Annie Loves Armin

      Она впервые услышала эти ужасающие слова в первом классе.       Она помнила людей, которых считала больше, чем просто знакомыми. Они собирались вокруг неё и повторяли те слова снова и снова.       — Энни люби Армина! Энни любит Армина!       Даже мысль об этом бросала ее в дрожь. Дети были так жестоки. Не только по отношению к ней, но и к мальчику, которого она любила.       Армин Арлерт был чудесным ребенком и блестящим учеником любого класса. Учителя обожали его за интеллект, а хулиганы за тот факт, что он был слабым и неспособным отгородить себя от драк. Они часто подлавливали его, бросаясь такими оскорблениями, какие только могли придумать шестилетки. Некоторые были настолько изощренными, что не ограничивались одними лишь словами. Конечно, они все это делали на переменах и не на виду у их учительницы. Но дурацкие перемены заканчивались, а хулиганы спешили убежать. Армин медленно нагонял их; его нос кровоточил, а слёзы струились ручьем по его щекам. Учительница начинала беспокоиться, но он со слезами и подрагивающим голосом заверял ее, что просто упал во время игры с друзьями. Очевидно, что учительница никогда не верила ему, но она не могла вмешаться, пока он сам не рассказал бы ей правду (недостаток системы образования, подметила Энни).       Была весна, когда Энни впервые услышала те слова, которые она не выносила на протяжении всего своего детства. Тем утром учительница отпустила их на большую перемену, пока сама готовилась к лабораторной работе. Эрен и Микаса остались дома, больные той противной болезнью, которые подхватили многие в их классе на той неделе, чуть раньше. Поэтому Армин бесшумно брел вокруг игровой площадки с цветастой книжкой в руках. Энни стояла рядом со своими друзьями: Райнером, Бертольдом, Миной и Имир. Четверо обсуждали программу по ТВ, которая Энни была неинтересна. Поэтому ее взгляд был устремлен к блондинистому мальчику, идущему вокруг игровой площадки.       Он, наконец, нашел тихое место рядом с углом школьного здания и сел на траву, открывая книгу и пережевывая морковку, которую его дедушка давал ему на перекус. Может быть, поэтому над ним и издевались так по-разному. Вместо мамы или папы у него был только дедушка. Энни недостаточно хорошо знала, было ли это причиной или нет, но звучало довольно правдоподобно.       Вскоре появились задиры. Она видела, как Армин напрягся, однако его внимание все равно было сосредоточенно на книге. Их было трое, и все возвышались над крошечным гением. Кент, лидер тройки, злобно ухмыльнулся над ним. Он что-то сказал, но Энни не смогла ничего разобрать. Гаррет, определенно мускулы группы, что-то ехидно сказал, и все трое рассмеялись, поворачиваясь прямо к Армину, чтобы посмотреть, услышал ли он, что они сказали. Армин проигнорировал их и перевернул страницу. Он потянулся за еще одной морковкой, и тогда Брайан, третий мальчик, напал.        Он схватил Армина за руку и рванул его вверх. Мальчик взвизгнул от боли и попытался освободиться, но безрезультатно. Кент встал напротив него, выкрикивая ему прямо в лицо омерзительные слова. Даже то, что они были довольно далеко, не помешало Энни увидеть, что Армин был готов расплакаться. Он плотно зажмурил глаза и отвернулся. Кент начал говорить громче, и на этот раз Энни уловила два слова.       — ...Никчемный сирота!       Гаррет пнул Армина в голень. Его руку отпустили, и он скорчился на земле, закрывая голову руками. Задиры продолжили наносить удары, и с каждым успешным ударом Армин вскрикивал от боли.       Энни не знала, что тогда убедило ее сделать то, что она сделала. Она не знала Армина, за исключением его отличных оценок в классе. Она не думала о том, что собиралась напасть на тех троих. Может быть, из-за недостатка друзей она поверила, что должна что-то сделать. Никто в конце концов не остановит избиения до того, как Микаса с Эреном вернутся. Какие бы оправдания она не пыталась придумать, это не меняло того, что она собиралась подойти к тем четверым. Решив все для себя, она прямо встала. Она слышала, как Бертольд позвал ее по имени, но друзья не спешили последовать за ней.       — Эй, — она крикнула Кенту, Брайану и Гаррету. Кент повернулся к ней, а другие двое прекратили свои безжалостные атаки на Армина.       — Чего тебе? — Пристально взглянув, рявкнул он на нее.       — Оставьте Армина в покое, — резко ответила Энни. Она видела, как Армин бросил быстрый взгляд на нее. Его глаза покраснели, а из носа текло. Он выглядел не только жалким, но и чрезвычайно смущенным. Она не винила его. В их обществе предполагается, что мужчина должен быть сильнее женщины.       — Или что? — Брайан усмехнулся. — Расскажешь учителю?       Энни отрицательно отрясла головой.       — Нет. Я сделаю так.       Она отвела руку назад и ударила Кента справа по его глупому лицу. Она услышала, как треснул его нос при столкновении с кулаком. И хотя он нахмурился, споткнулся, закрывая нос и смотря на нее в ужасе, она чувствовала удовлетворение. От ее взгляда двое других попятились назад и, подобрав Кента, все трое ринулись прочь, пождав хвосты как собаки. Она услышала, как Кент разрыдался, пока бежал, и развернулась к Армину, скрывая свое удовлетворение.       Она протянула ему свою руку, и он неохотно принял ее.       — Ты в порядке? — Спросила она с легким беспокойством в голосе.       Армин вздрогнул, уже стоя прямо, но кивнул. Энни бросила взгляд вниз и подняла его книжки и покореженную коробку с морковками. Она смущенно отдала ему его вещи, и он медленно их принял.       — С-спасибо тебе, — сказал он, и Энни на мгновение пробрала дрожь.       Все знали, что он не заслуживал издевательств, но она хотела бы знать, понимал ли Армин это так же хорошо. Он всегда был самым скромным среди них.       Кто-то быстро приближался к ним. Армин побледнел, и Энни обернулся, опасаясь увидеть тех, кто избивал его до того, как она пришла. Учительница шла спереди них. Сердце ушло в пятки, ведь она точно знала, зачем позвали мисс Хэрроу. Энни проклинала Кета и его тупых друзей про себя после того, как учительница схватила их за руки.       — Вы двое пойдете со мной, — объявила она и повела их через игровую площадку обратно в здание школы. Энни взглянула на Армина, у него все еще текла кровь, и он все еще плакал, но тише. Он никогда не попадал в переделки и, наверное, боялся худшего. Энни интересовало, что они сделают с хорошими детьми, которые совершили что-то плохое. Будет ли их наказание очень строгим? Она редко находила себе неприятности сама, но ее репутация не была такой же чистой, как у Армина — мальчик был практически святой.       Они вошли в кабинет директора. Мисс Рал выглядела озадаченной, когда увидела детей. Её лицо исказилось в беспокойстве, когда она заметила степень повреждений Армина. Вскочив из-за своего стола, директор спросила:       — Мисс Хэрроу, что происходит?       — Трое моих учеником прибежали ко мне и сказали, что Энни избила их и мистера Арлерта,— объяснила мисс Хэрроу.       Энни никогда не слышала, чтобы ее учительница выглядела настолько разочарованной, однако ярость закипала у нее внутри. Эти крысы. Они обвинили меня в избиении Армина.       Мисс Рал обошла свой стол и присела перед Армином, становясь с ним одного роста. Он избегал зрительного контакта. Она мягко развернула его голову, чтобы посмотреть на его раны и ссадины. Синяки уже начали проступать на его бледной коже и выглядели ужасно.       — Ох, Армин, — прошептала она мягко, словно мать, что заботиться о своем побитом ребенке. — Я позвоню твоему дедушке.       Она встала и посмотрела на Энни таким разочарованным взглядом, что девочка почувствовала, как лицо запылало от смущения.       — И я собираюсь связаться с твоим отцом, Энни, — она вернулась обратно в свое кресло и кивнула мисс Хэрроу, — Отведите Армина в мед. пункт. Я хочу поговорить с Энни.       Энни выжидающе посмотрела на Армина. Разве он не собирался защитить ее? Она спасла его, а не причиняла боль. Но он молчал, пока мисс Хэрроу выводила его из кабинета мисс Рал, избегая пронзающего взгляда Энни. Еще больше гнева теперь закипало в ее крошечном теле. Предатель. Это был последний раз, когда я спасаю твое дурацкое лицо. ***       — Мисс Леонхардт, — заговорила мисс Рал, и Энни подняла голову на директора, — что вы скажите?       — Кент, Брайан и Гаррет избивали Армина! — Выпалила она быстро, — Я не причиняла ему вреда, клянусь!       — Даже если это и правда, ты все равно ударила другого ученика. Кент будет вынужден съездить в госпиталь, чтобы вправить в нос.       Энни не учла этого, но это было не важно. Они нападали на Армина целый год, и когда, наконец, получили по заслугам, то повели себя как трусы. Будто бы ничего не было, а они — ангельские ученики, которые спасались бегством от нее, демона, что, если честно, полностью ложью не было.       — Я не сомневаюсь, что твой отец будет счастлив, когда услышит о том, что ты сделала, — продолжила мисс Рал, и Энни потрясла головой.       Он не был прямо отцом года, когда дело доходило до конфликтов, как этот. В те моменты, когда она где-то ошибалась, он был уверен, что наказывает ее в соответствии с ее проступком. Ни для кого не секрет, что отец Энни был особенно строг к ней, когда она попадала в передряги. Энни не считала это несправедливостью или мучением; она знала, что он любит ее. Он просто пытался сделать из нее лучшую женщину, какой она только могла быть. Даже если его методы были слегка... жестокими.       Мисс Рал подняла трубку офисного телефона и начала набирать номер. Энни вздохнула и села напротив стола. Она услышала, как отец ответил на звонок своим грубоватым голосом.       — Дом Леонхардтов, — поздоровался он, и мисс Рал немедленно заговорила своим миленьким голоском, который только расстроил Энни.       — Мистер Леонхардт, — она ответила, — это мисс Рал из начальной школы им. Гаррисона.       — Ладно, вы меня удивили, — вздохнул мистер Леонхардт, — с Энни все в порядке?       — На самом деле, у нас произошел небольшой инцидент с участием Энни и несколькими другими учениками.       Позже Энни узнала, что будет отстранена на три дня. Когда отец забирал ее из школы, он был по-настоящему взбешен. Энни попыталась объяснить, что произошло, и, к ее удивлению, он поверил ей, что она не била Армина. Однако он напомнил, что она все так же ответственна за травмы Кента. И он собирается оплатить лечение мальчика в больнице. Отец наказал ее на две недели.       Возвращаясь в школу дождливой пятницей, Энни встретили тихий шепот и приглушенное хихиканье. Пока она выкладывала свои вещи на место, к ней подошел Райнер. Она одарила его косым взглядом, а затем вытащила свой пенал.        — Ну, — начал он. Его голос был полон веселья, — и когда у вас с Армином свадьба?       Ее щеки запылали. О чем он? Все, что она сделала — это спасла бедного дурачка, и он даже не защитил ее, когда ее обвинили в причинении вреда ему же. Последней вещью, о которой она бы подумала — это дружба с ним. Она взглянула на долговязого, стараясь сдержать смущение, но очевидный румянец заставил мальчика улыбнуться.       — Энни любит Армина! — Проскандировал он и отпрыгнул от ее приближающегося кулака. Она рычала от раздражения, пока он продолжал скакать по классу, повторяя это снова и снова. К счастью, многие ученики еще не пришли, а их учительница оставила класс, чтобы обсудить что-то чрезвычайно важное с мисс Рал. Энни продолжила наседать на Райнера и пихнула его в руку. Он сразу же остановился и уставился на свой бицепс.       — Ау! Эй! Больно! Я расскажу мисс Хэрроу!       Отлично... Еще одно проявление жестокости. Её отец определенно будет в восторге от ее нынешней репутации.       — Я не люблю Армина, — честно сказала Энни, — Все, что я сделала — это спасла его от хулиганов! И если ты хочешь сделать лучше для себя, то прекратить говорить эту чепуху!       Губы Райнера исказились в ухмылке:       — Что... ЧТО ТЫ ЛЮБИШЬ АРМИНА!       Если бы Бертольд не вошел в тот момент, Райнера накормили бы пластилином. Их долговязый и нервный друг подошел, улыбаясь Энни.       — Ты вернулась! — Он воскликнул, — Сколько лет прошло! Я соскучился!       И хотя было довольно очевидно насколько Бертольд восхищался ею, Энни хорошо относилась к его словам. Бертольд никогда не желал зла. С другой стороны, Райнер...       — Слышал новости? — Быстро начал Райнер, хватая друга за руку, — Энни и Армин собираются пожениться!       Бертольд выглядел удивленным, но улыбнулся.       — Серьезно? — Спросил он Энни, которая крепко сжала свои кулаки. Ей потребовалось все ее терпение, чтобы не наброситься на Райнера.       — Нет, — она рявкнула, — я не выхожу за Армина! Я НЕ ЛЮБЛЮ АРМИНА АРЛЕРТА!       Мисс Хэрроу вошла в класс, выглядя озадаченной.       — Энни, — она начала, — потише, пожалуйста!       Энни тяжело вздохнула и отошла от Бертольда и Райнера, садясь за свою парту, которую она делила с Сашей, Микасой и Жаном. Райнер собирался опять подойти, но Бертольд остановил его. Она была признательна, что у него было больше здравого смысла, чем у блондина, и даже больше, чтобы не говорить те глупые слова.       Во время обеда ученики остались в здании из-за плохой погоды. Энни больше любила обедать в классе, чем в огромном зале — так обед был более уединенным. А еще мисс Хэрроу обычно доставала конфеты и давала их каждому. Пока Энни шла к своим друзьям в отдельном уголке, она заметила, что Армин подходил к столу мисс Хэрроу. Микаса и Эрен шли по обоим сторонам от него. Его синяки все еще были заметны, но было видно, что они проходят. Его губа, рассеченная во время драки, начинала заживать. Он выглядел не очень хорошо, но улыбка на его лице говорила об обратном.        Он объяснят что-то про рассказ, который он прочитал, а мисс Хэрроу широко улыбалась. Он протянул ей книгу, и она приняла ее, быстро переворачивая страницы, пока Армин договаривал. Эрен добавил что-то от себя, и Микаса кивнула, соглашаясь с мнением своего сводного братца.       Так, задумавшись, Энни не заметила, что Мина позвала ее. Райнер помахал рукой у нее перед лицом. Энни вздрогнула и вернулась в реальность.       — Что? — Огрызнулась она, и Мина, удивленная внезапной грубостью, тихо повторила.       — Имир сказала, что хочет поиграть в настольную игру, и я хотела спросить, не хочешь ли ты быть в моей команде.       Чувствуя вину за то, что была резкой с ней, Энни решила, что обязана согласиться. Она быстро кивнула, и Имир встала, чтобы забрать обратно игру. Пока она это делала, Бертольд спросил Энни, все ли в порядке. Она кивнула еще раз, и Бертольд ободряюще улыбнулся ей. Имир быстро повернулась и осмотрела свою группу.       — Не хватает человек, — объявила она.       — Сделаем две команды вместо трех, — пробормотала Энни, но Райнер потряс головой.       — Нет, это не честно. У Имир, Бертольда и меня есть преимущество. Тебе нужен еще один человек в команду.       Энни разочаровывалась все больше и больше. Ибо не видела смысла в добавлении еще одного игрока. Из нее и Мины получилась бы чудесная команда, и Райнер это понимал.       — Может быть, мы можем позвать Армина поиграть, — сказал Райнер с улыбкой.       Энни резко взглянула на него:       — Не смей.       Но бестолковый блондин уже был на ногах. Он подошел к Армину и его друзьям и начал объяснять их проблему. Энни спрятала лицо. Она не могла с этим смириться. Хотя им все равно нужен был еще один человек, а Микаса, Эрен и Армин всегда шли в комплекте. Все это знали. В любом случае, они бы только испортили команды еще больше.       Но, к удивлению, трио последовало за Райнером. Микаса посмотрела на Армина как типичный телохранитель и повернулась с характерным жестом.       — Микаса и Эрен тоже хотят присоединиться, — сказал беловолосый. — Тогда команды будут такими. В первой я, Имир, Бертольд и Эрен, а во второй Армин, Энни, Мина и Микаса.       Армин выглядел взволнованным и послал обеспокоенный взгляд Эрену. Отсутствие каких-либо слов в их разговоре ставило Энни в тупик. Они часто вот так общались, не произнося ни слова. Это просто невероятно. Эрен кивнул своему застенчивому другу, и тот глубоко вздохнул, прежде чем шлёпнуться рядом с Энни. Удивленная этим, девушка чуть подвинулась, и игра началась.       Это была простая настольная игра. Игроки в командах бросали кубики, чтобы ходить, и задавали вопросы, зависящие от цвета поля, на котором они стояли. Тот, кто дойдет до конца и ответит на серию вопросов правильно, становится победителем. В игре так же была бумажная корона, но из-за того, что многие дрались за право носить ее после выигрыша, мисс Хэрроу порвала ее.       Команда Имир ходила первой. Выпало "три", и она встала на зеленое поле: раздел литературы. Мина потянула верхнюю карточку и начала медленно зачитывать вопрос.       — Что всегда идет... идет, — она наклонилась к Энни, чтобы спросить что это было за слово.       — В начале, — подсказала Энни, и Мина продолжила, поблагодарив ее.       — Что всегда идет в начале предложения? — закончила она, и Имир посмотрела на ребят.       Энни почувствовала, как Армин напрягся; это было по его части. Она надеялась, что он уже играл в эту игру раньше и знал, что за выкрикивание ответа их команду оштрафуют. Слава богу, он промолчал, но продолжил ерзать, как будто старался удержать вырывающейся изо рта ответ.       — А... "W"?*, осторожно ответил Райнер, и Мина потрясла своей головой.       — Извини, Райнер, — сказала она, — но это... заглавная буква!       Райнер тихо чертыхнулся, и Бертольд заверил его, что это был всего лишь первый вопрос, и они еще ответят на следующие.       Микаса кинула кубики для своей команды и походила на пять полей. Она встала на фиолетовый квадрат: раздел науки.       Эрен потянулся и взял карточку.       — Какой прибор используется для... измерения темп... темпе...       — Температуры? — предположил Армин, и Эрен кивнул.       — Да! Вот!       Он заслонил карточку и кивнул противоположной команде. Энни кляла себя за то, что забыла такую простую вещи. Они уже изучали погоду на прошлой неделе. Мисс Хэрроу даже дала им воспользоваться им, чтобы посмотреть, насколько холодно было на улице тем утром. Она посмотрела на своих товарищей по команде, которые выглядели еще более озадаченными, чем она сама. Все, кроме Армина, разумеется.       — Термометр! — Воскликнул он, и Эрен оотно кивнул.       Игра продолжилась. Время от времени, они впадали в ступор, но интеллект Армина часто приносил их команде победу. К концу обеда у команды Энни было десять очков, а команда Имир отставала на восемь. Мисс Хэрроу крикнула ученикам убирать игру и готовиться к уроку математики. Пока Энни вставала и собиралась пойти к своей парте, ее схватили за руку. Она осторожно обернулась на Армина. Он выглядел взволнованно, но все равно улыбался.       — Я не сказал тебе спасибо тогда за то, что ты спасла меня, — сообщил он, а Энни отскочила.       — Я все же попала в неприятности, потому что ты не сказал мисс Рал, что я не трогала тебя, — прошипела она.       Армин выглядел немного смущенным сначала, а потом его глаза распахнулись шире.       — О! Нет, я рассказал мисс Рал, когда дедушка забирал меня, — пояснил он быстро.       Она почувствовала себя ужасно. Её оборонительная позиция медленно разрушалась, и она пробормотала "хорошо" перед тем, как развернуться к своей парте. Армин выглядел так, будто хотел сказать что-то еще, но Эрен увел его к их столу. И хотя он совершенно справедливо отомстил ей, Энни все еще была обижена и решила, что никогда больше не будет разговаривать с Армином снова.       До шестого класса, разумеется. п/п: * — в англ. языке практически все специальные вопросы начинаются с "W".