Underfell

На одном из крупных островков, образующих квадрат с ромбом внутри, без сознания лежал человек. Без сознания ли? Уши, как, впрочем, и бОльшая часть лица, были в крови. Рядом с ним лежал рюкзак, признаков жизни тоже не подававший. Земля в различных точках островка была вся изрыта, и в ней красовались, подобно шрамам, большие воронки. Что же здесь произошло?.. ============================================================ —…Смотря что “весело” для тебя, — сказал Флауи, оглянувшись на окружающие их островки. Похоже, только с помощью этих решёток так тут и можно перемещаться… — О, ну знаешь, — в Славе снова проснулся саркастичный мудак. — Экшн, бомбы, и прочее. Флауи лишь хмыкнул с ноткой злости, хотя обиду он не затаивал. Как будто был смысл… Ещё одна решётка, с шипением выбросив пар, перебросила Славу на другой островок. Как ни странно, место казалось довольно пустынным – ни монстра в округе. — Хоть бы показался кто, — с ноткой разочарования вздохнул Слава, осматриваясь по сторонам, не забывая следить, куда идёт – в лаве умирать не очень хотелось. Островок, на котором он был находился столб с висящим на ней двойным рупором. На других виднелись такие же. И тут, словно услышав Славу, из ближайшего рупора раздался сначала противный писк настраиваемого микрофона, а позже - чей-то очень жизнерадостный голос. — Здрравствуйте и добррро пожаловать на шоу “Убей человека”! — голос неизвестного был явно с наигранными эмоциями, причём это так явственно чувствовалось, что можно было подумать, будто говорил робот. — И сегодня мы… что? — голос прервался, его явно кто-то отвлёк. Потом он уже заговорил, но тише. — Что? Но… — раздался раздражённый вздох. Рупор противно пропищал и отключился. Слава же не терял времени даром и уже перепрыгивал на второй островок. Он решил пока не придавать значения этим неожиданным выкрикам, а потому просто продолжал идти вперёд, ближе и ближе к постройкам вдалеке. — Что это было? — спросил Флауи, не сводя взгляда со столбов. — Запугивание? Я и сам не знаю, — равнодушно пожал плечами Слава и вытер лоб. — Ну и жара тут… — Соответствует названию, м? — Флауи усмехнулся. — Дай мне фляжку. Слава молча подал ему фляжку и даже специально повернулся, чтобы посмотреть, как цветок будет ПИТЬ. Не просто мочить корни, а именно ПИТЬ. Точно также, как и он сам делал несколько минут назад. Флауи, сделав пару глотков, вернул сосуд человеку, облегчённо вздохнув. Мальчик повесил фляжку обратно на пояс и сделал ещё один прыжок. На этот раз он оказался не просто на островке – на огромном острове, формой похожий на квадрат с ромбом внутри. На нём были раскиданы предметы всяких форм и размеров – Слава насчитал шесть. Рупор на столбе снова пропищал. — Экстренные новости! Вероломные люди-террористы пробрались в Жаркоземье и заложили бомбы! Наша доблестная гвардия захватила одного из них, а останется ли он жив или нет – вопрос его реакции и умений! — Дальше это всё стало звучать, как в каком-нибудь шоу, где надо “выживать”. — Бомбы заведены на минуту, и если сдетонирует одна – сдетонируют и все остальные, даже если они были обезврежены! — голос нервно усмехнулся. — Ну что ж, приступим! На ближайшей “бомбе”, которая выглядела как чёрный шар с верёвкой, загорелся таймер, показывающий 60 секунд. Её же Слава сразу пнул в лаву, что стало его почти роковой ошибкой - скинутая бомба почти сразу взорвалась, подняв огромный вихрь лавы, от которого он еле увернулся. Но он не учёл одного – чтобы избежать судьбы быть зажаренным заживо, он подбежал слишком близко к другой бомбе, которая взорвалась, едва мальчик осознал, что только что сделал и попытался отойти. А дальше всё резко и со вспышкой боли ушло в темноту. ============================================================ — Мм, бля-ять… — Слава со страдальческим стоном перевернулся на бок. При попытке открыть глаза те просто не открывались. Буквально. Поэтому некоторое время Слава лежал на боку, с закрытыми глазами, выглядя так, будто спит. — О-ох… — за спиной мальчика раздался голос Флауи. Он вдруг взволнованно вдохнул. — Слава? Слава! — Иди… Нахуй, — Слава снова перевернулся на спину, но при попытке перевернуться на другой бок он вдруг почувствовал приступ тошноты, что заставило его быстренько сесть на пятую точку. — Что- — Флауи был прерван неожиданным приступом рвоты у человека. Наружу вышел весь сегодняшний завтрак. Всё это сопровождалось тяжёлым дыханием и странными звуками со стороны Славы. Дабы не наблюдать сию великолепную картину, цветок поспешил отвернуться, делая вид, что смотрит на другие острова и на то, что их ждёт дальше. Продолжалось это на протяжении нескольких минут. Когда, кажется, всё вышло, Славе стало немного легче. Он отполз от лужи собственной рвоты и снова упал на бок. Ему страшно хотелось пить, что он и сделал, дотянувшись до фляжки. — Мне… мне так жаль, что ты вообще попал сюда, — Флауи заговорил каким-то загробным голосом. Славе это очень не понравилось, и он оторвался наконец от сосуда. — Главное, что не помер. Хорошо, хоть, без осколков… — Слава быстро осмотрел себя. Судя по отсутствию дырок в свитере, он был прав. Но даже несмотря на это, конечности ощущались, словно были деревянными. Претерпевая боль в руках и ногах, он всё же поднялся и снова накинул рюкзак на плечи. Руки были деревянными, а ноги – ватными, так и подкосились, едва Слава встал на них. Рупор противно пропищал, добавляя головной боли к уже имеющейся. — Хо-хо! Посмотрите на это! Он выжил, даже после детонации всех бомб! Какой счастливчик! Но мы посмотрим, сможет ли он пройти... следующие испытания! — обладатель голоса было засмеялся, но трансляция была вовремя прервана. Слава лишь тёр голову, в надежде, что она скоро пройдёт и продолжал путь. Спотыкаясь и молясь, что не отрубится и не упадёт в лаву, Слава приближался к возвышающимся зданиям, которые уже не были так далеко. И вот, когда он шёл, смотря в землю, стараясь не вызывать головокружения у себя, он вдруг услышал чей-то недовольный кашель, призывающий внимания. Перед ним стоял… нет, висел в воздухе самолёт. Не настоящих размеров, конечно, но довольно заметный. На вершине его, там, где, по идее, в реальном самолёте должна быть кабина пилотов, находилась розовая шапочка. К сожалению, ни названия шапочки, ни модели самолёта, на который был похож этот, вспомнить никак не удавалось. Без лишних слов образовалось “поле боя”. Слава лишь тяжело вздохнул и пока решил не трогать клюшку. Над “полем” начали летать самолёты поменьше, сбрасывающие миниатюрные бомбы, создающие огромные столбы из пламени. К счастью, уклониться от этого, даже несмотря на то, что с ним только что приключилось, для Славы не представляло особых трудностей. — Слушай, у меня сейчас нет охоты сражаться. Давай пойдём путём любви и разойдёмся мирно? — спросил Слава, решив попытать удачу. — Л-любви? Ты мне даже не нравишься! Идиот… — на “щеках” самолёта, разговаривающего вдруг женским голосом, вдруг появился румянец. Самый настоящий, красный румянец. У самолёта. Слава не удивлялся - ему попросту не хватало сил это делать. — А ты мне нравишься! Поэтому я не хочу тебя убивать! — Слава решил разыграть роль “влюблённого паренька”, а потому он даже подошёл поближе. Но не слишком близко. Румянец на самолёте стал только сильнее, а она молча начала свою атаку. В этот раз это были самолёты, пролетающие через “поле боя” и оставляющие за собой “выхлопы” – неровные шары чего-то непонятного, но явно плохого для него. Слава подошёл ближе, вспоминая комплименты и пикап-линии на ходу, некоторые даже придумывая сам. В конце концов, самолёт не выдержала и запищала, сделав круг вокруг своей оси, пытаясь скрыть своё лицо. — Я-я не могу!.. Н-не думай, ч-что ты мне нравишься, просто… ладно, иди, — самолёт отлетела к краю островка, освобождая проход. Не сводя глаз с самолёта, Слава медленно прошёл мимо неё, стараясь не делать лишних движений. Но, как назло, в глазах всё потемнело, а следующее, что ощутил Слава – это падение на землю. Мальчик снова выругался. — Т-ты как? — спросила самолёт, подлетев к нему и наклонившись так, что между её “лицом” и его собственным оставались считанные сантиметры. — О, просто великолепно. Знаешь, пережил вот взрыв, плохенько что-то, — не без желчи ответил Слава. Он понимал, что стоило ответить повежливее, но сейчас что-то на него как будто нашло. Сразу после этого землю снова несколько раз тряхнуло. — Хмпф! Как грубо! Я просто интересовалась! — Помоги, — Слава протянул руку самолёту, хотя не знал, как она его поднимет. Та, вздохнув, взяла его руку своим крылом и поставила его обратно на ноги. Ощущение приятного холодка от металла напомнило мальчику о жаре в этом месте, и он прижался своей потной щекой к фюзеляжу своего “поднимателя”. — Ч-что ты делаешь?! — начала возмущаться обладательница этого самого фюзеляжа, но Слава быстро, как это делают в фильмах, приложил палец туда, где, по его расчётам, должен был находиться рот. — Тшш. Давай просто насладимся тишиной, м? — Я… — она замолчала, смущённо отвернувшись. Слава протёр лицо от пота рукавом свитера и через несколько минут прервал эти своеобразные “обнимашки” с самолётом. — Тебя как зовут хоть? — спросил Слава, протирая ладошки от пота. — Модель Икс-Джей 10. Создана для… неважно! Это всё равно секрет! — Ладно, не кипятись. Уже ухожу. — Да! Тебе же лучше! Идиот… — последнее слово Икс-Джей 10 сказала уже себе под нос, когда Слава отошёл немного. — Весело, а? — спросил Флауи. — Так, может, и девушку себе заведёшь, — цветок хихикнул. — А, иди ты, — Слава лишь улыбнулся и лениво махнул рукой. — Я больше по человекоподобным роботам. — Так ты роботофил? — Нет. Просто внешность лучше, вот и всё. — Ну ладно, — Флауи вытер пот уже со своего лба лепестком-рукой и утомлённо примостился головой на плече у человека. Дальше по пути их ждали конвейеры, каким-то чудесным образом тоже служившие мостами между островками, но работала лишь половина из них. Для Славы это будто был рай – его ноги устали стоять ещё когда он встал на них после взрыва. Впрочем, такие поездки были недолгими и часто заканчивались падением мальчика на землю, когда он по инерции скатывался на неё с ленты. Чем ближе к зданиям с большими трубами, тем больше становилось конвейеров. На лентах даже стали появляться всякие приборы – манометры, весы, дозиметры, и тому подобное. Слава не был клептоманом, но один дозиметр всё же взял себе – в таком загрязнённом месте как Жаркоземье было бы полезно узнать, насколько ты заражён. К сожалению, в нём не было батареек, так что сейчас он был бесполезен. Хотя бы много места в рюкзаке не занимал. Флауи положил прибор рядом с пистолетом, про который они, почему-то, забыли ещё с Руин. — Слушай, — обратился цветок к человеку во время очередной поездки на конвейере. — Чего? — Слава осматривался по сторонам. Судя по всему, они были в промышленной зоне, раз тут повсюду теперь наблюдались рабочие машины, прессы, станки… — Помнишь тот пистолет, из Руин? — Пис… а! Да, а что? — Что-то мы им вообще не пользуемся. — Всему своё время, — Слава на этот раз не упал на землю при сходе с ленты и сразу продолжил идти. — Может, он нам здесь пригодится, кто знает? — Логично. На этом молчание продолжилось. И, наверное, оно бы продлилось, если бы вдруг перед ними не предстала целая сеть конвейеров. На одних были лазеры разных цветов – напрягал, конечно, красный. На других – прессы и раскалённые штуки непонятного ему предназначения. Почти на каждой ленте было хоть что-нибудь – маленькие капсулы с лавой, приборы, бытовая техника, и прочее. Между лентами виднелись островки суши, но их было как кот наплакал. Это был лабиринт. — Походу, мы на какой-то фабрике… — тихо сказал Флауи. — На открытом-то воздухе? Не. Скорее всего, тут центральная развилка. — Если ты прав, то мы сможем пройти хоть в Столицу! —цветок радостно воскликнул, но радость была быстро прервана Славой. — Или мы окажемся на свалке в Водопадье. Фиг знает ваще, если честно. Указателей тут нет… — А вон там! — Что? — Ну вон, там! — Флауи повернул голову Славы на видневшуюся металлическую коробку прямо за этим конвейерным лабиринтом. Та не представляла собой чего-либо особенного – обыкновенная коробка, с парой антенн на крыше и несколькими спутниковыми тарелками на стенах, хотя непонятно, что под горой забыли спутники. Может, они тут наладили связь с внешним миром? Подобные мысли дали Славе надежду, что ещё не всё потеряно, и что, возможно, там будет его шанс подать сигнал “SOS” и выбраться отсюда со спасателями, если те прибудут. В нём даже проснулось какое-то нетерпение. — Хорошо, двинули. — Подожди, а как же… —Импровизировать будем. Видишь те тарелки на стенах? Мы сможем подать сигнал “SOS” на Поверхность, и люди вытащат нас отсюда! — Если так, то… пошли, наверное… просто, как мы… — Я и говорю – импровизация, — Слава ступил на ленту первого конвейера… А тем временем под ним попискивала камера, прекрасно записавшая весь разговор Славы и Флауи одной очень заинтересованной личности, злорадно улыбнувшейся, когда она услышала про “шанс спасения”. Пережить взрыв, несколько падений, а теперь прыгать по конвейерному лабиринту, уворачиваясь от машин и приборов? Если бы кто-нибудь сказал об этом Славе ещё до того, как он упал, он бы посчитал этого “кого-то” за сумасшедшего. Но сейчас походил на сумасшедшего больше он сам – он был очень сконцентрирован, из-за чего его гримаса оставляла желать лучшего. Хорошо хоть, Флауи не видел. Флауи не видел, но догадывался. Он помогал человеку с направлениями и моментами, когда нужно было прыгнуть или пригнуться. Иногда они шли не туда, и им приходилось идти назад, что мучало ноги Славы похуже молотка – у мальчика было такое чувство, будто ему туда вонзили сразу тысячу иголок, или там взорвалось по меньшей мере 10 Царь-бомб. Вдобавок к этому, землю ещё и тряхнуло, чуть не заставив Славу упасть вниз. Сейчас он сидел на корточках на одном из “островков суши” и отдыхал. Пока никакого пути к этой металлической коробке они не обнаружили. Может, оно было и к лучшему – кто знает, что там внутри. Может, держат какую-нибудь тварь? Но спутниковые тарелки так и манили, как магниты. Попытаться связаться с Поверхностью всё же стоило. — И что теперь делать будем? — спросил Флауи. — Мы тут сколько уже пробыли? Час? — Больше, наверное, — мрачно ответил Слава и снова посмотрел на то здание, куда им надо было попасть. К острову, на котором оно стояло, вели было конвейеры, но те были сломаны и вообще деформированы. Причём так, будто их разрезали напополам и побили огромным молотом. Нашёлся другой путь – ближайший конвейер к острову был довольно высоко, но допрыгнуть, по всем приблизительным расчётам, можно было только с него. А дорога к нему как будто сама сложилась в голове у Славы. — Ну наконец-то, — довольно воскликнул он, поднявшись и ступив на очередную ленту. — Что ты задумал? — Ща увидишь, — Слава решил не тянуть с обходными путями и сразу вскарабкивался на конвейеры повыше, но ближе к своей цели он стал более осторожным – на лентах и рядом с ними всё чаще попадались эти самые капсулы с лавой и те самые раскалённые штуки. И вот, он уже стоял на нём. Высота была… метров 7 точно. — Ты… прыгать собрался? — неуверенно спросил Флауи, перевесившись через плечо Славы и посмотрев вниз, а потом на его лицо. Мальчик лишь угукнул в ответ и отошёл к самому краю конвейера, дабы разбежаться. — Ты же убьёшься!.. — воскликнул было Флауи, но Слава его уже не слушал. — Смари, как умею! — мальчик разбежался и прыгнул. Полёт был быстрым и очень запоминающимся – по крайней мере, приземление уж точно. Ноги, наконец, не выдержали такого давления на них и попросту подкосились, уронив Славу со всем его весом рюкзака на землю. А теперь они адски болели, как будто что-то из них прорастало. Человек лишь терпеливо замычал и глубоко вдохнул. — Ай, мля… — Мы живы? — с ноткой сарказма спросил Флауи. — Да неужели? Как ты? — Нормально. Только… мм… ноги не слушаются. — Конечно не слушаются, с таким весом на них приземляться после всего того, через что ты их пройти! Нам ещё повезло, если без вывихов или переломов. — Флауи, не гуди. Дай мне покоя… — Да я просто волнуюсь за тебя, вот и всё… — Флауи вздохнул. — Ладно. Слава просто лежал с открытыми глазами и ждал, когда же пройдут его многострадальные ноги. Как ни странно, именно им больше всего досталось с момента его прибытия – сначала сломал одну, потом обжёг другую, а теперь вот… Это продолжалось довольно длительное время. Собрав в себе последние силы, Слава было зашевелился, чтобы подняться, но в ногах вообще не было крови, что причинило ему очень неприятные ощущения. Но, терпя, и помогая крови вернуться на своё положенное место путём массирования всяких областей ног, Слава надел рюкзак и снова поднялся. — Такс-такс-такс, что тут у нас? — поинтересовался мальчик, подходя ближе к огромной круглой металлической двери. Вокруг двери в нескольких местах размещались отверстия, подозрительно похожие на камеры. Осмотрев местность вокруг, и пару раз прокашлявшись, Слава вежливо постучал по двери. Что-то на той стороне щёлкнуло, и старая гидравлика двери заработала, издавая какие-то не самые здоровые и технологичные звуки. Отодвинувшись на метр, дверь снова щёлкнула и на этот раз тихо поднялась вверх, даже не трясясь, как если бы её тупо подвесили. Из темноты открывшейся им такой труднодоступной металлической коробки веяло приятным холодком, который, казалось, так и приглашал путников зайти. Славино дурное предчувствие сейчас было на пике своей мощности. Что-то тут явно было не так…