Личный протокол Брока Рамлоу

- Капитан хорошо отзывается о тебе и группе в целом, чем спасает от выбраковки. Я доволен твоей работой, Рамлоу. - Спасибо, сэр. Александр Пирс или председатель Пирс принимал Брока в своем кабинете. Светло-русый, с цепким хитрым взглядом, не лишенный очарования, пусть и поизносившегося годами. Он был умен, Броку нравилось работать на умных людей. Подчиняться фанатикам и тупицам – себя не уважать. - Но я позвал тебя по другому поводу, – Пирс расстегнул пару верхних пуговиц на кипенно-белой рубашке и откинулся на спинку кресла. Стакан с янтарной жидкостью стоял рядом с работающим ноутбуком. Отсутствие пиджака и галстука также подчеркивало неформальность обстановки. – Как ты относишься к Агенту? Он смотрел на командира прямым открытым взглядом, приправленным толикой искреннего интереса. Но Брок знал свое начальство лучше, чем священник собственные проповеди. За легким тоном и откровенным радушием скрывалась карающая длань. Александр Пирс никогда не орал на подчиненных, предпочитая испачкать руки в их крови. - Лучшее оружие, которое когда-либо видел, – спокойно ответил Брок, игнорируя беснующуюся паранойю. Пирс изучающе рассматривал его какое-то время, по его взгляду не удавалось понять, удовлетворен ли он такой формулировкой. - Кое-кто из научного отдела считает неразумным расходовать ресурсы Агента на стандартные операции. Его продолжительное пребывание вне крио беспокоит ученые умы. – Председатель поднялся и прошелся до окна, рассматривая горящий закатным пламенем Нью-Йорк. – Они мечтают запереть его в клетке и не выпускать вообще. Боятся и правильно делают. Скольким из них он свернул шеи как куропаткам. Пирс усмехнулся и, повернув голову, заглянул в глаза Рамлоу. Брок благоразумно помалкивал, пытаясь разобраться в сложившейся ситуации. Что от него требовалось, все еще оставалось неясным. До этого момента он не осознавал как сильно рискует. Один неосторожный шаг и жизнь его превратится в считанные часы. Не для того он столько пахал, чтобы все кончилось пулей в затылок. Думать головой всегда было аксиомой до встречи с Зимним. Он даже имени его не знал – всего лишь три буквы директории Д.Б.Б, но жертвовал своим будущим для него. Того, кто после обнуления даже не вспомнит о его существовании. - Ни страха, ни сострадания, – продолжил Пирс. – Машина в человеческом теле. Разве это не вдохновляет? Безграничная сила, безграничные возможности. Зимний Солдат – лучшее, что случилось с этим миром со времен Капитана Америка. А главное его преимущество перед Роджерсом – он не принимает решений. Я прав? - Да, сэр. - Не все готовы признать, что принимать решения, особенно правильные – привилегия избранных. Цена ошибки подчас в нашей жизни слишком высока. Оружие не должно пылиться, тогда оно сохраняет свою боеспособность и исправно служит на благо хозяину. Броку нечего было сказать, еще недавно он считал также. Машина. Оружие. Никто. Кем он являлся для него сейчас? Обузой, от которой следовало избавиться. Рамлоу понимал, но уже не мог. Теперь он свой, которого не бросишь, что бы ни случилось. Это знание прочно засело в голове вместе с чертовой буквой его имени. Джон? Джаред? Джеймс? Джастин? Словно имя породистому щенку подбирать. Суть в том, что не своему, вот только Рамлоу это не останавливало, ведь щенок ел с его рук, а не хозяйских. И что бы Пирс там ни считал, Агент умел принимать решения самостоятельно. - Я позволяю ему быть живым, – вернувшись к столу, Пирс в несколько кликов запустил программу. Большой экран на стене вспыхнул голубоватым сиянием и тут же подключился к камерам слежения какого-то заброшенного здания. Мрачная темная картинка с первых секунд показалась знакомой, но точно определить местоположение не представлялось возможным – таких мест на счету Гидры можно насчитать сотни. Брок смотрел на несчастных парней, которым не повезло разделить участь «тренировочного мяса» для Зимнего Солдата: с какой болезненной агонией они сжимали стволы своих винтовок, как опасливо ступали, прислушиваясь к каждому шороху. Обреченные. Доживающие последние минуты перед встречей со своим палачом. Он видел в них себя, но ему было плевать. Только бы его Джею не сделали больно. Где он? О чем думает сейчас, брошенный во тьму, одинокий? Словно волк загоняемый стаей глупых собак. Руки Рамлоу гудели от гнева, кулаки стали его сосредоточением. Вся та ярость, разрывающая его изнутри, готова была обрушиться на стоящего рядом человека. Но Джей нуждался в нем слишком сильно, Брок был обязан вытащить его из этого дерьма, оставаясь беспристрастным, бесчувственным мудаком, каким лепил себя все эти годы. Он заставлял себя слушать Пирса, смотреть как Солдат ломает руки и шеи и не вздрагивать от безумного выражения и дикого взгляда на его омертвевшем лице. Когда последнее тело в такой же как и у него форме валится на холодные плиты, Брок уже знает, что это завод. Рамлоу никогда не нравились граффити, но сейчас он готов признать их высшей степенью искусства, благодаря которому он точно знает, куда ехать. - Совершенный, – восхищенно протянул Александр Пирс, выключая трансляцию. – Каждое движение в цель. – В его глазах, обращенных на Рамлоу, горел нездоровый огонь. – Когда Гидра возьмет контроль над этим размякшим миром, я не задвину его в угол. Будешь ли ты подчиняться ему? – пытливый взгляд Пирса неприятно скреб внутренности. – Знаю, что среди твоих головорезов и не только ходят разные толки… Прогнешь ли их для него и выше себя поставишь? - Ну с Кэпом же смог, – нахально бросил Брок, обдумывая масштабы надвигающейся катастрофы. Проект «Озарение» - та самая точка невозврата, как Апокалипсис, от которого нет спасения. В его приход не веришь, пока не станет слишком поздно. – Мои парни тоже любви к нему не питают. - Это другое, – отмахнулся председатель. – У Роджерса всегда была личность. Агенту же предстоит ее сформировать. Свободен. Он ждал этих слов, как гонщик отмашки на старте. Ему приходилось сдерживать собственное тело, которое слушалось беспрекословно, а сейчас же выходило из-под контроля. Все летело к чертям. Брок чувствовал, что несется в опасном направлении, но тормозить не собирался. Он собирался забрать с собой лучшее оружие Гидры и остановить Апокалипсис руками Кэпа. Смертельно опасно, но путь на свободу того стоил. В машине Рамлоу сверился с координатами. Просто так, чтобы занять неуемное тело. Время в дороге похоже на бесконечность, тошнотворную и необратимую. Никто не гарантирует, что Солдат все еще там, но Брока ведет его шестое чувство и желание увидеть в Агенте Джея. Окраины западного Бронкса встречают его сонной тишиной. Заброшенная промышленная зона имеет все признаки запущенности, чего не наблюдается внутри самих помещений, не считая трупов и пятен крови. Резкий металлический, гнетущий запах неприятно давит на грудину. Это мертвое место непредназначенное для живых. Брок хотел бы поскорее убраться отсюда. Избегая попадания в зону видимости камер, он методично обследует одно помещение за другим. Тишина, как изголодавшийся зверь, набрасывается на его негромкие шаги. Брок не может отделаться от мысли, что за ним наблюдает прицел. Ни с чем несравнимое ощущение присутствия снайпера за своим плечом. Рамлоу уже не так уверен в целесообразности своего визита. Он замирает, раздумывая над тем достать ли ему ствол или просто подать голос. Что из этого окажется хуже для него? Нападение происходит абсолютно беззвучно, и только движение воздуха дает ему фору в несколько секунд. - Джей, – неуверенным тихим выдохом впервые слетает с губ. Броку сильно выкручивают руку и швыряют спиной в холодную поверхность стены, пришпиливая к ней за горло. Боль яркая и обжигающая вытесняет собой весь мир. Он пробует вдохнуть, когда она утихает, но пальцы на шее становятся очередным препятствием на пути кислорода в легкие. Он распахивает глаза и на какой-то мучительно-долгий миг, встречаясь с темными глазами Зимнего Солдата, ему кажется, что это конец. Но пальцы вдруг исчезают, а вместо них на плечо опускается косматая голова. Джей весь подается вперед, оплетая в объятии. Горячий и жесткий, пропитанный кровью и смертью. Брок чувствует как бешено бьются их сердца напротив друг друга, как дрожит под его ладонями сгорбленная спина. Он сильнее сжимает руки, пытаясь притянуть еще ближе – в себя, и зарывается носом в всклокоченную макушку. - Поехали домой, Джей, – просит-приказывает Брок и слышит прерывистый тяжелый вздох и в нем ему мерещится согласие.