стокгольмский синдром?

POV Tao

Я принес ему стакан воды, но он даже не шевельнулся. Бэкхён лежал на кровати, уставившись в потолок. Я тихонько вздохнул и вышел из его комнаты. Сев на стул на кухне, я устало положил голову на стол. Я опустошен. Мне еще никогда не было так плохо, так тяжело, так трудно. Никогда... Я вздрогнул от внезапного звонка моего телефона, и быстро достал его из кармана джинс. Номер не определен. Я нахмурил брови, но все же поднял трубку, встав со стула и подойдя к окну. На улице шел снег. — Да? — Привет, Тао. — С кем я разговариваю? — Это не важно. Главное другое. Я ухмыльнулся. — Да? И что же? — Мне нужна твоя помощь, а тебе нужна моя. Поможем друг другу? Мне не нравился мой собеседник. — Кто ты? — Я же сказал, что это не имеет значения. — Мне не интересно, что ты хочешь мне сказать. Я кладу трубку. — Я бы на твоём месте не принимал таких поспешных решений. Что за нахал? — Ты вообще в своём уме? Какого черта? Я понятия не имею, кто ты такой. — Зато я оооочень много о тебе знаю, Хуан Цзы Тао. Я поджал губы, держа себя в руках. — Ты меня бесишь. Он рассмеялся. Смех у него жуткий. Манера говорить просто из себя выводит. Он что, шепелявит? — Как может бесить человек, которого ты даже не знаешь? — В этом мире все возможно. Так ты скажешь, зачем я тебе нужен? — Ну, если ты перестанешь мне грубить, то я продолжу. В конце концов, это и в твоих интересах тоже. — Откуда тебе знать мои интересы? — Я знаю все, и даже больше. — Хвалить самого себя не прилично. Может ближе к делу? — Так ты меня постоянно отвлекаешь. — Я? Ты издеваешься? — Я еще не начинал. — Мне надоело. Я кладу трубку. — Это касается Бэкхёна. Мои зрачки расширились, и я нервно сглотнул. — Что? Он довольно рассмеялся. — Я же сказал, что тебе будет интересно, Хуан Цзы Тао. — Кто ты? — У тебя пластинка заела? Я не отвечу тебе на этот вопрос. Зато могу дать много других ответов. — Ты связан с Сухо? — Может, встретимся? Это далеко не телефонный разговор. — Почему я должен согласиться? — Потому что ты не знаешь, как унять боль любимого человека, и ты в отчаянии. Поверь, мы нужны друг другу. Я прищурил глаза. — Где? — Твоё любимое кафе на главной площади. Я ухмыльнулся. Кто он? — Хорошо. Когда? — Завтра. — Во сколько? — Ровно в полдень. — Как я узнаю тебя? — Я сам тебя найду. Гудки. Я положил трубку, выглянув в окно. Кто этот странный человек?

* * *

Он опаздывал ровно на 28 минут. Что за ветер в голове у этого парня? Ну кто назначает встречу, а сам приходит на нее же с опозданием? Какого черта я вообще должен ждать незнакомого мне человека? Да, он знал про Бэкхёна. Он знал про меня. Но самое главное, он как то связан с Сухо. Но что этому парню нужно от меня? "Поверь, мы нужны друг другу." Для чего? Я выпил уже три чашки кофе, осматриваясь по сторонам. Ведь я даже понятия не имею, как он выглядит. Внезапно напротив меня со всей скорости приземлился высокий парень, с каштановыми волосами, которые мне больше напоминали большую порцию макарон. Он облизал губы, и натянуто улыбнулся. — Привет, — сказал он и, совершенно лишив меня дара речи, взял мою кружку, и нахально допил мой кофе. Я изогнул бровь, вопросительно смотря на него, но он словно не замечал меня. — Ммм, это такой кайф, когда тебя мучает жажда, и ты наконец можешь что-нибудь выпить, — довольно протянул он, поставив чашку на место. Я просто сидел с открытым ртом. — Тебя манерам вообще никогда не учили? — А ты что, такой жадный? — При чем тут это? Ты опоздал на целых пол часа! А потом пришел, и выпил мой кофе! Это хамство! Парень сморщил нос. — Фу, какой ты правильный. Сразу видно, что учишься в каком нибудь высшем заведении. Я гордо вздернул нос. — А по тебе сразу видно, что ты уличный невоспитанный мальчишка. Он сразу же выпрямил спину, и щелкнул пальцем, зовя официанта. Когда тот подошел, мой собеседник дунул на свою челку, и обратился к официанту. — Не будете ли вы так добры принести еще одну чашечку этого превосходного черного кофе этому глубоко уважаемому, роскошному и невероятно привлекательному господину напротив? Клоун. Я закатил глаза, провожая улыбающегося официанта недовольным взглядом. Он же в свою очередь широко улыбался, как ни в чем не бывало. — Может мы перейдем к делу? — Может, — он чуть склонил голову набок, хитро улыбнувшись. — Как часто по ночам Бэкхён кричит имя "Чунмён"? По моему телу прошла волна мурашек, сердце облилось кровью. — Я думал, это ты у нас все знаешь. — Это, — он сделал короткую паузу. — Можешь знать только ты. Его взгляд стал более серьёзным, нo oн не переставал улыбаться. Официант принес кофе, и поставил его передо мной. Все это время мы сверлили с этим нахалом друг друга взглядами. Когда официант удалился, я сделал глоток горячего напитка, который сразу же обжег моё горло. — Часто. — Я так и думал. Он скривил улыбку, а я чуть поёжился. Мне было неприятно говорить с незнакомым человеком о таких интимных вещах. — Что ты хотел мне сказать? В чем я должен тебе помочь? — Видишь ли, у нас с тобой одна и та же цель. Мы не хотим, что бы близкие нам люди страдали. — Увы, но я ничем не могу помочь Бэкхёну. Сухо был убит, а Бэкхёну нужен толь... — Он жив, — резко перебили меня, и я чуть не выронил чашку из своих рук. Ошарашено я посмотрел в спокойные глаза напротив, округлив свои. — Что? Он вздохнул, нагнувшись ко мне чуть ближе. — Я не буду повторять это по сто раз. Слушай меня внимательно. Тебе совсем не нужно знать всех подробностей. Тебя должно волновать лишь то, что мы обязаны вернуть все на свои места. Бэкхён умирает без него, а он без Бэкхёна. Мы обязаны помочь им быть снова вместе. Я совсем не знал, что сказать. В один короткий миг мой собеседник стал таким серьёзным, что это стало меня пугать. Но то, что я узнал, просто сносило мне крышу. — Тогда кто умер, если не он? В глазах напротив появился блеск от слёз, но он сдержал себя. — Это неважно. — Скажи. Он опустил голову на мгновение, но снова ее подняв, тяжело вздохнул. — Его лучший друг отдал за него жизнь. — А почему татуировка "Ким"? — Потому что у них была одинаковая фамилия, и давным давно они сделали одинаковые татуировки в честь их вечной дружбы. Всё? Мы можем перейти к делу? — ему было трудно говорить. Это было видно. В его глазах застыла боль. Я виновато поджал губы, тихонько кивнув. — Чунмён тоже сходит с ума. Ему пришлось пройти через самый настоящий ад. Я никому такого не пожелаю. На нервной почве он просто вбил себе в голову, что Бэкхёну будет лучше с тобой. Без опасностей, без риска, без его ужасного образа жизни. И я не могу доказать ему обратное. Не могу. Потому что это можешь сделать только ты. Я удивленно посмотрел на него. — Я? Почему я? — Потому что ты видел все страдания Бэкхёна. Ты прошел через все это вместе с ним. Единственное, что мне от тебя нужно, это поговорить с Чунмёном. Сделай, что хочешь, но докажи ему, что Бэкхён умирает без него и что только с ним он будет счастлив. Я опустил голову. Сердце щемило в груди. — Я знаю, что тебе больно. Ты любишь Бэкхёна, но ты должен его отпустить. — Я опустошен. Эти пять месяцев вывернули меня на изнанку. Я уже не знаю, что я чувствую. — Но ты хочешь, что бы он вышел из этого состояния. И помочь ему в этом может только Чунмён. — Я знаю... — Тао. Я прошу. Помоги. Я поднял голову, смотря в его глаза. В них я читал много смешанных чувств.. боль, горечь утраты, страдания, усталость, безысходность, искренность. Еле подавив слёзы, я тихонько кивнул. — Хорошо... Я поговорю с ним. Мой собеседник улыбнулся. — Спасибо. Я еще свяжусь с тобой. — Как тебя зовут? Он вздохнул. — Я же сказал, что не... — Как. Тебя. Зовут. Парень снова сморщил нос, облизав губы. Кстати, он делал это практически каждые пол минуты. Дурацкая привычка. — Сехун. Доволен? — Что это за имя такое? — Что тебе не нравится в моём имени? — Оно странное. Ты мне вообще не симпатичен. — А ты добрый. — Я прямолинейный. — Ладно, Mr. Perfection, мне пора. Жди звонка, — промолвил Сехун, и я ухмыльнулся, а он опять нагло взял мою чашку, и сделал три больших глотка. — Спасибо за кофе! С лёгкой улыбкой, он выбежал из кафе. Что же такое могло случиться, что тебе пришлось подстраивать свою собственную смерть, Чунмён?