Соседки

      Усаги и Мамору в сопровождении родителей и Минако приехали к храму Хикава. К нему вела длинная каменная лестница, огражденная деревянными столбами и крышей с заостренными концами.       Мамору взял невесту за руку и улыбнулся:       — Нервничаешь?       — Немного… — Усаги поправила белое кимоно и выдохнула.       Они начали подниматься по лестнице. Невеста споткнулась и чуть было не упала, но Минако вместе с Мамору успели ее удержать. Она так и не привыкла к гета. Усаги вспомнила как ходила на чайную церемонию с Харукой и постоянно спотыкалась, внезапно, она начала громко смеяться. Все в недоумении посмотрели на нее, Икуко осмелилась спросить:       — Милая, что с тобой? Ты так сильно переживаешь?       — Наверно, истерика… — фыркнул Мамору.       Усаги отдышалась и достала веер, чтобы хоть немного обдуть покрасневшее лицо:       — Все хорошо, пошли дальше, — бодро сказала она.       Спустя еще несколько ступеней, они поднялись к храму. Первое, что бросилось в глаза — это ассиметричная двускатная крыша, нависающая над входом, украшенная семью гребнями.       Пока все ожидали мико у входа, Икуко и Кенджи с восторгом в глазах стали рассматривать три каменные колонны, поддерживающие крышу. Они были впервые в Японии и для них огромным счастьем было увидеть Храм Синто вживую. Тем более архитектурный стиль им показался очень интересным, плетеные темно-коричневые стены, всяческие талисманы, украшающие вход.       Минако держалась совсем рядом с Усаги и только она заметила, как та пытается незаметно оглядеть территорию в поисках Харуки. Когда взгляд Усаги потускнел, Минако грустно, но тихо выдохнула. Она поймала себя на мысли, что очень сильно переживает за подругу. Лучше бы она ничего не знала…       Мамору стоял спокойно, хоть и чувствовал себя неуютно в кимоно. Хоть оно и сидело на нем превосходно. Черный запахнутый верх, белый низ в черную вертикальную полоску и белое украшение на груди.       Под ярким солнцем ему было то слишком душно, то неудобно. Постоянно одергивая края, он с нетерпением ждал начала церемонии. На лбу появилась испарина, Мамору нервно посмотрел на Усаги и Минако. Его невеста уже надевала шляпку. На ее лице тоже отражалось волнение.       Мамору восхитился красотой Усаги, но все же он предпочел бы видеть ее в традиционном пышном свадебном платье.       Икуко и Кенджи чувствовали себя комфортно в черных простых кимоно и выглядели счастливыми, хоть и переживающими. Любые родители всегда больше всех волнуются на свадьбе своего ребенка.       Наконец, из храма вышла девушка в кимоно с черными длинными волосами, она слегка поклонилась. Все поклонились в ответ. Она еще раз объяснила как нужно себя вести и что первая заходит невеста, только после церемонии первым выйдет муж, лишь потом жена, таким образом показывая, что она признает мужчину главным.       Все последовали в храм за мико.       ****       Помещение храма оказалось просторным и слабо освещенным. Весь свет был сосредоточен у алтаря, над которым висели талисманы, изображения божеств и цветы. Стены были украшены позолотой.       Все почувствовали особенную ауру, которая присутствовала в храме. Мамору и Усаги направились к каннуси, который уже ожидал их возле алтаря. Они сели на колени.       Родители и Минако встали позади, с трепетом наблюдая за церемонией.       Каннуси начал очистительный обряд, читая молитву.       ****       Возле входа в храм остановился горчичный кабриолет. Несколько минут Харука собиралась с мыслями. Она крепко сжимала руль, громко выдыхала и убирала волосы назад. Сердце, казалось, пропускает удары. Руки вспотели. Она сама не понимала, что здесь делает и нужно ли ей вообще выходить из машины.       Сейчас, она чувствовала себя лишней. Несколько раз, Харука порывалась уехать, но желание увидеть Усаги в последний раз пересилило ее. Пускай, ей будет тяжело…       Пускай. Сейчас ей на все плевать.       Харука приоткрыла ворота храма, которые на ее удивление оказались не запертыми. Странно, обычно, когда идет церемония больше никого не впускают…       Тено тихо зашла, так чтобы никто ее не увидел и встала возле стены у выхода. В храме царила тишина.       Отсюда ей было хорошо видно алтарь, Усаги и Мамору уже обменялись чашами с сакэ.       Харука облокотилась спиной на стену и засунула руки в брюки кремового цвета, сама не понимая зачем, она сегодня надела костюм. Который, как и любая другая одежда, сидел на ней превосходно.       Ей стало больно смотреть, как Усаги делает маленькие глотки, поглядывая на Мамору. Вот, тот самый момент, когда Харуке словно наживую вырезают часть души… Будто испытав физическую боль, она зажмурилась. Невыносимо смотреть, как любовь всей жизни, отдает всю себя другому.       Как теперь прожить без нее?       Она медленно развернулась, чтобы покинуть это священное место, которое для нее теперь ассоциировалось лишь с горечью и потерей. Харука напоследок окинула полным боли взглядом Усаги…       ****       Усаги поморщилась от крепкого напитка. Мамору посмотрел на невесту и нежно улыбнулся, показывая головой, чтобы она сделала последние глотки.       Неожиданно, Усаги почувствовала на себе взгляд, кто-то еще был в храме.       К лицу прилила кровь, заставляя дыхание сбиваться. По телу пробежала нервная дрожь, в ушах появился гул, будто Усаги находится под водой, а не в храме, лишь частая пульсация сердца была хорошо слышна.       Она должна обернуться! Затаив дыхание, Усаги медленно повернула голову…       Их глаза встретились и…       Харука быстро отвела взгляд и направилась к выходу.       Усаги прошептала:       — Она пришла…       Все посмотрели на перевозбужденную невесту.       — Она пришла! — уже громко сказала Усаги, вставая на ноги.       Все вокруг потеряло для нее значение, совершенно забыв, что она на своей же свадьбе, Усаги быстро скинула гета. Все что ей хотелось сейчас, это остановить Харуку, извиниться, да просто увидеть ее!       — Усаги! — прокричал Мамору, пытаясь схватить невесту за руку. Но она вырвалась и побежала к выходу, оставив изумленных гостей. А главное опозорив своего жениха. Мамору, стиснув зубы, содрал с себя украшение и швырнул вслед Усаги.       Не понимая, что происходит, Икуко побежала за дочкой. Мико и Каннуси переглянулись, ошарашенные таким поведением. Ведь это было совершенно неприемлимо!       Минако попыталась разрядить обстановку:       — Все будет хорошо! — фальшиво улыбнулась она, но поймав полный ненависти взгляд Мамору, быстро замолчала.       ****       Усаги бежала босиком по горячему асфальту, стараясь руками приподнять юбку кимоно. Шляпка стала падать и она быстро отшвырнула ее в сторону, заколка с волос соскочила, распустив золотистые локоны, которые то и дело, что попадали в лицо.       — Харука!       Тено, услышав родной голос, резко остановилась. Обернувшись, она увидела самую прекрасную девушку на свете, которая бежит к ней. Не веря своему счастью, она потрясла головой. Но Усаги никуда не исчезла, через мгновение, она прыгнула всем своим телом в объятия Харуки.       Она почувствовала необъяснимый трепет, радость и испуг одновременно.       — Котенок? — неожиданно ласково произнесла Харука.       Когда Усаги подняла голову, Тено быстро сменила выражение лица, насупив брови. Теперь она выглядела крайне недовольной или злой, трудно было определить.       Харука опустила глаза и судорожно сглотнула.       — Церемония уже закончилась?       — Церемония? — тут до Усаги дошло, что она натворила.       ****       Икуко догнала Усаги, но резко впала в ступор, когда заметила, что дочь стоит в объятиях незнакомца. Она не знала, что думать и что делать. Но то, что она увидела, повергло ее в шок. Как Усаги могла так поступить? Почему она сбежала? Значит, материнское сердце не обмануло Икуко и все переживания оказались не пустыми.       Незнакомец смотрел на Усаги, также как и Кенджи на нее, Икуко отчетливо помнила этот трепет и нежность в глазах…       Но что теперь будет с Мамору?       ****       — Прости, — прошептала Харука, отодвинула от себя Усаги и развернулась, — Мне пора.       — Постой!       — Что? — Тено повернула голову, но избежала контакта глазами.       — Прости меня, пожалуйста… — сдерживая слезы произнесла Усаги, не осмеливаясь сдвинуться с места.       — Все хорошо… Возвращайся назад… — Харука нашла в себе силы уйти. Ведь она обещала, что не станет портить жизнь своему Котенку.