Призрачная правда

      Вся моя жизнь — это гребаная насмешка Судьбы надо мной. Я у этой сучки любимая игрушка, и отпускать она меня не желает, как выяснилось, даже после моей смерти. Я еще раз посмотрел на свои полупрозрачные руки и вздохнул, хоть и в этом теперь нет никакого смысла. Ибо мне больше не нужно дышать.       На самом деле это довольно жутко: очнуться и понять, что ты в морге, а рядом с тобой копошатся какие-то люди, которые подменивают тело. Тогда я даже не сразу понял, что я, собственно, «вышел» из своего тела, и это мое тело подменивают. Но когда сообразил, заорал так громко, что сам удивился, как у меня перепонки не лопнули. Однако меня даже не услышали, кладя на стол манекен с моим лицом и надевая на него темный, под цвет моих волос, парик.       Сейчас я почти успокоился и в принципе еду рядом с моим… телом. В отличие от того манекена, который выглядел накрашенным и призывал, видимо, закрасить следы смерти, на моем теле ничего такого не было. Ободранное, обожженное и опухшее лицо, ладони обгоревшие, с вывернутыми под неправильным углом пальцами, официальный костюм не скрывает синей от синяков кожи шеи — или это, собственно, от того, что я… труп?       Сначала я не понял, почему я мертв. Не мог понять почему. Что со мной случилось? Наверно, если бы я не видел собственное тело перед глазами, я бы искал Бэтса, кого-нибудь еще и не мог бы понять, почему те меня игнорируют. Но факт: мое избитое и обгоревшее тело лежит перед моими глазами, а я — полупрозрачная херня в костюме Робина. Только сейчас я обратил внимание, что никаких физических повреждений на мне нет, в отличие от моего тела, но костюм выглядит так, будто побывал в аду. Я никогда не верил в Бога, серьезно, живя на улице Готэма, трудно верить в милосердие и чудо. Этому городу плевать, кто выживет, а кто нет. А если Бог и есть, то ему либо все равно, либо он немыслимо жесток. Впрочем, плевать, я все равно у него никогда ничего не просил. А сейчас я являюсь каким-то странным подтверждением того, что люди не умирают просто так, что, возможно, есть и рай, и ад, просто я для рая недостаточно хорош, а для ада недостаточно плох. Смешно-то как, а!       Я издал смешок, который все в газели проигнорировали. Они старательно не глядели на мой труп, уставившись в стену. А еще все парни были вооружены, и это было до жопы смешным, парни, вы пришли с пушками в морг выкрасть тело Робина, вы думаете, что он вам накостыляет? Истерика закончилась внезапно. Они знали. Они знали, за кем шли. Я вполне уверен, от чего бы я ни умер, Брюс состряпает официальную версию прошедшего, по которой я сломаю себе шею где-нибудь, где ломают шею богатенькие аристократики, в аварию попаду, например, расхерачив дорогую тачку, или с какого-нибудь склона горы, катаясь на лыжах, неудачно съеду с лыжей в жопе. В общем, обычная история, где люди пожалеют Брюса, потом вспомнят его прошлое, пожалеют ещё больше, а потом Брюс придёт на бал с очередной красоткой и все забудут, что миллиардер вообще когда-то брал беспризорника в свой дом, и никто из них не узнает правду, какой бы она ни была. Но эти парни пришли выкрасть тело Робина, ожидая боя с Бэтсом. Однако они явно не знают, как Брюс может насрать на все и просто отрываться, вполне уверен, что Брюс будет на моих официальных похоронах, а на следующий день он меня забудет в каком-нибудь правоохранительным запое. Не так уж я и важен, учитывая все обстоятельства. Но эти люди знают, кто я, а, соответственно, и кто такой Бэтс.       Я пригляделся к лицам похитителей, но никого не узнал. Не то чтобы я помнил всех преступников в морду, просто а вдруг? Я снова вздохнул и понял, что вопросов стало ещё больше? Кто они? Зачем им тело Робина? Куда они едут? Что они сделают с… моим телом? Как потом оно достанется моей семье? Только я могу попасть в такую ситуацию, только я, как же тошно-то, а! Воистину сатанинское везение. Остановились в аэропорту, затем был достаточно долгий перелёт, когда мы высадились, меня… Мой труп укутали в белую тряпку и перенесли в машину, снова ехали, пока, наконец, не показался дворец. Я сглотнул, кажется, я понял. Черт! Блядский ублюдок, что он собирается делать! Я найду способ убить его, если он будет использовать мой труп в целях навредить моей семье...       Ра’с аль Гул встречал делегацию с покойником лично, от всего этого я чуть ли не зарычал и бросился вперёд, как только тачка остановилась. Кулак пролетел сквозь, ни капли не навредив мужику, зато моей психике вновь нанеся удар, за моей яростью я не заметил одного: что я вылетел из машины раньше, чем открылась дверь. То есть сквозь неё, да и сейчас я стою так, что жопа с ногами до сих пор впереди Ра'са стоят, а я в полунаклоне выглядываю из его задницы.       — Какого черта?.. — заорал я и вздрогнул, потому что ублюдок выдвинулся навстречу процессии, не видя призрака, что застрял в нем.       Словно из ниоткуда появилась девушка, замерев рядом с плечом Ра’са, который, остановив тех, кто нёс труп, снял с лица тряпку и погладил по более здоровой половине лица.       Меня аж передернуло всем телом — фу, мерзость какая!       — Жаль, что он мёртв. Мне он даже нравился, и это моя вина.       — Фу, чёртов некрофил, — ляпнул я зло и понял, что даже не хочу знать, что они собираются делать с телом. Фу.       — Отец…       — Да, Талия?       — Что ты будешь делать с ним?       — Исправлять свои ошибки. Но не сейчас, законсервируйте тело.       Исполнительные болванчики поклонились, унесли труп, в сторону, я смотрел вслед, но не шёл за ними. Просто смотрел, охватив себя руками и немного дрожа.       — Отец, нельзя исправить смерть, — как-то флегматично заметила она.       — Я делаю это семьсот лет, Талия.       — Я хочу домой, — шепнул я, в принципе, понимая, что я навсегда остался призраком и нет у меня никакого дома, но мне так нестерпимо захотелось увидеть Барбару и Дика, обнять Альфреда, получить похвалу Брюса, это все слишком, нельзя же так… Слёзы текли по щекам, я растерянно их стирал, хотел хоть чего-нибудь, нормально попрощаться, например, хотя бы это. И окончательно умереть, раз уж все уже случилось, а не так по… частям.       Судорожно вздохнув, я закрыл глаза, а когда открыл, я уже оказался в своей комнате, где ничего не изменилось, словно хозяин сейчас придет, лишь моё призрачное состояние намекало, что кое-что всё же изменилось. Но как я попал сюда? Я просто захотел и просто оказался здесь?.. Я сел на кровать и осознал, что я сижу, не проваливаясь, впрочем, никакие вмятины на кровати я не оставляю. Но через машину же я прошёл насквозь?.. Скорее сквозь, не суть важна, когда я сосредоточился, чтобы провалиться сквозь кровать, я это и сделал. Там я и свернулся в компактный клубок, не зная, что делать дальше.