Часть 5. Шах и мат
11 октября 2020 г., 01:32
Тропа лежит средь зла и слёз, Дальнейший путь не ясен, пусть, Но всё же трудностей и бед Я, как и прежде, не боюсь. Уильям Эрнест Хейли — «Непокорённый».
К вечеру на улице было почти также тепло, как и днем. Однако, казавшийся легким ветер начинал усиливаться. Через пару часов он будет расшатывать кроны крепких деревьев и тогда на улице оказаться уже не захочется. Но пока была возможность насладиться свежим воздухом подруги сидели в небольшом кафе напротив больницы, где лежал Шикамару. — Знаешь, лобастая, забавно, что конкуренткой я тебе никогда и не была. — Что ты имеешь ввиду? — непоняла Сакура. Ино умела резко переводить тему разговора, потому иногда угнаться за ходом ее мыслей было сложно. — Я никогда не обращала внимания на очевидные детали. Вспомни, наш первый экзамен на чунина! Я тогда спряталась в кусты, а ты не побоялась его остановить. Ты его остановила. Мелочи о вас довольно интересно вспоминать. Это все объяснило. Снова воспоминания об их старой войне за сердце Саске. Сакура надеялась, что она окончена негласно, но подруга хотела более конкретной точки. — Ино, к чему этот разговор? — К тому, что давно было понятно, что Саске будет только с тобой. Вы сами, думаю, этого не замечали, да? Сакура начинала подозревать, что в ее тогда будущих отношениях с Саске была уверена вся Коноха. Кроме, наверное, Ли, но у него на душе свои горячие страсти. — Он это заметил ещё, когда первый раз уходил из деревни. — Столько лет значит… Но как я и сказала — с вами всё понятно было уже давно. Просто мы все были заняты своими мыслями, игнорируя очевидное. Харуно не понимала, к чему подруга завела этот разговор. Не похоже, что из природного любопытства. Тут чувствовалось что-то еще, какой-то неуловимый подтекст. Она озвучила самый безумный вариант пришедший в голову: — Ты всё ещё его любишь? Сакура изучала взглядом прохожих на улице, и не заметила, что блондинка слегка улыбнулась. — Да. Не повернуть удивлённый взгляд на подругу было невозможно: только что она признавала, что старая влюблённость была обречена. Ино стойко продержала серьезное лицо и продолжила: — Но я больше в него не влюблена. Саске для меня друг. Даже если он вряд ли помнит моё имя. — Умеешь держать интригу, свинка, — выдохнула Сакура. — А с вами по-другому невозможно. Яманака засмеялась, но увидев выходящую из гостиницы Тен-Тен, резво помахала ей и подозвала ближе. — Знаете, тут есть небольшой ресторан недалеко, а нам давно пора собраться в более культурной и тихой обстановке. Согласия блондинка принципиально не дожидалась, потому вскочила с насиженного места и пошла в одной ей известном направлении. Подругам осталось лишь нагнать ее и продолжить беседу. Сакура уже сочиняла новые способы выкрутиться от предсказуемых вопросов о личной жизни, но Ино вновь внезапно перевела тему. — Кстати, Тен-Тен, ты же всегда восхищалась госпожой Тсунаде! — А? Как ты…? — Неважно, слухами деревня полнится, — отмахнулась та, поглядывая на Сакуру. — Какими например? Хотя нет, стоп. Не хочу знать. Хотя оружейница и остановила Ино, уже собравшуюся поведать увлекательную историю, но над Харуно нависла слабая тень осознания. Она слишком много общалась с Наруто и выучила все распространённые в сплетнях ходы. К сожалению, блондинку так легко было не остановить. Она вновь фонтанировала удивительными идеями. — Тен-Тен, а ведь Тсунаде не только силой и медицинскими техниками известна. — Ты предлагаешь сходить в казино? — Она предлагает выпить, — вздохнула Сакура. Уж ей то о талантах наставницы было известно больше всего, да и не круглосуточно же тренироваться приходилось.***
Саске знал, что Шикамару скачет за ним на костылях, как бы тот не старался не привлекать внимания. Сам гений Конохи, вероятно, догадывался, что был почти сразу обнаружен. Его любопытство и стремление знать о поступках бывшего нукенина — это самое понятное чувство от посторонних людей за последние несколько дней. Если помешать, то возникнут вопросы и, что хуже, объясняться придется и перед остальной командой. Пусть увидит. Может убедится в каком-то своем мнении. Кладбище было почти на окраине, в отдаленном от многолюдных улиц месте. По ночам местные стекались ближе к веселью и ярмаркам в центре, потому здесь оказался только тот, кого Саске надеялся увидеть. Карри, один из тех двоих, кого встретили в первый день, одиноко стоял на коленях перед двумя свежими могилами. Мощной силы и спокойствия больше не чувствовалось: он словно одичал. Отчаялся. В отличие от Шикамару, Учиха действовал открыто, потому уверенно прошел через главные ворота. Преследователю придется постоять за ними, чтобы хотя бы создать видимость того, что он не при чем. — У меня к тебе дело, — резко начал Саске, остановившись в паре шагов. Наголо остриженная голова и до этого придавала бессмертному пугающего сходства с ожившим мертвецом. Сейчас облик дополняли синяки под глазами и покрасневшие глаза. — Твой брат помогал людям, а ты чем занимаешься? — прохрипел собеседник. — Ты ведь и имен их не знал. Сжег, как безликих манекенов! Он поднялся с колен и теперь грузно возвышался над Саске. Тот остался невозмутим: преимущество в мышцах бесполезно против его глаз. — Ты сказал мне, что, если я сделаю, то, что сделал, то историю о моей семье, ты ни за что не расскажешь. Это все, что ты мог предложить? — Я был уверен, что Учихи повернуты на своей семье, но видимо Хозяин знал нечто большее. Неожиданно для слушателей наследник клана усмехнулся. Как же надоело, что им постоянно пытаются манипулировать через клан. Через тех, кого больше нет. — Он рассказал мне не о прошлом, а о будущем. Нагонять страх на людей Саске научился давно, но случайно, будучи в особо отвратительном настроении. Достаточно было лишь довольно оскалиться в ситуации, когда это кажется неуместным. Окружающие сразу видели, что он не остановится и добьется своего — дайте лишь намек на повод. — Мне важно, чтобы ты не планировал мести, и, когда я об этом думал, вновь явился твой босс с новой сделкой. Карри не успел и шага сделать, не смог даже подать голос: ему в глаза уставились риненган и мангёку-шаринган. Он оказался в плену, но до сих пор продолжал ощущать остатки грязи и сухой травы на пальцах. Это то единственное, что связывало с реальным миром, благодаря чему он помнил, что не Гендзюцу. — На все мои дальнейшие вопросы отвечать будешь честно. Ты знаешь, кто твой хозяин на самом деле? Саске продолжал спокойно стоять напротив. Ему было все равно на чувства отца, убитого горем — важна лишь цель. Личная, эгоистичная и влияющая на будущее, которое нужно защищать. Любой ценой. — Нет. Он никогда не рассказывал об этом, — Карри не хотел отвечать, но остановиться не мог. Он попался на внушение, прочувствовав на себе лишь часть силы знаменитого Учихи. — Предположения есть? — Он — Дьявол. — Почему ты так решил? — Чтобы жить в свое удовольствие он подбирал встреченных на пути дураков, мечтающих о вечной молодости и делал из них рабов. Когда ему становилось скучно, мы перемещались между сотнями реальностей и времен. Я не знаю, как иначе назвать создание, которое на такое способно. — К чему были убийства на острове? — Ежегодный ритуал. Все, что мне об этом известно — это то, что он не привязан к конкретной точке. В остальном, я знаю только то, что поняли недавние шиноби. Цель Хозяин нам никогда не раскрывал. Выпустив из внушения противника, Саске перевел взгляд в сторону Шикамару, который тихо стоял за кирпичной стеной. От нее было недалеко, потому весь разговор он слышал. Гений, наверняка, уже сложил в голове подробную картину о произошедшем. Это знание ему не повредит, возможно, даже пригодится. — Ты узнал, что хотел, доволен? — внезапно рявкнул Карри. Мужчина все еще выглядел слишком разбитым для того, чтобы начать мстить убийце семьи. Но через время все может измениться. — Эти знания были моим желанием. Твой хозяин хочет другого. Карри замолчал, пытаясь понять: убить его нельзя, да и сила его ценилась среди других бессмертных. Но он хотел пойти против власти, породил слух о том, что это возможно. Единственное, чем можно предотвратить назревающий бунт — это убрать саму идею о нем. Чтобы все увидели последствия неподчинения, нужно стереть личность, заменив послушным болванчиком. С риненганом и вечным мангёку проделать подобное не составляло труда. — Не надо, прошу. Я хочу их запомнить, — мужчина неловко указал на надгробия. — Просить меня бесполезно. Твоя жена это понимала, но продолжала спорить и оправдывать тебя. А ты даже не попытался меня вчера остановить. — И к чему бы это привело? — Это бы меня задержало. Вот как выглядит осознание. Ведь видел же Сакуру, а когда она пришла, вероятно, было уже поздно. — Она бы не смогла тебя остановить. — Да, но ты бы дал шанс своей жене сбежать. Она уже упаковывала вещи. — Мы планировали… — Я в курсе. Но в такой спешке — не планируют. Сборы были спонтанными. Ты уверил ее, что все будет хорошо, но она продолжала думать о том, что тебе грозит наказание. — Врешь. — Она мне это сказала. Сделка с твоим хозяином подразумевала, что женщина в башне, а если бы она сбежала, то меня бы это не касалось. Значит и договор был бы расторгнут. Взгляд мужчины был прикован к небольшому надгробию: в нем покоилась надежда на будущее. Саске не хотел больше быть на его месте, оттого не собирался поддаваться ушедшим в прошлое страхам и сочувствовать. — Вы бы заключили новый. И ты все равно бы как цепной пес рыскал бы повсюду. Учиха устало вздохнул. Он не мог понять, почему этот человек так упорно не верит хотя бы в одну попытку и заранее себя обрекает. — Ты лишаешь себя любых шансов, я же, наоборот, пользуюсь ими. — Просто у меня больший опыт в разочарованиях. Ценности, за которые они сражались были равны — будущее в окружении семьи. Подобие естественного отбора в действии. Даже бессмертному Карри банально не хватило смелости. — Простите меня… — прошептал Карри. Больше ему нечего сказать. Он вновь взглянул в надменные глаза Учихи. — У тебя никогда не было родных, — перестал церемониться Саске. Собеседник застыл глядя остекленевшими глазами в пустоту. С этого дня перед ним будет только она. — Ты не знаешь, каково это — чувствовать к себе любовь и привязанность. Ты никогда любил и считаешь, что это чувство тебе не нужно, — из тени неожиданно показался человек. — Ты живешь только ради того, чтобы следовать за этим человеком и исполнять его волю. Ты уверен в его правоте и не задаешь лишних вопросов. К тому моменту, когда Саске закончил, на месте Карри словно стоял кто-то другой. Раньше он выглядел личностью, со своими чувствами и противоречиями, а теперь, будучи обновленным, видна лишь оболочка. Он подошел к хозяину и поклонился. — Служу вам, Хозяин. Перемена в нем пугала не так сильно, как возможности глаз Учихи. Он за две минуты стер целую личность, не моргнув глазом. — Прекрасная работа, Саске, — улыбнулся странный мужчина, — Я доволен. И так, честь превыше всего: чего ты хочешь в замен? Не забывай: у меня большие возможности. Несколько секунд колебания не остались не замеченными. Вокруг незнакомца словно была необъяснимая аура, которая пробуждала из глубин разума страхи и желания. То о чем изредка подумываешь, резко всплывало на поверхность и навязчиво пульсировало в мыслях. Оно перекрывало настоящее выдуманными мечтами, настолько, что окружающий мир начинал угасать. Таким чувствам нельзя поддаваться: один наивный шаг и считай, что в коматозном сне. — Я хочу, чтобы ты покинул эту реальность, и я и близкие мне люди больше о тебе не слышали. Сойдет за одно желание или сократить? Смысл тебе, в любом случае, ясен. — Браво! Я думал попросишь назад свой клан или хотя бы брата. — А я думал, ты знаешь будущее. — Я знаю десятки вариантов этого разговора, тут угадывать приходится. Передумать не хочешь? Вопрос, цель которого подогреть лишний раз сомнения мог бы сработать на любом другом. На том, кто не может избавиться от прошлого и привязан к нему настолько, что сил нет двигаться вперед. — Я не передумаю. Мужчина загадочно улыбнулся. — Уйти из этой реальности и не встречаться с тобой и твоими друзьями — это минимум два желания. У меня к тебе небольшая последняя просьба. — Говори, — начинал раздражаться Саске. — Не злись так: у нас всего лишь честный обмен. Так вот, Карри каким-то образом готовил бунт у меня под носом. Я понял, как он смог скрыть, но не нашел того, кто помогал в этом. Уверен, ты успел покопаться в его памяти в поисках воспоминаний о клане, может заметил заодно, кто его помощник? Учиха задумался: он действительно вчера порыскал в мыслях бессмертного, пытаясь понять, что связывало того с кланом. Как выяснилось — ничего, чего бы он не знал. Хотя, чтобы добиться правдоподобности, Карри планировал изувечить склеенную из слухов историю выдуманными деталями. Так, случайно Саске и набрел на подробности о бунте, но странно, что этот якобы всесильный подобного не сделал. По его словам и действиям выходило, что пусть он и способен на многое, он не может напрямую читать чужие мысли. Значит, возможно, его сила в вероятностях и умении прыгать между мирами. Проще говоря — пространство и время. Ментальных умений замечено не было. Можно проверить теорию, забросив в Цикуеми, а можно просто ответить на вопрос. — Его жена была из местных и не попадала под твое влияние. Она происходила из какого-то клана с особыми талантами к скрытности. Подробности я не смотрел. — Ты точно их убил? — Погадай на будущее, если не веришь. — В нем есть вероятность, что ты смог заставить всех поверить в их смерть. — Ты же понимаешь, что мой ответ — это еще одно желание с тебя? Уверен, что он тебе нужен? Саске доставляло немалое удовольствие заставлять этого человека сомневаться. По жизни его крайне злили неоправданно самоуверенные люди. Спускать их на землю иногда бывало довольно забавно. Но чаще все же раздражало. — Я понял тебя, хитрый мальчик. Два твоих последних желания будут выполнены: я уйду, и ты и твои близкие меня больше никогда не встретят, — вежливо улыбнулся мужчина. — Было интересно поработать с тобой, а теперь — прощай. Он дотронулся до плеча Карри и щелкнул пальцами. Исчезновение было похоже звук, с которым появляются теневые клоны, только мягче и в сопровождении бордового дыма. Личность человека теперь нет возможности разгадать, но зато все нити с ним обрублены. Подул редкий для этих мест холодный ветер, когда Учиха развернулся в сторону выхода. Он шел неспешно, словно намеренно давая следившему все это время Шикамару подробнее обдумать ситуацию. Гений Конохи, тем временем, облокачивался о стену возле железных ворот и рассеяно смотрел на хмурое небо. — Дети, — первым начал Саске. Ему очень хотелось, чтобы этот день наконец закончился. — Что «дети»? — не не понял ошеломленный Нара. — Король — это дети. Без них не будет будущего. Неожиданное начало с напоминаем о недавнем разговоре вернуло в равновесие большую часть мыслей. — Правильный ответ. Так, что произошло, может изволишь объяснить? — Часть больничных слухов оправдались. Там, действительно, предсказывали будущее, а остальное, уверен, сможешь додумать сам. Саске уже ушел и не видел, как Шикамару приблизился к двум могилам над которыми склонялся Карри. Имена оказались не знакомыми, но дата смерти у обоих совпадала со вчерашним днем. У одного из них она совпала с датой рождения. Только вот… Эти смерти тот человек ставил под сомнение.
