Дорога к солнцу

***

      − Ловкость рук и никакого мошенничества, − ухмыльнулся Крис, убрав руку с чужой шеи и помахав ей в воздухе перед лицом Каса.       Между двумя пальцами был зажат Джокер.       − Что..? Как ты это сделал? — Кас все еще не понимал. Кристиан вздохнул, попутно засовывая карту в карман.       − Потом расскажу, не под дверями этого зверюги. Слышал, как он там бутылками кидается? Вдруг еще выйдет и кинется на нас. Нам еще деньги забрать надо.       − Ты прав, − Кас подозрительно на него посмотрел, но не сказал ни слова по этому поводу. — Дарио сказал, что деньги нужно взять у его казначея. Наверное, нам сюда, − он указал на единственную дверь, что была напротив. Темная краска на ней уже наполовину облупилась, древесина выглядела покоцанной и облезлой, из-за чего совершенно не создавала впечатления того, что за ней сидел казначей.       Крис пожал плечами и дернул дверь на себя. Комнатушка, что скрывалась за ней, была раза в два меньше, чем помещение, в котором сидел Дарио. Окон здесь не было, из-за чего свет падал только от одинокой лампы, стоящей на столе. Света едва хватало на то, чтобы осветить стол и лежащие на нем бумаги. Еле-еле было видно шкафы, стоящие у дальней стены, а также весьма внушительный сейф, прикрытый стопкой газет и брошюр. Душно. Желтые обои были покрыты таким слоем грязи и пыли, что их цвет с трудом различался лишь под закопченным потолком, где лениво вертел свои лопасти потолочный вентилятор, не избавляющий от духоты, а лишь разгоняющий клубы сигаретного дыма, выпускаемые человеком, сидящим за хлипким столом. Маленький, скрюченный, похожий на больную и облезлую крысу, человечек с торчащими во все стороны спутанными клочьями седых волос и редкими усиками под крючковатым носом сидел, придвинувшись ближе к тусклой лампе, прикуривая толстую сигару и листая засаленную газету. Услышав, что кто-то вошел, он слегка опустил ее, щурясь маленькими подслеповатыми глазками, скрытыми за толстыми стеклами очков с дужкой, перевязанной проволокой, уставился на вошедших.       − Здрасьте, − поздоровался Ренделл, с интересом оглядываясь по сторонам, — это вы местный казначей?       Мужичок встрепенулся, отложил газету в сторону и поправил очки, сползшие почти на самый кончик горбатого носа.       −Д-да, − высоким, но совершенно охрипшим от постоянного курения дешевого табака, голосом проговорил он. — А вы, собственно, кто? Я, я.., − он покосился на меч в ножнах, пристегнутый к поясу Кастиэля. — Я буду защищаться! Я позову господина Дарио сюда, если вы пришли украсть что-нибудь!       − Мы не пришли красть, − Крис поднял ладони в знаке примирения.       − Спокойно, чудик, − Кас лениво подошел к столу и, рывком подвинув к себе стул, стоящий у стены, и смахнув с него пару бумаг, рухнул на него. Мужичок аж подпрыгнул от испуга. — Не боись, ты нам ни на кой черт не сдался, как и твои деньги.       − А з-з-зачем вы тогда пришли? — Крыс, как его окрестил про себя Солас, беспокойно двигал руками, то скребя пальцами по столешнице, то поправляя все сползающие очки, то тянувшись к газете, но постоянно одергивал себя.       − Мы только что выиграли у Дарио в карты тысячу монет. Ты должен был знать об этом. Отдашь? — Крис подошел к столу и встал рядом с Касом, опершись на стол.       − А-а-а. Да-да-да, припоминаю, − Крыс снова поправил очки, пока быстро тараторил фразу. — Вы по поводу тех самых должников, Элизабет и Александра, верно?       − Да, − Кас барабанил пальцами по столешнице. — Но они уже не должники, так что гони сюда монеты. И чтоб без глупостей! А то знаю я вас, подхалимов Дарио, − он опустил одну руку на рукоять меча, легонько похлопав по ней. − Что вы, что вы..! Сейчас я вам все отдам, не горячитесь! — мужичок резво подскочил, поправил замызганную рубашку и бросился куда-то к шкафам, роясь в книгах и бумагах. — Сейчас, сейчас, господа! Только не ругайтесь! Сейчас все будет..! — от шкафов он ринулся куда-то под стол, роясь в ящиках и бубня себе под нос. Из-под стола торчала только его макушка с клоком спутанных волос.       Кас и Крис только молча переглянулись и пожали плечами. Все же, странный человек. И чего он только забыл в шайке Дарио? Но ждать им пришлось недолго. Буквально через пять минут Крыс вынырнул из-под стола, выкладывая перед парнями увесистый кожаный мешочек, в котором звенели деньги. Мужичок повернулся обратно к шкафам, резво вытянул оттуда какой-то пожелтевший листок, достал из ящика карандаш и, послюнявив его кончик, быстро проставил две подписи и две галочки вверху и внизу листа.       − Вот! Распишитесь здесь и здесь, − важным тоном проговорил он, подвинув карандаш к Касу. Но, заметив, что тот удивленно на него смотрит, пискляво возмутился:       − Что? Сами понимаете, без документов нынче никуда! А мне учет еще вести! Так что давайте, давайте! Расписывайтесь, не задерживайте! — Крыс нервно подвинул листок еще ближе к Ренделлу. Тот устало вздохнул и, пробежавшись глазами по тексту, поставил две подписи возле каракуль Крыса. Мужичок радостно хмыкнул, порвал листок на две половинки, сложил одно из них пополам и запихал себе в карман брюк. — Так, господа! Это мне. А эта половинка вам. Сохраните у себя на ближайшие пару месяцев, а то вдруг господин Дарио снова напьется и забудет, что поручил отдать эти деньги вам. Уходите давайте. Давайте, давайте. Всего хорошего!       Он плюхнулся обратно на стул и схватил газету, усиленно делая вид, что он нереально занят и его не стоит беспокоить по пустякам. Кас в изумлении уставился на него, да и Крис застыл, не успевая за высоким тараторящим голосом и нервными, дерганными движениями казначея.       − Ну, что вы встали? — Крыс опустил газету и спросил с таким важным видом, будто отчитывал их за что-то. — Идите, идите, не задерживайтесь!       Солас очнулся первым и, легонько тронув Каса за плечо, шепнул:       − Пошли, нас ребята уже заждались, − он посмотрел на Крыса. — А вам спасибо, − мужичок лишь небрежно взмахнул рукой, мол, «не за что, проваливайте уже». Ренделл отвел взгляд от казначея и, вздохнув, встал, вернув стул на место, откуда его взял.       − Да, пошли, − он подошел к двери и открыл ее резко, чуть ли не пинком. В коридоре все так же воняло дымом и дешевым алкогольным пойлом. Дарио больше не было слышно, за его дверью была почти что тишина по сравнению с прошлым раскатистым хохотом и звоном разбитых бутылок.       Они молча спустились на этаж ниже по скрипучей лестнице с продавленными ступенями. За дверьми на втором этаже все так же стоял шум, так сильно контрастирующий с почти гробовым молчанием, царившим наверху. В комнатах до сих пор, несмотря на поздний час, орали пьяные игроки, каждую секунду нецензурно выражаясь, звонко бились друг о друга бокалы и кружки, противно хихикали девушки легкого и не очень поведения, такие же пьяные, как их дружки, проигрывающие очередное состояние.       − Наверное, Лиз там с ума сходит, − тихо засмеялся Крис. — Нас так долго не было, да и наверняка они слышали с улицы то, как орал Дарио. Или звон бутылок, − ему никто не ответил, и он оглянулся на своего собеседника. Кас с весьма задумчивым видом остановился в паре шагов от него. — Ты чего?       Ренделл поднял на него взгляд. От света тусклой лампочки, мутным ореолом горящей среди накуренной дымки, тени странно ложились на его бледное лицо, делая его черты более резкими, жесткими и какими-то уставшими. И лишь глаза выделялись на их фоне мягким и теплым взглядом. Взглядом, какого Крис за все время, проведенное в Катакомбах, у него не видел.       − Пока мы не вернулись к ним, я хотел бы тебе кое-что сказать, а то они будут, как всегда, надо мной подшучивать, − Кас засунул одну руку в карман и слегка потупил взгляд, второй рукой пройдясь по волосам, завязанным в небрежную дульку на затылке, уже довольно растрепанную, с выбившимися прядями из резинки. Крис скрестил руки на груди и вопросительно посмотрел на него, подняв одну бровь. — Спасибо тебе. Не, правда спасибо. Ты спас нас. Без тебя мы бы не справились, мне пришлось бы снова сражаться с Дарио и его шуангоу. И, возможно, он бы меня убил, учитывая то, каким злым он был после игры с тобой, − когда я в прошлый раз с ним дрался, у него было хорошее настроение, а в этот раз он мог бы даже после моей победы напасть со спины после конца поединка. А что было бы, если б он заставил сражаться Алекса или Лиз.., − он зажмурился и помотал головой. — Нет, я даже думать об этом не хочу. Я говорил тебе раньше, что у нас не принято помогать чужакам, не имея каких-то личных причин, и я не знаю, зачем тебе нужно было помогать нам, но… Все равно спасибо. И ты можешь попросить за это все, что хочешь, − Кас криво ухмыльнулся и поднял взгляд обратно на Соласа. — Что ты так на меня смотришь?       Крис смотрел на него как на привидение. Или как на мутанта, который словно внезапно появился посреди коридора. Именно так в глазах жителя Поверхности выглядел Кастиэль, говоривший ему «спасибо» и так тепло на него смотревший.       − Н-ничего. Я просто не ожидал, что именно ты скажешь мне «спасибо». Не Алекс, не Лиз, а ты. Обычно ты на мои слова отвечаешь холодно — отшучиваешься или огрызаешься. А тут и успокоил вчера, и не дал Дарио мне врезать, и «спасибо» сказал. Я прям не узнаю тебя.       − Что? — Кас нахмурился. — Ты считаешь меня совсем грубияном, что ли? Извини, если тебя как-то задели мои слова и действия, но я обычно не доверяю пришельцам с Поверхности, поэтому я не обязан был расшаркиваться перед тобой и лебезить. Но за эти дни ты доказал, что тебе можно верить, что ты хороший человек, поэтому и я не считаю больше нужным так с тобой общаться. Или ты хотел, чтобы я спокойно стоял рядом и дал Дарио раскроить тебе череп?       − На Поверхности это обычно так и происходило, − тихо промямлил Крис, но Ренделл услышал и нахмурился еще сильней. — Ладно, забыли, − уже громче сказал Солас и улыбнулся. — Я уже говорил, что мне ничего не нужно от вас. Я помог просто потому, что захотел. Мы недолго знакомы, но вы все, включая тебя, Кас, стали мне близкими людьми. И за все, что вы сделали для меня, да даже за то, что просто не бросили в одиночестве гнить в пещерах, черт возьми, это самое малое, что я мог сделать. Тем более, что наконец-то мои навыки пригодились в важном и добром деле, а не как обычно.       − Обычно? — настал черед Каса вопросительно вскидывать брови.       − Я потом расскажу как-нибудь, − отмахнулся Крис. — В общем, я очень рад, что ты тоже благодарен мне, а не считаешь меня обузой в путешествии, как мне казалось раньше. Пошли уже к ребятам, тут дышать нечем из-за этого курева.       − Вообще-то я тебя никогда не считал обузой, − сказал Ренделл, когда они спускались по лестнице на первый этаж. Внизу, в небольшом холле, толпились люди, какой-то человек в дорогой на вид одежде громко препирался с охранником, пытаясь что-то высказать ему по поводу чьих-то денег. — Не нужно верить во все, что я говорю. Я могу говорить все, что угодно, но никогда не брошу никого умирать в Катакомбах. Просто… На то есть причины.       — Расскажешь, почему ты так отвратительно себя ведешь с незнакомцами? — Крис заинтересованно покосился на парня, что шел бок о бок с ним. Кастиэль словно слегка погрустнел после его вопроса.       — Это личное, но… Не знаю.       Протиснувшись кое-как через толпу, они вышли на улицу. Крис жадно вдохнул свежий воздух, как вдруг кто-то крепко обхватил его под ребрами, перекрывая доступ к такому желанному кислороду.       − Мальчи-и-ишки! Вы вернулись! — Лиз выжала объятьями из него весь воздух и прыгнула к Касу, повисая у него на шее. — Вы в порядке? Как все прошло? — она отлипла от парней и переводила взгляд с одного на другого. Глаза у нее были красными, видно было, что она сильно переживала.       − Что там случилось? — взволнованно спросил Алекс, подошедший следом, приобнимая Лиз одной рукой за талию. — Мы слышали, как Дарио что-то орал, а затем звон бутылок.       Крис и Кас переглянулись, Солас кивнул ему. Кастиэль театрально закатил глаза:       − Ах, что же там произошло… Ни за что не поверите, − он хитро ухмыльнулся и полез рукой в карман, доставая пухлый мешочек с позвякивающими внутри монетами. — Держи, − он швырнул его Алексу, который чудом его поймал.       — Вы серьезно сделали это? — Алекс неверяще посмотрел на мешочек в его руках, а затем нервно рассмеялся, прикрывая глаза ладонью. — Да как? Вы все-таки сражались? Мы слышали грохот и ор.       Кас ухмыльнулся и закинул руку на плечи вздрогнувшему Крису, притягивая его ближе к себе.       — Нет, я даже не вмешался ни разу, — он скосил взгляд на рыжую макушку Соласа у себя под боком и разлохматил его волосы своей ладонью. — У нас шулер в компании объявился, вы в курсе?       — Да какой шулер? — Крис вывернулся из-под его ладони. — Просто у меня были навыки, которые вовремя пригодились. Ничего такого, — он собирался засунуть руки в карманы, сделав вид, будто он тут не при чем, однако Лиз перехватила его ладони, крепко сжав в своих.       — Как это ничего? — девушка еще крепче сжала его пальцы. Ее плечи задрожали. — Ты даже не представляешь, как ты выручил нас, Крис. Спасибо тебе. Мы в неоплатном долгу перед тобой, — она обернулась и сердито зыркнула на Алекса, все еще растерянно стоящего с мешочком в руках. — А ты что молчишь? Скажи хоть что-нибудь!       Алекс вздрогнул, но все же тяжело вздохнул и засунул мешочек с деньгами в кожаный мешок-рюкзак, что висел у него на плече.       — Спасибо большое, Крис. Лиз права. Это было невероятно важно для нас, и если бы не ты, то нам пришлось бы вечно пахать на Дарио, — он переглянулся с Элизабет, и она, встретившись с его взглядом, кивнула. — Если тебе что-то нужно, то проси. Мы все сделаем.       — Эй, эй, — Крис от удивления шагнул назад и замахал руками перед собой, — не нужно! Я же говорил, что я ничего такого и не сделал. Вы мне и так уже сильно помогли, приютив в городе. Мне больше ничего и не нужно. Считайте, что я отплатил вам за доброту.       — Но.., — Лиз попыталась возразить, но Кастиэль перебил ее:       — Перестаньте. Пошли лучше домой. Если ему что-то нужно, то он подумает по дороге и скажет вам все дома. Игра была очень утомительная, причем для всех. Нам всем нужно отдохнуть.       Лиз согласно закивала и, подхватив Криса под руку, потащила его вперед, что-то радостно щебеча ему на ухо. Он обернулся к остальным, но, увидев, что те идут за ними поодаль, снова повернулся к девушке. Кас плелся чуть позади рядом с Алексом. Было уже довольно поздно и улица, и так темная, потонула еще в большей темноте ночного освещения города. Неоновые вывески сияли расплывчатыми пятнами, бросающими еще более резкие тени за углы домов. Алекс чиркнул зажигалкой, прикуривая сигарету, вспыхнувшую ярким огоньком в промозглой полутьме грязной улицы. Он посмотрел на Каса, кивнув ему на пачку с сигаретами.       — Будешь? — Ренделл тяжело вздохнул и вытянул одну, поджигая ее. Он сделал затяжку, пуская дым в свои легкие, и, глубоко выдыхая, поднял взгляд куда-то вверх, в темное каменное «небо», затерявшееся во тьме пещеры. Вывески слепили так, что потолок было увидеть невозможно. И в этот краткий миг иллюзия неба становилась чуточку реальнее. — Ого, не ожидал, что ты согласишься. Ты слишком редко куришь. Так что же там случилось? Не может быть такого, чтобы ты не вмешался.       — Честно скажу, Алекс. Я там охренел, — Кас перевел взгляд вперед, туда, где маячили спины парня и девушки, что шли и что-то обсуждали, весело смеясь. — Никогда не видел, чтобы человек настолько менялся во время игры. Он профессиональный игрок. Не хуже Дарио, а может, и лучше. Я не вмешивался в игру не разу. Только в конце, когда этот черт решил ему врезать. Проиграл и вспылил, не выдержал, что его план пошел через задницу. Решил исправить ситуацию не картами, а кулаками, — Ренделл снова выдохнул сигаретный дым и прикрыл глаза, зарываясь рукой в волосы и лохматя их. — С ума сойти просто.       — А мальчишка-то не промах, — по-доброму засмеялся Браун. — Может, посвятим все-таки его в наш план? И убивать не придется, и в воров превращаться тоже.       — Как-будто ты раньше вором не был. Я не знаю. Не хочется впутывать его в это дело, — Кас нахмурился. — Если на Поверхности об этом узнают, у него могут появиться проблемы. Ты сам знаешь, что они делают с теми, кто действует и мыслит не так, как они.       — Эй, с каких это пор ты начал о нем волноваться? — Алекс засмеялся и ткнул друга кулаком под бок.       — Ой, заткнись, — зашипел Ренделл, потирая место, которое тот ударил.

***

      К тому моменту, когда друзья вернулись с окраины города ближе к центру, где был расположен дом Элизабет, стало совсем темно. Если ранее пространство вокруг освещалось яркими вывесками, режущими глаза неоном, то сейчас тусклые желтые фонари казались еще более блеклыми по сравнению с ними. На улице не было почти ни души, лишь редкие бродяги, что просили милостыню до позднего вечера, ютились по переулкам, смотрели на непрошенных гостей дикими глазами, подобно зверью. Их шепот и хриплый кашель гулко отражался от стен опустевших улиц. Крис поежился. Как Лиз могла так спокойно жить здесь, в таком сомнительном районе? Замешательство парня заметил Алекс. Он выбросил потухшую сигарету куда-то к каменной стене соседнего дома и придвинулся ближе к Соласу, закинув руку ему на плечи.       — Не паникуй, они безобидные, — сказал он. — Здесь редко можно встретить опасных личностей, они все скрываются далеко отсюда. Эти — обычные бродяги, бывшие рабочие, калеки и прочие, кто не может просто себя обеспечить, а родных у них нет. Вот и живут от чужих подачек.       — Они.., — Крис покосился на них и поежился, — они неприятные. Мерзкие даже. — Не говори так, — Алекс хлопнул его ладонью по плечу. — Многим из них мы обязаны тем, что живем здесь.       — Тогда почему о них никто не заботится? Почему они живут на улице?       — Потому что невозможно позаботиться о всех, — тихо ответил Алекс, наблюдая, как Лиз поднимается на ступеньки своего дома, чтобы открыть дверь. Они дошли так быстро, что время прошло незаметно. — Я слышал от Лиз, что на Поверхности ситуации бывают даже хуже.       Алекс наконец отлип от Криса и вошел вслед за девушкой в дом. Кас зашел последним, запирая за всеми дверь. Он был удивительно молчаливым и задумчивым с тех пор, как они покинули игорный дом Дарио.       В доме Лиз после свежести ночных подземных улиц, продуваемых всеми ветрами из пещер, было душно. Ночью людям запрещали включать основной свет в домах, поэтому им пришлось зажечь небольшую лампу и поставить ее на кухонный стол. Ее неяркого рыжеватого света едва хватало на то, чтобы осветить пространство вокруг, согнать тени в углы комнаты.       Крис, сгорбившись в какое-то подобие позы эмбриона, ютился в углу у стола, опираясь спиной на стену и закинув ноги на табуретку под собой. Чайник, поставленный девушкой над импровизированной плитой из горелки, медленно закипал, нагнетающе посвистывая. Солас смотрел куда-то вперед перед собой, задумчиво жуя какое-то печенье из вазочки, заботливо поставленной на стол Лиз. От раздумий его отвлекла девушка, которая приземлилась на стул рядом с ним, хлопнув его ладонью по коленкам. Парень вздрогнул, взятое в рот печенье чуть не встало поперек горла от испуга. Все уже успели налить себе чай и кое-как рассесться вокруг небольшого стола.       — Ну что? Расскажете, что было у Дарио? — спросила она, обращаясь к Касу и Крису. — Где ты научился так играть?       Она с восторгом смотрела на Криса, который поежился от этого взгляда. Неуютно. Он неуверенно, сам не понимая, зачем, посмотрел на Каса, но тот смотрел на него с похожим любопытством. Солас тяжело вздохнул, осознав, что избежать ответа ему не удастся, и сказал:       — Какая разница, где я научился? Главное, что я смог помочь вам.       — Но все выглядит так, будто ты довольно опытный игрок. Нельзя получить такие навыки, если бы это было только хобби, — ответила Лиз. — К тому же хитрить в картах незаконно.       — Ой, как будто вы все тут такие законные, — едко ответил Кас, впервые после ухода от Дарио вклинившись в разговор. На мгновение воцарилась тишина.       — Да, это незаконно. Но некоторые обстоятельства вынудили меня научиться, — сдался Крис. — Вы лучше скажите мне, почему вы влезли в такой долг? Из-за чего мне пришлось вернуться к картам?       Лиз взглянула на Алекса, внезапно схватив его за руку. Но тот лишь мягко улыбнулся, легко сжав ее ладонь пальцами.       — Это все из-за меня, — ответил парень. — Так уж вышло, что у меня есть одна болезнь. Я не буду вдаваться в подробности, но до апокалипсиса она была довольно распространена. Она довольно опасна и требует определенного лекарства. В Катакомбах научились его делать, однако часть ингредиентов можно достать только на Поверхности. Понимаешь, что это значит? — он грустно улыбнулся.       — Достать можно только контрабандой и заплатить космическую сумму? — предположил Крис, отхлебнув немного чая из кружки. Он еще не остыл и ощутимо обжег язык.       — Да, — кивнул Алекс. — Обычно я всегда слежу за этим и заранее готовлюсь. Но…       — Но в этот раз он очень задержался на очередной вылазке, — продолжила Лиз. — Лекарство закончилось, а денег не было. Я и обратилась к Дарио. Что было дальше, вы знаете, — грустно вздохнула девушка, а после внезапно ойкнула, подняв взгляд на Каса. — Эй! Ты чего пинаешься?       — Мозги у тебя куриные, потому что, — Ренделл хмуро смотрел на нее, скрестив руки на груди. — Почему ты не пошла ко мне? Я бы дал тебе денег и проводил к черному рынку. Ты же в курсе, что мне не на что тратить большую часть зарплаты, поэтому она просто бесполезно копится. Да, моих денег недостаточно, чтобы покрыть проценты от Дарио или потратиться на что-то серьезное. Но лекарство-то купить я могу вам.       — Прости, Кас, — голос Лиз звучал виновато. — Я ходила к тебе, но ты тоже был на вылазке. Ге.., — она запнулась. — Генри сказал, что тебя можно было еще как минимум месяц не ждать. Мне ничего не оставалось больше, кроме как идти к Дарио.       Кастиэль тяжело вздохнул, прикрыв глаза.       — Ладно уж. Что сделано, то сделано, — он нахмурился, посмотрев сначала на Лиз, затем на Алекса. — Но больше не смейте лезть к нему, поняли? Ищите меня сразу, если будут проблемы.       — Так точно, сэр, слушаемся и повинуемся, — весело ответила Элизабет, шутливо отдав честь, а после повернулась к Крису. — Еще раз спасибо тебе. Не знаю, что было бы с нами, если не ты.       — Вы всего лишь батрачили бы на Дарио до конца своей короткой жизни, которую закончили бы от его кулака, размозжившего вам череп, или полетевшей в лоб бутылки? — невинно поинтересовался Кас, делая вид, что он всецело заинтересован печеньем в его руках.       — Кас.., — Крис посмотрел на него с укоризной.       — А что? Может, они наконец бы поняли, что нужно думать обо всем заранее и не лезть туда, где опасно.       — Уверен, Лиз и Алекс сами разберутся, — Крис вздохнул и спустил одну ногу с табуретки, а после повернулся к девушке и устало, как-то вымученно, улыбнулся. — Еще раз повторю, что не за что меня благодарить. Считайте, что я отплатил вам за вашу доброту.       Они еще долго сидели на кухне, весело болтая и попивая чай из выщербленных алюминиевых чашек. Крис ютился в своем углу, держа свою чашку в руках, греясь об ее еле-теплую поверхность, но жидкость не шла в горло. Окружающие звуки доходили до него словно бы сквозь стену, мутную, толстую, приглушающую все вокруг. Солас лишь кивал и поддакивал, но в разговор вникнуть никак не мог, пялясь на мутную жидкость, оставляющую темный налет на посуде в руках. Отвратительный чай, но даже он был лучше того пойла, которое он запомнил на Поверхности.       — Хэй, Крис, мы спать пойдем уже, — как сквозь толщу воды долетел до него голос Лиз. Девушка с грохотом свалила грязные чашки в раковину и обернулась к нему. — Не сиди долго, у тебя был тяжелый день.       На ее фразу он лишь тихо угукнул, поставив чашку на стол и снова взяв печенье из вазочки. Тусклый огонек лампы отражался в темном омуте чашки, бросал блики на старую протертую клеенчатую скатерть. Крис отложил печенье, лишь слегка надкусив, и уткнулся в свои руки, зарывшись носом в сгиб локтя. Сегодняшний вечер никак не хотел уходить из головы.       Стоило ему закрыть глаза, как перед ним вставал образ Дарио, брызжущего слюной и замахивающегося на него кулаком, и страх накатывал на него мощной волной, принося озноб и легкую тошноту. Что было бы с ним, если бы Кастиэль не остановил этого мужика? Получил бы очередной шрам, «украшающий» и так не блещущее красотой лицо? Снова бы слизывал собственную кровь, текущую из разбитой губы? Еще раз прощался бы с жизнью из-за очередной победы над человеком, который не умеет себя контролировать?       «Я уже и забыл, как это страшно», — подумал про себя Крис. «Я же поклялся себе никогда не возвращаться в карты. И где я теперь? Изо всех сил пытаюсь удержать уезжающую крышу посреди ночи? Позорище, какое же позорище», — он сжал ладони в кулаки, чувствуя, как ногти больно впились в кожу. «Зачем я сюда полез? Сидел бы и не дергался, а не строил из себя альтруиста».       Его трясло. Старые страхи и проблемы, словно мотыльки на огонь, появлялись из тьмы и вились вокруг, не давая расслабиться. Причина осталась далеко в прошлом, но старые шрамы могут болеть даже спустя долгое время.       Внезапно чья-то теплая рука прикоснулась к его склоненной к столу голове. Осторожно, словно бы опасаясь спугнуть. Такой простой жест, но он вернул его обратно в реальность. Крис поднял голову. Перед ним стоял Кас, который немного ранее, быстро допив свой чай, отлучился ненадолго в дом к Алексу, чтобы забрать пару вещей. В его глазах плескалась усталость, а от одежды снова слегка пахло сигаретным дымом.       — Ты в порядке? — спросил Ренделл.       — Конечно. Я не заметил, как ты вернулся, — Крис, недовольно косясь, как Кас садится за стол напротив него, отхлебнул немного чая. Холодный, уже совсем остыл. А общаться сейчас вот вообще ни с кем не хотелось.       В него уперся внимательный взгляд зеленых глаз. Пронизывающий, но уже не веющий таким морозом, как раньше.       — Разумеется, — он откинулся спиной к стене и скрестил руки на груди, скептически смотря на парня напротив. — Все люди, которые в полном порядке, пытаются проделать лбом дырку в столе, ага. Спрошу еще раз. Ты не в порядке. Что с тобой?       Солас смерил его тяжелым взглядом и вздохнул, снова уронив голову на руки. С каких пор у него стали интересоваться тем, как он себя чувствует? До сих пор всем было плевать на него. Даже родным. А тут люди, которых он знает всего ничего… Чудеса. Но от этого нечто теплое разливалось в груди. Ощущение, будто он действительно нужен. Что он не инструмент, а полноценный человек со своими мыслями, чувствами и эмоциями.       Несмотря на чувство тепла, червячком шевелящееся где-то под сердцем, отвечать не было никакого желания. Да и зачем?       Не поймет.       Осудит.       Будет презирать.       Как и все остальные.       Он такой же, как все остальные. Так зачем лишний раз напрягаться, если все равно все эти слова будут сказаны в пустоту..?       — Это из-за того, что произошло у Дарио, верно? — предположил Кастиэль, не обращая никакого внимания, на его полностью нерасполагающий к разговору вид. — Ты вел себя странно и говорил очень подозрительные вещи.       — Возможно, — Крис поднялся со стола и снова уселся боком в углу, подтянув ноги ближе к себе. Что угодно, лишь бы не встречаться взглядом с этими зелеными глазами, будто видящими насквозь. Лишь бы не рассказывать то, что ему не следует знать…       — Я правильно понимаю, что на Поверхности ты долгое время играл в карты? Вероятно, на деньги. Вероятно, в каком-нибудь подпольном казино.       — Возможно, — еще один уклончивый ответ. — Какая тебе вообще разница? Разве не важно просто то, что я помог вам? Так какое тебе дело, как это получилось и что к этому привело? — Крис лишь потом подумал, что это прозвучало слишком грубо. Когда увидел, как сузились глаза Каса, как он убрал руку, ранее подставленную для удобства под подбородок.       — Мне просто интересно, — Кас встал и забрал у Криса давно забытую чашку из-под чая. Он подошел к раковине, чтобы сполоснуть ее. Шум воды, внезапно раздавшийся на тесной кухне, вывел Соласа из мимолетного ступора.       Вытерев руки, Кастиэль сел обратно, снова внимательно посмотрев на рыжеволосого юношу. А затем внезапно улыбнулся и сказал:       — А ты зато отвлекся от своих мыслей, не так ли? До этого ты выглядел совсем хреново.       «И правда», — подумал Крис. Паника и страх ушли, уступив место слегка нервному спокойствию. Но говорить все еще ужасно не хотелось. Он ничего не ответил Касу, лишь встал и тихо проговорил:       — Спокойной ночи, — Крис ушел, оставив Ренделла в одиночестве на кухне смотреть, как рыжеволосая фигура исчезает во тьме притихшего дома.

***

      Уже час Крис ворочался в постели в самой дальней комнате дома Лиз, которую она выделила им с Касом еще некоторое время назад. Хоть он и пожелал Ренделлу спокойной ночи, но сон к нему никак и не шел.       Ему казалось, что он успокоился. Но стоило закрыть ему глаза и погрузиться в объятия сна, как навязчивые мысли и образ с занесенной над ним рукой снова преследовали его.       Там, во сне, не было никого, кто мог бы помочь ему. Ни единой души. Лишь липкая и холодная тьма, щупальцами обвивавшая худое тело, сжавшееся в белый комочек перед ним, в котором он узнал себя. Та фигурка выглядела такой маленькой и слабой, словно поломанной куклой с обрезанными ниточками. Но она смогла подняться, пошатываясь, встать в полный рост, едва ли доставая до середины жуткого, словно смазанного неосторожной кистью черного пятна, склонившегося перед ней. Пятно смеялось. Хохотало, безудержно сотрясаясь. Беззубый рот чернильным провалом, будто осыпающимся мелом очерченный, ухмылялся, глядя на наглого мальчишку.       Фигура замахнулась. Звук разбитого стекла оглушал. Осколки дождем осыпались на хрупкое тело, отлетевшее прочь. Пятно злилось. Смолянистый цвет начал отливать кровавым. Будто сама бездна разверзалась, заглушая своим рокотом все остальные звуки, поглощая в свою тьму пламя преисподней. Крохотная фигурка забилась в угол, дрожа. Ее ручки прижимались к шее, где расплывалось алое пятно, расцветая маковым цветом.       Большое пятно побледнело, сливаясь с поглощающей тьмой вокруг, а затем разделилось на несколько таких же пятен. Они были чуть поменьше. Они кружили вокруг фигурки будто стая волков. Как вороны налетали на нее. Как мотыльки на огонь. Пачкали ее чистую белую кожу черными разводами, что как тающий воск капали с них, оставляя следы на полу. Тянулись липкими руками, возникали за спиной, толкая в чернильную грязь под ногами.       Хрупкая фигурка упала. Колени и ладони замарала в чем-то черном. Она закрывала лицо, но вскоре и щеки, и челюсть, и шею, и плечи, и живот покрыл слой смоляных брызг, мешающихся периодически с маковыми лепестками. А маленькие пятна вокруг ходили. Хохотали, ручками-щупальцами размахивая. Смотря, как белое тельце сворачивается в комочек, рот открывает в немом крике, не находя в себе сил издать хоть звук.

Помогите. ПОМОГИТЕ. Я не хочу. Оставьте меня. ОСТАВЬТЕ МЕНЯ ВСЕ. ОТПУСТИТЕ!

      Словно утопающий, жадно хватая воздух, Крис вынырнул из сна. Горло пересохло, а грудь тяжело вздымалась, как после долгого бега. Сердце колотилось как бешеное, загнанным зверем мечась в груди.       Солас прикрыл глаза, выдыхая и пытаясь восстановить дыхание, как ощутил чужую руку на своем плече. Опять. Он поднял взгляд — возле него, на краю кровати, сидел Кас. Растрепанный. Домашняя, чуть великоватая, футболка сбилась куда-то на один бок. Сонные глаза смотрели взволнованно.       Крис повернул голову. Тихо развевались тонкие шторы на окне, повинующиеся легкому дуновению пещерного ветра. На улице еще было совсем темно, а значит «рассвет» еще не наступил. Он прикрыл глаза, дотрагиваясь подушечками пальцев до век. Ресницы влажные. На щеках еще не высохли дорожки слез. Глубоко вздохнув, он посмотрел на парня, сидящего около него.       — Я тебя разбудил? — тихо спросил он, испугавшись своего охрипшего голоса. — Прости. Я не хотел.       — Ты пару часов сильно ворочался и тяжело дышал, — Кас передал ему стакан с водой, стоящий на письменном столе у стены, придерживая за дно, чтобы Крис, пальцы которого дрожали и не гнулись, не разлил все на кровать. — Все было нормально, пока ты внезапно не стал задыхаться и пытаться кричать, — он проследил, как тот отпил немного, и вернул стакан на место. Руки Соласа стали трястись меньше.       — Прости, — Крис виновато потупил взор. — Ты вчера ночью не выспался из-за меня, а в итоге я снова не даю тебе поспать. Я уйду на кухню, спи, — он уже отбросил одеяло, собираясь выбраться из кровати, как Кастиэль схватил его за руку, останавливая.       — Не неси ерунду. Ты мне не мешал. Где ты собрался спать там? Лиз отдала тебе целую кровать не ради того, чтобы ты ошивался по углам в ночи, — Ренделл внимательно посмотрел на него. — Лучше скажи, что случилось? Я знал до этого, что тебе снятся кошмары, но… Это переходит все границы.       Крис поджал губы, смотря на человека перед ним. Он мог бы накричать на него и, взяв подушку и одеяло со своего старенького дивана, уйти спать в другую комнату. Прочь от этого рыжего недоразумения, давящегося воздухом и собственными слезами во сне. Но он сидел напротив него. В этой крохотной душной комнате, выделенной Лиз им двоим еще в тот момент, когда сам Крис должен был успокаивать почти сломавшегося Каса. Непричесанный, невыспавшийся, с темнеющими кругами под зелеными глазами, полными легкого волнения и непонимания. Крис уже не помнил, что это такое, когда кто-то за тебя волнуется.       Солас прикрыл глаза и, повинуясь какому-то мимолетному порыву, наклонился вперед, утыкаясь лбом в чужое плечо, скрытое рукавом черной футболки. Мягкая ткань пахла дымом и какими-то подземными травами. Такой незнакомый и одновременно уже такой родной запах. Ставший таким привычным за эти несколько недель.       — Все так плохо? — раздался тихий смешок Каса.       — Ой, заткнись, пожалуйста, — прошептал Крис, протягивая руку и сжимая ткань футболки на спине. — Хоть на минуту перестань задавать вопросы.       Кастиэль лишь хмыкнул на это, но ничего не сказал. Крис закрыл глаза, вслушиваясь в чужое дыхание, спокойное и мягкое. А после ощутил, как Ренделл слегка повернулся в сторону, не делая резких движений, чтобы не сбросить Криса с его плеча. Его рука скользнула по спине, успокаивающе провела по плечам, чтобы в конце зарыться в волосы, осторожно перебирая пряди и замирая где-то на макушке. Чужое тепло согревало, словно далекое солнце, которое осталось где-то за плотной каменной завесой. И сердце, всколыхнутое бесами сна, постепенно успокоилось, птицей на рассвете затихло, пригревшись в его лучах.       — Так ты не расскажешь? — осторожно, почти шепотом, спросил Кас, словно боясь спугнуть юношу, внезапно доверившегося ему. Крис молчал, чувствуя ласковые прикосновения теплой ладони, медленно движущейся от волос к плечам, задерживаясь кончиками пальцев на жутком шраме, темнеющем на шее. Слушал размеренное и спокойное биение чужого сердца.       Почему-то ему хотелось верить.       — Расскажу, — тихо пробубнил Крис в чужое плечо. Ему совсем не хотелось отрываться от этого приятного тепла. — Только пообещай, что не расскажешь Лиз и Алексу. По крайней мере пока. Они разочаруются во мне.       — А я, значит, не разочаруюсь? — снова тот тихий бесящий смешок.       — Пообещай.       Рука Каса снова зарылась в его волосы, пропуская длинные пряди сквозь пальцы. Осторожно, не запутывая, не причиняя боли. Крис, как и Ренделл, ненавидел прикосновения к себе, тем более к своим волосам. Так почему же эти касания не раздражали?       — Обещаю.