***
Данил, чтобы хоть как-то скоротать вечер, решил, что неплохо было бы завалиться к Юлику и Руслану, заодно посмотреть, как там обстоят у них дела. Заранее предупредив друзей о своём визите, Кашин взял алкоголь, и собрался в путь. По приезду, его сразу же встретил Руслан. — Даня приехал, — крикнул тот, на весь дом, и только через 10 минут появился не совсем довольный Юлий. В руках он держал три стакана под коньяк, и неохотно плюхнувшись на диван, рядом с Русланом, сразу же попал в объятия Тушенцова. Попыток освободиться даже и не последовало, (хотя на лице Юлика было выражение, будто он съел лимон), потому что Руслан намного сильнее, особенно если дело доходит до «обжимашек» с его любимым Юликом. Даня слабо хохотал наблюдая за этой немой сценой. — Так и не помирились? — Помирились, — ответил Онешко. — Он не хочет на семейный ужин с моей сестрой и её мужем, — Тушенцов вскинул брови, — Я сам не хочу, залупа полная, но так, блять, надо. — Да, ходить на семейный ужин — это как ходить в лес со своими дровами, — выпалил Даня, от чего все трое заржали. — В точку, — подметил Онешко, — Выпьем? Кашин разлил всем коньяка, и сам не заметил, как перестал думать о Лизе, где она, с кем она, кем она ему стала. А кем она может ему стать, собственно? Эти мысли не давали спокойно ни спать, ни есть, ни жить. Он так привязался к ней. Именно с ней он чувствует себя в своей тарелке. Она младше его на шесть, грёбанных, лет. И от этого ему хочется её защищать и оберегать, решить все её проблемы, чтобы ей было спокойно, так же, как и ему, когда она рядом. Но он — ебаный псих, бывает, даже не может контролировать в себя, и находиться рядом с ним, равносильно гулять по минному полю, а может, и ещё опаснее. Он просто не предназначен для отношений с кем-то, тем более с человеком, которому хочется делать добро и дарить радость, но он умеет лишь огорчать и посылать. Такой уж он человек. И его судьба — быть одиноким наркоманом, ну ещё и алкашом. Но она — его самый настоящий наркотик. Её запах заставляет привыкать к ней за минуту, она притягивает хуже, чем духи с феромонами. Она — как эта картина Мона Лиза, всемирная загадка для человечества, все пытаются понять, улыбается она или нет. Эта картина — загадка для нормальных людей. А Елизавета Неред — загадка для ненормального Данила, который не может понять её настоящих чувств, которые она так хорошо прячет за маской безразличия ко всему. Он даже не может понять её настоящее отношение к нему. Она появляется из ниоткуда, из воздуха, из пыли, и туда же пропадает, и ищи её четыре месяца, а потом случайно встреть в каком-то торговом центре с большим медведем в руках, узнай её улыбку ребенка и блестящие глаза, почувствуй до боли знакомый запах, который заставляет и так никчемную душу рваться ещё сильнее, и чувствовать, что она есть, что он её, ещё вроде как не пропил. Эта её особенность, ещё больше притягивает к ней, хочется изучить её, узнать из каких странностей и прелестей состоит эта маленькая девчушка.***
К назначенному времени в гости к Лизе пришли два Рэнделла и на всю квартиру разнесся запах пиццы. Трое уселись на полу в гостиной, и взяли по куску, уминая за хорошими шутками Макса, в добавлении озорного и звонкого смеха Лизки. Вот такой вот приятный и весёлый вечер, лучший в мире релакс. Ей так хорошо с ними, что не передать словами. Им бы работать в цирке, потому что у них хорошо получается веселить людей. Шутки шутками, но игры в кс по расписанию. Они начали меняться местами, набирая всё новые рекорды, обыгрывая друг друга и соревнуясь. Проигравший пил две банки колы залпом. Что может быть лучше такого уютного вечера с друзьями? Ни проблем, ни переживаний, ничего. Если была бы возможности, Лиза променяла бы всё, на то, чтобы каждый день переживать те же счастливые минуты, что и сейчас.