Монстр внутри меня

Он, как и следовало ожидать, был у себя. — Привет, есть время? — Привет. У тебя что-то важное? — хмуро спросил бархатный мужской голос. — Ну… Вроде того. — Так да или нет? — Для меня очень. Я не знаю, кому, кроме тебя, я могу довериться. — Уходи. Я не хочу ничего выслушивать, особенно девчачьи сопли и слюни. --Сейчас в нем говорил голос далекого детства, в котором он, все же, мыслил примерно так же. — Подожди! Ты не так понял! Это… — пыталась оправдаться девушка, но он ее грубо перебил. — Я сказал «уходи». Ты не поняла? — его голос хоть и был приятным, но от чего-то больно резал ей слух, а с ним и сердце. — Да пошел ты! — Кураши хотелось зарыдать. Почему он не хотел ее выслушать?! Ну и пусть. Это его проблемы. Она и без него справиться. Затем куноичи понеслась в лес, где и просидела за раздумьями неизвестно сколько времени. Когда она опомнилась, то сразу решила найти Какаши с его командой. Призвав небольшого серого дракона, куноичи на нем взлетела в небо. Команду коноховцев было отчетливо видно. Они двигались по направлению к ней. Кураши быстро спустилась на грешную землю и отозвала милое создание. Затем она быстро направилась навстречу им, имитируя нападение. Она уже слышала их неторопливые шаги. Они ее не заметили. Молниеносно ранив Наруто кунаем в плечо, отчего он лишь рыкнул, а Саске и Сакуру в ногу, она занялась Какаши. Немного поигравшись в ближнем бою, они отошли друг от друга и легко улыбнулись, после чего она с укором посмотрела на его команду. — Н-да… С защитой у вас хреновенько конечно. Какаши, ты их чему-то учишь? — Но Какаши-сенсей должен был нас защитить, значит, это его ошибка! — возмущалась Сакура. — Девочка, вы — тоже ниндзя. Он вам не курица-наседка, а учитель. Хочешь защиты — иди домой к мамочке с папочкой. Это мир шиноби, а не детский сад с квестами. — ее голос был ровным и насмешливым, но в нем четко прослеживалось нарастающее презрение. От этих слов генин стыдливо опустила глаза и начала пристально разглядывать землю. — Ладно, в Конохе я попробую вам чем-то помочь. Pov Саске Черт, я ничего не понял и не успел сделать. Она оказалась сильнее, чем я думал. Да, настолько сильной, что хочется прижаться к ней и легонько так чмокнуть в щечку… Так, стоп! Это не то, о чем мне надо думать. Интересно, у нее есть парень? Так, хватит! Это уже никуда не годится. Она старше. Она не может мне нравится. Я люблю Сакуру. А Кураши… Так, все. Она мне никто и я к ней ничего не чувствую. End of Pov — Кураши~чан, а ты идешь с нами? — казалось, Наруто совсем не волновало то, что она его ранила. — Да. Я тоже направляюсь в Коноху и буду там жить. Потом блондинчик начал осыпать ее вопросами, на которые она просто не успевала отвечать и просто легко смеялась. Ее смех был по-детски звонким, заливистым, мягким. В это время куноичи решила залечить раны, которые сама и нанесла. Сначала она подошла к Наруто. — Снимай кофту. И сеточку тоже.— невозмутимо сказала девушка. Наруто покраснел до кончиков ушей, но все же подчинился. Он вопросительно посмотрел на неожиданно спокойную девушку, которая, придерживая его одной рукой за спину, второй произвела зеленоватое свечение. У нее были восхитительно прохладные руки. Ранка без труда затянулась, не оставив и шрама. — А у тебя неплохая регенерация. — она сказала то, что давно знала. Хотя его способность к восстановлению была хуже, чем по канону, но в целом была лучше, чем у обычных шиноби. — Спасибо. — смущенно ответил парень, ведь он до сих пор был без кофты. — Аа, точно. Можешь уже одеваться. — поспешила обрадовать блондина девушка. — Как ты считаешь, за кого взяться дальше? — Конечно же, за Сакуру-чан! — без раздумий выпалил он. Бровь Кураши выгнулась дугой от изумления. — Ты настаиваешь? — Очень! Куноичи весело пожала плечами и в покорном жесте подняла руки. Сакура немного подалась назад, как бы говоря всем своим видом, что не поддерживает эту идею. Но Куро, пропустив этот непрозрачный намек мимо сада городского, с умиротворенно-меланхолической моськой подошла к ней и, отрицательно помотав головой, присела на корточки по-гопниковски. Чуть скривив ровный носик, она принялась затягивать достаточно глубокую рану. Сакура, которая до этого изо всех сил сдерживала крики боли, теперь сидела и довольно громко, а главное, очень раздражающе, особенно для Кураши, скулила и наполняла лесную тишину нелепым нытьем. Даже у Какаши задергался единственный видный глаз в такт глазу Куро. Они мрачно переглянулись и так же мрачно ухмыльнулись друг другу. Кое-как дотерпев столь неприятную для обоих процедуру, девушки вздохнули с облегчением. На очереди был Саске. Он полусидел-полулежал, облокотившись спиной на дерево. Одна ветка закрывала его лицо, и окружающие не видели, как он изучал лицо, а особенно тело Кураши. По крайней мере, он так думал. «Эх, сильную рану я конечно нанесла мальчишке, а ему-то 12 лет!». Действительно, это был глубокий, истекающий кровью порез, что начинался на сантиметров десять ниже бедра и заканчивался на коленке и шел почти по внутренней стороне бедра. Ситуация была пикантной. Учиха, как и Сакура, был не очень рад этому лечению и всем своим видом это показывал. «В общем-то, два сапога — пара " — подумала Кураши. Но Саске не был намерен так быстро сдаваться — ведь он был чертовски упрям. Поэтому, как только Куро начала к нему подходить, последний попытался скрыться за ближайшим деревом, но, наступив на раненую ногу, шлёпнулся на попу, успев упереться сзади на руки и подогнуть покалеченную ногу. При этом его чёлка эпично взлетела вверх и так же эпично вернулась на своё место, а глаза расширились от осознания собственной беспомощности и слабости. Она от вида этой короткой сцены хлопнула себя ладонью по лбу и сочувственно вздохнула. Когда она вновь подошла к уже лежащему Саске, тот, упрямо посмотрев ей в глаз, пододвинул ногу ближе к себе. Кровь из раны запачкала теперь, помимо шорт, еще и низ рубашки. Саске про себя чертыхнулся — мокрая ткань неприятно липла к телу. Кураши, по-прежнему не обращая внимания на это, подходила ближе, смотря Учихе в глаза. Ее взгляд будто приковал последнего цепями к месту. В ее, казалось бы, бездонном зрачке он неожиданно для себя увидел мелкие осколки алмаза, что сверкали, как звезды в ночном небе. Она с покерфейсом дернула его за больную ногу на себя, не обращая внимания на его завороженный взгляд и неясный стон больше боли, чем злости. Присев на его коленки, она аккуратно повернула его ногу раной вверх, услышав легкий вздох. Осторожно удалив куски мешавшей ткани, куноичи, как бы успокаивая, поглаживала его по ноге и одновременно залечивала рану. Саске про себя отметил, что у нее были прохладные нежные руки. Несколько прядей свисали с ее плеча, смешиваясь с челкой. Но как Учиха не старался рассмотреть, что же она скрывала, все равно не мог. Затем куноичи слезла с него и подала руку, но он ее проигнорировал и встал самостоятельно. Она невозмутимо пожала плечами и, развернувшись, встретилась взглядом с вопиющим от безобразия Наруто. С предельной нежностью и невинностью посмотрев в его глаза, она с удовольствием отметила, что его гнев растаял и сменился легким смущением, о чем свидетельствовал румянец на его щеках. — Ладно, пойдемте уже. Кураши всю дорогу слушала забавные истории Наруто и его мнение о каждом из его окружения. — Вот Сакура-чан, она очень милая, и веселая, и хорошая, и красивая, …… — сразу было видно, что он к ней неравнодушен. — А Саске-теме… Саске-теме, наоборот, ужасный, самовлюбленный, напыщенный индюк! — последние слова он выпалил с особым жаром, на что названный «индюк» хмыкнул. Только произнеся его имя, Наруто почти незаметно покраснел. «Значит, они все-же истинные.» — Учитель Какаши вообще-то хороший, но иногда себя странно ведет.-- и Узумаки в красках описал их первое испытание. — Ну ты, оказывается, и зверь! — Кураши задорно рассмеялась и игриво подмигнула Какаши.