2017 год. Нью-Йорк.
10 августа 2017 г., 03:07
Нью-Йорские пробки — то, что Луи не любил больше всего на свете. Он мог вытерпеть надоедливые обязанности на работе, отсутствие еды дома, сверхурочные в конце концов, но не пробки.
— Можно немного побыстрее? — Луи даже не старался сдерживаться, в полной мере показывая всем своим видом, как он устал, и как ему это надоело, но таксист лишь глянул на ворчливого клиента через зеркало заднего вида и пожал плечами.
— Я уже не смогу объехать, извините.
Сейчас почти десять вечера, шквал документов, которые нужно было рассортировать, вынудил Луи почти самым последним покинуть офис. И парень до сих пор недоумевал, с какой стати он должен был все это делать сам, когда за подобного рода обязанности отвечают бухгалтеры в отделе, которым он управляет.
Тяжело вздохнув, Луи откинулся на сиденье и устроился поудобнее. Из-за многочасового сидения на одном месте жутко болела спина, а просиживать ещё лишний час ему определенно не хотелось, но и перспектива идти пешком по мрачным, хоть и людным, улицам города тоже не выглядела привлекательной. Радовало лишь то, что в машине тепло и музыкальный вкус таксиста, выбравший одну из любимых радиоволн Луи, вполне себе неплохой. Он на это надеялся.
Так, не заметив, парень провалился в дрему, прислонившись лбом к холодному стеклу, пока таксист его тактично не похлопал по плечу, объявляя о приезде.
— Семь двадцать пять на счетчике, сэр.
— Семь двадцать пять? — возмущенно прохрипел Луи, ища бумажник в кожаном портфеле. — Грабеж…
— Не я цены выставляю, — простодушно ответил мужчина, поправляя кепку. Луи что-то пробубнил в ответ, вручая таксисту купюры, и с горем вылез из автомобиля, чуть не порвав свое пальто, зацепившись за дверь.
Заходя в многоэтажное жилое здание, парень немного успокоился, с вожделением мечтая о том, как он сможет наполнить ванну и понежиться столько, сколько ему будет угодно, — у него завтра выходной, и никто не посмеет ему его испортить. Кивнув консьержу, Томлинсон поднялся на лифте на свой этаж и, наконец, зашел в квартиру, сразу скидывая с ног осточертевшие за весь день тесные туфли.
— Ну что, старик, — в тишину квартиры выдохнул Луи, откладывая портфель на комод и вешая пальто на вешалку в шкафу, — мы дома, пора отрываться.
И веселье знаменовалось тем, что Луи не спеша, наслаждаясь своей ленивой медлительностью, которую он мог себе позволить только дома и только в выходные, вальяжно отправился на кухню, намереваясь уничтожить те жалкие остатки его вчерашнего ужина, что он, впрочем, не приготовил сам, а всего лишь заказал в местном ресторане, но и это радовало. Лучше, чем ничего.
Он снял рубашку, вешая ее на кресло возле барной стойки, дабы и ее не испачкать в томатном соусе, как было вчера, нырнул с головой в холодильник, с победной усмешкой доставая контейнер со спагетти по-флотски.
Когда Луи вошел во вкус, устроившись с ногами в кресле напротив телевизора и засовывая в рот макарон явно больше, чем он мог себе позволить, сверху раздался такой оглушительный грохот, что парень чуть не выплюнул все, что так старательно впихивал себе в рот.
Замерев и вслушиваясь во все исходящие с верхнего этажа звуки, Луи мог сделать вывод, что там явно что-то не так. Когда он решил забыть об этом и обратить свое внимание на телевизор, снова раздался шум, теперь вместе с шипящей бранью его соседа. Там определенно что-то не так.
Луи быстро прожевал еду и вскочил с кресла, направляясь в прихожую, где оставил свой портфель. Порывшись внутри, парень, наконец, выудил телефон, и, найдя нужный номер в списке контактов, приложил мобильный к уху, ожидая ответа, в то время, когда наверху кто-то активно отбивал чечетку.
Вдруг все затихло, а на том конце неуверенно протянул голос:
— Луи? Эм, привет? Чем обязан?
— Тем, чтобы обеспечить мне отдых в половине двенадцатого вечера, Лиам. У тебя там дискотека для глухих? — Луи слышал, как на том конце его сосед снова что-то пробормотал, прикрыв динамик рукой.
— Черт, извини, — Лиам тяжело вздохнул. — Просто… а, неважно. Больше никакого шума, пока!
— Стоять, Ли… — но звонок сбросили, и Луи хмыкнул, смотря на заставку в своем телефоне. Постояв на месте и обдумав все за и против, парень все же отложил телефон, накинул первую попавшуюся под руку в спальне футболку, и пошел к балкону, решив идти на крайние меры.
Луи не любил свою квартиру за ее небольшие габариты, которые для него были слишком малы, когда на парня порой находило недалеко ушедшее детство, но то, что он ценил превыше всего, — пожарная лестница прямо у его окна. Поэтому Луи без труда вылез из него, бесшумно поднимаясь на второй этаж и заглядывая в незанавешенное окно.
Представшая картина заставила Луи изумленно распахнуть глаза, внимательнее изучая происходящее: Лиам сидел в кресле, нервно грызя большой палец и неистово отбивая ногой по полу, а то, что находилось напротив него, было самым интересным. На кушетке лежал человек, коего Луи не мог увидеть, лишь длинные ноги, облаченные в белые узкие брюки и высокие кожаные сапоги до колена, свисали с края. И тот явно был без сознания.
Но опрометчивой и глупой привычкой Лиама было то, что тот слишком часто оставлял балкон открытым, что и позволило Луи открыть дверь и войти в чужую квартиру, как в свою.
— А знаешь, я тут вспомнил, что ты мне задолжал за тот вечер двести баксов, помнишь? А времена тяжелые нынче, и… — как ни в чем не бывало начал лепетать Луи, игнорируя шокированного соседа, моментально вставшего с кресла и в секунду подлетевшего к Луи, тем самым не давая ему обзор на кушетку.
— Мама тебя не учила не врываться в чужую квартиру через пожарную лестницу? Сколько раз я тебе говорил не злоупотреблять моим доверием к тебе…
— У меня не было пожарной лестницы в детстве, поэтому повода не было, — ехидно улыбнувшись, перебил Лиама парень, обходя широкоплечего и угрожающе хмурого друга, и по-хозяйски усаживаясь в кресло, в коем меньше минуты назад сидел сам Пейн. Возможно, Луи был насторожен сложившейся ситуацией, но старался не подавать виду, желая утолить свое любопытство. Его взгляд словно случайно упал на кушетку, но изобразить удивление у него не вышло. Луи был в настоящем шоке.
Те длинные сапоги, что заметил парень, являлись лишь началом: их обладатель был выряжен феерично празднично и далеко не в нынешнем стиле. И более того, одежда мужчины была почти насквозь мокрой, как и волосы вместе со снятым пиджаком, пропитавшим плед на спинке кушетки влагой.
— Лиам, только не говори, что где-то проходил костюмированный бал, а это твой неудавшийся любовник, которого ты в порыве убил? Он не выглядит шибко резвым и живым… — Луи опасливо приблизился к мужчине, кожа которого и вправду была слишком бледной, — и я умолчу о том, почему он мокрый.
— Боже, Луи, — Лиам в отчаянии сжал голову, оседая на пол. — Вот зачем ты пришел…
— Скажи начистоту, что происходит? — серьезно произнес Луи, глядя на и вправду ошалевшего друга, который словно в подтверждение своего невменяемого состояния начал раскачиваться взад-вперед. — Черт, если ты ввязался во что-то криминальное…
— Я не ввязался ни во что криминальное, Луи! Иисусе! — неожиданно воскликнул Лиам, тут же косясь на мужчину, который, впрочем, неизменно находился в отключке. — Я его нашел, — нервно смеясь прошептал Пейн, заставляя Луи нахмуриться.
— То есть, ты его нашел? О чем ты?
— Отлично, ты ведь сидишь, да? Да, ты сидишь, извини, — парень вскочил с пола, снова начиная носиться по комнате. — Я сломал чертову структуру времени, понимаешь? — он воодушевленно всплеснул руками, явно находясь в эйфории от своего открытия. — Он был в Ист-Ривер, как я и думал. Я нашел портал, боже…
Луи покачал головой.
— Нет, я не понимаю, что за хрень ты несешь? Успокойся, — он встал с кресла, побуждая Лиама остановиться. — Все, хватит, отдышись, а потом говори.
Пейн часто закивал, машинально поправляя свою рубашку, после чего вздохнул и продолжил.
— Портал, портал в двадцать восьмое сентября одна тысяча восемьсот семьдесят шестого, Луи, это поразительно! Я прыгнул с Бруклинского моста и оказался в конце девятнадцатого века! Я следил по всему городу за герцогом Олбани. Представляешь, он оказался норовистым.
— Что значит, «норовистый»? И ты решил податься в суицидники? — спросил Луи, следя за бушующими на лице Пейна эмоциями.
— Нет, черт, нет, я не собирался покончить с собой. Он увязался за мной. Герцог Олбани увязался за мной. Он исключительный художник, Луи! Он писал огромное количество картин, его выставка проходила недавно. Ты можешь себе это представить?
Луи несколько раз кивнул, отходя от своего соседа и снова приземляясь в кресло.
— Чудесная история, ага, — Луи оглядел мужчину в странном костюме, вздохнул и снова устремил взгляд на Пейна, что замер в ожидании того, что Томлинсон скажет. — Я, конечно, подозревал, что ты человек, прямо скажем, непростой, но чтобы вбить себе такое… Лиам, знаешь, как твой сосед и друг в одном лице, я могу найти хорошее место, найти профессионалов…
— Ты считаешь, что я псих. Да? — перебил парня Лиам, в миг помрачневший от сказанных им слов. — И ты не веришь мне.
— Я больше поверю, что ты снял на ночь трансвестита с Таймс-Сквер. Мне все равно.
— Ты хочешь правду, кто он? Хорошо. Вот тебе правда, — он, — Лиам указал на мужчину на диване. — мой друг. Хакер. Лучший. Англичанин. Мы знакомы по Колумбийскому университету. Он приехал сюда на выставку «Мак-Экспо». Мы прогулялись, выпили по бутылочке Гиннеса, и, как хороший друг, я уложил его у себя. Не оставлять же друга на улице. А пока ты просиживал на работе, полил дождь.
— И сколько же он выпил?
— Его отрубает от одной бутылки, непереносимость алкоголя, знаешь? Эта версия правдоподобна для тебя и твоего детективного бюро? Ты доволен?
— Да, это более правдоподобно, — Луи сложил руки на груди, пока Лиам устало не вздохнул, потирая переносицу.
— Ты никогда мне не верил, всю нашу дружбу я был для тебя идиотом, все время, что мы знакомы…
— Лиам, хватит… Я… Да, я сказал лишнего, извини, но я никогда не считал тебя таким, просто ты порой… слишком увлекаешься.
— Слишком увлекаюсь? — Лиам выпустил громкий ироничный смешок. — Мог бы говорить мне в глаза все, что обо мне думаешь, черт возьми, — голос парня дрогнул, и он развернулся к соседу спиной. — Уходи. Еще друг проснется, я не хочу ничего выяснять.
Луи хотел было встать и положить руку Лиаму на плечо, уверить его в обратном, но, видимо, его слова реально задели парня. Утром он исправит положение.
— Ладно, спокойной ночи.
Томлинсон аккуратно вышел на балкон, закрывая за собой дверь и оставляя своего соседа наедине с собой и спящим товарищем.
***
Через несколько часов, уже под утро, Лиам смог осознать всю реальность и ужас происходящего, когда молодой герцог очнулся, сдавленно простонав и завозившись. Он принял сидячее положение, пытаясь раскрыть глаза, но тут же вновь простонал от боли. — Где я? — хрипло выдохнул герцог, когда Лиам подошел к нему, выставив руки перед собой. — Все в порядке. Ну, эм… Это сложно объяснить… — Если Вам нужен выкуп, мой дядя не заплатит ни цента. За исключением, может быть, моего наследства, — низко прохрипел Стайлс, из-за чего Лиам тут же отрицательно покачал головой. — Нет-нет! Вы не похищены! — Лиам нервно усмехнулся, но тут же побледнел, когда мужчина встал и начал угрожающе надвигаться на него. — Я ничего не вижу из-за того, что Вы в меня брызнули, глаза горят, как жаркое с перцем, мое лицо похоже на отбивную… Я еще раз спрашиваю, где я нахожусь?! — повысив голос, прорычал мужчина прямо в лицо испуганному Пейну, забившего себя в угол у окна. Тот открыл рот, чтобы ответить, но сразу его закрыл, решив действовать иначе и дергая занавески на окне, чтобы показать разъяренному дворянину внешний мир.***
Луи вышел из душа, натягивая домашние штаны, когда услышал чей-то голос, и тот явно принадлежал не Лиаму. Глубокий, и даже не смотря на резкость интонации, с которой говорил человек, бархатный. Парень прошел на кухню, заглядывая в холодильник и, к своему сожалению, обнаруживая полнейшую пустоту, пока сверху снова не началось нечто странное.***
— Может быть, Вы маньяк и затащили меня сюда, чтобы провернуть свое грязное дело, а? И Вы утверждаете, что я должен находиться у Вас в плену неопределенное время до нужного момента?! — Вы не в плену, господи, сэр, успокойтесь, и я не маньяк, клянусь Вам, — беспомощно пытался успокоить мужчину Лиам, но тот, казалось, находился в полнейшем потрясении. И на то были веские причины. Пейн лишь надеялся, что Стайлс не начнет громить его мебель на эмоциях. — Я не поверю, что Вы обнаружили какую-то щель во времени, и что я нахожусь в грядущем? Что за одну ночь прошло так много лет?! — Да, именно это я и хочу Вам сказать. Вы же должны это понимать, Вы гений, известный художник! — Что за чушь? — выплюнул Гарри, гневно натягивая свой сюртук, успевший высохнуть за ночь. — И где же я, черт возьми, нахожусь? — Вы всё в том же Нью-Йорке, Вы никуда не перемещались в пространстве. — Это, сэр, не Нью-Йорк! — эмоционально воскликнул Гарри, указывая на балконную дверь, в которой в тот самый момент показался растрепанный Луи, в домашней одежде и пушистых тапочках. — Именно он, родимый, — вставил парень, приветливо улыбаясь, когда два человека, близко стоящих друг к другу, вели бурный диалог и резко повернулись к Томлинсону. — Привет! Как Вас зовут? — мило начал он, смотря на недоумевающего от всего герцога. Тот замялся, неуверенно оглядывая незнакомца, прервавшего их. — Гарольд. — Чудесно, приятно познакомиться. Скажите, у меня компьютер сломался, нужно менять жесткий диск, какую фирму посоветуете? Гарри, казалось, замер в еще большем изумлении, пока Лиам с силой сжал челюсти, закатывая глаза. Луи победно ухмыльнулся, покачав головой. — Оу, человек прямиком с «Мак Экспо», понятно. Так Вы, должно быть, тот самый пришелец из прошлого, не так ли? — Все, хватит, — не выдержав, вмешался Лиам, порываясь закрыть балконную дверь перед самым носом Луи, но тот вовремя юркнул внутрь, уворачиваясь от своего соседа, что видимо, смог вытерпеть своего в наибольшей степени странного «друга», но Луи допек его окончательно. Томлинсон обошел кресло, становясь за ним, как за образной преградой для Пейна. — Ну, эй, Ли, познакомь меня со своим другом, я уверен, он очень интересный человек! — Луи, выметайся из моей квартиры, — процедил сквозь зубы Лиам. — Либо помоги мне, — добавил он, и глаза Луи загорелись. Он деловито поправил свою несуразно большую футболку, кивая. Лиам закатил глаза и обошел кресло, чтобы встать рядом с парнем. — У тебя ведь сегодня выходной, верно? — кивок. — Мне срочно нужно на работу, я не могу дозвониться до начальника, а не прийти я не могу тем более, иначе меня уволят. Ты можешь побыть с ним это время? Полчаса, максимум! — уверил Лиам, умоляюще глядя на скептически вздернувшего бровь парня. Тот вздохнул, обдумывая. — У тебя холодильник полный? — вдруг спросил он, озадачивая Пейна, но все же получил утвердительный кивок. — Без проблем, — беспечно бросил парень и указал на дверь. — Давай, иди, я присмотрю за твоим другом, — выделяя последние слова, показательно громко сказал Луи, за что получил укоризненный суровый взгляд. Лиам благодарно кивнул парню, подходя к Гарри. — Раз это не похищение, и Вы не хотите мне навредить, тогда почему Вы не откроете дверь? — тихо сказал мужчина, косясь на невозмутимого Луи, что важно прошел в другую комнату. — Послушайте, я… — полушепотом начал Пейн, кидая взгляд на кухню, чтобы убедиться, что их не слышат, а затем продолжил. — Я не могу Вам позволить этого, поймите. Вы не можете так просто взять и уйти. Это Нью-Йорк Сити, сэр, теперь это не настолько безопасное место. Посмотрите на себя, — он указал на одежду Гарри. — Вы будто из психиатрической лечебницы сбежали, не поймите меня не правильно. Я понимаю Ваше беспокойство, и прошу, доверьтесь мне. Я верну Вас обратно, обещаю, — уверял герцога парень, но неожиданно из кухни показался Луи. — Пс-с, Лиам, у тебя есть «coco pops»? Извините, что прерываю, но это важно. Лиам устало вздохнул, покачав головой. Но уже привыкнув к несносному и абсолютно невзрослому характеру друга, для Пейна это не было неожиданным. — Да, я покупал специально для тебя, всё, проваливай обратно, — бросил он, махнув рукой, что Луи и поспешил сделать, лучезарно улыбнувшись напоследок. — Этот человек странный, он безумен, я мог его видеть прежде? — вдруг вставил Гарри, вглядываясь в место, где только что был парень. Лиам выпустил смешок. — Поверьте, нет. Портал откроется снова на следующей неделе, — продолжил он рассказ, потирая правый висок. — На следующей неделе, в понедельник. Это было моим запасным планом, если бы у меня не вышло вчера. Он открывается циклически, понимаете? — Это похоже на… Солнечное затмение, — предположил Гарри, на что Лиам восхищенно часто закивал. — Да! Верно! Я знал, что Вы поймете, — он улыбнулся, но затем вновь продолжил. — Да, раз в двадцать лет, понимаете? — Обычно, я все понимаю, но с тех пор, как я встретил Вас, я не понимаю ничего. Могу только предположить, что это ночной кошмар, и все это — мне снится. Или, быть может, я умер… — Вы не умерли, поверьте, — со смешком перебил мужчину Пейн, собирая свою сумку, и заодно, впопыхах, сгребая бумажки с комода и протягивая их Гарри. — Держите, это мои расчеты. Герцог неуверенно взял бумаги, когда Пейн потянул его к дивану. — Садитесь, вот, — он вновь указал на бумаги. — Для меня будет… честью, если Вы просмотрите это. Извините, мне вправду нужно очень торопиться, доверьтесь Луи, он хороший человек, правда. Луи! — выкрикнул он, после чего в проходе незамедлительно вновь появился Томлинсон, что-то засовывая в рот. Впрочем, как обычно. — Я ухожу, пожалуйста, Луи, ты понял, что нужно делать. — Да-да, проваливай уже, — отмахнулся парень. Пейн кинул последний взгляд на друга и странного гостя, взял сумку и вышел из квартиры, оставляя двоих наедине.
