Johnny Boy

Вторничное утро. Лучи солнца пробиваются сквозь слабо задвинутые шторы, освещая пару минут назад спящего Шерлока. Он был чувствителен к свету, из-за чего часто просыпался рано утром и наблюдал за спящим Джоном. Ему нравилось рассматривать его черты лица, каждый раз будто впервые. Волосы военного врача опускались на глаза, а ресницы трепетно дрожали. Сегодня, не смотря ни на что, Джон не пошел на работу, решил остаться дома. Именно квартиру Холмса он называет своим домом, ведь здесь, на Бейкер-Стрит происходили одни из самых ярких и важных событий его жизни, например раскрытие преступлений с Шерлоком, а особенно важное событие — сам Шерлок. Иногда Джон задумывается, что было бы, если он не встретил Майка тем днем на улице, и этот парень не познакомил бы его с самым гениальным и единственным в мире консультирующим детективом. Ватсон иногда думает, где бы он сейчас находился, чем занимался, но не может себе всего этого представить, ведь больше не может жить без Шерлока. Часто детектив вспоминает, через что прошел Джон, а именно — война в Афганистане. Холмс слышал рассказы о пустынях и палящем солнце этого государства. Шерлок думает, что этот человек заслуживает медали за его храбрость, правда он никогда прежде не выигрывал призов. — Вставай, Джонни, вставай, — тихо проговаривает Шерлок Ватсону на ухо, легко поглаживая его по руке. Джон медленно поднимает веки, и теперь детектив видит его прекрасные голубые глаза. — Поднимайся, Джонни, потому что я нуждаюсь в тебе. Джон лениво подтягивается, обнимает Шерлока и оставляет легкий поцелуй на его щеке. — Я так сильно влюблен в тебя — хриплым голосом проговаривает Ватсон. — Я тоже, и этого достаточно. Через некоторое время они не раскрепляя объятий сели на кровати. — Что ты скажешь Мэри о своем отсутствии ночью и сегодня днем? — спрашивает Шерлок. Мэри была достаточно мила, добра, но факт того, что она является женой его возлюбленного заставляет Шерлока ее ненавидеть. — Ничего. Джон никогда не лгал, но сейчас он думает, что ложь — это нормально. Все нормально. — Ты — моя гордость и радость, пора подниматься с кровати, Джонни. Люди нуждаются в нас…