Тень.Фениксы сгорают

Когда один человек умирает… он исчезает… Вместе со своим прошлым, настоящим, и его будущим. Многие люди умирают на миссиях и в войнах. Они легко и удивительно просто умирают. Хаяте был одним из них. Те, кто умирают имеют цели и мечты. Но каждый имеет то, что важно, как таково. Родители, братья, сестры, друзья, возлюбленные… Люди, которые важны для тебя. Они доверяют и помогают друг другу. Связь между людьми, важных для тебя всегда с рождения… И нить, которая связывает их становится толще и прочнее, пока время проходит. Это за пределами разума. Те, кто связаны с тобой этой нитью заставляют действовать. Потому что это важно… «Ирука».

Карин растерялась. Роды Хенсе были тяжелыми, а исчезновение Орочимару не приносила уверенности. -Тужься! — кричала Карин. Хенсе не могла. Ей было слишком больно, все тело горело. Девушка словно теряла рассудок. Она чувствовала, что горит. В голове смешались все мысли, и голос Карин словно раздавался откуда-то из другой реальности. — АААААА! Карин не нравилось то, что из Хенсе стала выходить черная жидкость. Было понятно, что роды не будут простыми после всего, что Орочимару сделал. Узумаки дотронулась до девушки. У той был жар. Карин пыталась что-то придумать. Она боялась, что черная жидкость может убить детей или навредить девушки. Хенсе уже не видела четко потолок. Мир вокруг начал плыть, а воспоминания прошлого стали слишком отчетливо вырисовываться. Акан прибыл раньше. Он лишь хотел удостовериться, что с девушкой все в порядке. Животик стал заметней, а девушка помрачнела. Она не любила это место, но здесь она считала, что ей будет безопасней, чем в Конохе. Хенсе была рада видеть Акана. Ей не хотелось ругаться, что он пришел. В этом месте произошло слишком многое, и сейчас, вернувшись сюда, чувствовалась обреченность. Суйгецу всячески пытался отвлечь девушку от грустных мыслей. За этот месяц они словно вернули старую дружбу, хоть оба понимали, что это не так. — Зеро там нравится, — рассказывал Акан. — Он уже успел подружиться с некоторыми детьми. Сестра говорит, что дом прям ожил. Я представляю что будет, когда туда вернетесь вы. Хенсе улыбнулась. Сейчас ей было даже сложно представить, что такая жизнь возможна. Наверное, спроси ее пару лет назад, как она видит свои дальнейшие годы, то явно она не сказала бы, что ее ждет мирная жизнь, а потом спокойная старость. Вот только старость, по словам Орочимару, ей не светила. Хенсе возвращалась к этой мысли каждый раз, когда думала о будущем, но ничего кроме картины того, как она хоронит близких ей людей не виделось. Бессмертие, которое она не желала. Орочимару потратил всю свою жизнь на его поиски, а она получила его как только родилась. — Что с Саске? Он не спросил самого главного. Будет ли он фигурировать в их жизни? Девушка давно приняла решение. — Дети должны знать о своем отце, но не обязаны его видеть, пока не достигнут определенного возраста. Как мать, я буду их защищать, но когда придет время, и они захотят познакомиться с ним, то я не буду препятствовать. Акан задумался. Он пытался поставить себя на место Саске, но не мог. У него была семья, и он не мог знать, что чувствует Учиха. Акан лишь осознал, как далеко ему еще до того, чтобы стать взрослым. Вероятно, он еще не до конца понимает, что значит отпустить, когда любишь. — Суйгецу! Найди Орочимару! — закричала Карин. — Где твою мать я его найду?! — Тогда помоги мне! — Я уже помогаю, не мешаюсь! Карин злобно посмотрела на Акулу. Суйгецу двинулся к ней. Ноги были ватными, к такому его жизнь не готовила. Он даже позавидовал Саске, что того тут нет. — Вытри ей пот со лба и смотри, чтобы она не потеряла сознание! Суйгецу кивнул. Он схватил полотенце и подскочил к девушке. Она горела. Даже Суйгецу чувствовал, что у Карин все вышло из-под контроля. Правильно ли Хенсе приняла решение, когда решила рожать здесь? Он вытер пот, а потом взял девушку за руку. — ААААА!!! — закричала Хенсе. — АААААА! — то ли от боли, то ли от страха закричал Суйгецу. Карин продолжала кричать, чтобы девушка тужилась, но не это было причиной таких тяжелых родов. Черная жидкость словно образовала стену, которая не позволяла детям родиться. Карин бросила взгляд на скальпель. Нужно делать кесарево, чтобы спасти хотя бы детей. Но что если черная жидкость будет и там? «Думай, Карин, думай!». Узумаки задумалась, а не была ли причина в тех таблетках, которые пила Урояме? Или… — Суйгецу! У Орочимару осталась ДНК Шукаку? — А мне по кой знать?! — Иди посмотри, быстрее!!! Карин сменила Суйгецу. Хенсе была еще в сознании. Она тужилась, но с каждым вздохом становилась слабее. Карин положила руку ей на лоб и применила чакру, чтобы унять боль. Хенсе вспомнила то, что забыла после введения сыворотки. Их связь с Саске слабела, и видимо на почве этого стала возвращаться память. Урояме посмотрела на Карин, она только могла догадаться, что это она, по размытому красному пятну, которое видимо было ее волосами, но лица Узумаки она уже не могла разглядеть. Хенсе хваталась за предметы вокруг, за память, только чтобы не потерять сознание. Орочимару не знал, как использовать девушку. Он медлил с введением сыворотки, т.к. не был уверен, что это единственный выход получить бессмертие. Если провести пару опытов, то есть вероятность, что он найдет ответ, но он не хотел рисковать. — Зачем ты спасла его? Саске перестал есть. Он смотрел на Хенсе так, словно видел впервые. Он не понимал, что ей двигало, когда она решила помочь Неджи. Урояме не поднимала глаз. Она боялась увидеть лицо Саске. Он зол? — Н… н… не знаю. Это была ложь, которую Учиха моментально распознал. Через пару часов их отряд должен был отправиться на задание. Они должны были принести редкий экземпляр трав, в которых нуждался Орочимару. Саске не хотел брать с собой девушку, но Змей не стал его слушать. Обуза, за которой нужно присматривать, Учихе была не нужна. Пускай ее и обучали бою с иглами, но он не видел прогресса. Их команда состояла из пятерых людей. Саске, Хенсе, Тайга, и Онра. Последние были сильны, и за них Учиха не переживал. У Онры была сестра, которая умерла от голода, а его подобрал Орочимару. Он неплохо относился к Хенсе, так как она напоминала его сестру. Тайга был солидарен с Саске, что им не нужна никчемная девчонка. — Ооонра… — почти шепотом произнесла Хенсе. Карин не знала о ком идет речь. Про себя она прокляла Суйгецу, который еще не вернулся. Узумаки не знала наверняка, были ли это побочные эффекты сыворотки, таблеток или крови Шукаку, одно она знала — никто сегодня не умрет. Орочимару зря волновался. За ними не было погони. Уже завтра они вернуться в убежище. Договорились дежурить по очереди. Саске был первым. к Хенсе сон не шел. Она смотрела на огонь и чувствовала себя чужой. Никому не нужно было говорить в слух, что она бесполезно — это читалось на их лицах. Все задавались только одним вопросом, не ошибся ли Орочимару с этим решением? Саске спрятался в тени дерева. Приближение Хенсе он заметил сразу. Девушка несла в руке какую-то баночку. — Это мазь. Твои раны нужно обработать. — Это не к чему. Она словно не услышала его слов. Присела рядом и стала наносить мазь. Саске старался быть терпимым, словно думал, что сможет понять решение Орочимару, но не мог. Она была даже хуже Сакура. — Я не могла дать ему умереть, — заговорила Урояме. — Неджи защищал меня. Я вернула ему долг. — Ты жалеешь, что ушла со мной. Это не был вопрос. Саске видел это каждый день, когда они завтракали, обеда, ужинали, учились. Она не видела себя среди учеников Орочимару. Хенсе словно потерялась еще больше в его логове. — Нет. Кто-то же должен напоминать тебе о том, что ты человек. К тому же, ты единственный человек, который мне близок у Орочимару, Саске. Я останусь с тобой до конца. Саске только сейчас понял, что его напугали эти слова. По этой же причине он не позволил идти с собой Сакуре, но мимолетная слабость заставила подпустить Хенсе. Она не была ему знакома, но воспоминания о детстве, не позволяли ее прогнать. Саске подскочил, кто-то приближался. Он приказал Хенсе спрятаться, а сам ринулся будить остальных. Все были наготове. Суйгецу влетел на всех порах. В руке он держал шприц, который тут же протянул Карин. По виду Хенсе, Акула тут же догадался, что ей стало только хуже. Карин без раздумий ввела кровь Шукаку и стала ждать чуда. Жар не спал, но черная слизь теперь пропускала кровь. Они смешались. Карин мечтала о том, чтобы больше ничего подобного не видеть. — Еще чуть-чуть, Хенсе, появилась головка. Девушка схватила Суйгецу за руку так сильно, что он был готов закричать, но только провел по лбу девушке, оставляя капельки воды. Онра уставился на Саске, тот потерял контроль над печатью. Он хотел помочь Учихе, но тот отшвырнул его. Тайга сдерживал троих. Сейчас им только не хватало того, чтобы Саске действовал против них. Появление Хенсе никто не заметил. Она оказалась напротив Саске быстрее, чем Онра смог ее остановить. Учиха не видел перед собой никого, кроме брата. Яд медленно струился по его венам. Удар. Урояме отлетела в сторону. Саске направился к ней. Онра преградил путь. О чем думал Орочимару, когда отправил с ними того, кто еще не мог контролировать свою печать. Онра уклонился от удара Саске. Попытка связать Учиху не сработала. Хенсе заметила, что Тайга ранен. Он держался только благодаря своей силе воли. Онра вел бой с Саске, но явно проигрывал. Девушка попыталась встать. Товарищ смог закрыть ее от удара Учихи. — Я убью тебя. — Ну попробуй, — произнес Онра. Хенсе даже закричать не смогла. Саске, уклонившись от удара, использовал чидори. Тайга, увидев что друг упал замертво, пропустил удар. Урояме не двинулась с места. Ей нужно было привести в чувства Саске, пока они не проиграли. Учиха, заметив движение, перехватил удар. Он не позволит убить брата кому-нибудь другому. Пока он разбирался с другими, Хенсе достала иглу и смазала ее специальным средством, которое ей дал Орочимару перед их уходом. Стоило Саске разобраться с противниками, он направился к Хенсе, как она и ожидала. Ей нужно было только царапнуть его, чтобы противоядие начало действовать. Она позволила схватить себя, а потом постаралась нанести удар, но Саске уклонился. Он стал только злее. — Саске, приди в себя! Учиха сбил девушку с ног. Он собирался ее задушить. Хенсе пыталась отбиться, но Саске был сильнее. Все ее попытки были тщетны. — С…Са… Саске, ты моя семья, п…прошу. Он замер. Девушка хватал ртом воздух. Она даже не сразу заметила, что Саске слез с нее. Она перевернулась на бок, стараясь как можно больше захватить воздуха. Когда дыхание немного пришло в норму, то девушка дотянулась до иглы. Саске стоял на коленях, схватившись за голову, Хенсе не собиралась ждать и надеяться, что он справиться сам. Долго не думая, она всадила иглу ему в плечо. — Это мальчик! — закричала Карин. Земля затряслась. Вдали послышались крики. Карин и Суйгецу переглянулись. В убежище кроме них никого не было. Если подозрения Орочимару были верны, то клан Уоляме-Кёсе точно нападет, чтобы забрать и Хенсе, и ее детей. Может Змей ушел, чтобы позвать на помощь? — ААААА!!! Карин быстро пришла в себя. Ей нельзя было отвлекаться. Вторая головка уже показалась. Черная жидкость обволокла мальчика. Узумаки приказала вытереть ребенка. Она не знала что это за субстанция, опасна она или нет. Хенсе продолжала тужиться. Суйгецу был бледен, но выполнял каждый приказ девушки. Крики не приближались, но по звукам оба догадались, что там идет битва. Саске пришел в себя. Кругом были трупы. Он не сразу заметил Хенсе, которая как призрак сидела возле него, сжимая его кунай. Она не отреагировала на то, что он дотронулся до ее плеча. Саске увидел следы на ее шеи, а потом как холодной водой на него вылились собственные воспоминания. — Ты в порядке? — спросил он, пытаясь успокоить скорее себя, чем ее. Девушка кивнула. Она подползла к нему и дотронулась до лба, чтобы убедиться, что жара нет. Рука у Саске была перебинтована, чуть виднелась кровь. Учиха не двигался, пока Хенсе собирала вещи. Они решили оттащить трупы в кусты и двинуться. За ними могли снова прийти. Урояме закрыла глаза Онры, глубоко вздохнула и чуть не налетела на Саске. Учиха отодвинул воротник кофты, чтобы лучше были видны следы от его рук. — Все в порядке, — произнесла девушка, — это сойдет. Нам пора. Ее хладнокровие рассценилось Саске, как признак силы. Хотя он так себя успокаивал. Он впервые задумался о девушке, как о нечто большем, чем товарищ. Она была права, в логове Змея у них нет никого кроме друг друга. Если они перестанут доверять друг другу, то это станет их проигрышем. — Она потеряла слишком много крови, — подытожила Карин. Суйгецу вытирал девочку. Он не хотел видеть над чем там химичит Карин. Черная жидкость была горячей. По словам Узумаки, она продолжала сочиться вместе с кровью. Суйгецу вздрогнул, когда малышка схватила его за палец. Она не плакала, а только смотрела на него своими большими черными глазами, словно изучая. — Де…дети. — Не шевелись! Суйгецу поднес к Хенсе девочку. Он сомневался, что она может четко разглядеть ее. Она попыталась дотронуться, но рука бессильно упала. Акула нагнулся и положил ребенка на грудь Урояме. В этот момент раздался плач. Мальчик был недоволен, что его оставили без материнского внимания. Стоило Суйгецу взять на руку ребенка, как земля затряслась вновь, еще сильнее. — Я не понимаю, — Карин в ужасе отпрянула от девушки. — Мне не остановить кровь, черная жидкость мешает. Мне нужно кое-что из арсенала Орочимару. Суйгецу, посмотри, что там происходит. Суйгецу был не согласен с таким решением. Если все они уйдут, то Хенсе останется беззащитна, но если там наверху нужна помощь? Он положил мальчика рядом с матерью. Хенсе дотронулась до него. Она боялась, что они могут упасть, но дети лежали смирно, словно присутствие матери их успокаивало. Урояме заплакала. Она чувствовала, как силы покидают ее. Она не умрет, а только закроет глаза, а когда откроет, то уже исцелиться. Она погладила свою малышку по голове. — Хенсе. Неджи появился неожиданно. Девушка не знала как, но рядом она разглядела Итачи, который держал Хьюго за плечи. Глаза брата Саске были закрыты. Видимо он собирал все свои силы, чтобы удержать их двоих. Неджи сделал шаг вперед. Он не доверял Учихе, но не мог закрывать глаза на то, что видел. — Послушай, у нас мало времени, — начал тараторить Хьюго. — На той стороне собираются Тени. Они готовятся вырваться. Твоя смерть и воскрешение дадут достаточно энергии, чтобы сделать дыру. Вырвутся не все, но даже этого будет достаточно, чтобы уничтожить Коноху. Я знаю, что прошу многого, — Хьюго подошел достаточно близко, чтобы заглянуть в глаза девушки, — остано… Хьюго пропал. Хенсе хотела пошевелиться, но не могла. Боль пронзила ее, но даже она была ничем по сравнению с тем, что была вероятность уронить малышку. Итачи-Глюк, уже выглядел привычно для себя. Теперь это не была странная оболочка, а Итачи. Из глаз капала кровь. Он потратил много энергии, чтобы привести в этот мир душу Неджи Хьюго, да и то напрасно, потому что он не успел сказать самого главного. Итачи с трудом поднялся. Прислушается ли она к нему? — Послушай. Кристалл, который создал Орочимару, он должен запечатать тебя. Тогда ты не умрешь и не воскреснешь. У Теней не будет энергии, чтобы вырваться. Мы уж постараемся заточить их на той стороне. — Нужно говорить быстро, пока у него есть время. — Я знаю, что мы просим у тебя слишком многое. Спасти деревню, которую ты ненавидишь всем своим сердцем, но подумай, что станет с миром, когда Тени вырвутся. Ты видела, они беспощадны. Однажды, они придут за тобой и твоими детьми. Ты такого хочешь мира для своих детей? Мира, где они будут бояться и жить в вечном выживании? Только я не знаю, что будет с тобой. В лучшем случаи ты отправишься на ту сторону и вдоволь можешь меня побить, а в худшем, застрянешь между мирами и станешь ничем. — У…убирайся! Такой энергии Итачи не ожидал. Он исчез. Хенсе прижала своих детей к себе. Слезы хлынули сильнее. Она не собиралась выбирать деревню, когда по другую сторону ее дети. Пускай Коноха горит. Горит. Горит. — Там резня! — воскликнул Суйгецу, — Коноховцы столкнулись с твоим кланом, но я не уверен, что это они, но больше некому. Акула увидел, что с Хенсе что-то не так. Она как ненормальная прижимала к себе детей, рыдая. Он подошел ближе. Только тогда он увидел, что на пол капает кровь. Видимо Карин еще искала нужные препараты. Он хотел ринуться к ней и помочь, но Урояме схватила его за руку. — Мои дети. Спаси их. Там… Там в лесу, возле огромного дуба, должен быть Акан. Отдай их ему. Суйгецу не верил своим ушам. Он смотрел на то, как она прижимает их к себе, с какой любовью глядит. У него не поднимались руки, чтобы отнять их у нее. Суйгецу чувствовал, что стоит ему это сделать, как внутри нее что-то умрет. Он все же собирался бежать за Карин. Ведь если не остановить кровь, то это мог быть действительно последний раз, когда Хенсе видит своих детей. — Пожалуйста, Суйгецу, молю, — она так крепко держала его, а когда он посмотрел ей в глаза, то увидел только боль. — Мальчика зовут Неджи, а девочку Ами. Суйгецу кивнула. Он взял детей и побежал. Ему нужно было спуститься чуть ниже, чтобы войти в секретный проход, а потом по ним выбраться незамеченными. Хенсе сжала простынь. Она смотрела, как уносят ее детей. Она ненавидела весь мир. Ради того, чтобы этого момента не было, она была готова уничтожить всю Коноху сама. Собрав все силы она встала. Промежность болела. Хенсе заметила черную жидкость, которая вытекала из нее. Она смешивалась с кровью и забирала ее жизнь. Стоять было трудно, а идти еще труднее. Девушка схватила простынь и просунула ее между ног. Ноги не слушались. Каждый шаг давался с трудом. Нужно было спуститься вниз на пять этажей. Хенсе проклинала всех, но Итачи был прав. Она не хотела, чтобы ее дети росли в мире, где на них начнется охота. Она хотела для них мира. Неджи и Ами не будут одиноки. С ними будет Акан и Зеро, а когда придет время, то и Саске. «Саске». Но их связи больше не было. Как странно было чувствовать свободу в голове. Нет барьеров, нет чужих мыслей. Есть только она и больше никого. Дети найдут его, потому что все дети, которые росли без родителей хотят узнать, почему их бросили. Хенсе вытерла слезы. Пускай она не увидит их, не увидит как они будут расти, их первые шаги, первые зубы, но в мире будет один человек, который их будет любить так сильно, что убьет за них. Ей большего и не нужно. Она отдаст свою жизнь, чтобы ее дети росли в мире, Акан и Зеро дадут им любовь, а Саске станет их защитой. Первый этаж. Она вдохнула их запах. Он будет с ней. Ее пугало только то, что когда она очнется, ее дети будут мертвы, как и все близкие ей люди. Тогда лучше ей никогда не возвращаться к жизни. А что такое жизнь? Хенсе пыталась вспомнить все, но в голову ничего не лезло, кроме лица Саске. Он был ее жизнью. Только сейчас она осознала насколько Саске вырос, отпустив ее. Он был для нее опорой. Даже когда она его ненавидела, она стремилась к нему, чтобы стать сильнее. Она любила его, но той любовью, которая уничтожает все. Будь другое время, другие обстоятельства, смогли бы они полюбить друг друга? Нет. Ответ был слишком очевиден. Второй этаж. Хенсе упала. — Еще не время умирать, — прохрипела она. Урояме встала и снова пошла. Следом за Саске всплыли другие лица. Гаара. Был ли он спасательным жилетом? Нет. Почему перед лицом смерти все кажется глупостью. Гаара лишь был человеком из другого мира, в котором Хенсе не было места. Она лишилась его, когда выбрала для себя совершенно другой путь. Какой бы была ее жизнь, если бы она осталась с Гаарой? Может все закончилось бы по-другому. Но стала бы она той, кто смог бы принести счастье этому человеку? Любовь к ней принесла Гааре слишком много боли. Девушка не хотела этого. Гаара должен быть счастлив. Третий этаж. Боль уже не так чувствовалась. Хенсе просто шла. Если сейчас она остановится, то умрет. Урояме возложила слишком большую ответственность на брата с Аканом. Что если они будут искать ее и, найдя ее, узнав правду, будут мстить? Тогда принятое решение будет бесполезным. В голову проник еще один страх, что дети буду ее ненавидеть за то, что она бросила их. Кто же объяснит им, что ей пришлось так поступить? Тряпка насквозь пропиталась кровью. Сейчас самое главное дойти. Хенсе облокотилась об стену. Неджи был тем, кто сказал бороться. Она никогда не простит себя за то, что ушла так и не увидев мир его глазами. — Объясни, что происходит?! — завопил Суйгецу, который возник из ниоткуда. Хенсе надеялась, что увидит их снова, но они уже скорее всего направлялись в дом Акана. — Кристалл. Мне нужно туда. Суйгецу не знал для чего нужна эта штука. Он надеялся, что он поможет Хенсе не умереть. Он взял ее на руки. Она совсем ослабла. Нужно было спешить. Кровь все еще сочилась. Акула не сразу заметил, что девушка почти бессознания. — Знаешь, как только я вернулся сюда, то вспомнил игру камушки, — заговорил он, — помнишь, как один из нас прятал десять камней, а другие искали, чтобы бросить в море с покоев учителя? Это было страшно, но мы тогда почему никогда не задумывались о том, чем это могло кончиться. Хенсе улыбнулась. Им нравилась эта игра. Суйгецу пробирался к ним даже по ночам, чтобы поговорить. Все в Южном убежище было прекрасно, пока в один день Суйгецу не пришел. Он просто исчез, а потом убийство Кобы. Орочимару постепенно забирал у них детство и их души, пока не оставались хладнокровные убийцы, верные своему господину. Четвертый этаж. Суйгецу даже не догадывался, что собирается сделать Хенсе. Еще один соучастник, который даже не знает в какую передрягу она его затащила. Был бы он так решителен, если бы знал, что ее ждет в конце? — Спасибо тебе, Суйгецу. — Ты только смотри не умри у меня на руках, а то Саске меня на опыты сдаст. Он пытался отшутиться, но выходило плохо. Кристалл не нес в себе ничего хорошего. Эта штука была пропитана тьмой, а ко всему прочему ее создал Орочимару, а все что он создает несет в себе только разрушение. — Суйгецу!!! Карин выскочила из кабинета. Он была готова наброситься на него. В руках у нее был пакетик. Хенсе знала, что ей он не поможет. Тени взимают долг. Они подарили ей детей, а теперь заберут жизнь, чтобы вернуться на землю. — Мне нужен кристалл. — Что? Суйгецу не стал спорить. Он продолжил путь. Карин последовала за ними. Хенсе что-то недоговаривала. Узумаки как никто другой это видел. Они прожили в одной комнате несколько лет. Учились вместе врать. Сейчас Хенсе из-за слабости явно не могла сделать это хорошо. Карин не простила смерть Кобы, но Хенсе стала для нее родным человеком. Именно на родных злишься сильнее. Именно им ты не хочешь прощать многое, потому что допустил их близко к себе, а они ударили. Карин открыла дверь, пропуская Суйгецу вперед. Орочимару торопил их в последние дни. Кристалл был прекрасен, хоть все еще и пугал девушку. Она не знала, что собирается делать Хенсе, но была готова в любой момент остановить ее, если ей покажется, что все зашло слишком далеко. Если бы только Карин знала для чего эта штука. Узумаки разозлилась, потому что было слишком много «если бы». Она хотела конкретики, но не могла ее получить. — Опусти меня, дальше я пойду сама. Как свою смерть встретил Итачи? Неджи? Коба? Ее семья? Хенсе не хотела быть запечатанной, потому что ей было что терять, но именно из-за них она и должна была сделать этот шаг. Кристалл манил ее, звал к себе. Девушка сделала шаг. Она должна встретить свой конец гордо, словно старого друга. Она должна была умереть еще при рождении, но судьба выбрала ее. Второй шаг. Остался последний. Она обернулась. Карин и Суйгецу смотрели на нее с подозрением. Сейчас Хенсе вспомнила их детьми. Им было весело вместе, пока взрослая жизнь их не забрала. Земля затряслась вновь. Девушка еле-еле устояла на ногах. «Саске». Тишина. «Живи. Ты прошел длинный путь и наконец-то обрел дом. Я надеюсь, что когда придет время, ты станешь хорошим отцом». Хенсе улыбнулась друзьям. — Я ухожу второй. Третий шаг. Карин и Суйгецу ринулись к девушке, когда поняли, что случилось, но Хенсе уже коснулась кристалла. Он был теплым. Ее уже никто не мог бы спасти, потому что он схватил ее, почувствовал ту, ради которой был создан.