Let me show you my world

Виски жидким золотом плескался на дне мутного, заляпанного отпечатками пальцев, стакана. Лед почти растаял, превращая и без того отвратительное на вкус горько-сладкое пойло в обычную воду с ароматом медицинского спирта. Патрика слегка мутило, но он с упорством не совсем трезвого, а если честно, откровенно пьяного человека, продолжал глотать дрянной алкоголь из грязного стакана. Будь он чуточку трезвее, обязательно задал бы себе вполне логичный вопрос: какого черта он сидит в каком-то Богом забытом баре посреди рабочей недели и целенаправленно напивается дешевым виски на пару с хроническим алкоголиком Троманом?! Который не в пример Патрику выглядел вполне себе трезвым, неспешно потягивая пиво всего лишь из второй бутылки. - Не понимаю, чего ты так убиваешься? Люди расстаются, это нормально. В конце-концов, Элиза не последняя женщина на этой планете, и не последняя женщина в твоей жизни! – оторвав взгляд от стакана, Патрик медленно повернулся к другу, искренне стараясь сфокусироваться на его лице. - Стабильность, Джо! Я убиваюсь из-за стабильности, которую потерял. Я привык, что моя жизнь идет согласно плану: приличное образование, дом в пригороде, высокооплачиваемая работа, любящая и заботливая жена, дети. А теперь, когда этот план нарушен, мне придется начинать все с начала! Боже! – с глухим стуком уронив голову на прохладную столешницу, Патрик издал полный отчаяния стон. - Мой сын будет расти без отца. - Ты слишком драматизируешь, Элиза не запрещала тебе видеться с Декланом. - Но, она увезла его в Лос-Анджелес! Не думаю, что он будет в восторге от перелетов между Чикаго и ЛА, когда пойдет в школу! – снова застонав, Патрик одним глотком допил остававшийся в стакане виски и зажмурился, стараясь проглотить терпкую горечь, что осела на кончике языка. - До этого момента у тебя есть еще лет пять, кроме того, может быть, однажды ты сам переберешься в ЛА, или Элиза остынет и вернется в Чикаго. Тебе нужно расслабиться, - порывшись в карманах, Джо протянул Патрику черную, блестящую визитку, на которой тонкими серебряными буквами был выведен незнакомый ему адрес. - Что это? – слегка прищурясь, Патрик повертел бумажку в руках, пытаясь определить ее принадлежность, но кроме адреса на ней не было больше никаких опознавательных знаков. - Место, где ты сможешь отрешиться от всех проблем, - на губах Джо заиграла многозначительная улыбка, от которой позвоночник Патрика покрылся ледяными мурашками. - Троман, мать твою, ты опять пытаешься затащить меня в какой-то притон?! Сколько можно тебе повторять?! Я не сплю со шлюхами и даже травку не курю! Спасибо, конечно, за поддержку, но, нет! – бросив визитку обратно в руки друга, Патрик попросил бармена повторить, сегодня ночевать в пустом доме он не собирался. - Ты можешь сидеть здесь сколько угодно, жалея свою униженную гордость, а можешь просто встать и пойти дальше, минуя все эти сопли разведенки и брошенки. Поступи хоть раз в жизни как мужик, Стамп, пойди потрахайся хорошенько, а завтра принимайся заново выстраивать свою новую, свободную, полную приключений, хотя в твоем случае, это будут лишь ежедневные походы в Walmart, жизнь! Хватит уже быть таким снобом, твоя мать тебя не видит! Разве не во имя свободы ты так рвался в Чикаго? – скрип стула о деревянный пол заставил Патрика вздрогнуть. Оставив деньги на барной стойке, Джо встал. – Я ухожу, а тебе следует перестать быть маменькиным сынком. Тебе 32 года, чувак! - Джо, - схватив с каким-то отчаянием друга за рукав джинсовой куртки, Патрик поднял на него затравленный взгляд. – Я ведь не рассказывал тебе почему Элиза меня бросила, - голос опустился почти до шепота, а сердце упало в пятки. Неужели он действительно собирается сказать об этом? – Она застала меня в копировальной со спущенными штанами, пока мой секретарь отсасывал мне. И зовут этого секретаря не Памела, Шерон или Валентина, его зовут Джек, - пальцы, сжимающие грубую ткань, практически побелели, Патрик не отрывал взгляд от пола, боясь даже взглянуть на друга, ожидая от него насмешек, оскорблений, чего угодно. Но вместо этого, на стойку вновь легла черная визитка с серебряными буквами. - Тогда тебе тем более стоит посетить это место, - почти по-отечески ласково проговорил Джо, осторожно отцепляя пальцы друга от своего рукава. – Мы живем не в средневековье, чтобы кто-то осуждал тебя за твои вкусы, Пат, - мягкая ладонь на секунду легла на светлую макушку, и Патрик наконец поднял растерянный взгляд. – Позвони мне завтра, хорошо? – улыбнувшись, Джо засунул руки в карманы и отправился к большим деревянным дверям. Шум с улицы донесся до ушей Патрика приглушенным эхо, когда друг оставил его наедине с правдой, которая заключалась в том, что его давно и прочно влечет к мужчинам. Всю свою жизнь Патрик старался соответствовать. Хорошо учился, не гулял допоздна, не выпивал с друзьями в отцовском гараже, встречался с девочками только из приличных семей и даже девственности лишился достаточно поздно по нынешним меркам, в двадцать один год. Но в конечном счете, все его старания, примерное поведение и желание стать золотым ребенком для своих родителей привели только к тому, что мать застала его с чужим членом во рту, зайдя в комнату, где он должен был делать домашку со своим одноклассником. Ничего в этой жизни не меняется. Разве что теперь сосет не он, а ему. Может, Джо прав? Может, стоит послать все к чертям и жить так как хочется, а не так как того требует общество и родители-католики? Взгляд невольно остановился на блестящей в тусклом свете пожелтевших ламп визитке. С сомнением взяв ее в руки, Патрик еще несколько минут крутил ее между пальцев, а затем решительно встал со стула. Район, в котором находился указанный на визитке адрес, был крайне неблагополучным, темным и безлюдным. Обшарпанные стены, заброшенные здания, зияющие черными провалами выбитых окон, косые взгляды редких незнакомцев, больше напоминающих бродяг, чем жителей мегаполиса. Патрик не чувствовал себя в безопасности, и чем дальше он уходил от привычных ему небоскребов и ярких неоновых вывесок, тем больше угасала его уверенность и нарастала тревога. - Блядский Троман, если меня здесь убьют, я вернусь и задушу тебя во сне, - вздрогнув от грохота металлических мусорных баков, Патрик подскочил на месте, оборачиваясь, уже готовый распрощаться с жизнью, но взгляд его наткнулся лишь на парочку бездомных, облезлых кошек. Сердце колотилось как ненормальное, с бешеной скоростью разгоняя кровь по телу и выветривая остатки алкоголя из головы. Несколько раз он разворачивался, собираясь покинуть криминальный квартал, но столько же раз вновь возвращался на едва освещенный тротуар, в надежде уже дойти до загадочного борделя, который так приглянулся другу. В том, что это бордель, Патрик не сомневался. Джо всегда славился любовью к незаконным, дерзким, а порой и опасным развлечениям. Остановившись на углу высокого здания из красного кирпича, Патрик сверил адрес. Черная, без единого намека на ручку, дверь располагалась в двух шагах от дороги, что ровным прямоугольником огибала строение. Но вот что было странно, у этого здания не было окон. Совсем. Неловко потоптавшись на пороге, Патрик робко постучал, в тайне надеясь, что ему никто не откроет, но вопреки его ожиданиям, дверь мягко, практически бесшумно, распахнулась. Аромат каких-то восточных благовоний ударил в нос. Сандал? Белое дерево? Жасмин? Запах был приятным, а девушка за стойкой администратора весьма симпатичной. Точеные скулы, вздернутый носик, большая грудь, тонкая талия, словно только что сошла с обложки какого-нибудь мужского журнала, Патрик невольно залюбовался ее искусственной красотой, медленно подходя к стойке. Дверь за спиной тихо щелкнула, отсекая от внешнего мира, но он этого даже не заметил. - Здравствуйте, вы у нас впервые? – спросила она, улыбаясь одной из тех улыбок, которые используют все девушки-администраторы в клубах, отелях и дорогих ресторанах. - Д-да, я… эм… впервые, - промямлил Патрик, внезапно вспоминая с какой именно целью он пришел в это странное место. - Могу я увидеть ваше приглашение? – вежливо поинтересовалась девушка, протягивая над столешницей свою изящную руку ладонью вверх. - Приглашение? Но, у меня только это, - вложив в ладонь администратора визитку, Патрик непонимающе взглянул на ее кукольное лицо, которое тут же озарила еще одна фальшивая улыбка. - Вы предпочитаете мужчин или женщин? – спросила девушка, протягивая карту, похожую на игральную, но на ней не было никаких рисунков, только черная, гладкая поверхность. - Я… я… - получить такой вопрос в лоб было для Патрика в новинку. Никто и никогда не интересовался о его предпочтениях, даже не задумываясь о том, что его может привлекать как женская красота, так и мужская. – Мужчин, я предпочитаю мужчин. Девушка снова улыбнулась, вбивая какие-то данные в компьютер. Патрик ощущал себя неловко в этой тишине, нарушаемой лишь стучанием длинных, наманикюренных ногтей по клавиатуре. Но ведь за этим он и пришел, верно? За свободой. - Есть какие-нибудь особенные пожелания? – заинтересованный взгляд девушки заставил Патрика вспыхнуть. Она хочет знать о его грязных фантазиях? О том, хочется ли ему, чтобы кто-нибудь выпорол его жестким, кожаным ремнем, называя похотливой сучкой? В горле моментально пересохло, но внизу живота появилось такое приятное, щекочущее ощущение предвкушения. - Нет, я, эм, предпочитаю классику. В смысле, не то чтобы у меня так много опыта в этих делах, я имею в виду с мужчинами не так уж много опыта, с женщинами я на короткой ноге, да, - неловко засмеявшись, Патрик взволнованно оттянул ворот рубашки, понимая, какую чушь он сейчас несет. Боже, это так унизительно, нужно было развернуться и уйти сразу же, как только дверь открылась. Эта мысль прочно засела в его голове, пока он нервно ерошил свои волосы, а капельки пота стекали по его вискам на шею, исчезая под дорогим хлопком. Еще ведь не поздно? - Пожалуйста, успокойтесь, - тонкие пальчики легли на его плечи так уверенно и заботливо, что он просто был не в силах сопротивляться, пока девушка вела его по длинному коридору к одной из комнат. – Здесь никто не причинит вам вреда, конечно, если вы сами об этом не попросите, - проговорила она ласково на ухо Патрику, вызывая мелкую дрожь по всему телу. – Приложите, пожалуйста вот сюда вашу карту, - попросила администратор, указывая на электронный замок, и Патрик повиновался. Но едва его рука коснулась устройства, на его глаза опустилась мягкая повязка из плотной, непрозрачной ткани, погружая его в кромешную тьму. - Что вы делаете? Зачем это? – Патрик запаниковал, пытаясь коснуться руками лица, чтобы вернуть себе зрение, но администратор перехватила его запястья. Для хрупкой девушки хватка у нее была на удивление крепкой. - Таково одно из правил Красного Дракона. Пожалуйста, не пытайтесь снять повязку, вы все равно ничего не увидите, - спокойно проговорила она мягко подталкивая Патрика в спину. Едва он сделал шаг вперед, за спиной раздался щелчок. Дверь закрылась. Тут же стянув с себя повязку, Патрик к своему ужасу обнаружил, что девчонка была права. Он стоял посреди нигде. Здесь была такая густая темнота, что у него моментально участилось дыхание от приступа клаустрофобии. Он не мог разглядеть даже собственные ладони, не то, что обстановку или того, кто еще должен находиться в этой комнате. А должен ли? - Эй? Здесь есть кто-нибудь? – звук, сорвавшийся с губ Патрика больше походил на писк, чем на голос взрослого, половозрелого мужчины. - Есть, - чьи-то пальцы скользнули по пуговицам, и Патрик отскочил, врезаясь лопатками в дверь позади себя, стараясь вжаться в нее как можно сильнее, слиться с ней. Кто бы сейчас не стоял перед ним, это совершенно точно был мужчина, и он негромко, но искренне смеялся. – Боже, ты такой напряженный. Новичок, да? Не бойся, я не кусаюсь, ну, только если ты сам не попросишь. - Где-то я уже это слышал, а потом меня запихнули в комнату, где даже слепому станет не по себе, - огрызнулся Патрик, едва сдерживаясь, чтобы не начать звать на помощь, уж очень все это было похоже на западню. А завтра его бездыханное тело без почек и печени найдут где-нибудь на городской свалке. - Ладно-ладно, я понял, я больше не стану трогать тебя без твоего разрешения, - отозвался голос и звучал он вполне миролюбиво. Во всяком случае, Патрику казалось, что у маньяков голос должен быть как-то… агрессивнее что ли. - Да, спасибо. Постой, а как… как ты меня видишь? - Это секрет, но если ты пришел просто поговорить, я не против, в конце-концов, не всем нужен только секс, - Патрик уже хотел было возмутиться, потому что это крайне не справедливо, что он даже не может увидеть того с кем собирается переспать, но что-то заставило его промолчать. Правило Красного Дракона? Что за чушь?! - Я сам не знаю, зачем пришел, - с губ сорвался тяжелый вздох. – Я вообще-то не хожу по таким заведениям, я не любитель... всего этого, - сделав неопределенный жест руками, Патрик устало умыл лицо ладонями. - Ммм… Ясно, - невидимый собеседник, казалось задумался. Его молчание затянулось, и Патрик уже начал переживать, что мог задеть чувства этого незнакомца. Переживаешь за шлюху, Патти? В этом весь ты. Голос Джо в голове звучал невероятно громко. – Дай угадаю, ты женат, у тебя есть дети, но жизнь твоя скучна и уныла, и тебе захотелось попробовать чего-нибудь новенького. Какой-нибудь приятель или друг любезно рассказал тебе про это место, и вот ты здесь, - Патрик был удивлен. Незнакомец оказался на удивление проницательным, это даже восхищало. Впрочем, вероятно, Патрик не единственный такой идиот и совершенно точно не первый, кто приходит сюда именно по этой причине. - Ты прав почти во всем, кроме одного, я был женат, так что… - Так что ты все еще приличный человек, который не изменяет своей жене со шлюхами, - незнакомец снова засмеялся, и теперь этот смех показался Патрику даже приятным. - И я пришел не просто поговорить, - добавил он чуть тише и почему-то представил, как невидимый собеседник улыбается. - Ладно, - проговорил голос спустя короткую паузу. – Сейчас я возьму тебя за руку, хорошо? Патрик кивнул, и чужая, теплая, слегка мозолистая ладонь сжала его пальцы. Незнакомец потянул его вперед, помогая передвигаться по комнате, а потом, слегка надавив на плечи, усадил на что-то мягкое, очевидно, кровать. Пальцы коснулись галстука, начиная его развязывать, но Патрик перехватил руку, чуть сбивчиво выдыхая и опаляя ее горячим дыханием. - Подожди, - проговорил он, сглатывая ком, образовавшийся в горле. – Могу я хотя бы узнать как ты выглядишь? Опиши свою внешность, не хочу заниматься сексом с невидимкой. Незнакомец, казалось, слегка замешкался, но затем, его рука прижала ладонь Патрика к чужому затылку. - У меня темные волосы, - голос стал ниже, и Патрик почувствовал, как от кончиков пальцев по всему телу побежали мурашки. Рука незнакомца повела ладонь Патрика на шею, затем позволила коснуться подбородка с легкой щетиной, кончики пальцев очертили мягкие губы, внезапно оказываясь во власти влажного, горячего рта. Сердце пропустило удар, и Патрик издал тихий, судорожный вздох. – Карие глаза, - ладонь уже вела пальцы ниже, на крепкую грудь, твердый, накачанный пресс. Патрик мог поклясться, что насчитал минимум шесть рельефных ступеней на его животе. - О, Боже, - простонал он, поднимая вторую руку и касаясь ею гладкой кожи чуть ниже пупка. – Ты великолепно сложен. Человек-невидимка усмехнулся. - Это правда, - проговорил он, опуская одну из ладоней Патрика на свой на половину возбужденный член. – Средний рост, смуглая кожа, татуировки… - внизу живота защекотало, жар медленно растекался по венам, Патрик старался представить себе того, чей член наливался желанием под его пальцами, и не мог. В голове не осталось ни одной связной мысли, все, чего сейчас ему хотелось – это трогать, целовать и облизывать это великолепное тело, гладкое, упругое, сильное. Пиджак соскользнул с плеча удивительно легко, галстук, рубашка, брюки… Патрик больше не ощущал потребности в одежде. Откинувшись на постель, он почувствовал приятный, прохладный шелк простыней и чужие губы где-то в районе ключицы. - Я хочу поцеловать тебя, - отчаянно выдохнул Патрик, цепляясь за крепкие плечи, но ответ был не таким как он ожидал. - Это запрещено, - проговорил незнакомец, опускаясь губами все ниже и ниже по коже, лаская руками напряженные бедра, кончиком языка выводя влажные узоры вокруг пупка. - Ты не мог бы огласить мне весь список этих дурацких правил, я чувствую себя идиотом! – Патрик нахмурился и поджал губы, а невидимый любовник тихо усмехнулся. - Их не так много, как ты думаешь: не снимать повязку, секс только в презервативе, никаких поцелуев в губы, никаких имен и личностей, никаких телесных увечий, только по особой просьбе и это должно быть оговорено заранее, - горячие губы накрыли член внезапно. Патрик подавился воздухом, пальцами цепляясь за простынь. Его рот был так же великолепен, как и тело. Жаркий, ненасытный, влажный. Он брал глубоко и резко, его язык скользил по всей длине члена, ощупывая, изучая, до самой головки, слизывая выступающую смазку, лаская крохотное отверстие, сжимая губами. Зажмурившись, Патрик стонал, вплетая пальцы в волосы на затылке, прижимая ближе, подкидывая бедра, жадно трахая чужой рот. Но когда невидимый любовник вдруг отстранился, Патрик разочарованно заскулил, он был так близок к тому, чтобы кончить. - Хочешь быть подающим или принимающим? – от вкрадчивого шепота над ухом член Патрика напряженно дернулся, вызывая волну томительной дрожи, поднимающуюся от живота к груди. - Я… я не знаю… Я никогда еще не спал с мужчинами. Может, может ты просто отсосешь мне и на этом закончим? – робко спросил Патрик, пока ловкий язык вылизывал его ушную раковину. - Идет, - выдохнул голос, и Патрик вновь погрузился в сладкое ожидание разрядки. Ему не потребовалось много времени, чтобы кончить. Этот загадочный работник борделя был слишком хорош. Оргазм накрыл Патрика довольно скоро, стирая из памяти весь обратный путь до дома. Единственное, что он вспомнил на следующее утро, борясь с отвратительным похмельем, жутким привкусом во рту и общей слабостью, так это то, что еще ни с кем и никогда он не кончал так сильно, так долго и так быстро.