее сегодня не будет. Она позвонила и попросила зайти покормить жеребцов, - ответил Джефф, слегка потупив взгляд, что, конечно, не ускользнуло от Дэвида, и быстро поблагодарив его, он отправился прямо к дому мэра. *** Быстро добравшись до особняка, Дэвид несколько раз позвонил в дверь, но никто не открывал. Беспокойство начало играть в нем с новой силой, рисуя в воображении самые ужасные картины. Он решил обойти белоснежное здание, как внезапно услышал какой-то шум, доносящийся с задней стороны дома. Выйдя на большую лужайку, его взору предстала удивительная картина. Посередине двора стояла огромная яблоня, полная свежих, красных плодов, а рядом с ней, с корзинкой в руках стояла Регина, облаченная в темно-синее облегающее платье. - Регина, - позвал он ее. От его приближающегося голоса в женщине все встрепенулось. Он был здесь. - Здравствуй, Дэвид, - не оборачиваясь, произнесла она. Регина ни в коем случае не хотела, чтобы он видел ее такой. Но, казалось, этот защитный жест не смог его обмануть, и уже в следующую секунду, Регина почувствовала, как его крепкие руки разворачивают ее к себе. Все еще противясь этому, женщина выронила корзинку с яблоками, и, резко развернувшись, закричала на него: - Зачем ты пришел, Дэвид!? – в ее голосе было столько боли и негодования, что казалось, его сердце разорвалось на миллион кусочков, но внимательно посмотрев на нее, он все же заметил то, что она так отчаянно старалась скрыть. На губе была небольшая ранка. В Дэвиде моментально начала закипать злость на человека, который посмел поднять руку на такую женщину, но посмотрев на Регину, на ее немного испуганный и какой-то затравленный взгляд, он нежно погладил ее по щеке и привлек к себе, заключая в объятия. Они простояли так несколько минут, в полной тишине, казалось, время остановилось, чтобы дать им насладиться моментом. Но внезапно Регина отстранилась от него и, сказав только, что им надо поговорить, пошла в дом. Голд был в магазине, а Меган где-то гуляла, так что никто не мог помешать их разговору. *** Дэвид сидел за столом на кухне, наблюдая, ка Регина наливала им чай. Он догадывался, о чем она хотела поговорить, но уступать он не желал. - Вот, с ромашкой, - она поставила перед ним кружку, и сама встала напротив него. Минуту они молчали, не зная, кто и что должен говорить. - Так больше не может продолжаться, - первой нарушила тишину Регина. Она вертела кружку в руках, завороженно смотря в черноту напитка. – Мы больше не должны видеться. - Что? – Дэвид был шокирован. - Ты не понимаешь, Дэвид. Голд – мой муж, я должна с ним считаться. - Это ты называешь «считаться»??! – выкрикнул Дэвид, с треском ставя кружку на стол. - Это называется браком, Дэвид! – бросила она ему, впервые встречаясь с ним взглядом, в котором скользила решительность и настрой. – Ты ведь и сам женат, забыл? - Я… это все сложно, Регина,… - медлил он. Да, Мери-Маргарет, сколько он себя помнил, всегда была с ним, но он не был с ней до конца счастлив. Только встретив Регину, он полностью осознал это. Да, у него была жена, но их брак уже можно было назвать фиктивным. Он точно ее не любил, а Мери-Маргарет так погружалась в работу, что, казалось, и вовсе забывала про его существование. - Регина, пойми, то, что происходит между мной и Мери-Маргарет уже едва зовется браком, - объяснял он, - мы с ней столько времени вместе, что я могу нас точно назвать друзьями, но никак не счастливыми супругами. - Но у меня есть муж и дочь. Я счастлива с ними, - возразила она, снова опуская взгляд. - Ты лжешь, - тихо произнес Дэвид, - Твое называемое счастье слишком дорого тебе обходится. Регина не могла смотреть ему в глаза. Он был прав. В порывах ревности Голд был неуправляем и мог сделать все, что угодно. В памяти сразу всплыло то, как он вчера ударил ее, разозлившись, что она позволила Меган проводить с ним время. Регина инстинктивно поднесла руку к губам, нащупывая небольшую трещину и припухлость. Но неожиданно она почувствовала, как Дэвид, оказавшись рядом с ней, осторожно провел ладонью по щеке и, положив ее руку к себе на сердце, припал к ее губам. Поцелуй был нежным и мягким, он хотел запомнить ее вкус. Внезапно она поежилась, видимо, он задел трещину, и на секунду отстранилась, пристально смотря в его глаза. «Прости», – прошептал он, рукой проведя по ее по волосам и убрав выбившуюся прядь за ухо. Он смотрел, как ее взгляд наполняется теплом и светом. Под своей рукой она чувствовала бешеный ритм его сердца, которое, казалось, было готово вырваться из бренного тела. Она не могла больше сопротивляться желанию и подалась вперед, снова сливаясь в поцелуе, только теперь уже более глубоком и требовательном. Регина прикусила его за нижнюю губу, слегка оттянув, чем вызвала легкую улыбку на его устах, и он лишь сильнее притянул ее к себе, позволяя их телам слиться в напряжении. Он с легкостью подсадил ее на стол, обсыпая поцелуями открытые участки шеи и груди. А Регина обвила его ногами, сильнее прижимая к себе. Она чувствовала, как его мягкие губы касались ее шеи, медленно посасывая пульсирующую жилку, а его руки, обхватив ее груди, мягко сжимали их, заставляя низ живота ныть от возбуждения. Уже давно никто не трогал ее так. С такой страстью и нежностью одновременно. Она немного подалась назад, освобождая для него путь, но Дэвид внезапно подхватил ее на руки и, быстро преодолев лестницу, оказался в спальне. Осторожно поставив ее на ноги, он снова притянул ее для поцелуя, но едва коснувшись его губ, она отстранилась, улыбка играла на ее лице. Регина оттолкнула Дэвида к кровати и, отойдя на пару шагов, плавно потянула молнию на платье, медленно обнажая сначала одно плечо, потом другое, и затем платье коснулось пола. Казалось, Дэвид потерял дар речи, а Регина, минуту назад стоящая перед ним лишь в кружевном темно-синем белье, уже приближалась к нему. Обхватив его лицо руками она углубила поцелуй, позволяя их языкам изучать друг друга, и опустилась на него сверху, чувствуя, как его руки начинают бродить по ее спине, бедрам и плечам, стараясь запомнить каждый выступ. Его губы переместились к ней на ключицу и, немного прикусывая, остановились на груди. Легким движением он освободил ее от лифа, отбрасывая его в сторону, и, улыбнувшись, припал к ней, посасывая и сжимая свободной рукой. С губ Регины сорвался стон, что еще больше возбудило Дэвида. Регина ощущала, как его мягкий язычок обводит ее затвердевший сосок, а рука непроизвольно поглаживает вздымающуюся грудь, заставляя Регину подаваться навстречу ему, сильнее запуская руки в его волосы. Неожиданно Дэвид перевернул ее, и на секунду отстранившись, скинул рубаху и брюки, ловя на себе завороженный взгляд женщины, полный любви и отдачи. Не позволяя ему вернуться на место Регина поднялась с подушек к нему, жадно впиваясь в его губы. И тут уже пытка началась для него. Легкими поцелуями она покрывала его плечи, опускаясь к груди. В комнате стояла такая тишина, что, их единенное сердцебиение можно было отчетливо слышать. - Господи, Регина, я хочу тебя, - выдохнул он ей в волосы, сильнее притягивая ее, чтобы она почувствовала его возбужденную плоть. - Чего же ты ждешь? – сквозь поцелуй улыбнулась она, чувствуя сладостное напряжение внизу живота. Вопрос прозвучал для него призывом, и, опуская ее на кровать, он освободил ее от последнего элемента белья, открывая ее всю своему взору. На какой-то момент он засомневался, что все это правда, и еще раз притянулся к ней за поцелуем, обвивая ее за талию. Его рука нежно поглаживала грудь и плоский живот, опускаясь в сокровенное место и пальцами проникая в него, чувствуя как сильно она возбуждена. Регина подалась к нему вперед и с мольбой посмотрела ему в глаза. - Дэвид, - шептали ее губы, а руки сжимали его плечи, сильнее притягивая к себе. Он припал к ее губам и вошел, заглушая ее стон поцелуем. Ни на секунду не разрывая контакта и продолжая ласкать ее покорное тело, он задвигался в ней, чувствуя, что вот-вот они достигнут пика. *** Все еще в объятиях друг друга они лежали на подушках, тяжело дыша. Каждый обдумывал произошедшее. Дэвид был счастлив, впервые за долгое время он чувствовал себя дома, и не в этом особняке или в кровати, а рядом с этой женщиной. Он чувствовал, что что-то внутри него сломалось, но не мог понять что. Обнимая Регину, которая лежала у него на груди, а ее горячее дыхание щекотало кожу, он поцеловал ее в волосы, вдыхая ее аромат. - Я люблю тебя, - просто сказал он. Регина резко отстранилась от него, заставив его с удивлением посмотреть на нее. Женщина отвернулась и опустилась на подушки. - Дэвид… - только и смогла выговорить она, внутри все сжалось, и хотелось выть от боли, которую она собиралась ему причинить. Мужчина медленно придвинулся к ней и поцеловал в плечо, рукой стягивая со спины покрывало. - Мы с тобой не можем быть вместе. У меня есть муж, он меня никогда не отпустит. И Меган, что я ей скажу, о Господи, зачем мы это сделали, Дэвид, – все говорила и говорила Регина, не обращая внимания на его молчание. Две красные отметины, пересекающиеся на ее спине, как занавес открыли перед ним завесу прошлого, будущего и настоящего. Он не слышал всего, что она говорила, потому что что-то внутри окончательно оборвалось, высвобождая его настоящую натуру. Рядом с Региной больше не было Дэвида Нолана. В ее кровати лежал Принц Джеймс.