Тепло чужих тел

      Ночной город привлекал внимание не только приезжих людей, которые желали увидеть ночную жизнь Сеула и посетить такой известный клубы, как «Octagon Club» (самый известный ночной клуб в Сеуле, в районе Каннам, в подвале отеля New Hilltop Hotel. Известен он тем, что в момент открытия в 2011 году, ходили слухи, что его владелец никто иной, как сам G-Dragon. Правда это или нет, неизвестно), адрес данного заведения был почти во всех буклетиках для иностранцев с пометкой «Стоит посетить», но и местных.       Каждую ночь молодежь открывала свои двери и выходила на прохладную и полупустую улицу города, желая вдохнуть прокуренный воздух, пропитанный мерзким запахом грязных улиц. В то время как большая часть местных жителей кутались в одеялах и пили горячие напитки в виде кофе или Хайт (один из разновидностей пиво), смотрели бестолковые шоу, которые крутили и днем и ночью, вроде таких, как «2 night and 1 day», смеялись над действиями героев «Running man», которые бывали порой глупыми и скрытно, по-черному мечтая быть на месте этих актеров, комиков, тех людей, что по ту сторону от экрана.       Включая очередную песню imagine dragons, на этот раз по наушникам разливались слова из песни «Believer», Мин Юнги шел по улице, глубже просовывая руки в карман, стараясь сильнее укутаться в тонком подоле осеннего пальто, хоть было и начало лето. Последние пару дней по новостям передавали, что температура не опустится ниже 15 градусов даже ночью, что было радостно принято жителями. Но для Юнги цифра 15 не что иное, как 5, вечно мерзнущий парень и не ищущий тепла в других. Делиться чем-то, даже теплом, Юнги не умел, на вопрос чем-то схожим с «…давай обнимемся и вместе согреемся», он презренно усмехался и говорил «я согреюсь от тебя, но ты нет». Он любит брать даже такую мелочь, как тепло чужого тела, но не отдавать. Но сейчас нет человека, от которого можно было бы что-то взять. Увидев автобус, Юнги ускорил шаг и почти перешел на бег, пытаясь догнать машину, которая остановилась у остановки, высвобождая пассажиров. Запыхавшись, Юнги запрыгнул внутрь в последнюю секунду, и дверь сзади захлопнулась с такой силой, что Юнги чуть вздрогнул. Мелочи в заднем кармане брюк еле хватило на проезд, расплатившись, он обернулся лицом к салону.       Глаза увидели лишь двоих: женщина средних лет с двумя пакетами сидела на задних рядах и читала газету, парень, может чуть младше него или его возраста, со светлыми волосами сидел у окна, поджав ноги к груди и рассматривал мелькавшие здания за окном, в ушах которого, так же как и у самого Мина, наушники. Юнги, долго не думая, подсел к нему, чуть раньше мысленно прикинув, что это лучшее место - не у окна, как он и любит, и рядом с выходом, если вдруг что. И мысли не было, что он сел специально рядом с парнем, но такая мысль проскользнула у соседнего парня, увидев в отражении приближающуюся фигуру. В наушниках заиграла «LuHan — Lu», и пальцы Юнги в карманах стучали в ритм музыки. У парня рядом в наушниках на повторе играла песня «Now or Never» в исполнении американской певицы Halsey, мелодичная песня с приятным голосом исполнительницы успокаивала парня. На приближающейся следующей остановке, парень с Halsey в голове встал, пытаясь подойти к двери, чуть толкнул колено Юнги, который растянул ног, не давая пройти, и который же, закрыв глаза, погрузился в мысли или просто заснул. От толчка он по инерции ответил тем же, может только чуть сильнее, из-за чего парень, нависавший над ним, не удержался и упал бы на него, если бы неловкость и рука, успевшая опереться на сиденье чуть выше головы Юнги, и согнутая нога, поставленная на колено того же парня. — Эй, ты охренел!— огрызнулся Юнги, удивляясь тому, что сейчас происходит. Чем ошеломляя парня со светлыми волосами, и в этот момент дверь автобуса открылась, и он пулей вылетел на улицу, не сказав и слова, о чем даже не думал. Автобус поехал дальше, Юнги чуть приподнялся и взглядом проводил человека за окном, это был первый случай, когда он так внимательно смотрел в окно…       Музыка в ушах слышалось отдаленно, мысли то и дело возвращались к маленькому инциденту, который случился полчаса назад. Его это бесило, не сам парень, а то, что, сука, член Мина отреагировал на колено парня, которое задело его промежность, и наклоненное к нему лицо светловолосого. «Чёрт, чёрт» ругался мысленно Мин между словами песни «Bang YongGuk — Yamazaki» и краем глаза увидел за дверью остановившегося автобуса баннер рекламы какого-то напитка и голос водителя, говоривший, что это конечная остановка. Мин нехотя встал и обернулся назад, но не увидел женщину, в автобусе он был один. Потёртые кеды выше щиколотки с черными шнурками на одной ноге и с белыми на другой приземлились на мокрый, от недавнего дождя, асфальт. Оглянувшись по сторонам и не увидев ни души, что вряд ли было можно ожидать обратного, этот район был малонаселенный и на окраине города. Мин свернул за угол и целенаправленно зная, куда идти, шагал минут пять, пока не уперся в дверь с надписью «mASS 2»(mASS — заведение премиум-класса, основным музыкальным форматом которого является электронная музыка, в этот клуб приезжают самые известные Dj), а «2», потому, что здесь можно то, чего нельзя в главном здании, о существовании этого клуба мало кто знает, но Мин не в их числе. Мин бывал здесь с самого его открытия, вот уже третий год. Третий год он приходит сюда в поисках Пак Чимина, единственного, кто может понять его. Ни родители, ни друзья их университета, не были столь близки с Мином, как Пак. Человек, которого Мин прятал от всех, он был только его. Последний раз они виделись месяца два назад, перед отъездом Мина в Америку, он обещал ждать, смеялся от того, что месяц это недолго, хён. Ты не успеешь даже соскучиться. Люблю тебя. Мы же будем созваниваться? Каждый день? Обещай! И все так, я буду скучать. Они созванивались каждый день, а потом в какой-то день номер Пака стал недоступным. Мин не глуп, он понял, Пак соскучился и нашел другого. Мин не удивился, они не встречались, как таковым можно считать, просто вдруг стало холодно. Сердце, согреваемое Паком, вдруг охладело. Юнги считал, что сможет все восстановить. После приезда он не смог найти Пака: обыскал все возможные места и каждую пятницу приходил в этот клуб. Место, где в эти дни Пак был Dj. Каждую пятницу, до этого момента. — Пак Чимин здесь? — обратился он к мужчине в костюме, по виду похожего на охранника. — Да, и нет. Они с Ким Намджуном зашли в мотель, — монотонным голосом ответили. Мин выдохнул, опустил голову и пялился на свои ботинки. Идти туда? Подождать? Мелкими шагами направляясь обратно на остановку, он краем глаза увидел Намджуна, только что вышедшего из мотеля. Намджун курил, то и дело поглядывая назад к двери, откуда через минуту, застегивая свою рубашку, вышел Чимин. НамДжун наклонился и поцеловал Чимина. А Юнги повернул назад, горько улыбаясь самому себе. Это его вина, и теперь уже поздно ворошить прошлое. Случилось то, что должно было.        Мин выдернул наушники, скомкав их, засунул в карман брюк и ускорил шаг, идти куда глаза глядят, лишь бы подальше отсюда.

***

— Хосок-и, где ты был? — поджав губы, с наигранным голосом, не свойственным Чонгуку. — Кто-то скучал по мне? — разувшись, Хосок подошел и обнял Чона, нежно целуя в лоб. — Нет, конечно. — соврал Чонгук. Он скучал, ещё как скучал. Может они и виделись пару часов назад, но, чёрт возьми, он безумно соскучился. Не как брат скучает по брату. Здесь даже не имеет значение, что они сводные. Без объятий и поцелуев со стороны старшего Чона, младший не мог прожить и часа. Как наркотик, прилипает и не отходит от Хосока, где бы тот ни был и кто бы его не окружал. Даже перед отцом Чонгук находит способ держаться за любую часть тела Хосока. За столом его нога покоится на ногах Хосока. Где бы старший не сидел: диван, стул, кресло, подоконник, Чонгук рядом почти на его коленях. Хосок любит это, он привык видеть Чонгука. Он был везде. Они были везде. Их друзья даже начали понимать то, как они не могу без друг друга. На парах Хосок откровенно тупит, если нет вблизи Чонгука. СокДжин, друг Хосока закатывает на это глаза и начинает думать где же этот мелкий шляется. Все было как у парочки, семейная парочка, которая уже давно поженилась и живет, любя друг друга вот уже 5 лет. — Ты прекрасно пахнешь, — мурлычет Хосок у уха Чона-младшего. — Для тебя старался, — сильнее прижимаясь в объятия и улыбаясь, ему льстили слова Хосока. Он правда помылся гелем с ароматом апельсина, так, как любит Чон-старший. — Ах, ты прекрасен, — Хосок покрывает дорожкой поцелуев от уха до ключицы, пока Чон-младший не подталкивает в спальню. — Не сейчас, Гукки. — Но, я хочу тебя. — обиженно выдает Чонгук и облизывает губы — Я ждал тебя два часа. — Я два часа назад только вышел из дома, — улыбается в поцелуе. — Во именно, — не обращая внимание на сарказм. — Гукки, — выдыхает в губы Хосок. — Хосок-и, — и увлекает в более настойчивый поцелуй.

***

      Самолет с Английских островов прилетел в аэропорт Инчхона минуты десять назад. Встречающие пассажиров люди столпились у выхода. Разложив плакаты с различными именами, таблички с «добро пожаловать», дети и родители, встречающие своих близких или не очень. Голос из микрофона оповещает о приземлившихся и улетевших самолётах. Временами приятный женский голос, а после двух или трех прослушиваний становится тошно, прилипчивый писк девушки, которая сидит, наверное, где-то в маленькой комнатушке без окон. Стеклянные двери разъехались, открывая путь людям. Высокий, худощавый парень лет 23, аккуратно уложенные назад тёмно-русые волосы, в одежде из последней коллекции Gucci. Неспешной походкой пролезает через толпу радостно орущих. Выдыхает прежде задержанное дыхание и оглядывается назад. Багажа нет, только сумка, что всегда с ним. Кружась вокруг себя и размахивая руками, бесславно говоря «Я вернулся, скучали?».       Такси поймать было не трудно, каждая вторая машину у аэропорта - такси, и подвезет куда угодно, содрав с вас в три дорого. Тэхёна это не волнует, пусть берут сколько хотят, они этим живут. Такси трогается с места, Тэхен диктует адрес, прочитывая с бумажки. За три года его друзья скорее всего переехали, да и сейчас ехать сразу вот так с самолета было неуместно. К тому же, его друзья вряд ли знаю о возвращении Тэ. Сколько лет, сколько зим. Учёба за границей выматывает, но безусловно это огромная возможность, перспектива. Около полугода назад он завершил обучение, которое он сперва ненавидел, а потом полюбил. Работу предложили там же, в «Кембридже» он учился лучше, чем просто «хорошо». Его знали преподаватели, и хвалили, что иностранец так быстро привык и освоился здесь, в незнакомом месте. Но быть иностранцем не было чем-то «иностранным», все его друзья в Англии были иностранцы: большинство из Европы и Америки, но были и местные. Он полюбил ту жизнь, которую пришлось принять. Пришлось… — слово, что вгоняет Тэ в раздумья. Сияющие глаза, рассматривающие дома и парки за окном, вмиг стали тусклыми и поблекли. «Пришлось…».       Если бы была у него настоящая семья, может всего этого «пришлось» не было бы. Так и не давал покоя вопрос о семье. Отца он не знал, совсем, мать его не говорила о нём, да и спрашивать было неловко. Может, была причина, почему она не говорила. Если СынХи, так зовут его маму, не хотела говорить, значит на то были причины. Первое его воспоминание было о бабушке: они жили в Бангкоке (столица Таиланда). Бабушка всегда была к нему добра, даже слишком, покупала все, что требовал капризный трехлетний ребёнок, а далее и четырёхлетний. Свою маму он уверен, что увидел только на своём 4 дне рождении. Она подарила ему крокодила, маленькую мягкую игрушку. Крокодил — Труи был всегда с Тэ, когда он очень нуждался в совете, в защите, Труи был рядом. Мама появлялась редко, приезжала на выходные раз или два в месяц. Но, это не изменило о ней мнения, она все та же мама, которую он так любит.       Пять лет назад, мама приехала, как казалось бы, только на выходные, но больше не уезжала. Была рядом и через неделю и через месяц. Но в один осенний день бабушка умерла. Кима не было дома, он был в школе. Он очень любил, когда бабушка встречала его у выхода из школы, но в тот день этого не случилось. Ким удивился, но не настолько, чтобы беспокоиться и позвонить матери. Он выбрал тот же маршрут и через 10 мин был дома, но её уже не было. После этого семья Кимов переехала в Тэджон, что в Республике Корея, но долго он здесь прожить не смог. И вот, теперь он снова здесь после 3 лет учебы в одном из самых известных университетов мира. Он снова в Сеуле. Адрес, что был на бумажке от мамы. СынХи вернулась на родину, в родной город Сеул. Место где, СынХи жила, когда Тэхен был с бабушкой. Что же здесь было такое, из-за чего я рос без тебя, мама. — пронеслась мысль в голове Тэ.       Машина остановилась у многоэтажного дома. Почему-то Тэхён подметил, что дом новый и впечатляющий.