Родись счастливой!

      Катя до сих пор не могла поверить в то, что происходит. Она не раз видела в модных журналах фотографии девушек в достаточно откровенных нарядах, но она никогда не думала, что она сама когда-нибудь будет напечатана в таком виде! Более того, когда она представила лица своих однокурсников, если бы им об этом сказали! …       Она поддалась на уговоры Юлианы по поводу костюма, хотя, и сама не знала, как. Выбором Юлианы оказались белая просторная рубашка и чулки. Белая просторная рубашка и чулки, и все! Виноградова, при консультации с редактором журнала, решила создать ей образ этакой бизнес-леди, пришедшей домой после тяжелого рабочего дня и решившей выкурить сигарету. Да, да, сигарету! Юлиана сказала, что это придаст образу стиля, и купила ей длинный мундштук, который Катя должна будет держать в руках. Сигарету можно будет взять у кого-нибудь из персонала. Катя подумала, что эти фотографии она ни за что не станет показывать родителям: что они на них скажут! Их хорошая девочка, их гордость, в таком виде и курящая?! Стыд и срам!       Но это еще что. Катя не знала, как сказать об этой фотосессии Андрею.Она понимала, что ему может не понравиться, что его девушка красуется, считай, полуголой, в прессе, особенно учитывая то, что недавно терпение Андрея уже несколько раз подвергалось испытанию, но она понимала, что сказать ему об этом нужно. Высказав свои опасения подруге, Юлиана ей напомнила, что и Андрей не такой уж пай-мальчик: недавно они видели, как Жданов беззастенчиво флиртовал с моделями; и если она боится сказать ему о съемке, то она может это сделать за нее. Катя, в который раз напомнив Виноградовой, что она Жданова не ревнует, согласилась, что будет лучше, если пиарщица поговорит с ним сама — она все-таки не заинтересованная сторона и знает их обоих, не говоря уже о том, что речь будет о работе с прессой, то есть прямой деятельности Юлианы.       Разговор между ними состоялся по телефону сразу после покупок, и, Катя поняла, что разговор у них состоялся именно так, как она и представляла.       — Андрей, это необходимо! Неужели ты не понимаешь, какая это будет реклама для ЗимаЛетто? Некоторые годами ждут статьи в Офисьель! Да, я знаю, что наряд откровенный, но, извини меня, не такой уж непристойный! Радуйся, что это не Максим, и она не будет сниматься нагишом. Рубашку мы специально выбрали чуть больше и длинную, — и чуть позже она добавила, — К тому же, для Кати это тоже будет очень полезно — она еще очень застенчивая, а ей, как президенту, нужно научиться не только принимать внимание, но и привлекать его. Эта фотосессия поможет ей раскрепоститься. Господи, хорошо, я уточню у редакции, и все устрою. С Катей не хочешь поговорить?       На том конце ответили, и Юлиана протянула трубку Кате. Та взяла ее в руки.       — Алло?       — Ты правда этого хочешь? — услышала Катя голос Андрея в телефоне.       — Честно? — Пушкарева закусила губу и посмотрела в потолок. — Я хочу попробовать.       — Ох, хорошо, снимайся. А вечером поговорим.       Катя поняла, что этот ответ дался Андрею не легко.       — Я тебя люблю.       — И я тебя.       Катя нажала на кнопку завершения вызова и протянула телефон владелице.       — Ну и что он сказал?       — Сказал, что если я хочу, я могу сниматься, — ответила Пушкарева, и Виноградова улыбнулась.       — Отлично, тогда я договорюсь о фотосессии на ближайшие дни. Будем надеяться, что у них фотограф — девушка. Иначе меня твой Андрюшка линчует, без суда и следствия. Да и ты вряд ли сможешь нормально сниматься, — и женщина набрала очередной мобильный номер на своем телефоне.       Через несколько дней после съемок в Офисьеле, наступил долгожданный момент для ЗимаЛетто — Павел Олегович приехал вместе с директором и финансистом ФэшнГруп. За несколько секунд до их появления, Катя услышала за дверью английскую речь.       — Знаете, у вас здесь такой радушный персонал.       — Да, спасибо. Но знаете, вы еще не видели нашего дизайнера.       — Правда? — удивленно воскликнул женский голос. — Что ж, все равно мы с ним скоро познакомимся.       — Да, непременно. А вот и президентский кабинет, — дверь открылась, и Ждановы, старший и младший, вошли, ведя за собой двоих гостей. Катя встала, чтобы поприветствовать их.       — Мисс Екатерина Пушкарева, управляющий нашей компании, — представил ее Павел Олегович, пока Андрей незаметно подбирался поближе к ней.       — Здравствуйте, — произнесла Катя, протянув руку мужчине.— Приятно познакомиться.       — Здравствуйте, мисс, — ответил мужчина и пожал ей руку, который, очевидно, был директором компании. — Много о вас наслышан. Мистер Жданов расписывал вас как исключительно умную и очень талантливую девушку. Но, к сожалению, он не говорил, что его управляющая также еще и очень очаровательная леди.       — Спасибо, мне очень приятно.       — Катя, к показу все готово?— спросил Павел Олегович.       — Да, Милко нас ждет и модели готовы, — ответила президент. - Но вы, наверное, устали, после перелета. Может быть, сначала кофе?       — Простите, но не получится. Уже завтра нам нужно вернуться обратно в Лондон, дела не терпят долгого нашего отсутствия. Так что, если можно, мы хотели бы начать как можно раньше,— произнесла девушка, которая, очевидно, была финансистом фирмы.       — Хорошо, тогда пройдемте.       — Вы идите, Кать, а я хотел бы поговорить с Андреем, — сказал Жданов, и его сын с удивлением посмотрел на него.       — Хорошо, — ответила девушка, и они с представителями ФэшнГруп вышли.       Отец с сыном остались в кабинете одни.       — О чем ты хотел со мной поговорить? — спросил Андрей, подходя поближе к старшему Жданову.       — Да так, ничего особого. Просто нужна информация к размышлению, — произнес Павел, и поправил фотографию на столе Пушкаревой. — Как у вас сейчас с Катей?       — Все хорошо. Есть, конечно, свои проблемы, но мы их решаем, - ответил Жданов, внимательно смотря на отца.       — Это хорошо. Знаешь, мне звонил Александр…       — И что он хотел? — для проформы спросил Андрей, прекрасно догадываясь, что могло понадобиться Воропаеву.       — Он сказал, что раз компания выходит из кризиса, он хочет забрать свою долю.       — Вот же…       — А ты понимаешь, что я не хочу, чтобы он продал свою долю неизвестно кому. Так что этот вопрос надо решить. И есть у меня мысль по этому поводу, но мы ее обсудим немного позже. Пускай сначала закроется дело. Кстати, что вы с Катей решили насчет президентства?       — Мы решили, что Катя должна остаться во главе. Она это в полной мере заслужила, поэтому я свою кандидатуру выдвигать не буду.       — Что ж, это ваше решение, хотя, я не был бы против и твоей кандидатуры. Я поддержу Екатерину на следующем совете. Но… — протянул Павел Олегович, — Андрей, ты понимаешь, что я буду ее поддерживать, потому что надеюсь, что скоро она будет Ждановой?       Андрей засмеялся.       — Не переживай. Я работаю над этим вопросом.       Отец с сыном с улыбкой посмотрели друг на друга, и, каждый погруженный в свои мысли, они вышли из кабинета, откуда направились в демонстрационный зал.