Тень.Фениксы сгорают

Сакура открыла глаза. Она узнала больничную палату, в которой ни раз навещала пациентов. За окном была ночь. Девушка пошевелилась, но не почувствовала совершенно ничего, словно и не было того леса или проклятого укола. В палату просочился свет. Харуно попыталась кого-нибудь позвать, но у нее получилось только прохрипеть. Из руки торчали трубки. Видимо кто-то решил положить ее под капельницу. «Хината»? Сама того не понимая девушка позвала ее, словно знала, что она отзовется, так и вышло. «Сакура»? Харуно осознала что произошло, да и поток мыслей Хьюго тоже дал понять, что это был вовсе не простой укол. Сакура попыталась восстановить в памяти рассказ Саске об этой сыворотки, но мысли путались. — Ты очнулась! — воскликнула Ино. — Слава богу. Куноичи прошла к подруге. Ино словно расслабилась, когда увидела, что Сакура попыталась подняться. — Не надо. Лучше отдыхай. Сакура кивнула, понимая, что сейчас это лучшее решение, чем бессмысленные попытки строить из себя сильную. Ей было страшно или это был страх Хинаты, которая все еще была в лапах тех сумасшедших? Даже уже эмоции не казались Сакуре ее собственными. Она думала, но опять же не могла быть уверенной в том, что это ее догадки, мысли. Как Саске и Хенсе смогли отделиться? Как они могли понять кто из них кто? Харуно закрыла глаза. Было сложно поверить, что это происходило с ней. Она не могла заснуть, потому что боялась, что стоит этому случиться, как она снова окажется в той комнате, где нет ничего, кроме страха и ярости. Кто были те Тени, которые смотрели на нее. Множество глаз, которые не моргали. Дверь скрипнула. В комнату вошли. Сакура решила и дальше притворяться спящей. Гость подошел к кровати. Дрожь пробежалась по всему телу, когда холодная рука коснулась ее лба. Что происходит? Это была не Ино. Сакура словно позабыла, что она ниндзя, но дело было не в забытье, а не в способности призвать чакру. — Милая, глупая девочка, — этот голос заставил Сакуру пожалеть, что она в сознании, — зачем ты решила встать между мной и моей семьей? Ну ничего, самозванцы всегда кончают плохо.

***

Когда-то он усвоил одну важную вещь, в этом мире есть только ты, и только ты сможешь себя защитить. Нельзя ни на кого надеяться. Эти мысли раньше очень часто Суйгецу повторял сам себя. У него было время подумать о смысле этого мира, сидя за решеткой у Орочимару. Может стоило уйти в тот день? Но он остался и у него начался длинный путь с Саске. Карин носилась от одного стола к другому, выкрикивая название сывороток. Наруто сидел в уголке и отдыхал. Им с Зеро оказалось куда проще добраться, ведь Узумаки привлек к себе внимание всех змей. Зеро все еще сжимал кунай, хоть Орочимару и был связан. Суйгецу же старался мыслить куда логичнее. Он подошел к столу. Хенсе была вся в поту. Акула знал, что Орочимару был безоружен, значило ли это, что именно она нанесла себе тот удар? -Отойди! — огрызнулась Карин. Суйгецу отошел, но недалеко. — Черт, я же предупреждала, что не смогу справиться. Глупая дура, как была в детстве безмозглой, так и осталась. Суйгецу и раньше замечал как странно ведут себя эти двоя. Ненависть Карин и смирение Хенсе. Но была ли это ненависть? Он был здесь, когда зарождалась их дружба. Ведь у стен всегда есть глаза. Хенсе была самой тихой из них троих. Самой шумной была безоговорочно Коба. Карин же была верной. Ему нравилось смотреть, как они веселятся, как по ночам обсуждают все, что придет в голову. — Когда-нибудь к власти придет справедливый человек, — воскликнула Коба и тут же прижала ладонь ко рту, — я просто хочу, чтобы мои дети жили в лучшем мире, чем я. — Никогда не допущу того, чтобы мои дети стали ниндзя, — произнесла Урояме. Карин грустно улыбнулась. Она хотела бы увидеть этот мир. Узумаки схватила еще один шприц и подбежала к Хенсе. Суйгецу подошел к Зеро и отобрал от него кунай. Мальчик оскалился: «Отдай!» Суйгецу отрицательно покачал головой, присаживаясь возле него. Карин призвала свою чакру и направила ее на рану девушки. Разве так поступает человек, который ненавидит? Пускай жизнь Саске и зависела от жизни Хенсе, но даже в тот день, когда Хенсе впервые здесь появилась, Карин не прогнала ее. — Успокойся, — спокойно произнесла Акула. — Теперь очередь старших заботиться. — Он ранил мою сестру. Суйгецу посмотрел на мальчика, а тот в свою очередь уставился на свои руки, словно не веря, что еще несколько часов назад он был готов этими руками убить другого человека. Именно в это минуту Суйгецу понял, что не скажет мальчику правду о том, что действительно случилось тогда. — Он поплатится за то, что сделал, — только и сказала Акула: «Только выживите, Вы оба», про себя добавил он.

***

У него остались ключи. Зайти в квартиру не составило проблем. Он видел умиротворения на лице брата, когда тот лежал возле девушки и обнимал ее. Покой — это единственное чего он желал для этих двоих, но видимо он никогда не настанет, пока их сердца бьются в том мире. Даже родители отметили, как их младший сын смотрит на девушку, рядом с ней он напоминал им их маленького мальчика, которого они покинули. Итачи дотронулся до плеча Хенсе, а когда та открыла глаза, то он приложил палец к губам, а потом махнул в сторону кухни. Урояме пошевелилась, а Саске приоткрыл глаза, девушка почему-то соврала, что хочет в туалет, эта ложь устроила младшего Учиху, пока Хенсе натягивала на себя свои вещи, чтобы пройти на кухню. Итачи выглядел растерянно, что ему было не свойственно, а девушка уже давно вынесла этот урок, если такие люди как Итачи растеряны — что-то произошло. — Что-то случилось? — Накинь что-нибудь потеплее. Нам нужно прогуляться, — на минуту задумавшись, Итачи все же произнес последние слова. — Они просили кое-что показать. Своим шестым чувством девушка поняла о ком идет речь. На вешалке она нашла накидку, которая принадлежала Итачи. Сам Учиха ждал ее на улице, уставившись в небо. Здесь все они обрели покой, позабыв о том, что такое тягости жизни. Он же так и не смог покинуть тот мир, возомнив себя спасителем. А что в итоге? Он превратился в марионетку, которая потеряла все свои воспоминания. — Далеко идти? Но Итачи ей не ответил. Он смотрел в небо, размышляя о своем. Девушка тоже подняла взгляд. Небо было звездное, а полумесяц нависал над ними. Это была спокойная ночь, к такому она не привыкла, но ей казалось, что совсем скоро в этот ее спокойный мир придет хаос. — В шести километрах от Конохи находится особняк Тео. Хенсе удивилась этой новости. Если этот мир отражение того, то все это время она была не так и далеко от Конохи, как думала. Видимо отец все же расщедрился на большую информацию, чем дал изначально, но какой толк от нее, если не знаешь, как ей пользоваться. — Когда ты об этом узнала? — спросила Хенсе у сестры, когда те спускались вниз. — Когда умерла. У меня тогда было много времени подумать о том, что случилось с нашей жизнью. Я была сильно удивлена, когда поняла, что все наши проблемы происходили вблизи родителей, но только один из них был сумасшедшим, и, к сожалению, не тот, о ком мы думали с самого начала. Отец был жесток, и какие тут хитроумные планы, когда он сам себе не принадлежал. Нам так часто говорили, что его мозги поплыли, но мы почему-то ни разу не задумались о том, а как же тогда он смог все так прекрасно обыграть. Ответ пришел сам. Почему-то она не испытывала удивления, а просто смирилась с этой новостью. Ее семья давно перестала удивлять и если бы она составляла список под названием «Никогда не доверяй», то ее семья была бы в первой десятке. Она всегда считала, что ее история началась со слов: «Следи за Саске. Подражай Саске. Изучай его. Стань им. Стань тенью, тенью Саске», но на самом деле ее история началась задолго до ее рождения. Хотя многие говорят, что никто не должен отвечать за ошибки предков, но в ее семье видимо эту фразу не слышали. Желание обладать силой погубило всех, и медленно тянет на дно ее. — Значит Глюк, то есть я все тебе рассказал, и я могу не тратить время на повторы? — Можно и так сказать. Ты и сам-то не знаешь, что являешься Итачи. Все время ты намеками мне пытался помочь, но когда появился Саске, видимо, контроль матери Теней начал спадать. Итачи улыбнулся. В этот момент он вспомнил их первую встречу. Видимо именно свежие воспоминания о том, что он перед смертью смог раскрыть душу, заставили его прийти к ней, а не к брату. Итачи резко затормозил, только сейчас до него дошло, что картина счастья может рухнуть, и он снова будет причиной несчастья его брата. — Все в порядке? — Когда вы познакомились с Саске? Когда возникли эти чувства до сыворотки или после? Второй вопрос заставил Хенсе задуматься, потому что она никогда не придавала этому значения. Итачи ее молчания не нравилось. Он схватил ее за плечи, что напугало девушку. Он требовал ответа и тряс ее. Хенсе никак не могла понять, что такого важного в этом вопросе. — Эй! Саске схватил брата за руку. Итачи словно очнулся от сна и отпустил девушку, не понимая, как он мог потерять контроль. Саске смотрел на брата, ожидая хоть какого-то оправдания, но Итачи натянул маску хладнокровия и пошел вперед. Хенсе дотронулась до плеч, которые еще ныли от боли. В ту минуту, когда Итачи тряс ее, она впервые осознала, что у них действительно много общего с Глюком. Появление Саске ее не удивило. Чего она ожидала, когда связывалась с Учихами? Ниндзя дотронулся до ее руки. Она была прохладной, Саске не знал, как быть в этой ситуации. Брат его не смущал, а вот все, что происходило между ними, для него было ново и непонятно. — Вы идете?! Хенсе посмотрела на Саске, который смотрел в сторону брата. Тут она вспомнила борьбу, которая всегда в ней была. Саске или Гаара? Она сделала выбор, но тут Итачи снова заставил ее думать, вспоминать. Итачи не мог просто так слететь с катушек, что если он собирается рассказать то, что заставит ее сомневаться в своем выборе. — Идем, — произнесла Хенсе. Итачи был не рад появлению брата. Он собирался все рассказать только Хенсе, а появление Саске было не запланировано. Слова и так было сложно подобрать, чтобы раскрыть правду Урояме, а теперь все усложнялось присутствием брата.

***

Сакура пыталась сдержать страх. Кто бы мог подумать, что все так обернется? В какой-то момент страх стал сильнее. Она отвечала не только за свою жизнь, но и за Хинату. Если сейчас закричать, то ей помогут, а что если все было спланировано заранее? — Они думают, что я допустила ошибку? — продолжал говорить голос. — Это они глупцы, но ты, милая девочка, должна исчезнуть и вся правда с тобой. Харуно больше не собиралась притворяться. Она попыталась вскочить, но, во-первых, ей помешали трубки, а во-вторых, ее ударили. Раньше удар бы показался ей слабым, но сейчас, из-за того, что произошло, у нее потемнело в глазах. Сакура снова упала на кровать. К лицу прижали подушку. Сакура царапала руки нападающему. Она боролась. Почему все обернулось именно так? Почему причина всех бед была всегда рядом, а они не видели этого? Волна силы пришла сама. Сакура брыкалась и в какой-то момент энергия чакры вырвалась наружу, но чакра была чужой. — Ты? — раздался чужой голос. Сакура скинула с себя подушку. В комнате был человек. Она хотела закричать, но неожиданно в этом человеке рассмотрела силуэт того, кто с ней ушел из Конохи. Глюк, но сейчас он выглядел четче, словно пелена, застилавшая ей глаза все это время, окончательно спала. Он посмотрел на нее, только еле заметно кивнул головой, а потом растворился в воздухе. Харуно еще с минуты смотрела в то место, где еще пару секунд назад был Глюк, а потом она вырвала все трубки из рук и поднялась с кровати. Ей нужно было сообщить Какаши, что враг среди них.

***

Хенсе застыла. Саске тоже не знал, как ему быть в этой ситуации. Он вспомнил занятия в школе ниндзя, где им говорили, что чакра — это душа ниндзя. Тогда он не мог и подумать, что в случае Хенсе это было в прямом смысле. Огромный кристалл, откуда на них смотрела Хенсе. Девушка протянула руку к кристаллу, не в силах найти объяснение всему происходящему. — Как? Что это? Объясни! — сорвалась Урояме. Итачи все это время пытался слиться со стеной. — Для ниндзя чакра — это душа, когда твоя мать решила лишить тебя чакры, она и подумать не могла, что твою душу утащат Тени, потому что ты наследница. Они заточили тебя сюда, оставив только сосуд. Все это время ты заполняла образовавшуюся пустоту внутри себя частью души Саске. — сказал Итачи. — Твои эмоции, желания, потребности, все это не может расцениваться, как твое, потому что никто не знает, что с тобой случилось в тот день. Но это реальный зал Теней, оглянитесь. Саске и Хенсе последовали просьбе Итачи. В комнате помимо Хенсе было еще пару таких кристаллов. В одном из них она узнала мать Теней, жену Тео, в двух других были неизвестные ей люди. Тогда же девушка стала осматриваться и увидела их. Они были здесь, все те, кто покинули тот мир, смотрели на нее. Они ушли оттуда. Одна фигура смотрела на нее пристальней других. Мужчина спустился, хоть раздался гул, который предупреждал об опасности. Саске, заметив это, попытался закрыть девушку собой, но Хенсе остановила его, схватив за плечо. Учиха видел, как глаза девушки расширились. Перед ней был незнакомец, но он изменил лицо, чтобы дать понять, что он не чужак. Молчаливый. — Они обрели покой, — женщина была ей незнакома, но она смотрела на Хенсе с нежностью. — Мы должны были защитить свое наследие, из-за этого и заточили твою душу, когда наши потомки решили действовать. Они не верили, что наступит время, когда наша сила вновь пробудится в наших детях. Она решила поступить так же, как и мой брат, создать искусственно. Мы долго собирались с силами, чтобы атаковать их с той стороны и освободить пленных, и вот я смогла, а ты пришла сюда к нам сама. Я не могу спасти тебя от того, на что тебя обрекли. Тебе лишь остается в будущем стать одной из нас. Хенсе посмотрела на тот кристалл, на который указала сестра Тео. Это была ее клетка. Урояме догадалась, что эти кристалла для тех, кто был создан искусственно, в чьих жилах течет сыворотка. Сестра, жена, неизвестная и она, Хенсе. — Эта темница нашего проклятия. Мы обретаем вечную жизнь здесь и возможность быть в том мире в виде Теней, но отдаем за это слишком много при жизни. Твой брат родился не в то время, когда ему было предназначено. Сыворотка прижилась, потому что ты носишь гены Тени, а твой брат гены Хозяина. Он должен был родиться вместе с тобой, но Тени прогневались и решили, что этому не бывать, но сейчас, — сестра Тео коснулась живота Хенсе, — они верят, что их клану суждено восстать из пепла, но свободы, которую ты желаешь, тебе не суждено получить, а те, кто твоими усилиями желал ее получить, уже ее получили. Твоя душа связана с этим кристаллом. Когда ты умрешь, то перенесешься в него и обретешь бессмертие. Вот твое будущее. Саске смотрел на девушку в кристалле и понял, почему его брат так отреагировал на молчание Хенсе, когда задал ей вопрос. Он догадался, что есть вероятность того, что все, что девушка испытывает к Саске, это лишь отражение его чувств к ней. Учиха перевел взгляд на Урояме. Она словно погрузилась в транс, а задумался, могла ли она полюбить его в день их первой встречи, или тогда, когда он спас ее от падения с дерева, либо тогда, когда спасал раз за разом ее жизнь до тех пор, пока им не ввели сыворотку? Или любовь пришла потом, когда Саске сам понял, что привязался, а потом начал смотреть на нее другими глазами, а она впитала его чувства и ответила взаимностью? Не было ли это вечное метание между ним и Гаарой разногласием с реальными чувствами Хенсе и теми, что создал он? Не сыграл ли он сам с собой злую шутку? — Ты все равно хочешь этого, — прочитала сестра Тео в глазах девушки. — За все в этой жизни нужно платить. Ты готова принести плату? — Какую? -Судьба носит женский род, а женщины могут быть очень хитроумны и коварны. Только, когда час принести плату настанет, ты поймешь, а до тех пор будешь жить в неведении. Хенсе приложила руки к животу. В ней боролось желание получить шанс сейчас или подождать. Девушка посмотрела на кристалл, а потом на Саске. Вспоминая весь путь, который она прошла, все что потеряла, у нее не должно было быть сомнений, но они появились. Учиха возможно думал о том, же что все что было между ними, это не по настоящему, а если она обретет свободу, то пускай и без души, но тогда они будут уверены, что она сама сделала выбор, а не часть Саске заставила ее. Он не должен знать правду, ведь она всего лишь желает ускорить то, что и так рано или поздно случиться. Только это желание ей и принадлежит, почему она должна от него отказываться? — Да. Я желаю этого. Сестра Тео махнула рукой. Тени сорвались со своего места и ринулись к Хенсе. Итачи с Саске хотели ринуться к ней, но их тело не могло пошевелиться. Им оставалось только смотреть, как тела Теней проходят сквозь девушку, а она начинает покрываться черной коркой. Урояме чувствовала холод, который пробирал до костей. Она упала на колени не в силах больше стоять. Не поступает ли она так же, как и поступали все до нее. Саске почувствовал, как тело стало легче. Его больше не держали. Тени подхватили его и внесли в тот же круг. Хенсе схватилась за уши. Учиха видел, как в воздухе появляются картины ночи, как они с Хенсе занимаются любовью. Тени схватили его за руки, а потом за ноги. Один из них ударил его в грудь, проходя внутрь. Саске не знал, что за светящийся комок достали из его груди, но боль, которую он почувствовал потом, была несравнима ни с чем. Мертвые кромсали его сущность так, как им было угодно. Он больше ничего не видел. Итачи, который никак было им помочь, оставалось лишь слушать крики, доносящиеся из черного вихря.

***

Хенсе открыла глаза. Кругом было темно, но в комнате она была не одна. Приподнявшись, девушка заметила Суйгецу, который спал на стуле. Хенсе пошевелила ногой и когда боль в ней прошла, топнула акулу. — Эй! — завопил Суйгецу. — Ты что здесь делаешь? -Больно же! Сторожу тебя по просьбе Зеро. Он не хотел уходить пока, кто-то не займет его место. — Аааа, — тупо произнесла она. Суйгецу выдержал минуту тишины, размышляя о том, стоит ли ему говорить то, что он знает. Ведь все, что касалось этой девушки и Саске, лучше было не знать. — Я знаю, что это была ты, — выговорил Суйгецу, ожидая хоть какой-то реакции, но ничего не последовало, возможно, она даже не поняла о чем идет речь. — Змей был безоружен, это ты сделала. Надеюсь, это того стоило. Я не расскажу никому. Последние слова были произнесены, когда он уже подходил к двери, и только тогда Хенсе заговорила. -Почему? Они вернулись. Любовь ли это? Вот чем она задавалась, когда в комнату вбежал Зеро. Брат повис на ее шее и рыдал, а слова Итачи не хотели ее покидать: «Для ниндзя, его чакра тоже самое, что и душа. Нельзя создать прекрасное оружие, которое имеет собственный разум. Как только ты лишилась чакры, ты потеряла собственную душу. Все годы, что ты пыталась выжить, считая себя никчемной, это лишь побочный эффект неполноты, как личности, когда тебя объединили с Саске, ты восполнила пустоту внутри себя — энергией моего брата. Все, что ты чувствуешь к Саске, это зеркальное отображение того, что Саске испытывает к тебе». Неужели все это ложь, и она сама посадила этот росток, веря в эти чертовы чувства? — Потому что мы друзья, — ответил Суйгецу, бросив последний взгляд на Зеро, а потом захлопнул дверь. Хенсе обняла брата и прижала к себе. Она впервые поняла, как он ей дорог. Слезы непроизвольно пошли. Она уткнулась в макушку брата. Зеро еще сильнее прижался к сестре, когда понял, что сестра плачет. — Все будет в порядке, — пролепетал он.