Тень.Фениксы сгорают

Какаши вздрогнул, когда один из медиков сдернул тряпку. Перед ним лежала изуродованная девушка. Волосы ее были обстрижены. Глаза выпучены. На лице ужасная гримаса. Шея была свернута. Белая ткань насквозь пропиталась кровью. Хокагэ кивнул, соглашаясь с тем, чтобы увидеть все остальное. Когда вся ткань была сброшена, то Сакура посмотрела на бывшего учителя. Женщина была выпотрошена. Какаши отчетливо мог пересчитать ее кости. Одно из легких было проткнуто, а желудок вырван, будто бы демон напал и издевался. — Она была еще жива, когда ей отрезали ухо, — сказала Харуно, дотрагиваясь до рук, демонстрируя выдернутые ногти. — Кто бы это не сделал, он мучил ее долго… Какаши-сан, что нам делать? Это уже пятый труп за две недели. Мы должны ее проверить. Эти убийства начались, когда она вернулась. Вы видели ее, она… — Этот знак, — прервал Хокагэ свою бывшую ученицу, — он есть на каждом трупе, что он обозначает? Это был ромб с тремя линиями внутри. Каждая жертва была заклеймена им, словно скот. Кто бы это не был, он оставлял на них свой символ. — Это знак клана Кёсё, — выговорила Сакура. — Кёсё были очень близки с Тео и его женой. Говорят, что именно этот клан хоронил хозяина и Тень, но что самое пугающее, после похорон, спустя пару дней, весь клан Кёсё был вырезан, а на каждом трупе был этот символ. С того дня его и стали называть знаком их клана. — Кто-нибудь выжил? — Девочка. Ее не тронули. Она стала наследницей своей семьи, но прожила недолго. Говорят, что во время принятия старшинства, она просто захлебнулась в собственной крови. Какаши-сан. Хокагэ отрицательно покачал головой. Он знал, что Сакура снова потребует допросить Хенсе, но Хатаке не мог этого допустить. Они потратили пять лет, чтобы отыскать ее, боясь, что она может натворить по глупости многого, а со слов Саске, она именно это и собиралась сделать. Не было уверенности, что она не пропадёт снова. Такие люди, с расшатанной психикой, легко могут подчиниться воли другого человека. Хенсе могла не просто покинуть Коноху, но и присоединиться к кому-нибудь из их врагов. И тут, месяц назад, она сама заявилась в Коноху, словно призрак. Ее лицо уже не было прежним. Оно излучало тьму. Да, именно так и можно было описать. Ее взгляд излучал ярость. Хенсе говорила резко и коротко, но после ее слов он не знал, что ответить. Ему слабо уже верилось, что перед ним стоит все та же девушка, которая в двенадцать лет боялась проронить и слова. — Где Наруто? Сакура вздрогнула, когда он произнес это имя. Учиха уже около пяти лет бродит по стране, не возвращаясь домой. Никто о нем ничего не слышал, да и он не прислал и весточки. Наруто решил, что пора вернуть друга домой и ушел за ним, но и он исчез, словно все попали в бермудский треугольник, из которого не могли выбраться. Харуно посмотрела на труп, а потом накинула на него тряпку. Она своим шестым чувством ощущала, что эта девчонка причастна к этим убийствам, но никак не могла этого доказать. Создавалось впечатление, что перед ней даже не человек, а обычный, злобный дух, который издевается над ними. Сочувствие, пощада, создавалось впечатление, что она и вовсе забыла, что значит быть человеком. Сакура не знала, что пережила Хенсе, когда была в убежище Орочимару, когда следовала за Саске почти на край света, что с ней случилось за эти пять лет, но то, что вернулось в Коноху, уже не имело сердце. Возможно, в Сакуре заиграла ревность. Она помнила, что Саске хотел найти ее. Он чувствовал себя не целым, когда она исчезла. Возможно, это эффект сыворотки, но Харуно не могла утверждать. Однажды Сакура решила спросить у Орочимару об этой сыворотке. Змей засмеялся, словно она спросила какую-то нелепицу. Тогда Орочимару все еще сидел в тюрьме, потому что многие думали, что он может взяться за старое. Орочимару ответил коротко: «Это была проверка. Она удачный дубль». На следующий день Харуно узнала, что со змеем случилось что-то странное. После ее прихода, он словно слетел с катушек. Сначала долго смеялся, а потом проснулся и не понимал кто он и где. Это была амнезия. Он забыл все свое прошлое. Забыл, что натворил и отказывался верить, что был причастен ко многим преступлением. «Хорошая актерская игра», — кричали многие, но это не было похоже на игру. Проведя обследования, а именно в тот момент Сакуре пришлось работать с Карин, они установили, что в мозгу Орочимару находится остатки какой-то жидкости, полностью пожирающие его мозг. Диагноз был неутешителен. Через пару лет Орочимару забудет кто он такой, а потом еще через какое-то время он умрет. Они сделали ставку, что все это произойдет в течение тридцати лет. Харуно очень хотела вылечить Саске, но единственный человек, который мог ей помочь, забыл даже как его зовут. Ей пришлось смириться, что теперь Карин единственная, кто может ей посодействовать в этом деле. Узумаки проводила некоторые опыты с кровью Саске и заметила, что в ней нет даже и признака на изменения, т.е. за это время сыворотка окончательно соединилась с кровью Учихи. Ее сердце бешено забилось, когда двое медиков подняли носилки и понесли труп в больницу. Сакура уже представляла, как будет рассказывать родным девушки, что на нее напали фанатики и долго мучили. Нельзя сказать, что Сакура не любила свою работу, но именно такие случаи заставляли ее возненавидеть. Казалось бы, что она уже давно должна была привыкнуть к этому, но сердце все еще продолжало быстро биться. — Как думаешь, что все это означает? — спросил Хокагэ, когда они с Сакурой остались одни. — Это явно жертвоприношения. Вы можете не соглашаться со мной, но я уверена, что Хенсе знает намного больше, чем мы. — Я согласен с тобой Сакура, и из-за этого мы должны молчать. Когда вернется Наруто и Саске, Учихе придется вспомнить, что он шиноби Конохи. Любой неправильный шаг, и девушка снова исчезнет, не дав нам ответы на многие вопросы. — Вы хотите использовать их связь, чтобы узнать всю правду? Какаши кивнул, но его волновали теперь не только трупы. Сегодня ему доставили письмо от Гаары, где сообщалось, что он со своими войнами направляется в Коноху, чтобы взять Хенсе под стражу. Хокагэ казалось, что у них нет на это оснований, но Казекаге представил целый список, в чем обвиняется эта девушка. Покушение на кагэ, уничтожение резиденции, кража секретных материалов. Все это тянет на смертную казнь. У главы деревни было пару дней, чтобы придумать, как все обернуть в их пользу. Гаара прекрасно знал, что за время прибывания у Орочимару и за время скитания, Хенсе стала слишком опасна, чтобы жить. Как им стало известно, еще до отбытия Саске, Тень или соединенный могли спокойно брать под контроль друг друга. Многие Кагэ обеспокоились этой новостью. Все стали с опасением посматривать на Учиху. Хенсе могла в любой момент натравить Саске на других, оставив свои руки белоснежно чистыми. — Чтобы здесь не происходило, — заговорил Какаши, — это не к добру. Я чувствую, что буря подбирается к Конохе. Сакура распрощалась с Какаши возле ворот в деревню. Девушка сама не до конца понимала чего она хочет. Ответов на вопросы не было, а вот вопросы все добавлялись. Что-то происходит, но никто не может этого увидеть. Убийства, нападения, возвращения Хенсе - все это было как-то связано, но ничего нельзя было доказать. Убийца действовал чисто. Он не оставлял после себя ни одного следа, словно и вовсе его не существовало. От таких травм на теле жертвы должны были остаться следы, вряд ли бы убитая не сопротивлялась, но ничего, будто жертва даже и не знала, что ее убивают. — Сакура-чан. Харуно вздрогнула, когда ее позвали. Голос принадлежал Суйгецу, который раз в дне недели наведывался к ней от Карин. Обычно бывшая ученица Орочимару присылала какие-то исследования или наблюдения, но в этот раз Суйгецу пришел с пустыми руками, но с очень плохими новостями. — Исследования пропали?! — воскликнула Сакура. — Как такое может быть? Южное убежище одно из самых защищенных мест, которые были у Орочимару, а теперь ты говоришь, что кто-то просто вошел туда, украл все наши исследования, прихватил кровь Саске и ушел незамеченным? — Да, все так и было. Посмотрев на Суйгецу, Сакура почувствовала, как к ней медленно подбирается ярость. Она чуть не закричала, что они просто в заговоре с этой девчонкой и теперь всячески портят жизнь. Акула не выглядела расстроено, а наоборот, даже прибывала в радостном настроение, словно на этом плохие новости не заканчивались. Сакура сжала кулаки, но промолчала. Суйгецу, заметив нервное поведение Харуно, задумался о том, чтобы промолчать, а потом он вспомнил о Карин и понял, что в любом случаи он от кого-то да получит, так что из трех зов он стал выбирать меньшее, и к его удивлению этим меньшим зовом стала Сакура. Как начать разговор, который может привести к неожиданным последствиям? — Хенсе вернулась в деревню, — сквозь зубы проговорила Сакура, пытаясь перевести разговор и выведать у своего союзника что-нибудь. Вдруг он действительно что-то знает. — Да ну?! — воскликнул Суйгецу, не веря собственным ушам. Удивление Суйгецу было подлинным, либо он хорошо играл. Сакура действительно ловила себя на мысле, что стала подозревать всех, кто когда-либо был связан с Хенсе. Почему она решила, что Акула может сказать правду? Он так же проходил школу Орочимару и прекрасно научился притворяться и держать язык за зубами. Неужели она действительно впала в такую ярость, что перестала замечать элементарные вещи. А что будет, когда вернется Саске? Неужели и его она будет подозревать в сговоре? Сакура начинала чувствовать себя паршиво. Она стала параноиком, который во всех видит врага, а все началось с той ночи, на следующий день после возвращения Хенсе в деревню. Ночь была невероятно прохладной. Самая прохладная, наверное, за весь июнь. Харуно продрогла, но она не хотела подниматься с кровати и закрывать окно. Девушка чувствовала, как ветер забирался под одеяло и бегал по ее коже, что даже одеяло не могло ее спасти. Возможно, из-за того, что она только что проснулась, ее мозг еще не до конца включился. Стоило девушке подумать об открытом окне, как она резко подскочила с кровати, потому что окно было закрыто. В комнате был полумрак, а до ее ноздрей долетал противный запах ладана, который подзывал к горлу рвоту. На стенах образовался иней, который еще больше взволновал Харуно. Она уже третий год снимает квартиру и привыкла к тому, что порой могла забыть закрыть окно, оставить плиту включенной, а все из-за усталости после работы, но не до такой же степени на улице холодно, что на ее стенах заиграли признаки зимы. Девушка скинула одеяло и встала с кровати. Пол был теплым, но вот воздух продолжал холодить, и такой резонанс никак не мог уложиться в голове Сакуры. Медик подошел к окну и вздрогнул. Ей показалось, что на нее кто-то смотрит, но снаружи никого не было. Только падающая тень от предмета, который Сакура не могла найти. Она задернула занавеску и решила включить свет. Что-то упало в соседней комнате. Это заставило девушку вздрогнуть. Почему-то она сразу и не подумала, что возможно в ее квартиру кто-то пробрался. Она на носочках подобралась к двери. Чуть-чуть ее приподняла, чтобы деревяшка не скрипела. В соседнюю комнату дверь была приоткрыта, хотя Сакура была готова поклясться, что закрывала ее. Свет не горел. Значит, воры работали в темноте из-за этого, что-то и скинули. Девушка вышла в коридор. Здесь было еще холоднее, чем в ее комнате. Она пробралась к двери и вильнула в проем, образовавшийся между дверью и стеной. Сакура увидела очертания человека, но в такой темноте она не могла разобрать мужчина эта или женщина. Ее рука стала нащупывать выключатель, чтобы поймать вора, но когда свет зажегся, то в комнате кроме девушке и пару теней, отходящие от тумбочек и шкафов, никого не было. Сакура уже подумала, что ей показалось, а книжка просто упала от того, что плохо стояла, если бы не тот факт, что тумбочка с секретными материалами была вскрыта и перерыта. Харуно ринулась к ней, чтобы проверить все ли на месте, именно в тот момент, неожиданно, распахнулась окно, впуская в комнату не только ветер, но и дикий вопль. Дверь захлопнулась, а в комнате погас свет. Сакура попыталась проделать свою технику, но она почувствовала чью-то холодную руку у себя на запястье, хоть в комнате никого не было видно. Девушка почувствовала, как из нее высасывают чакру, тогда Сакура закричала. Сакура вздрогнула, когда вспомнила ту ночь. На ее крик сбежались соседи и нашли девушку без сознания. Харуно никак не могла объяснить, что с ней произошло. Слова путались, а ее мозг быстро пытался переварить то, что произошло. Но самое странное, это было присутствие Хенсе в компании соседей. Она слишком интересовалась тем, что произошло, и не пострадала ли Сакура. С того момента, девушка и стала подозрительно относиться в вернувшейся домой. ***** Хината часто бывала на могиле брата. Ей хотелось верить, что в том мире, куда он отправился, ему намного лучше, чем было здесь. Она никогда не могла понять, что вызывало, в последние месяцы подготовки к войне, в ее брата столько беспокойства. Он выглядел рассеянным, хоть и старался казаться спокойным. Да она теперь и не узнает. У нее было много времени, чтобы спросить у него, но она этого не делала, а теперь было слишком поздно. Она понимала, что занималась ерундой, когда задавала эти вопросы камню. Она поправила цветок, который выбился из букета, и стала подниматься на гору. Чтобы она сказала Неджи, если бы он ее слышал? Наверное, извинилась бы за все, что ему пришлось пережить. Она часто винила себя в том, что у Неджи была такая несчастливая жизнь, но так же, она прекрасно понимала, что если бы ей дали второй шанс, то она бы лучше его жизнь не сделала. Есть вещи, который не изменить. Она родилась в главной ветви, а он в побочной, отсюда и начался их путь. Возле могилы Неджи уже кто-то стоял. Хината вздрогнула, когда смогла разглядеть лицо гостя. Хината пыталась вспомнить, как выглядела Хенсе до того, когда покинула деревню, но так и не могла, но зато теперь она была готова поклясться: на всю жизнь она запомнит этот взгляд. Он был слишком яростный, но Хината видела и печаль. Она знала, что Неджи неплохо общался с этой девушкой, и возможно этот взгляд напоминал о ее брате, что еще больше заставляло сердце девушки сжиматься. Ярость, печаль, грусть, все это можно было заметить во взгляде Хенсе, а если приглядеться, то можно было заметить, насколько мертвыми стали ее глаза. В них не было огонька радости. Она просто печально смотрела на мир, осознавая, что уже он от нее отказался. Подойдя ближе, и видимо выдав свое приближение, Хината заметила, как девушка быстро начала вытирать свое лицо. Хьюго почувствовала укол в сердце. Вся деревня шепталась о том, что она ученица Орочимару, что она предательница. Такие же слухи ходили и про Саске. Хоть их обоих боялись. Да, страх вызывало все, чтобы не делала эта девушка. Один ее взгляд заставлял детей разбежаться. Походка ее была такой, словно она не спала вечность. Еле переставляла ноги, и было ощущение, что она вот-вот упадет. Многим даже казалось, что она не касалась земли. Ходила она всегда с выпрямленной спиной и высоко поднятой головой, не обращая внимания на все те перешептывания, которые ее окружали. Аура девушки полностью изменилась. Хинате даже казалось, что именно так должна выглядеть королева. Хенсе поторопилась покинуть могилу Неджи, но Хината ее остановила. Наследница клана хотела, чтобы она побыла здесь. Хотя сама Хенсе не могла понять зачем. Неужели Хината думала, что она открой душу перед этой девчонкой, которая сама не могла понять, кто она такая. — До чего жалкая картина, — вырвалось у Хенсе, что заставило Хинату вздрогнуть. — Я вспоминаю, каким он был и четко представляю, каких высот мог бы достигнуть Ваш клан, если бы он был его главой, а ты… Всего лишь жалкое подобие его. Ваш клан умер в тот день, когда ты стала ее главой. Не нужно быть со мной доброй. Он умер, защищая того, кто даже не может справиться с родной сестрой. Жалкое подобие главы. Жертва Неджи, была напрасна. Хьюго уронила цветы и не знала, чего она хочет больше. Заплакать или все же ударить эту девушку. Хенсе стояла молча, даже не двигаясь смотря на ярость, которая отразилась на лице Хинаты. Она ждала следующего хода от этой девчонки, но резко поняла, что она ничего не сделает. Неджи бы уже давно заткнул бы ее, заставив осознать, насколько она пала, но перед ней сейчас был не Неджи, а жалкая тень, которую он оставил после себя. Хенсе лишь усмехнулась и решила оставить Хинату наедине с камнем, которому она жаловалась о том, что у нее ничего не получается. Наруто, он действительно был удивительным человеком. Так много помогать Хинате с ее главенством, но при все при этом, так и не научив ее ничему. Есть люди, которые учатся долго, а есть те, которые все понимают, но никогда не смогут понять, как пользоваться знаниями, которыми они владеют. К какому же типу относится Хината? Люди бегут не от бессилия, а от слабости, которую они чувствуют внутри себя. Прибыв в Коноху, Хенсе так и ни разу не была дома у матери и ее брата. Девушке было страшно посмотреть в глаза родным. В ней все еще жила картина смерти отца. Она помнила прикосновения Саске к своей руке, как он заставил ее потерять контроль над своим телом, а потом кровь отца, которая стекала по ее руке. — Твои глаза, — заговорил Глюк, который появился в тот момент, когда глаза девушки загорелись. — Не теряй контроль. — Да знаю я. Хенсе глубоко вздохнула. Закрыла глаза и попыталась успокоить свою собственную ярость, которая кричала ей о том, чтобы она вскрыла себе вены и убила Саске. Даже собственная жизнь ей больше не казалась особо ценной. Раньше, она задавалась вопросом, что двигало Саске, когда он решил мстить, не только брату, но и всему человечеству. Теперь она понимала. Не получив справедливости, человек начинаем сам вершить правосудие. Именно этим и занялся Учиха. Конохе нужны были данные от Итачи, и из-за этого они решили не объяснять маленькому мальчику, почему оставили в живых убийцу семьи. Урояме знала, что в Конохе ее не жалуют. Ничего не изменилось, что тогда, что сейчас, она чужая в этой деревне. Здесь для нее нет места. Она уже ни раз задумывалась о том: ей и вовсе не стоило сюда возвращаться. Она бы смогла выполнить план, не выходя из зала Теней, но для лучшего эффекта ей потребовалось покинуть место, где она чувствовала себя в безопасности, чтобы столкнуться в последней битве, где уже не стоял вопрос о сохранении жизни. — Что ты тут делаешь? Сакура не ожидала, что Хенсе не дома. Она все это время пыталась собраться с силами, чтобы постучать, но никак не могла побороть себя, а теперь она даже не знала, что сказать. Хенсе выглядела заплаканной, но это не трогало сердца Сакуры. Признаться, она даже заторжествовала, что эта особа плакала. Может это был признак того, что она еще не до конца потеряла человечность? — Я пришла поговорить. Хенсе еле сдержала смех, когда услышала эти слова. Она чуть не поинтересовалась о том, в чем пришли ее обвинять. Девушка достала ключи и открыла дверь перед Харуно, которая не спешила заходить в логово врага. Заметив это, Хенсе прошла в квартиру сама, не приглашая Сакуру повторно. Наверное, Харуно не ожидала видеть такую скромную картину. Ей казалось, что королева зла должна жить в мрачной, хорошо обставленной квартире. Сделав первый шаг, второй оказался проще. Сакура почувствовала, как ее переполняет уверенность, и она уже не боялась собственных мыслей. Хенсе пригласила Сакуру на кухню. Хозяйка даже не стала спрашивать, любит ли медик чай. Она просто его сделала, а Сакура не смогла отказаться. Чай оказался с привкусом малины, хотя изначально с подозрением делала первый лоток. — И вовсе не отравлен, — подметила Хенсе, когда заметила, что Сакура с осторожностью делает глоток. — Хотела бы убить, придумала бы более изощренный способ, нежели яд. «Не стоит недооценивать эту девушку, — вспомнила Сакура слова Саске, когда тот рассказывал Какаши обо всем. — Уже за пол года, до ее исчезновения, она убивала по-моему приказу. Сейчас, она может это делать и без моих слов.» Сакура сделала еще один глоток, делая вид, что Хенсе ошиблась, но что-то подсказывала Харуно: у нее не вышло. Она знала, хоть у Хенсе и нет чакры, но она научилась жить и без нее, прекрасно читая по лицу. Пять лет, где ты была все это время, что тебя никто не мог найти? — Можешь без приличий, просто скажи в чем ты меня обвиняешь. — Разве я тебя обвиняю? — спросила Сакура, понимая, что она и без пояснений знает в чем. — Да ладно тебе, — спокойно ответила Хенсе, делая глоток. — С самого моего возвращения, ты смотришь на меня косо, словно хочешь поймать на месте преступления… Неужели ты считаешь меня такой глупой? Я вернулась, потому что соскучилась по семье. — Ты ни разу у них не была. — А говоришь, не обвиняешь. Подозрения, первый признак того, что скоро тебя обвинят… Сакура отставила кружку с чаем и посмотрела на девушку. Сколько вопросов крутилось у нее в голове, но она не знала с чего начать. Какаши говорил, что стоит повременить с прямыми обвинениями, но Сакура была не согласна. Лучшей способ сблизиться с врагом, стать его другом. — Карин тебе об этом не скажет. Да и Саске она не говорила, но Хенсе часто захаживала к нам в Южное убежище, — решил сдать Суйгецу своего товарища. — Они часто проводили время в лаборатории. Обсуждали что-то. Однажды я подсмотрел, что Карин делала Хенсе, какую-то инъекцию. — Как часто она приходила? Такого поворота событий Сакура никак не ожидала. Карин всегда утверждала, что не видела Хенсе с того времени, как она покинула Саске. Почему она врала? Что за инъекция? И снова вопросы. Почему вокруг этой девушки так много вопросов? Она создала вокруг себя кокон, в который никого не пускала, что не позволяло Сакуре даже на миллиметр приблизиться к правде. — Раз в четыре месяца. — Почему ты мне об этом рассказываешь? — Потому что пропали документы. Карин ведет себя слишком нервно, словно пропало что-то еще. Да к тому же, мы никогда не были друзьями. Сакура поняла, что имел в виду Суйгецу. Она слазила в сумку и достала мешочек с деньгами. Если бы не акула, то Сакура не узнала б, что Карин в тайне экспериментирует с кровью Саске, тратя ее в два раза больше, чем должна была. Перед уходом, Учиха оставил им своей крови, чтобы они смогли понять, на какой основе была сделана сыворотка. Сакура надеялась, что к возвращению Саске домой, у нее уже будет противоядие, но она не просто не приблизилась к его созданию, но и вовсе отошла на пару шагов назад. Сакура неожиданно задумалась о том, что возможно и Саске их обманывал. Какая вероятность того, что он не знал, где ее искать? Может он ее уже давно нашел, просто не хотел сдавать Конохе? Какаши не хочет, чтобы она покидала Коноху, но для этого нужно что-то большее, нежели просто квартира, которую ей предоставили. Ей нужно понимание от людей. Если ее примут, то и снова исчезать ей не придется. — Я слышала. — начала Сакура, — что Орочимару обучал тебя медицине. Не стандартной, в какой-то степени. До присоединения Карин к Вам, ты была медиком Саске, и вот я решила предложить тебе работать в качестве моего ассистента в больнице. «Что ты задумала, Сакура»? Хенсе пыталась по лицу собеседника понять в чем тут был подвох, но Сакура старалась не смотреть ей в глаза, что уже выдавало ловушку, но Хенсе нужно было обследовать трупы, которые Коноха нашла, а для этого нужен был доступ к моргу, который как раз-таки был у Сакуры. Может это судьба дает Хенсе такой шанс? Урояме сделала глоток, пытаясь предугадать, чем для нее все это может кончиться. Возле Сакуры появился Глюк, который смотрел на гостю недоброжелательно. Она и без его предупреждений знала, что это дорога в один конец, что согласившись, ей придется в два раза сильнее следить за своими действиями. Харуно и так ее уже во всем обвиняет, но у нее не было доказательств, видимо из-за этого она и приняла такое решение. Приблизь врага и узнай его план? — Я согласна. Все равно собиралась искать работу. Правда с моим прошлым, работу бы я не нашла. Обе девушки смотрели дуг на друга, чувствуя, как бьются их собственные сердца. В слух, не было брошено вызова друг другу, но они поняли это. Кто кого обыграет? Сакуре нужны были доказательства, с которыми она могла бы обратиться к Какаши с просьбой арестовать Хенсе. Самой же Хенсе нужны были секретные данные, которые имела Коноха. Они обе понимали, что их соперник не упустит возможности подловить другого. Но если жизнь театр, то почему бы не сыграть на сцене. Риск повысился. Сакура осознала это, когда Хенсе согласилась. Почему-то Харуно никогда не задумывалась о том, что эта девушка не виновна. Возможно, причиной тому является ее возвращение и неожиданная чертовщина, которая тут же начала твориться. Если Хенсе и задумала что-то, то сейчас Сакура дает ей этот шанс. Своим предложением она приблизила Урояме к секретным материалам и работам. Но что если она и поможет ей разорвать связь с Саске? Учиха говорил, что ей больше всего на свете хотелось разорвать их связь, но они не знали как. Тогда бы она вернулась в Коноху? Ответ появился моментально. Нет. Сакура подсознательно чувствовала эту отрешенность. Ей нечего было бы здесь делать. Она чужая, кто бы что не говорил. Но Сакура не спешила поднимать разговор о Саске. Ей казалось, что на этом такая мировая нота и закончится. — Ладно, — прервала молчание Сакура, — я, наверное, пойду. Завтра буду ждать тебя на работе. Нам нужно будет осмотреть новый труп, который мы нашли. — Еще один?! — воскликнула Хенсе. Глюк появился возле Харуны с таким же выражением лица, с каким сидела девушка. Сакура притормозила, заметив, с каким удивлением был этот оклик. Хенсе словно и не знала, что убили еще одного человека. «Но почему ты так реагируешь»? — удивилась Сакура. Харуно предположила, что возможно это прекрасная игра, а не настоящая удивленость. Но все сыграно настолько искренне, что Сакура поймала себя на мысли, что возможно все же это не Хенсе. «Она ученица Орочимару. Он явно научил ее лгать». Хенсе сглотнула. Еще один труп. Девушка даже не помнила, как закрыла дверь, когда Сакура ушла. Не слишком ли много их? «Кто их создает»? Орочимару говорил, что это не так просто. Да и все утверждали, что после сыворотки никто не выживает, а тут уже несколько человек. Неужели змей экспериментировал еще до того, как Хенсе попала к нему. Девушка прошла на кухню. Она схватила кружку Сакуры и вылила остатки чая. Может она ошиблась и это были не они? Нет, ошибки быть не могло. В зале сказали, что их ряды сокращаются. Кто-то начал охоту. Урояме сделала глубокий вдох, после чего попыталась успокоить нервы. Ее не должны волновать мертвые. Она здесь для другой цели. Кто бы не был этим убийцей, его поймают не шиноби, так Тени. И лучше бы ему сдаться первым. Хенсе видела, как Тени разбираются с ненавистниками. Неужели и она станет такой. Хладнокровной убийцей, который окончательно забудет про сострадания. Тень прошла в комнату. Свет она не стала включать. Он ей уже был не нужен. Хорошо начинаешь ориентироваться в темных помещениях, когда пять лет жил без света. — И что ты собираешься делать для начала? — поинтересовался Глюк, когда Хенсе осталась одна. Он появился не один, а вместе с другим своим приспешником. Хенсе скинула с себя кофту, оставаясь в одном бюзгалтере. На ключице виднелся ромб с тремя полосками внутри. Девушка не спешила отвечать хоть и знала, что он не любит, когда она молчит, но это стало ее привычкой. Она любила молчать и делать вид, что их не существует, но постепенно понимала, что отрицания их существования это тоже, самое, что и отрицание всего человечества. Пока она жива, они будут рядом. — Найду того, кто убивает наших, — удосужила она своим ответом Глюка, хоть и понимала, что он спрашивает о другом. — Пускай с ними делают все, что захотят, — отозвался молчаливый. Глюк даже улыбнулся, когда заговорил приятель. — Они нам не нужны. Они были бракованными. — Ах, ты об плане «Феникса» спрашиваешь. Для начала, я лишу всю Коноху чакры, но для этого мне нужен Саске. Пора вернуть Учиху домой. Девушка надела футболку, а потом погасила свет. Тени не исчезали. Они смотрели на горящие глаза Хенсе, которая улеглась на кровать. Пять лет она пыталась понять, как стать самостоятельным существом, не зависящим от соединенного, но все же, она не могла отрицать, что вместе они были сильнее. «Саске, ты меня слышишь»? «Хенсе»?