Занавес поднимается

К зданию, возвышающемуся до небес, приближаются две легенды. Известный своим изяществом учитель и не менее известный ученик. Их путь освещали разноцветные софиты, а глаза слепили сотни вспышек фотокамер. В этом прекрасном мраморном особняке сегодня соберутся все участники Гран-при. На этом мероприятии репортёры имеют полномочия наброситься, словно голодные гиены, на всех собравшихся звёзд с расспросами. Ради такого торжества организаторы постелили красную дорожку, ведущую прямо к холлу. На входе стояло сборище охранников и несколько консьержей, которые проверяли наличие приглашений или пропуска. Юри, хоть и стал одним из чемпионов, но большая толпа до сих пор вызывала у него растерянность и недоумение. Виктор же, в свою очередь, чувствовал себя под объективами камер и многочисленными взглядами, как рыба в воде. Это качество тренера очень поражало юного ученика, только вставшего на путь славы. Никифоров уверенным шагом направился в зал, минуя пункт охраны. Позади него тащился, не вовремя поправившийся, Кацуки. Войдя в фойе, он почувствовал себя, более скованно, чем прежде. Положение спасало лишь то, что рядом с ним находится Виктор. Если бы не он, то финалист Гран-при сбежал отсюда, примерно пять минут назад. Даже при том, что учитель рядом с ним, Юри уже полностью продумал план побега. К звёздам фигурного катания приближается основной соперник Виктора — Крис, держа бокал шампанского. — Можно ли к вам присоединиться? — В своей манере, не дожидаясь ответа, он уже облокотился на Никифорова, протягивая ему игристое вино.- Чем собираетесь заниматься в ближайшие деньки? Мне не с кем сходить в клуб… — Это приглашение? — заговорил Виктор, жестом отказываясь от алкоголя. — Своего рода. Если не хотите, я могу найти другую компанию…- Ответил Крис, делая глоток дорогого напитка. — Неплохая мысль. Виктор, ты же не против? — Вступил в разговор ученик. — Соглашусь, идея хорошая. Но с Крисом пойду только я. — Но почему?! — Растерянно возмутился Юри. — Ты опять поправился, как, по-твоему, мы запихнём тебя в машину? — Шутливо заметил Виктор. — Это не честно! — Произнёс Кацуки, поджав губы. — Вынужден Вас прервать, господа. Сейчас начнётся конференция. Прошу Вас пройти на свои места.- Пресёк швейцар беседу, которая вполне могла закончиться потасовкой. Гости начали рассаживаться. Всех участников Гран-при пригласили на сцену и дали по микрофону. Люди ждут зрелищ, финалисты думают, как будут отвечать, а журналисты ликуют. Шанса взять интервью у этих знаменитостей им больше никогда не предоставится. Дошла очередь и до звёздной пары. Вопросы задавали не переставая. Каждому хотелось задать вопрос всходящему на пьедестал фигуристу—Юри и сошедшему с этого же места—Виктору. Один репортёр задал вопрос, который поставил в ступор сразу четырёх фигуристов: — Виктор, Юри, Юрий, Отабек, вы одни из самых известных спортсменов, но ещё ни один из вас не дал интервью в популярные журналы. С чем это связанно? Самым первым из их компании опомнился Виктор: — К чему такие вопросы? Ребята тратят все силы на тренировки и соревнования, а что касается меня, так как же тренер может давать интервью без своего подопечного. Что-нибудь ещё? — Не хотите ли вы дать интервью в ближайшие дни? Соревнования уже окончены, а фанаты фигурного катания в ожидании статей с вашим участием. — Не все из нашей компании ладят. Можем ли мы провести интервью отдельно? — Заговорил Алтын. — Ваше требование обязательно будет исполнено. Но у меня ещё остался вопрос к Виктору и Юри. Ваш дебют начался только в этом году. Можно вас попросить помимо интервью остаться на фотосессию? Кацуки явно смутился, Плисецкий только лишь фыркнул, Алтын не проявил эмоций вообще, а известный учитель покосился на ученика. — Чтобы люди запомнили наш дебют, мы примем ваши предложения, но с одним условием. Фотограф будет наш, — Виктор понимал, что Юри не просто раскрепостить, а перед посторонним человеком он вообще сделает лицо кирпичом. — Спасибо за вашу доброту.