Blessed

Иккинг, лежа на драконе, наблюдает как солнце медленно приближается к горизонту. Он уже несколько раз пожалел, что вообще начал эту затею, но отступать не хотел. Парень заметил эту шайку еще после битвы, и ему было интересно зачем они преследуют его. Тем временем к вампирке возвращался контроль над телом. Она с трудом разлепила глаза и попытался встать. Правда кандалы на руках и ногах, сцепленые между собой, помешали этому. — Как отдохнула? — Иккинг с интересом наблюдал за действиями блондинки, а дракон лишь приоткрыл один глаз. — Ах, ты... — она попыталась дернуться в его сторону, но стальной ошейник, который был прикреплен с помощью цепи к старому дереву, отдернул её обратно. — Будь счастлива, что я не оставил тебя на солнце... — это только разозлило её — Хотя, я бережно отношусь со всеми своим вещами — он уже представил её "взрывную" реакцию, поэтому и откинулся на дракона смотря вверх сквозь кроны деревьев. Последнему же, было мало интересно происходящее. — Ползучая тварь!! Троллин сын!!! — в её голосе столько "кислоты", что будь она материальна, то с легкостью бы уничтожила эти цепи. — Силы для ругани у тебя есть, значит и для небольшой прогулки тоже — Иккинг подошел к ней, отцепил цепь от дерева, помог ей подняться и прицепил цепь к седлу своего друга. — Как только я освобожусь, я отрублю твой длинный язык!! — Если это успокоит тебя, то можешь сделать это прямо сейчас — он протянул ей нож, а она посмотрела на него как на идиота — Что? Глоток крови и новый отрастет за полчаса или быстрее — это полностью выбило её из колеи. — Крови?... Нет, ты не можешь быть одним из нас: никто не может так долго держать человеческую форму! — по этой фразе, Иккинг понял, что ответов на свои вопросы он не получит: они просто выполняют волю хозяина, а «зачем?» – им знать не положено. — В этом ты права, я не один из вас, я намного лучше — в этот раз Иккинг использовал все свои навыки устрашения, — Совсем забыл, мы же не знаем имени друг друга — но тут же стал дружелюбние — Я Иккинг Кровожадный Карасик III, ну или просто Хэддок — он на перед знал её реакцию, и надеялся, что это разрядит ситуацию. — *СМЕХ* Ну и имя — она перевела свой взгляд на него и столкнулась с выжидающим выражением лица — К сожалению, мне нечего тебе ответить, так как я практически не помню прошлой жизни — её настроение испортилось при воспоминании о своем обращении — Меня такой сделал тот брюнет, которому ты отрубил руки — а это подняло его — Он хочет, чтобы я принадлежала ему, но я стала сильнее его и... — она запнулась, когда увидела его довольное лицо — Что? — Ну, поскольку ты – "моя собственность", то я вправе выбрать тебе имя — шатен был весь в предвкушении — Судя по виду ты жила на севере, а девушек этих краев называют «Валькириями», за их боевой характер — этот "логический" вывод он сделал на основе украшений, которые, как он предложил, остались с прошлой жизни. Пока вампирка была в ступоре от наглости «этого парнишки», он усадил её в седло Беззубика и попросил его начать движение домой. Они шли в тишине: валькирия не могла подобрать слова для сложившейся ситуации, а парень – обдумывал идею, которая пришла к нему в озере. Ему нужно было снять усталость, поэтому пришлось вновь сходить туда пока пленница была "выведена из строя". Он набрал в бутылку воды из озера, добавил несколько капель своей и в завершении – подержал в ней свой медальон. «Хуже точно не будет» – внушал чей-то голос из озера, и по какой-то причине Иккинг доверял ему. Вот только, как заставить её выпить это? После отравленой крови она не скоро поверит ему на слово. Возможно захочет, чтобы он первый выпил, но есть одна проблема: парень хочет крови когда ранен, а если он примет её без надобности – у него начнется приступ неконтролируемой агрессии. Чем больше выпито крови – тем лучше регенерация, рефлексы, обаяние, а также сила и ловкость. Он называет это состояние – «режимом Берсерка». Правда, самоконтроль оставляет желать лучшего. Совсем неожиданно в его голове родился коварный план: «а что если дезориентировать её?». Проще сказать, чем сделать, нужно сделать что-то неожиданное. А что если... Иккинг набрал жидкость в рот, и повернул валькирию к себе за плечо. — Что ты де... — он нагло впился в её губы, слегка приоткрыв их. Иккинг никогда не скажет, что это ему очень понравилось: её губы оказались холодными, с гнилым привкусом. Но, не смотря на все, что-то в этом было. Впрочем, о своей цели он не забыл и перелил жидкость из своего рта в её. — Какого дьявола... — вампирка закашлялась и обмякла в руках парня. — *ВЗДОХ* Если мне повезет встретиться с голосом из озера – я все выскажу ему об этой затеи — смотря в глубь леса, пробормотал он — А ты почему лыбишься? — дракон лишь посмеялся на своем языке — М-да, очень смешно...

***

Пробуждение вампирки стало не очень приятным: все тело, вместе с головой, отдавало пульсирующей болью. Само помещение было темным и узким: по ощущениям она находилась в ящике, или... гробу? «Это мерзавец похоронил меня!?» – единственная, поэтому и тревожная, мысль посетила её, когда она почувствовала немного земли под собой. Так еще и кандалы остались на ней. — Иккинг, если это одна из твоих проделок – тебе не поздоровиться — ответом стала тишина. Раньше ей было плевать на звуки, что её окружали – пока они не предвещали опасности – но сейчас она давила на неё. Складывается ощущение, что эти стены понемногу сжимаются. — Иккинг, это совсем не смешно — она пыталась сказать это уверенным, приказным тоном, но голос дрогнул еще на имени парня. А все из-за нахлынувших на неё эмоции, которые она чувствовала перед своим обращением. Это были ненависть, страх, обреченность и отчаяние. Она всегда считала "это" проклятием, но её не спрашивали хочет она быть такой или нет. Вампирка пришла в себя только когда кто-то начал поглаживать её по спине, шепча на ухо успокаивающею мелодию. — Не волнуйся, ты в безопасности — его мелодичный голос начал успокаивать её. — Я... Я... — она давно забыла, как называются подобные вещи. После обращения она не испытывала ничего кроме презрения и ненависти. — Тише-тише, мы волновались за тебя — сказал парень, крепко обнимая валькирию. — Мы? — тихо спросила она, уткнувшись ему в плечо. — Я, родители и Беззубик. Правда последний будет делать вид, что ничего не произошло, но он всегда так делает — он немного отдалился, одаривая её немного кривой улыбкой — Ты плакала – это хороший знак: трупы так не могут — Иккинг аккуратно вытер мокрые дорожки большими пальцами. — Плакала?? Но... как??? — она провела пальцами по немного влажным щекам, и обомлела когда посмотрела на руки:кожа, хоть и осталась слегка бледной, была покрыта небольшим румянцем. — Ты меняешься, как моя мама — шатен ловко отстегнул кандалы на ногах и откинул их в сторону — Надеюсь ты понимаешь, что ограничив твои движения мы обезопасим всех — он помог ей подняться, и уставился в ожидании ответа. — Понимаю: вы не доверяете мне — другого отношения она не ожидала — Я бы тоже так относилась к... — Что? Нет, просто в этом лесу можно легко найти неприятностей на свою задницу, так еще и мои изобретения раскиданы по всему дому — парень почесал затылок, мысленно делая заметку, что нужно наконец-то заняться уборкой — Пошли, мы как раз сели ужинать. «Кровью, что-ли?» – мысленно спросила валькирия, но решила не задавать такие вопросы. На кухне же, царила полная идиллия: все три существа были полностью расслабленными во время общего приготовления пищи, благо большая кухня позволяет развернуться. Главной все же остается Валка, а остальные помогают ей выполняя небольшие просьбы или поручения. — Как самочувствие? — спросила женщина, не отвлекаясь от своего занятия. Мужчина кивнул в знак приветствия, а у дракона поднялось настроение. — Истощенное... — вяло ответила она. — Думаю, тебе лучше присесть — Иккинг помог вампирке сесть за стол. Её тело хоть и стало выглядеть лучше, но, по сравнению с обычным человеком, выглядела она как разбитая машина. "Пленница" старалась не поднимать лишний раз головы, дабы избежать встречи с чьим-то взглядом и не тратить силы, коих было не так уж и много. Но когда её нос уловил запахи блюд – она подняла голову со стола, поскольку во рту началось выделение слюны, а организм потребовал удалить голод. Такое случалось с ней, когда она чуяла запах свежей крови из открытой раны и/или видела выпирающие вены и артерии. Она даже невольно облизнулась, что не укрылось от внимательного взора Валки. — Отвыкла от такой еды? — с улыбкой спросила она — Я конечно не ожидала, что ты очнешься, но это не значит, что тебе не хватит. — Вы слишком хорошо относитесь ко мне, учитывая мои действия. — Именно поэтому мы не держим обиды. Ты лишь выполняла волю вампира сильнее тебя — чисто инстинктивно валькирия хотела возразить, но Валка оказалась быстрее — Не надо это отрицать, ведь я была как ты, пока не послала всех гореть в вечном огне и не стала жить в этом лесу. Раньше он был намного спокойнее и аномалий не было — она откинулась назад, прикрыв глаза, вспоминая первые дни жизни в этом лесу. — Это фсе ис-са офера, я ф этом уферен — пробубнил Иккинг с набитым ртом. — Прожуй сначала — приказал, молчавший до этого времени, мужчина. — Ах да, меня зовут Валка, моего мужа – Стоик, а с моим сыном ты уже знакома. Блондинка кивнула и принялась неуверенно употреблять пищу. Несколько раз еда застревала в горле из-за плохого пережевывания, но Иккинг сидел рядом и помогал избавиться от застрявшего куска. Когда с ужином было покончено все разошлись по своим делам, кроме Валки – которая решила помыть посуду – и вампирки – чья голова покоилась на столе. — Тебе не понравилось? — обеспокоенно спросила женщина. — Нет, просто ваша вкусная еда не убрала моей усталости — наевшись она почувствовала себя лучше, но тело все равно было тяжелым. Женщина кивнула и, подойдя к проходу, позвала сына. — Иккинг, проводи Астрид в свою комнату, пускай поспит там сегодня — Иккинг понимающе кивнул. — Астрид? — женщина обернулась и непонимающе посмотрела на неё. — Разве это не твое имя? — вампирка мельком взглянула на парня, на котором почти было написано: «Как я мог об этом забыть?». — Ах да, мое, просто плохо начинаю соображать — Иккинг, за спиной матери, облегченно выдохнул.

***

В комнате Иккинг царил невиданный до сели беспорядок: хозяин комнаты начал перебирать вещи, коих было огромное количество. Благо в таком состоянии была лишь половина комнаты, в которой находится стол с сундуками. Через окно, над столом, видно лишь розовые облака: так было задумано изначально, чтобы солнце нельзя было увидеть через большинство окон в доме. В такое время вампиры начинают действовать намного активнее, но эту вампиршу интересует только отдых, отдых и еще раз отдых. Ну или почти... — Значит, Астрид, да? — она вопросительно посмотрела на шатена перед ней. — А, что? Красивое имя для красивой девушки — от этого её некогда мертвое сердце пропустило удар, но вампирка выбросила из головы это странное чувство и сумела привести мысли в порядок. — Радуйся, пока можешь: я не выдала тебя потому, что сама хочу отомстить — она с вызовом посмотрела на него. — Ты просто не хочешь признавать, что оно тебе понравилось — Иккинг ответил таким же взглядом. «Как он узнал?» – вопрос, который заставил, теперь уже Астрид, впасть в ступор. Парень не стал забивать голову подобным, а решил приготовить кровать. — А где ты будешь спать? — осторожно поинтересовалась она: близость с таким привлекательным вампиром странно на неё влияет. Ей приходилось видеть вампиров, которые держали человеческий облик за счет большого количества крови, но, по её мнению, их тела выглядели слишком искусственными. — С Беззубиком посплю — это позволило её облегченно выдохнуть, что осталось незамеченным Иккингом — Мне часто приходилось ночевать вдали от дома, поэтому для меня это не в новинку — он слегка подтолкнул вампирку к кровати, а сам отправился к Беззубику — Уверен у тебя много вопросов, но думаю они подождут до завтра — всадник лег на камень рядом с драконом, который обнял его лапами и закрыл крылом. — Может снимешь кандалы? — слегка раздраженно спросила Астрид. — Если бы ты хорошо попросила, то снял бы. Вот только я никак не могу найти ключа, завтра попробую отмычкой открыть — пробормотали из под крыла. Ну что же, на положительный ответ она мало рассчитывала, поэтому с небольшим уставшим стоном забралась под шкуру и заснула, как только голова коснулась подушки.