Неделя наоборот

      Сразу после школы, стоило Тикки только переступить порог кондитерской, как она тут же была за руку поймана матерью Мари, которой срочно требовалась помощь в изготовлении макарун по особой рецептуре.       — Маринетт, мы получили огромный заказ на четверг, и твоя помощь была бы очень кстати. Пойди, подсоби чем-нибудь своему отцу, — шепотом попросила она, обслуживая маленькую старушку преклонного возраста. — Конечно, мадам Нюбурже — мы специально держим для вас кусочек вашего любимого писсаладьера*.       Тикки поморщилась от одного лишь слова «писсаладьер»: луковые пироги — это явно не её самые любимые десерты. Скорее уж совсем наоборот.       — Хорошо, мама, — кивнула она. — Я только пойду переоденусь и оставлю вещи наверху.       Добравшись до комнаты Маринетт, Тикки осторожно высвободила ненастоящую квами из сумочки.       — Как себя чувствуешь? — обеспокоенно спросила она свою подружку.       Маринетт, стоило ей только выбраться из своего тесного транспорта, с облегчённым вздохом плюхнулась спиной прямо на письменный стол, куда её высадила Тикки.       — Я терпеть не могу эту сумку, — раздельно произнесла она, интонационно выделяя каждое слово.       Для того, чтобы сказать это, ненастоящая квами приподняла голову, а после снова опустила её на столешницу, сопроводив это действо очередным вздохом.       — Я могу тебе чем-нибудь помочь?       Маринетт покачала головой.       — Добудь мне печенья, — повелительно кивнула она.       Тикки засмеялась.       — Слушаюсь, моя королева, — шуточно поклонилась она, попутно переодеваясь в домашнюю одежду. — Я постараюсь вернуться как можно скорее.       Сказав это, Тикки махнула рукой на прощанье и успела лишь заметить, как Маринетт подобралась к мышке компьютера и как на мониторе появилась картинка заставки шоу «Испытание». Что ж, по крайней мере скучать ей не придётся.       Спустившись вниз, Тикки миновала прилавок и, кивнув Сабин, зашла в служебное помещение.       — А вот и моя любимая дочка.       Том Дюпэн, в большом белом колпаке, вооружившись ложкой, мешал густую, светло-голубую массу в миске.       — Привет, пап, — без запинки выпалила она уже заранее подготовленное приветствие. — Мама сказала, что тебе нужно помочь с макарунами.       — Твоя мать мне не доверяет, — добродушно рассмеялся тот. — Она считает, что я добавляю слишком много сахара. — Он подмигнул квами, после чего тихо добавил: — В любом случае, она опоздала — сироп давно готов.       Тикки не удержалась и хихикнула.       — Что мне нужно делать? — растерянно поинтересовалась квами, замерев посреди кухни.       — Поди-ка, достань из подсобки кондитерские мешки, детка — будем выкладывать тесто на противень, — велел Том. — И захвати, пожалуйста, десятимиллиметровые отверстия для мешков.       Кивнув, квами направилась в сторону двери, где, по её представлению, находилась кладовка. К её радости, она не прогадала и вскоре вышла оттуда с указанными предметами в руках.       Подойдя к месье Дюпэну, квами передала ему всё то, что держала в руках.       — Так, теперь помоги мне залить тесто в мешок. — Тикки послушно расправила мешок, чтобы Тому было легче это сделать.       — Как много теста! — заметила квами, когда они наполнили третий мешок.       — Да уж, заказ нам достался очень большой: в доме Габриэля Агреста готовится огромное торжество.       Тикки осторожно сложила четвёртый мешок и потянулась уже за следующим, и затем как бы невзначай переспросила:       — В доме Габриэля Агреста? — уточнила она.       — Да, так я и сказал, — подтвердил мужчина. — Милая, держи мешок чуть ровнее.       — Прости. — Тикки исправила свою оплошность, из-за которой тесто едва не полетело на пол.       — В пятницу месье Агрест устраивает у себя благотворительный аукцион: он собирает деньги на постройку детского приюта, — продолжил Том. — Похоже, он действительно хороший человек. Его сын учится с тобой, если не ошибаюсь?       Тикки пожала плечами.       — Вы же знаете, что Адриан учится с Марин… То есть, да, Адриан учится со мной, точно так.       Мужчина подозрительно посмотрел на квами.       — С тобой всё в порядке? — обеспокоенно спросил он, выдавливая на противень кружочек теста. — Последние два дня ты сама не своя. Хотя, наверное, мне следовало быть к этому готовым — я ведь всё-таки отец девочки-подростка.       Тикки тепло ему улыбнулась, ещё больше укрепляясь в мыслях о том, что у Маринетт чудесные родители.       — А теперь всё же помоги побыстрее расправится с этим делом — клянусь, эти пирожные мне сегодня сниться будут. Оставим их остывать, а дальше пусть мама ими займётся.       Широко улыбнувшись, лже-Маринетт вооружилась своим мешком с тестом и бросилась на помощь мужчине.

***

      — Слушай, а мне казалось, что коты — это не водоплавающие животные.       Вторник всегда являлся для Адриана разгрузочным днём, поэтому Плагг после школы был полностью предоставлен себе. Именно по этой причине парочка, состоящая из хитрого квами, исполняющего роль пай-мальчика, и самого пай-мальчика расположилась в подвальном помещении особняка Агрестов, где находился бассейн, в котором сейчас плескался вышеупомянутый квами.       — Ты же кот, в какой-то степени, — разве не должен бояться воды?       Адриан сидел на небольшом лежаке, расположенном напротив бассейна.       — А ты — модель — разве не должен бояться продуктов, чья калорийность превышает двести килокалорий на сто грамм? — парировал Плагг, выныривая и снова погружаясь в воду. — Один — один.       Адриан только глаза закатил и уткнулся в книгу, которая лежала перед ним.       — И когда ты научился плавать? — продолжил расспросы парень.       — Чё? — Плагг снова высунулся головой наружу и потряс ею из стороны в сторону. — Когда я научился плавать? Ну, только что.       — Не верю. — Адриан скептически посмотрел на него, тут же снова возвращая свой внимательный взгляд обратно в книгу.       — Так и ты летаешь не всю свою жизнь, а делаешь это довольно неплохо. — Квами пожал плечами. — До меня тебе, конечно, ещё далековато, но твои способности можно назвать… неплохими. Для человека, конечно.       — Ну, кто бы сомневался, — хмыкнул Адриан.       Плагг тем временем ринулся покорять ещё одну дистанцию, попутно забрызгивая всё вокруг водой, капли которой взмывали вверх от его довольно интенсивных движений руками и ногами. Адриан же сконцентрировался на своей книге, попутно выражая мысленную надежду, что квами тактично постарается не создавать для него искусственный дождь.       — Что ты читаешь? — поинтересовался Плагг, внезапно возникший прямо за спиной Адриана. Мальчик настолько увлёкся чтением, что потерял счёт времени.       Квами наклонился к книге Адриана, и на листы упала пара капель воды.       — Аккуратно, балда!       Пожав плечами, Плагг, ничуть не огорчившись, отошёл от парня и плюхнулся на соседний лежак, запрокинув голову к потолку и мечтательно прикрывая глаза.       Адриан вернулся к своему чтению, но его хватило не надолго: то ли книга внезапно стала скучной, то ли ему самому просто хотелось пообщаться, — но через десять минут он без малейшего сожаления предпочёл спокойное погружение в сюжет детектива обществу своего друга.       — Ты очень весел в последнее время, — начал он, посматривая на Плагга, который безмятежно развалился на своём ложе.       — Не каждый день появляется возможность поговорить с кем-то, кроме тебя, Адриаш, — усмехнулся он, не открывая глаз. — К тому же быть человеком — это интересно.       Агрест задумчиво склонил голову набок. Внезапно в его мозгу родилась новая мысль: почему он раньше не задумывался о том, что, возможно, Плаггу бывает тоскливо и одиноко, ведь он и вправду лишён общества других людей; почему он, Адриан, никогда не ставил себя на место — на данный момент имеются в виду не физические особенности — квами? Он может общаться с кем захочет, ходить гулять с друзьями, проводить время с другими людьми, а Плагг всего этого лишён. А были ли у него вообще когда-нибудь друзья-квами? И скучает ли он, может быть, по ним? И где они сейчас и сколько их?       Эта идея, которая совершенно неожиданно свалилась Адриану как снег на голову, была подобно комете, осветившей ночное небо: неужели на самом деле это он эгоист? Агрест ведь и правда ни разу даже толком не подумал о том, каково Плаггу.       — Тебе нравится быть человеком? — выпалил он после некоторого молчания.       Плагг удивлённо вскинул бровь и распахнул глаза.       — С чего такие расспросы? — поинтересовался он.       — Знаешь, я просто сейчас подумал. — Адриан решил честно выложить, что у него на душе. — Просто я даже ни разу не спросил тебя, как ты чувствуешь себя из-за той перемены, которая произошла с нами. Наверное, для тебя это тоже стрессовая ситуация.       Плагг задумчиво потёр переносицу рукой.       — Я уже сказал, что быть человеком интересно: можно плавать, бегать, прыгать, носить одежду. А когда приходится быть тобой, то очень интересно пытаться играть «правильного» мальчика, хоть у меня и не особо выходит, — рассказывал он. — Но тут уж дело просто в моей непревзойдённой харизме: что поделать, такой талант нельзя замаскировать. — Он состроил деланно скромный вид.       Повисла тишина.       — А тебе нравится общаться… с другими? С кем-то кроме меня?       — Э… Ну, это, кхм, да, наверное, — растерялся Плагг, который явно не ожидал такого вопроса.       — А ты… не испытываешь никакого дискомфорта из-за того, что… ну… можешь общаться только со мной? Я имею в виду тогда, когда ты в своём теле.       Адриану было немного неловко разговаривать с Плаггом на подобные темы, и по этой причине его речь была в некоторой степени отрывистой и изобиловала междометиями и паузами.       Выслушав очередной вопрос, квами нахмурился, словно пытаясь сформулировать подходящий ответ.       — Слушай, — наконец решился он. — Ты, конечно, занудный, немного скованный и слишком правильный, — начал он, — ещё плохо одеваешься, не можешь признаться в любви девушке, по которой сохнешь уже огромную кучу времени; иногда слишком серьёзный и очень мастерски делаешь вид, что тебе противен любой интерактив, который подразумевает желание скрасить серые будни…       — Очень лестный отзыв, — не удержался Адриан.       —…Кроме того ты бываешь скучным, когда начинаешь втирать какие-то свои лекции о нормах поведения, о приёме допустимого количества сыра в день или о том, что нельзя высовываться из твоей сумки и дразнить собачек стареньких леди на улице…       — Это как минимум странное хобби, — вставил парень.       —…Но всё это я веду к тому, что, даже несмотря на все отягощающие факты, ты не так уж непохож на меня и что в тебе тоже есть что-то от бродячего кота, пусть это и не так заметно на первый взгляд, — заявил он. — Не думал, что когда-нибудь скажу это, но я действительно считаю, что ты крутой парень, Адриан. Не такой крутой как я, конечно, но тоже ничего. И мне, в общем-то, нравится с тобой разговаривать, и я нечасто страдаю от недостатка в потребности общения с кем-то ещё.       И снова между ними повисла осязаемая тишина.       — Я тоже считаю, что ты немного похож на меня, — заметил Адриан. — Совсем чуть-чуть, но всё же… И я тоже считаю тебя крутым. Вот.       И снова они замолчали, старательно отводя глаза в разные стороны.       В конце концов Плагг не выдержал.       — Тебя тоже немного затошнило? — спросил он, делая вид, что его скрутил рвотный позыв.       — Есть такое, — рассмеялся Адриан, поняв, что Плагг намекает на комичность и неловкость всей этой ситуации: они словно собрались вдвоём, чтобы по очереди нахваливать друг друга.       — Сопливо вышло, правда? — присоединился к его смеху квами.       — Это точно! — согласился парень.       Они посмотрели друг на друга и ещё сильнее расхохотались. Таким образом друзья успешно избавлялись от неловкости.       — Ладно. — Плагг поднялся со своего места. — Давай для всемирного баланса я скажу, что ты король зануд, а ты обзовёшь меня оболтусом?       Адриан усмехнулся и цокнул языком.       — Пошли уже спать, оболтус.       Плагг вернул ему его усмешку.       — Только после вас, король зануд. — Он толкнул дверь, пропуская парня вперёд.       Всё ещё смеясь, парочка отправилась наверх, попутно награждая друг друга ещё парочкой «ласковых» прозвищ.       Да уж, интересный выдался вечерок — прямо вечер откровений какой-то, ей-богу!