Ты только моя игрушка

***

      Чимин сидел и пил кофе в полном одиночестве. Ноги тряслись от нервов: это была его первая фотосессия, да ещё и в полуголом виде сниматься придётся.       Люди, в числе которых ещё вчера был сам Пак, сейчас суетятся и бегают вокруг него, спрашивают про размер его… кхм… нижнего белья.       Фотограф уже не новичок, поэтому сразу понял, что Чимин до этого раза ни в одной фотосессии не участвовал. Поэтому Лин Сун Во пообещал позаботиться о качестве сегодняшней съёмки. Он сказал, что поможет даже с позами.       – Чимин! — крикнул кто-то из стафа, но парень не отвечал, будто в ушах у него находились беруши. — Пак Чимин! На место съёмки, быстро! — девушка кричала на перепуганного, ничего не понимающего Чимина.       Сзади раздался смешок. Повернувшись, младший заметил Юнги, который с умилением смотрел на сложившуюся ситуацию.       – Я помогу тебе, так что можешь положиться на меня, — если Юнги говорит что-то, то он обязательно это выполняет.       Для Чимина все это было подобно пытке. Ведь раньше он перед камерами не часто появлялся, так как считал себя, мягко говоря, «не очень». Но перечить своему начальнику он не смел. Поэтому в первый же раз он снял с себя всю одежду и встал перед объективом.       Сначала была индивидуальная съёмка рыжего. Он благодарил всех известных ему богов за то, что Юнги не смотрел на это. Хотя так думал Чимин, ведь Юнги специально попросил подождать до того, как съёмка младшего кончиться. Он стоял совсем рядом с гримёркой, но видел все то, что делал его менеджер. Видел то, как он рекламирует чёртовы трусы. Юнги взвыл, провожая взглядом силуэт мальчишки. Его зад, на который стоял член, выглядел слишком божественно. "Твою мать, я так не выдержу", Юнги отмахнулся, направляясь в уборную. Коридор пуст, видны лишь двери. Нервно дергая себя за волосы, парень скрылся за кабинкой. Спуская на быструю руку штаны, и оставив боксёры на месте, Юнги закусил губу, прикасаясь к возбужденной головке. Чертов Пак был сладкой конфетой, которая ходила рядом, демонстрируя все прелести тела. Скользя рукой, парень мечтал о своей кровати, смазке и прекрасном заде. Ускоряясь, он не заметил, как стал стонать в голос, придерживая одной рукой брюки. "Не было такого никогда, блять", словно не его тело и не его мысли. Дрочить на смазливого оказалось куда круче, чем он представлял. Проведя ещё пару раз рукой, Юн кончил, прокусив нижнюю губу.

***

      – Чимин, подойди ближе к Юнги, он не укусит, — командовал фотограф. На что Юн лишь мило улыбнулся, но позже его лицо стало немного другим, выражая то, что он доминирует над младшим, и сделал ртом имитацию укуса, клацнув зубами друг о друга.       – Что-то не видно, — смущенно бубнил себе под нос младший.       – Юнги, ляг на диван и вытяни ноги. Чимин, на пол и прими какую-нибудь эротичную позу.       – Эро-эротичную? — от одного упоминания об этом, Чимин начинал немного нервничать. Ведь эротика и сексуальность- не его конёк.       Младший сейчас находился в величайшем ступоре. Он даже не знает позу, которая будет значит именно эротичность, а не пошлость или продажность.       – Согни одну ногу, а другую оставь прямой. Правую руку положи на колено левой ноги, а другую поставь на пол. Выражение лица должно быть не зашуганным, а смелым. Удачи, — шепнув это на ухо менеджеру, Юнги случайно коснулся его мочки.       Дрожь пробежала по телу Чимина, но он сделал все так, как сказал ему Юн. И он был прав, кадры действительно вышли стоящими.       Сегодня работа шла без перерывов. Фотограф прокричал всей съёмочной группе, что осталось около 30 кадров и они все будут свободны.       Пак для себя решил, что эти 30 кадров должны получиться идеальными, поэтому и начал хоть как-то контактировать с Юном.       Но, видимо, старшему было слишком мало зрительных контактов, поэтому он решил перейти в наступление и первым прикоснуться к молочному телу Пака.       Схватив Чи за руку и усадив его на диван, Юн сел сверху. Его совсем не смущало то, что они оба парни, а тем более то, что они оба в одних трусах.       – Что ты… делаешь? — удивление читалось в глазах младшего.       – Это для фотосессии, ничего личного.       Мин повернул их профилем к камере и невесомо, совсем аккуратно поцеловал. Хотя, как считал сам Юнги, такое даже поцелуем назвать нельзя. Так… касание губ друг о друга.       – Да, Юнги, мы сняли. Ты прав! Лучший снимок за всю фотосессию.       В этот же момент Чим скинул с себя тело своего босса и направился в их общую гримерку. Чимин не хотел, чтобы кто-то видел его красные от смущения щёки. Поэтому быстро переодевшись в свои вещи, он поспешил отправиться домой.

***

      – Чимин-а, я хотел бы извиниться за вчерашнее, так что приезжай ко мне, фильм посмотрим, — первым не выдержал Юнги. Он уже очень привык к тому, что младший постоянно носится вокруг него, крутит своей через чур сексуальной задницей прямо перед лицом Мина.       Рыжик долго не отвечал, метался между тёмной и светлой стороной. Одна ему говорила «Да, давай, езжай. Он ждёт тебя. Ничего же плохого не случится», а вторая прям орала «НЕ СМЕЙ!». Но тёмная на то и тёмная, что искушать умеет лучше, чем кто-либо другой. Поэтому через 20 минут Чимин уже набирал ответное сообщение с просьбой выслать адрес.

***

      Юнги совсем не понимал, что он творит. Набрал менеджеру, пригласил посмотреть фильм да ещё и первый. Как такое может быть?       Он пригласил его реально посмотреть фильмец. Без всякого подтекста, без всякого намёка на его любимый секс.       Дождь начался не вовремя. Пак не взял с собой зонт, поэтому промок до нитки. И уже поднимаясь в чужом подъезде, ощущал себя не очень. Весь трясся, как осиновый лист. Перед тем, как постучаться в квартиру старшего, Чимин чуть растрепал свои волосы, тем самым пытаясь их просушить.       Звонок и через минуту дверь открыта. В ней стоит домашний Мин Юнги. В широких спальных штанах, в растянутой белой футболке, которая чем-то похожа на ту, которая сейчас на Чимине и с растрёпанными мятными волосами.       – Привет, проходи, — Юнги сразу же открыл шире дверь, позволяя Чимину пройти внутрь и после закрыл её. — Ты весь вымок. Я сейчас принесу свои вещи, и ты переоденешься.       Через 5 минут Чим уже стоял в полностью сухой одежде, пахнущей его любимым ароматом-домом.       – Я взял несколько фильмов, которые хотел посмотреть и попкорн, а ещё заказал пиццу, — на одном дыхании выпалил Чим. Он очень давно не ходил в гости, не смотрел фильмы с кем-то и не ужинал в компании.       – Я люблю ужасы, так что будем смотреть их, — проходя дальше в кухню, Юнги предложил гостю чай.       Квартира Юнги была довольно богато обставлена. Небольшая кухня в молочных тонах сразу привлекла внимание парня. Он даже представил то, как готовит утром завтрак, стоя около плиты.       Подойдя к холодильнику, Чим спросил разрешения прежде, чем открыть дверцу и положить туда колу.

***

      Чимин с детства ненавидел ужасы. Они всегда его пугали и заставляли не спать ночами. Парень думал, что вот-вот и Фредди Крюгер выползет из-под его кровати, а девочка из звонка утопит прямо в собственной ванной. Поэтому, младший забыл, когда последний раз смотрел что-то, что могло его хоть как-то испугать.       Но сегодня был не тот случай. Юнги решил, что будут ужасы и значит, что ничего, кроме них он не поставит. Поэтому рыжий сел совсем рядом с Юнги, плечом задевая его предплечье.       Юнги нравилась вся эта обстановка, он смотрел на испуганного Чимина и понимал, что ещё чуть-чуть и он на него набросится. Да, прямо в гостиной на его любимом ковре. Он возьмёт его целиком, больше никому не позволяя напиться желанным телом.       Но все эти пошлые мысли уходят с первым прикосновением младшего. Он очень сильно сжимает край майки Юнги, иногда царапая нежную кожу в области тазобедренной кости. Чимин с этим фильмом совершенно забыл о стеснении, остался только страх.       И вот очередной будоражащий кровь момент. Чимин воткнулся своими заплаканными глазами в плечо Мина, иногда всхлипывая и прерывисто дыша.       – С тобой все хорошо? — интересуется мятноволосый у Чи, на что тот неодобрительно машет головой. — Если не переносишь ужасы, зачем было смотреть?       – Но ты ведь…       – Я буду очень рад, если ты будешь называть меня «хён».       Чимин морально устал, поэтому и плакал дольше обычного. И, как узнал Юнги, Чи живет без родителей, поэтому ему ещё в несколько раз сложнее, чем Юн мог себе представить.       Только сейчас парень понял, что этот рыжий является его идеалом: чуть ниже Юнги, немного в теле, афигенно красивые губы, невероятно ангельская внешность. Но рыжику об этом знать не обязательно. Пока что…       Успокоив младшего и уложив его спать, Юнги с трудом смог отвлечься от настолько манящих губ и уйти спать в другую комнату.